Собственность дьявола

Глава 3

***

Парниша с простым именем «Михаил» сидел напротив меня и пытался не выдать своего волнения, отчаянно прикрывая карты рукой. Яркий свет от хрустальных люстр и запах свежих закусок дурманил и отрезвлял одновременно. Наш стол был переполнен азартом, и каждый из нас хотел уехать домой с большой пачкой денег. Вообще, я не любитель такого веселья, но как не сыграть, когда сама жертва просится к тебе в объятья, поставив все свое имущество, лишь бы сохранить жалкий бизнес.

Мерзко, я смотрел на него и думал о том, как он предпочел вшивый автосервис. У него ничего не осталось, и сейчас он сидел с поникшим лицом, пытаясь как-то выкрутиться из сложившейся ситуации.

– Стойте! – проговорил он, устремив взгляд на меня.

– Есть еще кое-что, точнее кое-кто, последняя игра. Все или ничего!

Я не ослышался? Собирается играть на человека?

– Крепостное право в России отменили уже очень давно, мой друг. – монотонно произнес я, затягиваясь табаком.

– Поверь, она стоит намного больше, чем мой гараж.

И тут я понял, о ком он…

Я видел ее много раз. Довелось. Все из-за этого идиота, который посчитал, что может сравняться со мной по статусу. Она не представляла из себя ничего такого, что привлекло бы мое внимание. Скверный характер, скромная внешность, не самое лучшее положение в жизни.

– Так и быть…Выиграешь – оставлю тебя и твой бизнес в покое. Проиграешь – забираю девчонку и автосервис.

Глаза собеседника полезли на лоб, а мои партнёры и друзья восхищенно ожидали дальнейших действий.

– Все, или ничего, Терентьев.

– Идет! – протянул руку. Я нехотя ее пожал. Она была чуть влажной и шершавой. Весь его вид говорил о волнении. Он точно уйдет отсюда ни с чем.

– Играем один на один. Комбинация, набравшая больше очков, выигрывает. – протараторил Крупье.

Все по обычаю. Через несколько минут в моей руке красовался флеш, и я, чтобы не затягивать, монотонно произнес.

– Олл-ин… – Всегда иду на конец.

Либо уйду наслаждаться присутствием шлюх в барделе, либо нагну этого пидора и отберу у него самое дорогое.

– Олл-ин.

Я лишь злостно усмехнулся, медленно разворачивая карты.

– Флеш-рояль, парень. – Сидевший рядом Виктор победно усмехнулся, сверкая своими серыми глазами и ожидая дальнейших моих действий.

Терентьев округлил свои глаза, понимая, что продал мне свою подругу и бизнес. Каким надо быть самоуверенным идиотом, чтобы пойти против меня на все.

– Блять! Можно я хотя бы останусь директором? – я фыркнул на такое заявление, но ничего не ответил. – Только не принуждай ее к чему то плохому. – построил бровки домиком и сжал руки в замок.

– Раньше надо было думать… – монотонно произнес я. Боже, как я устал от его присутствия. Глазами дал знак Жеке, и тот спустя секунду вывел ушлепка на улицу.

За эти два месяца он успел подпортить мне нервы. Захотел место среди нас и всячески пытался купить у меня землю. Хотя свой бизнес не поднял толком с колен. Идиот. Теперь пожинай плоды своей тупости! Сервис все равно продам другому, более опытному и обеспеченному человеку, который будет работать над этим проектом, а девчонка моя. Какое великолепие…

На следующий день, как и планировал, наведался в гараж. Терентьева не было, как и других рабочих. Уволились наверно, узнав, что их босс проиграл бизнес. Но меня это не особо волновало, особенно когда увидел хрупкую фигурку, спускающуюся по лестнице вниз. Прозевавшись, направилась в каморку, едва взглянув на меня.

Злишь?… Или просто еще не в курсе, чья ты теперь игрушка?

Недолго думал, прежде чем стремительно подойти к ней и познакомиться поближе. Черт! Как изумительно пахнет, а какие мягкие волосы. Красивые плечи, тонкие пальчики. Малышка, оказывается, очень привлекательна, но как много спеси! Бесит. Взгляд, будто встретилась лицом к лицу с бесом.

Вечером решил отвезти ее домой и, что греха таить, трахнуть на заднем сидении. Но такая вспыльчивая. Злится. На меня. И на друга. Теперь одна, и со своими проблемами будет справляться, не надеясь ни на кого.

