- -
- 100%
- +
Пытаюсь отвернуться, но жесткие пальцы обхватывают подбородок, заставляя поднять голову.
– Знаешь, я тут подумал. Я тебя и брал в последнее время только тогда, когда по циклу было положено. Осторожно, бережно. Ты превратилась в ценный сосуд и перестала быть женщиной для меня…
Боже… что он несёт. Какой ещё сосуд?!
– Ты помешался на наследниках, на сыне… – пытаюсь возразить.
– А теперь вот смотрю на тебя, и жалею. Одно другому не мешает ведь?
Антон вдруг подхватывает меня на руки и тащит вглубь квартиры.
– Эй, ты рехнулся?! – извиваюсь ужом.
Заносит в спальню и швыряет на кровать.
– Не забывай, с кем разговариваешь! – шипит зловеще, наваливаясь сверху. – Забудь о том, что видела сегодня, поняла?
Таращусь на него и с ужасом осознаю, что всё… Он во всех смыслах сильнее. Кошмарный сон наяву.
И дело не в физической боли даже. Он так меня сейчас унизит…
– Отпусти, пожалуйста, – пищу.
Так жалобно, как только способна. Пытаюсь отвернуться от его жаждущих губ, но он держит за подбородок и блокирует руки.
Если укушу, он меня ударит? Как страшно.
– Я тебя не воспитывал никогда. А нужно было.
Муж просовывает руку между нашими телами и начинает расстёгивать ремень на брюках.
Воспитывать? Пороть ремнём, что ли, будет сейчас?!
– Денис уже поднимается сейчас, а входная дверь открыта… – пытаюсь до него достучаться.
– А кто его снизу пустит? – усмехается Антон. – Лежи спокойно и будет не больно.
Он кое-как справляется с ремнём. Но не вытягивает его, а спускает брюки и начинает драть застёжку моих джинсов.
Осознание неотвратимости того, что сейчас произойдёт, придает мне сил.
Изворачиваюсь и кусаю что есть сил руку, которая удерживает мою шею.
Антон орёт от неожиданности и боли. И бьёт наотмашь по лицу так сильно… Кажется, моя бедная голова сейчас расколется. Внутри всё взрывается болью. Я кричу, но голоса собственного не слышу.
Сознание уплывает.
Сквозь шум крови в ушах слышу мужские голоса, ругань, мат. Совсем рядом что-то со звоном разбивается.
И наступает тишина.
Большие тёплые руки меня подхватывают и осторожно поднимают с постели.
Такую благодарность к Денису испытываю… Что успел и спас меня.
Но это не он.
Мужчина опускает меня на диван в гостиной и встает рядом на колени. Гладит по щекам, размазывая слёзы… или это кровь?
– Аня…
Я сплю, оказывается. И вижу прекрасный сон.
Этот голос, низкий, завораживающий. Который я пять лет забыть не могла. Сейчас успокаивает и обещает безопасность.
– Ты мне снишься? – пытаюсь рассмотреть его получше, но слезятся глаза.
– Нет. Я здесь. Я заберу тебя отсюда.
Подонок так сильно ударил по голове, что я двинулась умом.
А иначе откуда в нашей квартире взяться Кириллу?
Глава 5
Кирилл. Утром, за несколько часов до встречи
Выхожу на последнем этаже новой высотки. Двери лифта открылись прямо в пент-хаусе, и я уже слышу веселые голоса и смех.
Повод для праздника – просто замечательный. У двух моих ближайших друзей родились дети с разницей в неделю. У Миллеров – мальчишки близнецы, а у Соболевых – дочка.
На крестины утром я опоздал. Задержали рейс, только успел цветы по пути из аэропорта купить. Подарки выбирала, покупала и красиво упаковывала моя ассистентка Рози. Их столько, что еле влез с пакетами в кабину лифта.
Около четырёх лет назад я обосновался в Цюрихе. На родину наезжал нечасто, в основном по делам. Ну и повидаться с друзьями, конечно. И с семьёй брата.
Встряхиваю головой, чтобы снова не попасть в эту ловушку – сожаления и самобичевания.
