Покажи мне звезды

Глава 1

Опрокинутое небо

Конец съемок стал самым счастливым моментом для всего актерского состава. Напряженные месяцы работы, бесконечные интервью превратили создателей сериала в усталые тени. Большинство из них имели семьи, и они спешили скорее вернуться домой. Дэйвид Трент, исполнитель одной из главных ролей, кумир миллионов женщин и девочек-подростков, был среди них.

В аэропорту создателей сериала поджидали толпы журналистов и вездесущие фанаты. Дэйвид хмурился, недовольный повышенным вниманием к своей персоне. Его раздражали папарацци и вечное обожание поклонников. Слава и известность давили как камень. Он устал не только физически, но и психически. Дэйвид незаметно проскользнул в боковой выход, избежав встречи с журналистами, их камерами и ненужными вопросами.

На улице его ожидал автомобиль. Водитель взял спортивную сумку из его рук и открыл заднюю дверцу:

– С возвращением, Мистер Трент.

– Едем, Рауль, – устало проговорил Дэйвид, откинувшись на заднем сиденье.

– Куда поедем, Мистер Трент? В особняк или на квартиру?

Дэйвид задумался. В особняк? Там его ждала Барбара. Он вздохнул. В последние годы их отношения превратились в ряд бесконечных скандалов и взаимных обвинений. Любовь давно ушла, уступив место скуке и однообразию. Дэйвид начинал пить, появились женщины-однодневки.

– На квартиру, Рауль. Я хочу побыть один.

Автомобиль тронулся, и Дэйвид погрузился в нерадостные мысли.

Особняк он купил, чтобы угодить Барбаре, которая желала иметь огромный дом для светских приемов и вечеров. Для себя Дэйвид приобрел большую квартиру в центре Европолиса. Это было его убежище, его святыня.

В самолете Дэйвид спрашивал себя, а не съездить ли ему к родителям в Долину Роз? Необходимо с кем-нибудь поделиться своими раздумьями. Все эти годы Барбара удерживала его, требовала узаконить отношения, но Дэйвид чувствовал, что тогда придет конец его актерской карьере. Пришло время выбирать. Дэйвид снова глубоко вздохнул. По сути каждый жил своей жизнью. К тридцати годам он так и не сумел завести нормальную семью, которая стала бы защитой от бурь повседневной жизни. Барбара же любила шум, светские развлечения, вспышки камер и фотоаппаратов, показной блеск и скандалы на первой полосе газеты. Она не способна была создавать уют и спокойствие.

Резкое торможение вывело Дэйвида из тягостных раздумий:

– Что произошло, Рауль? Почему мы остановились?

– Пробка, сэр.

Дэйвид вышел из машины и осмотрелся. Ряд остановившихся автомобилей растянулся на несколько кварталов.

– Я пройдусь пешком, Рауль. До дома недалеко. Часам к четырем заезжай за мной. Поедем в особняк.

– Хорошо, сэр.

Дэйвид поднял воротник куртки, чтобы прикрыть лицо от весеннего ветра. Утром был дождь, и на проезжей части и на тротуаре всюду блестели лужи с грязной водой. Шоферы нервничали, беспрестанно звучали клаксоны.

Он увидел причину остановки движения, когда вышел на пересечение улицы Ривер Сонг и бульвара Эльм. На пешеходной дорожке в трех-четырех шагах от тротуара лежал мопед с искореженным задним колесом, а рядом стояло такси с помятым крылом. Водитель сидел в салоне и, отчаянно жестикулируя, что-то доказывал молодой девушке в кожаной куртке и полицейскому.

Дэйвид скользнул в тень ближайшего дерева. Отсюда ему хорошо было видно пылающее гневом лицо незнакомки и понурый вид таксиста. Полицейский, совсем еще мальчик, составлял протокол, попутно пытаясь успокоить молодую леди.

Невольно Дэйвид засмотрелся на девушку. Темные вьющиеся волосы красиво спадали на спину и плечи, обрамляя миловидное лицо. Солнечные лучи создавали золотой ореол вокруг стройной фигуры, и она, казалось, сияла.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Тара повернулась. Гнев отступил, дав место новому сильному чувству, как будто невидимой цепью ее приковало к незнакомцу. Почему в его лице столько боли? Кто он? И откуда такое ощущение, что она знает его? Какая-то томная дрожь пробежала по ее телу. Тара боролась с желанием подойти к Дэйвиду. "Дура, – девушка мысленно упрекнула себя, – увидела красивого мужчину и тут же сошла с ума".

И Дэйвид не мог отвести от нее взгляда. Он застыл на месте, как пронзенный острыми пиками. Обоим казалось, что время остановилось.