Еще больше бесит то, как меня тянет к ней. Хочу ее до боли в паху, сука! Сильна духом, хоть и ведет себя как ребенок. Когда она справилась с заказом, понял, что точно будет работать на меня. Пусть даже сама этого не захочет. Заставлю.

Да, мог бы найти специалиста получше… но к чему мне тратиться?

Что в ней такого, что я потерял голову, сидя в салоне автомобиля? Как она взбесила меня, повышая голос. Мог бы задушить ее там же, никто бы не узнал и не стал разыскивать… Но вместо этого попробовал на вкус ее губы, отчего еще больше снесло крышу. Зачем? Ответ просто – хочу ее, вот и все!

Глупая девчонка!

***

Целый день в голове возникали картинки прошлого вечера, отчего кулаки сжимались сами собой, а в груди разгорался огонь ненависти. Я стала легкой мишенью. Вещью, которую так просто не оставят в покое, и самое страшное – я догадываюсь, что нужно этому высокомерному уроду.

Я шла по ночной улице, как обычно слушая музыку в наушниках. Не помню точно, сколько выкурила сигарет, но пачка стремительно опустела. Пыталась забыть все, внушить себе, что это сон и ничего не было. Но как назло, мои мысли развивает тяжелый мотор черной «БМВ», которая уже стремительно преградила мне путь, развевая клубы дыма и пыли.

Я закатила глаза, морщась от неприятного колющего чувства, что сейчас будет пиздец. Островский вышел из машины, посмотрел на меня строгим, изучающим взглядом и кивнул на автомобиль…

– Садись, дело есть…

Твою мать, чувак, оставь меня в покое!

Я гневно рыкнула, но внешне не показывала мое возмущение. Подошла к автомобилю и, мимолетно зыркнув на водителя, села на пассажирское сидение.

– Не боись, не трону… – все тот же безразличный голос. Дверь хлопнула, и мы остались в тесном пространстве вдвоем.

Казалось, в салоне даже воздух стал каким-то другим, становилось трудно дышать и что-либо понимать. Но низкий голос вдруг вывел из транса.

– Есть человек по имени Петр. Его машина куплена на черном рынке по самой низкой цене. Задача не из простых…

Тут мне уже стало непонятно, почему тогда этим должна заниматься я?

– Эта работа не для меня, раз задача не из простых! – отзеркалила я его слова.

– …На парковке в бизнес центре, – ловко проигнорил меня. – …где он и проводит весь день, стоит его почти новенькая «Ауди», которую нужно взломать и вытащить оттуда ценную вещь…

Чего, блять!? То есть, я правильно поняла, он хочет чтобы я поработала для него воровкой?

– Не в машине дело… и не в черном рынке… – тихо проговорила я, кивая своим мыслям. Голова Островского медленно повернулась в мою сторону, но я продолжала избегать этот взгляд.

– Твое дело забрать эту вещь и не задавать глупых вопросов, детка.

– Если меня засекут камеры?

– Этим займутся мои ребята…

Продолжал смотреть на меня, словно хотел еще что-то сказать, но молчал. Я глядела перед собой на ночной пейзаж, и в этот же момент завелся двигатель.

– Куда ты собрался ехать? – резко повернула голову на мужчину. Сука, куда он собрался? – Я с тобой разговариваю! – движение с ручника, и вот мы уже медленно едем вдоль дороги в неизвестном направлении.

Черт! Надо было выйти, пока была возможность. Дура, Саня!

– Отвезу тебя домой…

– Я и сама могу дойти… тут минут двадцать ходьбы. – Не выношу этого наглого идиота! Лучше пройтись, несмотря на холод. Но с другой стороны, в салоне безумно удобно и тепло… чего зря силы тратить, тем более когда такой сервис предлагают. Хотя нет, не предлагают – навязывают. Бесит!

Я слегка поежилась, борясь с настигнутой усталостью.

– Можешь подремать… Я не такой жестокий.

Ну уж нет, мистер! Сама эта фраза уже заставила взбодриться и мигом забыть о сне. Что значит «не такой жестокий»? Этот тип точно сведет меня с ума!

