Добрые злые сказки
- -
- 100%
- +
«Я не верю в красную нить судьбы…»
Я не верю в красную нить судьбы,и дожди, идущие в январе.В горле комом горькое – «если бы».Если бы ты только была моей.Если бы я родился в надцатый век,времена королей и железных лат,Я бы вызвал на бой весь проклятый свет,небеса и землю, Эдем и ад.Ты смогла бы верить моим стихам,и словам, что кровью звенят в ушах:«Я тебя никому никогда не отдам»,и «ты знаешь, чертовски болит душа».Я рожден в двадцать первый, усталый век.У меня – сквозная дыра в груди.Я не вижу цветов и огней во сне,только белую пудру сухой пурги.Снег скрипит под ногами, мой Север тих.И неважно, сколько ведет дорог,Мне суметь бы только одну найти,ту, что выведет прямо на твой порог.Всё в тебе неуместно, но так легко.Льется теплая медь золотистых кос.Мне бы только коснуться тебя рукой,и у ног свернуться, как верный пес.Ты из солнца, и кажется, из песка,сплетена из тонких, звенящих струн,Поднебесных гор и прибрежных скал,сизокрылых и яснооких лун.Всё во мне – это иней, сырой туман,сотни книжных страниц и табачный дым.Я не знал, что такое – сходить с ума.Я не знал – это значит, я был пустым.В твоих венах – живая драконья кровь,а во мне – металлический серый сплав.Тот, на небе, кто раздает любовь,в этот раз ошибся, так был не прав.Я не верю в сказки, не верю в сны,мы с тобой из разных земных широт.Я не видел крыльев цветной весны,всё во мне – это ломкий и колкий лед.Только в руку врезается красная нить.Двадцать третье холодное января.Это бред. И такого не может быть.Но на землю падают капли дождя.«Двадцать тысяч лье…»
Двадцать тысяч льеподводой.Которая плещетсяМеждумнойитобой.Я живу у тебя в груди,За костяной закрытой дверцей.Я – твоёнеизлечимобольноесердце.Двадцать тысяч днейбез тепла.Зима заблудилась в городе,и не ушла.Белой метелью влетелав твое окно,Ставни закрыла,изалегла на дно.Знаешь, а мне бы пару незримых рук,Я бы варил тебе кофе, готовил чай.Просто, пожалуйста, мой дорогой друг,Сердце свое когда-нибудь повстречай.Те, кто действительно необходим,Не предадут и не причинят боль.Пусть будетонсильным один,И непобедимымвместес тобой.Двадцать тысяч льеподводой.Которая плещетсяМеждумнойитобой.Я живу у тебя в груди,За костяной закрытой дверцей.Я – в тебябезнадежновлюбленноесердце.«Кафельный пол, на стенах трещины…»
Кафельный пол, на стенах трещины,водопроводная грязь.Я бы любил тебя, даже если бытыне родилась.Даже если быты появилась на светмужчиной,чудовищем,дьяволом,деревом,птицей,одной из комет,стрелой,отчаяньем,яростью,стихией, что прячет в недрах Земля —я бы любил тебя.Даже если быты не быламоей,а былаподневольной,рабыней,чей-то женой,подарившей ему дочерей,сыновей.Обезумевшей,слабой,смертельно больной,собиравшей в ладони искры огня —я бы любил тебя.Даже если бы ты была создана,ветром,пеплом,порохом,бурей в пустыне,островом,океаном,планетой,городом,той, никогда не любившей меня —я бы любил тебя.Кафельный пол, на стенах трещины,тусклый, мигающий свет.Я буду любить тебя, даже еслидаже еслитебянет.«Ты однажды придешь в мой дом…»
Ты однажды придешь в мой дом,мой маленький дом в лесу.Скажешь весело: «здравствуй, Том.Я пришел. Ты проспорил су».Бросишь пыльный рюкзак на стол,и за ухом почешешь кота.Белой глыбой с заснеженных гор,в моем сердце умрет пустота.Но я сделаю вид, что не ждал.Не скучал, отмеряя дни.Просто я очень сильно устал.Я чертовски устал от любви.От любви ко всему и всем:к близким, женщинам и друзьям.Ведь привязанность – тот же плен.Полюбить – потерять себя.Я один. Разве это грех?У меня есть табак. И кот.Я же счастлив. Счастливей всех.И в груди не болит, не жжет.Твой французский смешной акцент,итальянский кипящий нрав.