Борясь с желанием броситься к девушке, Дэйвид быстрым шагом направился в сторону своего дома.

Он долго стоял под душем, потом, накинув халат, направился в спальню и, не раздеваясь, бросился на кровать, зарывшись лицом в подушку.

Снова и снова возникала в его сознании прекрасная незнакомка. Он пытался отделаться от нее. Бесполезно! Зеленоглазая фея не желала уходить, изгнав все остальные мысли из его головы. Определенно, эта девушка не из серии "на один день". Образ ее преследовал Дэйвида, и при этом как будто раздвигался какой-то мрачный занавес.

Он повернулся на спину и уставился в потолок. Настало время разобраться, понять, что именно он хочет делать со своей жизнью. Незаметно его мысли вернулись к Барбаре. Бесконечный список ее любовников был омерзителен. Он устал прощать, идти на компромисс, надеяться хоть на чуточку нежности со стороны Барбары. Он хотел любить и в ответ получать любовь. И тогда снова возник образ девушки с мопедом.

Рауль появился ближе к концу дня.

Дэйвид вышел из машины, посмотрел на фасад и снова вздохнул. Особняк напоминал ему золотую клетку.

В холле, отделанном итальянским мрамором, Дэйвид наткнулся на кучу чемоданов.

– Барбара! – позвал он. – Барбара!

На лестницу второго этажа вышла русоволосая женщина в дорожном костюме, держа в руках небольшую сумочку.

– Что это? – Дэйвид указал на чемоданы. – Мы куда-нибудь едем?

– Не мы, а я. Ты остаешься, – невозмутимо произнесла Барбара. – Я ухожу от тебя. Я нашла человека, который меня любит! Кто уважает мои чувства и желания.

– Другими словами, готовый выполнить любой твой каприз? – Дэйвид схватил женщину за локоть и отвел ее в гостиную:

– Сядь. Нам нужно поговорить.

Барбара откинулась на диване с недовольным лицом.

– Нам нужно поговорить, Барбара. Я полагал, что со временем между нами все наладится, я долго ждал, но этого не произошло. Я устал, Барбара. Просто устал!

– Он устал! – иронично возразила Барбара. – А мне что прикажешь делать? Сидеть весь день взаперти и ждать тебя? Смотреть за кучей сопливых детей? Не хочу делить тебя ни с кино, ни с театром, ни с теми, которые «на одну ночь»!

– А тебе интересно узнать, что хочу я? – закричал Дэйвид.

– Я пожертвовала для тебя своими лучшими годами. Не спала ночами, думала только о тебе…

– Ооо! – протянул Дэйвид. – Так ли? Не лги, Барбара, все это время ты прекрасно находила мне замену.

– Неужели ты не понимаешь, Дэйвид? – в глазах Барбары появились слезы. – Я хочу, чтобы ты был только моим.

Дэйвид едва не рассмеялся.

– И я хочу, Барбара. Я хочу, чтобы в моем доме слышался детский смех, и меня ждала женщина, которая проведет со мной вечер перед камином. Женщина, которая принесет уют и гармонию в мою жизнь. А что дала мне ты? Бесконечную череду любовников, кредиты, которые, я оплачивал, посещение ночных клубов и модных заведений в окружении толпы сомнительных личностей! Моя мама была права: ты не семейная женщина. Ты из серии "на одну ночь".

– Смотри-ка! – дико закричала Барбара. – И ты смеешь говорить о семье и детях, ты, который все еще держится за маменькин подол?

– Я тебя любил! Я просил, умолял тебя о ребенке, но ты… ты беспокоилась только себе, – Дэйвид подошел к двери, на пороге обернулся и посмотрел на Барбару. Он постоял с минуту и, не проронив ни слова, вышел из гостиной, оставив женщину в одиночестве.

В холле прозвучал голос Барбары, приказывавший Раулю грузить чемоданы в машину.

Когда Кристофер Эйлат увидел Тару, которая тащила за собой помятый мопед, он почувствовал озноб. Жестом актер попросил прервать съемки и бросился к девушке.

– Стоп! Стоп! – закричал режиссер Клифф Рейнальдс. – Что происходит? Кристофер?!

Эйлат в ответ даже не обернулся.

– Тара! Что произошло? Ты в порядке? – тревожно спросил он.

– Все нормально. Такси ехало на красный свет. Со мной все в порядке, но мопед…

– Забудь про мопед. Купим новый. Ты уверена, что с тобой все хорошо? – Кристофер обратил внимание на бледное лицо девушки.

– Голова немного болит и тошнит.