Всю дорогу я провожала взглядом проплывающие мимо дома, машины, деревья. Кое-где уже стало довольно темно и неуютно. Во многих окнах не горел свет, тьма росла, и показывались знакомые окрестности. Наконец, почти дома. Глаза закрываются и безумно хочется лечь в постель. Я старалась даже боковым зрением не видеть рядом сидящего парня, который время от времени поглядывал на меня. Не знаю почему, но волна приятных ощущений от этого разливалась по телу.

Невольно вспомнила Мишку. Он иногда мог прожечь во мне дыру. Его глаза скользили по мне, оценивающе, с интересом, но я всегда отводила взгляд, переводила щепетильную тему и всегда отшучивалась. Эх… Теперь этот человек никогда для меня не будет уже другом, тем, кому могла довериться. Я не видела его уже два дня…

– Приехали… – Вновь проснулась от мыслей. Мы стояли у моего подъезда. Игорь уже успел закурить, а я неловко стала вылезать из салона.

– Спасибо. – Сухо произнесла я. Открыла дверь, но теплая рука придержала меня за запястье, посылая странный электрический импульс по всему телу.

– Не забудь… завтра в шесть. – Ослабил хватку, давая высвободить руку.

Я кивнула и вышла.

Я не хотела выдавать своих эмоций, пряча глаза от его взгляда, но, кажется, даже дурак поймет, что Островский заставляет чувствовать меня, просто заговорив или коснувшись руки. Я знаю, пиздец как глупо надеяться, что мы станем хорошими друзьями, или чем то большим. У таких как он девушки, наверно, каждый день меняются, и их имена забываются так же быстро как номера пролетавших мимо машин по дороге. То есть очень быстро…

Едва я коснулась подушки, улетела в мир грез. Голова ужасно гудела, но усталость взяла верх над ебучими сложными мыслями. Хотя это еще не самое кошмарное. Кстати о кошмарах.

На удивление, самый яркий сон за последнее время связан с Островским. И чему, собственно, удивляться? Его сильно много стало в моей жизни.

В темной родной комнате вдруг стало жарко. Игорь сидел напротив меня на кровати, наблюдая, выжидая… изучая. Будто хищник, в любую секунду набросится. Он осторожно коснулся моей щеки длинными пальцами, не меняя своего каменного выражения лица. Боже! Даже во сне он все такой же бесячий урод, которого хочется придушить.

С другой стороны, почему бы и не воспользоваться моментом. Это всего лишь сон. Сон, в котором я могу воплотить в действие все свои скрытые желания.

В следующую секунду мы уже безудержно целовались, покусывая губы. Он держал ладонями мое лицо, будто я ускользну или передумаю. Языком провел по щеке, к подбородку и до ключицы, отчего я слегка задержала дыхание, наслаждаясь реалистичными моментами.

Неожиданно, он притянул меня к себе и нежно обнял, зарываясь в волосы носом.

– Маленькая, хрупкая девочка. – Шептал на ухо. – Как же я хочу тебя…

Я простонала что-то невнятное. Позже коснулась прохладной простыни. Словно наяву, чувствовала все, но сон стал понемногу ускользать из сознания, заменяясь темнотой. Последнее, что я помню, как громко засвистел ветер за окном. Я спала.

Жуткий звонок телефона привел меня в чувства. Я проснулась утром и сразу же нащупала рукой гаджет, не открывая глаз. В комнате было довольно темно из-за задернутых штор.

– Ало… – скрипучим голосом произнесла я.

– Сань… – Боже, заткнись, или я тебе челюсть выбью прямо через экран телефона. Сжала зубы до неприятного скрежета. – Прости меня… Я не должен был…

– Ты сделал то, что сделал… – Глаза снова предательски защипало. – Ничего не вернуть. Нашу дружбу тоже…

– Сань…

Я отключилась. Не хотелось слышать его голос. Он и представить не мог, как больно сделал. Зачем? Почему я? Продал дьяволу!!! Подонок.

Я потерла чуть влажные глаза, перевернулась на спину, одновременно осознавая, что теперь у меня, блять, никого не осталось. Злость понемногу поднималась к горлу, и я отчаянно закричала в пустоту…

Слез не было, была горечь от обиды. Потери.

Когда друг предает тебя, ссылаясь на безвыходную ситуацию, этому поступку все равно нет оправдания.