Стоит подумать о Сергее, и меня утягивает в воспоминания. И я корю себя, корю. Если бы бывал в Москве чаще, если бы мы больше разговаривали и делились друг с другом печалями и радостями…
Пока мы молоды, нам кажется, что времени хватит на всё. Мы откладываем на потом самые важные вещи, которые видятся незыблемыми, постоянными. А когда у нас их вдруг отнимают…
Всё, хватит. Не сейчас.
– Кирилл приехал! – орёт истошно Соня. – Девочки, это Кирилл!!!
Жена Марка и новоиспеченная мама бросается мне на шею. И через секунду меня обступают друзья. Обнимаемся, целуемся.
Вдруг наступает молчание. Вспомнили, какая трагедия случилась в моей семье, наверное. И веселиться им, вроде как, теперь неловко.
А мне – хочется. Я устал купаться в этой скорби и видеть сочувствующие лица. Я сильный, я переживу.
С тех пор, как погибли Серёга с женой, и пары месяцев не прошло. Я после бывал в Москве, но встречался только с Миллерами и Соболевыми. Остальных вижу впервые за полгода.
– Кирилл, мне так жаль… – обнимает Настя, жена Тимофея.
Топалов тоже подходит и хлопает по плечу. – А как же их дочка, Миюша? Она же совсем крошка…
– Всё нормально с ней, ребят. Она пока со своими тётями, родными сестрами Кристины. Я приехал, чтобы её забрать. Начну оформлять опеку.
– А тебе её отдадут, Кир? – встревоженно спрашивает Оля, Димкина жена.
– Куда денутся.
Отхожу к барной стойке к парням. А девочки продолжают обсуждать мою ситуацию. Детская тема всем близка. Слушаю в пол уха.
– А почему должны не отдать? – интересуется Мира. – Она ему племянница родная же. И больше родственников нет.
– Есть, по матери. У Миюшиной мамы, Кристины, есть две младшие сестры двойняшки, Марго и Анна, – объясняет Соня. – Там у Ани муж какой-то крутой чел, они опеку быстро оформили уже. Поэтому не факт, что Кирилл племянницу так просто заберёт.
Миллеры в курсе моих разногласий с Антоном Гараниным, этим самым "крутым челом". Они начались пять лет назад, на свадьбе моего старшего брата. Я испортил девочку, которую он приметил для себя.
Если он и не понял, что тогда произошло, то заподозрил неладное точно.
Аня его потом выбрала. Но я останусь у неё первым, этого не изменить.
Мы с Антоном соблюдаем внешние приличия.
Я ни разу не виделся с его женой. Не потому, что он против. А по собственным мотивам. С глаз долой – из сердца вон, как говорят.
Но Гаранин, сука, ничего не забыл. И время от времени вредит мне исподтишка.
То помещение уведёт на Котельнической набережной, которое я присмотрел под новый Московский офис. То влезет ещё как-нибудь… Злопамятный, мелочный гад.
Надеюсь, он не опускается до мести собственной жене? Она и правда ведь, совсем девчонкой была. А мы, взрослые мужики, устроили тогда из-за неё…
Ладно, прошлого не вернёшь, что теперь…
Ещё какое-то время празднуем, снимаем видео, фоткаемся. Мы настолько близки, что счастье у нас общее.
Я расслабляюсь впервые за два месяца. Любуюсь малышами и их мамами-красотками. Мне очень хорошо. Тревожит, правда – как я один буду растить маленькую девочку. Но оставить её Гаранину – не вариант.
Мия – единственное, что осталось у меня от брата. И если нужно, заменю ей и отца, и мать. Она будет самым счастливым и любимым ребёнком на свете, уж я постараюсь.
Девчонки идут укладывать детей на дневной сон, а мы с Марком, Демидом, Виктором и Димой отправляемся в один из лаунж-баров Феликса, продолжить праздник и поговорить о делах.