Ставил су? Я поставлю цент,(будто бы окажусь неправ),ты, конечно, свернул с пути,или встретил свою судьбу.Или может, нашел синих птиц,тех, что птицами счастья зовут.И ты вспомнил, что где-то есть друг.(раньше ты всем делился со мной:сигаретой, теплом своих рук,счастьем, горечью и виной).Ты расскажешь, как мир постарел.И про джунгли больших городов.Что нет больше сражений и стрел,не приходят колдуньи из снов.Может быть, я в ответ промолчу.Может быть, улыбнусь слегка.Я отвык от эмоций и чувств,став одним из кривых зеркал.Ты отставишь вино и чай,/ты все время куда-то спешишь/,скажешь весело: ««не скучай».И уйдешь в свою новую жизнь.Я один. Разве это грех?У меня есть табак. И кот.Я так счастлив. Счастливей всех.Я счастливейший идиот.Я допью свой остывший грог,и на плечи накину пальто.Прочь из дома, сквозь дым и смог,безнадежно надеясь, чтоты однажды придешь в мой дом,мой заснеженный дом в лесу.Скажешь тихо: ну, здравствуй, Том.Я пришел.Я тебя спасу.«Год за годом, двадцать четыре на семь…»
Год за годом, двадцать четыре на семь,есть двое – ты и твоя тень.Но, знаешь, в каждой секунде дня —тень, что идет за тобой,это – я.Вот ты шагаешь по майской Москве.Я, /большей частью/, невидимый в темноте,защищаю тебя от демонов и злых людей.Возвращайся домой скорее, моя Лорелей.Мир закован в призрачный лунный лёд.И по улицам тихо крадется ночь.Ты, как миссис Офелия Тодд,ищешь кратчайший путь.Иисчезаешьпрочь.Мягким светом мерцает синий экран,в хрупкой кружке дымится горячий чай.Я – та пыль, что спрятана по углам.Не смотри на меня. Не замечай.Я иду за тобой след в след. Охраняю сон.Я сижу у кровати, закутанной в тишину,что растает под первый трамвайный звон,под будильника трель, объявляющего войну.Знаешь, я – это снег и горячий песок.На стене дрожащий причудливый свет.Я за твоей спиной. И я – у твоих ног.Я – это ты.Но менянет.Будь бесстрашной,двадцать четыре на семь.И пусть рядом только твоя тень.Знай, что в каждой секунде дня,тень, что идет за тобой,это – я.«Это мой первый раз …»
Это мой первый раз —мятных губ твоих вкус.Это твой первый джаз.Это мой первый блюз.Ты – василиск,ия целую твои глаза.Горек и сладок риск,в жилах кипит азарт.Ты закрываешь дверь,я – срываю замок.Ты говоришь: «зверь».Я говорю: «Боготпустит мои грехи.Если же я – волк,значит,беги.Ты – приглушаешь звук./разум, спокойных снов/Слово из шести букв?– только бы не «любовь».Делаешь шаг назад.Плавитсяпаркет.Шепчешь:«нас ждет Ад».Я говорю: свет —это большой обман.Света и Тьмы нет.Свет – это тысам./ты – это мой свет/.Ты – василиск,ия закрываю твои глаза.Горек и сладок риск.Сорваны тормоза.Это твой первый джаз.Это мой первый блюз.Это мой первый раз.Когдаялюблю.«Если есть дорога, то есть и дом…»
Если есть дорога, то есть и дом.Если море есть, значит есть причал.Мне не нужен меч, мне не нужен трон.Я лелею только свою печаль.Если слово есть, значит есть и смысл.Если сердце есть, значит будет боль.Если «я и ты», означает – «мы»,из осколков льда соберу «любовь».Я иду по краю своей судьбы,неприметный странник, седой старик.Снова «если бы», превращая в «быть»,опускаю флаг, покидаю бриг.И в ночной глуши, на лесной тропе,я ложусь на влажный и мягкий мох.Приходи ко мне, приходи во тьме,дверь откроет Янус – двуликий бог.Проведи меня по безумным снам,будь моей Ариадной, затем – Лилит,Где Землей становится океан,где ложится тень у могильных плит.Там, где шпили башен стремятся ввысь,я приду устало к твоим ногам,Под твоей рукой замирает рысь,отчего же в сердце моем ураган?Говори со мной, обнимай меня.На воде круги, на руке рука.На костях песок, на песке земля.Длится сон лишь час, но прошли века.Я проснусь наутро больным и злым.Соберу котомку, накину плащ.Раскурю табак, наколдую дым.Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.