Глава 4

Ровно три дня назад я узнала о существовании Игоря Островского. Сейчас я лежу на кровати и думаю о том, как моя жизнь медленно катится ко дну. Я знаю, что может произойти, если мы останемся одни. Знаю, что он не оставит меня в покое, если не выполню задание. Да вообще не оставит в покое. Я для него игрушка и девочка на побегушках.

Вот только одно меня немного радует: сам приезжает, если нужна ему по делу, а не посылает своих амбалов. Клянусь, уеду из города, как только все закончится.

А закончится ли?

Я глубоко вздохнула, ощущая знакомый запах любимой квартиры. Помимо этого в воздухе витало что-то еще. Не могла точно определить, но точно знала, что нужно открыть окно. Слишком душно. Я буквально вывалила голову, жадно глотая свежий, прохладный воздух, как вдруг заметила знакомый автомобиль у дома.

Черт! Черт! Черт!

Снова он. Мне можно хоть раз насладиться его отсутствием? Или теперь я никогда не смогу нормально дышать, зная, что он рядом? Я пялилась на машину, не в силах оторвать выпученные глаза. Водителя не видно…

– Не меня, случайно, ждешь?

Сука! Как он вошел?

Я резко обернулась, заставив мужчину пробежаться по моему телу. Только сейчас осознала, что щеголяю в одной длинной черной майке и трусиках. Майка еле прикрывала половину моих бедер.

– Как ты вошел? – вымолвила из себя, стараясь не показывать волнение.

Его взгляд изменился или мне хочется так думать? Во всяком случае, сейчас он стоял сложив руки на груди, оперевшись о дверной косяк комнаты. На нем строгий черный костюм и черная рубаха, будто на похороны собрался. Те же берцы… волосы взъерошенны.

– Дверь была открыта…

– Не ври… – сказала я быстрее, чем подумала. Вот блин! Приподнял бровь, вызывая у меня тонну неприятных мурашек.

– Отойди от окна, не хватало еще, чтоб ты заболела… – Если бы не монотонный, безразличный голос, можно было бы подумать, что он проявил заботу. Ладно! Хватит с меня.

Ничего не ответила, продолжая стоять у окна, из которого все сильнее дул ветер. Прищурилась, пытаясь изучить дьявола, стоявшего в нескольких метрах от меня. Сложила руки на груди, повторяя его позу.

– Александра, я непонятно изъясняюсь? – Впервые назвал по имени…

В следующую секунду подошел и схватил за запястье, отталкивая от окна.

– Эй! Ты что творишь?

Щелчок. Комната воцарилась тишиной, прохладный ветер перестал щекотать спину.

– Ты не у себя дома, придурок! – я в бешенстве, и пусть делает со мной все, что хочет. Мне уже насрать!

Гневно смотрит на меня, прожигая во мне дыру, губы вытянулись в тонкую линию. Ну все, сейчас я попрощаюсь с жизнью. Любая другая девчонка бы забилась в угол и стала бы умолять о пощаде, наткнувшись на такой взгляд, но я осталась на месте, пуская искры из глаз. Кажется его это вывело из равновесия на мгновение.

Боже, какой непоколебимый! Скажи хоть что-нибудь!

Вместо этого еще минуты полторы злостно щурился и шумно дышал, пока я стояла и старалась унять дрожь в коленях.

Надоело!

Развернулась и хотела выйти из комнаты.

– Стоять, я не разрешал тебе уходить! – Опять спокойный голос. Как же я его ненавижу!

Ха! Не разрешал уходить… Рассмеялась, подходя к выходу. Стоял как истукан и думал, что я сразу окоченею от ужаса.

Он тут же хватает за запястье, заставляя развернуться к нему лицом.

– Пусти, больно! – отчаянно вырываюсь из крепкой хватки.

– Я сказал, не смей уходить, когда я разговариваю с тобой! – Стиснул зубы. И не смей грубить мне, сучка! – Сжал щеки в своих пальцах.

Гнев понемногу овладел мной, и, несмотря на черный океан его глаз, стала вырываться, бить и царапать зверя.

– Отвали от меня! Мне плевать на твои указы, плавать! – Кричала, отчаянно выбиваясь из рук, которые все крепче стискивали меня в объятья.

Черт! Сейчас изнасилует меня…

Влипла.