– И с чего ты думаешь начать, Кир? – спрашивает толстячок Фелька. – Тебе, наверное, жениться нужно. А то неполная семья и всё такое…
– Прощупаю почву для начала. Отсюда хочу поехать к Гараниным, по-хорошему поговорить.
Парни переглядываются.
– Это вы с Аней впервые за пять лет встретитесь?
– Угу. Что говорят сейчас о Гаранине? – спрашиваю, делая глоток. – Об их семье, вообще?
– То, что мужик – молодец. В бизнесе ему прёт, жена молоденькая красотка. Такая прекрасная семья, а детей бог не дает, – начал рассказывать Феликс. – А когда Вертинские, твой Серёга с женой, погибли, он сразу взял к себе их маленькую дочь. Позвал к ним домой какую-то передачу утреннюю снимать. Ну знаешь, там съёмочная группа ходит к известным людям домой и показывает, как дружная семья завтракает. Рассказали и про Сергея с Кристиной, они же известные люди в научных кругах. Ну и вообще, все, кто смотрел – рыдали в три ручья. Такая душераздирающая история любви взрослого состоявшегося мужчины и юной девочки. Он там и рассказал как раз, что у них не получаются дети и было несколько выкидышей, прикинь?
– На х*й вообще, о таком рассказывать?! – морщится Демид.
– Чтобы сочувствовали. У Гаранина только что не нимб над головой засиял после эфира. И отец он хороший, и муж он замечательный, и благотворительные фонды финансирует, и рабочих мест его кампании столько создают…
– Ладно, я понял… – перебиваю его.
Видит бог, я не собирался лезть на рожон и хотел решить всё миром. Но не понравилось мне, что он на жене и приёмной дочери пиарится. Но это ладно. Можно подумать, что мужик просто очень горд своей семьёй.
Но публично смаковать подробности того, как жена раз за разом теряет ребёнка… Это ни в какие ворота не лезет.
– Ладно, ребят, – встаю из-за стола. – Я поеду…
– В новой хате ремонт ещё не закончили?
– Не знаю, не проверял.
Купил таун-хаус в новом жилом комплексе, ещё когда здесь представительство своей Швейцарской компании открывал. Но обустроиться нормально руки так и не дошли.
– Если что, остановишься у нас, – предлагает Марк. – Чтобы не скучал и не загонялся в одиночестве.
– Оки.
Прощаюсь и выхожу.
Выруливаю со стоянки и еду в сторону дома Гараниных. Пальцы нервно стучат по рулю.
Жалею уже о том, что мы вообще завели эту тему. Лучше бы я о них ничего не знал.
Теперь беспристрастно не выйдет.
Даже если чужой ребенок ему в тягость, он будет бороться за него. Всем же рассказал, как обожает малышку, что она ему словно родная дочь.
А тут я. Неудобно получится…
Подъезжаю к башне. С проездом на территорию трудностей не возникло.
На подземной парковке вижу рыжеволосую девушку.
Сердце ёкает, учащается пульс. Издалека кажется, что это Аня.
Паркую тачку поближе к их машине. Делаю несколько глубоких вдохов и выхожу.
Она что-то взволнованно говорит мужчине, прижимая к себе мою племяшку.
Каким-то шестым чувством понимаю, кто передо мной. Сестры очень похожи.
– Марго? – вклиниваюсь в их диалог.
Она оборачивается и умолкает. Не узнаёт.
– Миюша, иди к дяде Кириллу! – произношу, протягивая руки к девочке.
Мия мне улыбается и начинает болтать что-то на своём. Марго вздыхает с облегчением. Здоровается, представляет нас.
– Денис, – парень протягивает руку. – Рад знакомству.
– А давайте вы это вот всё потом, а? Деня, кому-то нужно подняться наверх. Я боюсь за Анюту.
– В супружеские разборки лучше не лезть, – возражает ее парень.
– Так, что за разборки? – спрашиваю.
– Анька застукала этого м**ака Гаранина с любовницей сегодня утром. Я ему надавала по роже, так была зла…
Чувствую злорадство. Мистер Совершенство оказался обычным блудливым козлом. Хотя, какая мне разница-то?
– Маргоша, они сами разберутся… – настаивает Дэн.