Дьявол хватает меня за шею и грубо толкает на кровать, отчего я вскрикиваю. Встретившись спиной с прохладой простыней, сразу же отползаю к краю, подальше от мужчины. К моему великому удивлению, Островский нервно сжимает кулаки, унимая тяжелое дыхание, и лишь упирается ими в матрас. Тот от тяжести прогибается.

– Слушай меня внимательно…

Сердце внутри бешено колотится.

– Я не намерен обращаться с тобой, как с ребенком. Ты моя, а значит будешь выполнять мои поручения. Хочешь ты этого или нет… Из своего автосервиса увольняешься, это не обсуждается. – Вот тварь! – отработаешь долг своего дружка, можешь быть свободна.

– Сколько?

– В рублях или в долларах? – усмехнулся, выпрямляясь на месте.

Вот блять! Миша, придурок!

Опустила голову, прикрыв глаза.

– Я не люблю, когда люди типа твоего дружка, мешаются под ногами… И тебе не обязательно знать сумму. Сделаешь для меня три вещи, одно я уже истолковал…

Смотрел исподлобья. В чем я провинилась в этой гребаной жизни, что теперь расплачиваюсь за человека, который и бровью не поведет, если со мной что-то случится? Правильно говорят: «Жизнь может нагнуть тебя так, что ты с макушки высокого дерева упадешь прямиком в глубокую яму». Отец был прав. Не стоит доверять человеку на все сто процентов, даже если знаешь его лучше всех.

– Ладно… я сделаю то, что нужно… – Медленно произнесла я, спустя долгую паузу.

– Вот и чудно. – его голос совсем стал тихим и хриплым, а глаза неспеша прошлись по моему телу, остановившись на ногах. Затем вернулись к лицу и теперь, кажется, он смотрел на мои чуть приоткрытые губы.

Я пыталась унять сердцебиение. Мужчина это заметил, но продолжал смотреть на меня каким-то темным, диким взглядом.

Блять! Чувак, уйди, пожалуйста!

Хотя все мое тело говорило об обратном. «Возьми меня прямо здесь, давай, чего ты медлишь?»

Его дыхание стало чересчур шумным и таким частым, что казалось, он прочел всю меня с головы до ног и думал, какую сторону принять. Нужно срочно что-то сказать или сделать, но я словно приросла к постели. Тогда дьявол решает бить в самый нерв.

– Маленькая, беззащитная девочка. Какого это – потерять все? – от его хриплого и чуть насмешливого голоса внутри все сжалось от ярости. Хотелось отрубить ему руку, чтобы он, наконец почувствовал то, что чувствую я. Лишить его родного человека, чтобы он осознал, каково это – быть одной.

Сдерживая непрошенные слезы, я стремительно встала и, приблизившись на кровати, замахнулась рукой над лицом дьявола.

Шлепок! Прежде чем осознала, что сделала, на его щеке уже заалело крупное пятно. Голова чуть пошатнулась в сторону.

В его глазах мелькнуло недоумение. Я стояла перед ним на матрасе и смотрела на мужчину сверху вниз. Но даже это не помогло справиться с ощущением, что я мелкое ничтожество, хрупкая, беззащитная, и в любой момент со мной могут в два счета расправиться как со щенком.

Игорь медленно поднял, полные злости, темные глаза, отчего я сжала челюсть, продолжая гневно смотреть на него, скрывая страх, показывая гнев и силу. В следующую секунду этот подонок берет меня в свои руки и мгновенно закидывает на плечо.

– Эй, отпусти меня! – Я кричала и била его по спине, но ничего не помогло. Островский понес меня в сторону ванной комнаты. – Куда ты…!? Придурок, отпусти меня!

– Я предупреждал. – строго говорит он, и в его голосе нет ни грамма злости или иронии. Черт! Лучше бы наорал.

Дойдя до двери, он ловко открывает ее одной рукой и отпускает меня. Не успев я устоять на месте, слышу, как закрывается дверь.

– Ты что делаешь? Открой! – Стучу, но все бестолку.

– Подумай над своим поведением.

– Ты все равно так долго не простоишь, снаружи нет замка. Я выйду, и тебе пиздец!

– Ну это мы еще посмотрим. – Усмехается.

Что это? Неужели я вызвала у этого черствого мудака улыбку? Мне хотелось так думать, но еще больше хотелось прострелить ему колено!

– Зачем ты вообще пришел? Почему нельзя оставить меня в покое? – прокричала дрожащим голосом. В ответ молчание. Дернула ручку. Не поддалась. Глаза щипало, но я сдерживала слезы.