– Вы бы видели, как он на неё смотрел… – она разворачивается, решительно шагая прочь.
– Марго, стой! Лучше я.
Догоняю. Передаю ей малышку и иду к лифтам.
Глава 6
Аня
Меня так сильно тошнит, что даже сидеть тяжело.
Кирилл вывел меня в гостиную и усадил на диван. Принёс из прихожей верхнюю одежду и одевает, как маленькую.
Слежу за его руками, как зачарованная. И вспоминаю, как обнимал меня той ночью, гладил, трогал везде… Боже.
Хочется запустить пальцы в его густые светлые волосы, сжать их.
Щёки вспыхивают жаром, когда вспоминаю, как делала это в прошлом. В тот единственный раз я занималась любовью с мужчиной, от которого была без ума. Помню, как кричала, вцепившись в его волосы в самые волнительные моменты...
Это было слишком для неискушённой девчонки. Слишком много всего.
Та ночь была огромной ошибкой. И я обречена теперь всегда искать в мужчинах то, чего в них быть не может. Они – не Кирилл. После него – всё пресно, бессмысленно…
Я с мужем никогда не испытывала ничего подобного. Антон это чувствовал, видимо. Он спал с другой, которая ему отвечала. А не сравнивала мысленно со своим первым, любимым мужчиной…
Кирилл поднимает голову и смотрит пристально на меня.
У него разбита губа и ссадина на скуле. Мамочки!
Я озираюсь по сторонам в поисках мужа, его нигде нет.
– Не бойся, он больше не тронет.
Я даже выговорить ничего не могу. Пытаюсь, но не получается – зубы стучат. Поняла теперь, как люди становятся заиками от шока.
– Можно наряд сюда вызвать, а можно поехать в полицию самим.
– Нннет…
Кирилл хмурится и поджимает губы.
– И часто вы подобным образом выясняете отношения? Или такое впервые?
– Вввп.. впер…
Чёрт! Надеюсь, это пройдёт?
– Понял.
Он застёгивает на мне ботинки, накидывает на плечи пальто.
– Марго с малышкой ждут внизу, идём.
Я смотрю на него ошарашенно, не понимая, почему не появляется Гаранин.
А он как раз выходит из спальни.
Выглядит, будто с сильного похмелья. Рубашка порвана, волосы дыбом. Переносица распухла. Он болезненно жмурится от яркого света.
– Вертинский, ты труп, понял?
Он угрожает Кириллу, но смотрит прямо мне в глаза.
Инстинктивно сжимаюсь и отступаю на шаг.
Ясно, что силы не равны. Кирилл значительно крупнее Антона и выше на пол головы.
– Это твои вещи?
Киваю. Кирилл подхватывает сумки, которые мы с сестрой собрали. И ведёт меня к двери.
– Здесь, в России, ты никто, – бросает нам в след муж.– Но и в Швейцарии я тебя достану!
– Ты меня не интересуешь, Гаранин, – усмехается Кирилл. – Расслабься.
– Интересует моя жена, да?
– Я приехал за Мией, – отвечает он и подталкивает меня к выходу.
Что? Он приехал за Мией. Хочет забрать у меня дочь?! Увезёт её в другую страну…
Снова начинаю паниковать. Дыхание учащается. Пульс отдаётся ударами в висках.
В лифте стараюсь на него не смотреть.
– Уйдешь от него? – вдруг спрашивает.
Молчу. А что тут скажешь?
Совершенно точно я не лягу больше с ним в постель добровольно. Скорее всего, Антон придумает, как заставить меня смириться и дальше создавать видимость идеальной семьи. Будет угрожать моим родным.
Пять лет назад он сыграл на моём чувстве долга и страхе перед властной матерью. А ещё Марго…
Выходим на подземный паркинг. Я сразу же бросаюсь к Мие. Обнимаю так крепко, будто кто-то и вправду сейчас у меня её отнимет.
Малышка не возражает, она очень любит обниматься.
– Мама… – пищит.
Она пока не много слов знает. Мама было самым первым.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.