Сука!

– Я бы выполнила задание и без твоих наставлений… Зачем ты контролируешь меня? – Я понемногу успокаивалась… не было сил с ним пререкаться.

Прислонилась к двери спиной и закрыла глаза, прислушиваясь к тишине.

Ручка медленно повернулась.

Я отпрянула от двери, и она открылась. Игорь стоял на пороге и в упор смотрел на меня изучающим взглядом, облокотившись плечом о дверной косяк.

Стоял и молчал, чего-то выжидая…

Я нужна ему для важного задания, иначе бы давно уже отстал или вовсе пристрелил.

Ему выгодно приставить на это дело никому не нужную девчонку, которую, в случае чего и найти будет сложно, и на заказчика не смогут выйти. Главное, чтоб она не сглупила и не слилась в самый последний момент. Не доверяет. Впрочем, как и я ему!

– Слушай… – Снова вывел меня из раздумий. – Прекращай со мной так разговаривать. Выполнишь для меня эту работу, доставишь вещь и мы в расчете… – Ладонью потер свой подбородок, продолжая сверлить меня спокойным взглядом. – Ты мне совершенно не интересна, да и время на тебя тратить не хочется. – Усмехнулся.

– Тогда почему ты в моей квартире? – Выдала я с нескрываемым раздражением.

Островский прищурился, склоняя голову набок. Сейчас он был похож на гребаного Шерлока. Такой же чересчур любопытный и дотошный. Затянулась пауза, от которой у меня запульсировали виски. Казалось сейчас в его взгляде нарастало что-то по-настоящему демоническое.

– За тобой приедут вечером. Оденься во что-то темное и неприметное. – Можно подумать, я хотела нарядиться.

Мужчина скрылся в коридоре. Я неловко переступила с ноги на ногу перед тем как побежать следом. Но, к великому сожалению, он не далеко отошел. Со всей дури врезалась в мощную грудь прямо возле ванной комнаты и была прижата двумя руками. Игорь прожигал дыру в моей голове, а я пыталась отстраниться.

Вот блин! Парень, давай ты просто уйдешь и все!?

От нарастающего колкого чувства я прикрыла глаза и ощутила в волосах горячее дыхание.

– Твой запах с ума сводит… – Вдохнул резко и переместил руку на шею.

«Твой тоже…» – Пронеслось в голове, но я промолчала, вдыхая его парфюм глубоко в легкие.

Мое состояние говорило само за себя. Трудно было скрыть то, что я действительно хочу этого придурка, а он хочет меня. Его горячие руки, запах, сильное дыхание, крепкие мышцы – все сейчас очень возбуждало. Но мой трезвый разум кричал: «ВЫГОНЯЙ ЕГО ИЗ КВАРТИРЫ!»

Саша, вспомни, кто он такой!

В ту же секунду, как по сигналу, я отталкиваю мужчину от себя и любуюсь его недоуменным острым взглядом.

– Нет! Уходи… – Тихо, но уверенно произнесла я, избегая его глаз. Смотрела в пол, и, казалось, сейчас точно будет что-то ужасное. Но на удивление мужчина только повел бровью и издевательски улыбнулся краешком губ. Затем просто развернулся и ушел, оставляя меня наедине с моим тяжелым дыханием и не менее тяжёлыми мыслями.

Дверь захлопнулась, и я тут же выдохнула, прикрывая глаза.

– Сука! – сама не узнала свой грубый, хрипловатый голос.

Кто бы что ни говорил про всякие там чувства, способные затуманивать разум, я не верю во всю эту чушь. Никогда не любила, не ощущала бабочек в животе, не считала любовь чем-то прекрасным. Сейчас во мне кипит настоящая лава, заставляющая сердце биться чаще. Я понимаю себя… это не чувства – желание. И я знаю, что это желание взаимно, но нельзя терять голову. Нельзя переступать черту, после которой очень сильно пожалеешь, и после которой станет больно. Бабочки? Нет… Скорее огромный тяжелый камень, сбросить который можно лишь с чьей-то помощью. И эта помощь может осуществиться собственными усилиями, ведь мне не на кого положиться. Как говориться, надеяться можно только на себя.

Я стояла у дверного косяка уже минут семь и тупо пялилась в стену напротив. Что происходит в моей жизни?