– Немедленно едем в больницу, – Кристофер отвел девушку к синему Роллс-Ройсу, припаркованному недалеко от съемочной площадки. Он открыл переднюю дверцу и осторожно, как будто Тара была из хрупкого хрусталя, усадил ее.

– Я мигом, – Кристофер захлопнул дверцу и направился к режиссеру: «Рейнольдс, съемки на сегодня необходимо закончить. Завтра доснимем».

– Что случилось? – взгляд режиссера скользнул по искореженному мопеду, брошенному на площадке.

– Тара пострадала в аварии. Она плохо себя чувствует. Я отвезу ее в больницу.

Кто-то грубо потряс девушку за плечо, издалека донесся голос Кристофера:

– Тара! Тара! Посмотри на меня! Не спи! Тара, не спи!

Автомобиль рванул с места.

– Я устала! – прошептала Тара. – Я хочу спать!

– Не смей! – кричал Кристофер. Одной рукой он держал руль, а другой тормошил девушку.

– Почему ты не даешь мне спать? – отмахнулась Тара.

– Тара не спи! Вероятно, у тебя сотрясение. Врач не приезжал к месту аварии?

– Был какой-то студент-медик, – язык Тары, заплетался, как будто то она приняла порядочное количество алкоголя. – Сделал мне укол и дал таблетку от головной боли. Сказал, чтобы я все время говорила и держала глаза открытыми.

– Боже, какой идиот! – воскликнул Кристофер. – Мы приехали. Сейчас пойдем спать!

Как только они вышли из машины, Тару вырвало, а перед кабинетом врача она упала без сознания.

Врач подтвердил диагноз – сотрясение головного мозга. Кристофер оставил Тару в больнице и вернулся домой измученный.

Дома он принял успокаивающую ванну и сделал себе чай. Сидя в мягком кресле с ногами, Кристофер погрузился в воспоминания.

Джон беседовал с известным режиссером Адамом Крейном.

– Рад видеть тебя, Джон! – воскликнул Кристофер. – Я думал, ты вернулся в Штаты.

– Собирался, но придется задержаться, – Джон глазами поискал свою спутницу.

Молодая женщина что-то обсуждала с директором киностудии "Стар" Филимоном Пайком в двух шагах от них.

– Дорогая моя, – позвал ее Джон. Женщина обернулась, и Кристофер на мгновение перестал дышать. – Дорогая моя, позволь представить Кристофера Эйлата – актера, а с недавнего времени и продюсера.

– Вы снимались в сериале "Рука закона"? Бесподобный сериал! – девушка протянула ему руку.

– Познакомься, Кристофер, это самое дорогое что у меня есть, мое сокровище – сестра-близнец Тара.

– Сестра! – мысленно воскликнул Кристофер. – Как сам не догадался? – и вслух добавил: «Близнецы? Совсем не похожи!» – и пожал девушке руку.

– И слава Богу! – рассмеялась Тара. – Не хотелось быть похожей на этого кретина!

Кристофер встал с кресла и подошел к окну. Да, он любил Тару с тех пор, с того самого момента. Временами она напомнила ему Элизабет. Мужчина вздохнул. Старая боль вернулась снова. Если бы не Мелани, он, наверное, умер бы. Мелани! Кристофер не видел ее уже несколько недель. Съемки шли по двенадцать часов каждый день, иногда прихватывая и ночь. Конечно, он мог бы ей позвонить и пригласить на ужин. И, прежде чем Кристофер осознал это, его рука набрала номер телефона Мелани.

После отъезда Барбары Дэйвид отправился в семейное поместье Долину Роз в получасе езды от зеленого города Мелроуз. Его мать Хелен несколько раз пыталась поговорить с ним, но у молодого человека не было желания делиться своими секретами, и она не настаивала. Мысли о девушке с мопедом не давали ему покоя. Он постоянно думал он ней, как будто они были давно знакомы. И во снах ее образ сопровождался эротическими грезами и желаниями.

Хелен смотрела, как ее сын бродил в одиночку по большому парку, а его настроение часто менялось, что не было для него характерно. Ее материнское сердце полагало, что это связано с Барбарой, с этой ужасной женщиной, которая как пиявица измучила не только ее бедного мальчика, но всю их семью.

Врач выписал Тару на второй день. Состояние девушки не вызывало опасений, и Кристофер отвез ее домой. Он настоял, чтобы Тара прилегла отдохнуть, достал из кармана куртки телефон и набрал номер.

– Кристофер!? Какой приятный сюрприз! – произнес приятный баритон на другом конце линии.

– И я рад слышать, Джон. Прости за поздний звонок. (В это время в Лос-Анджелесе час ночи).

– Не извиняйся, мы только-только вернулись с сольного концерта. Что произошло?

– Небольшой инцидент, но с Тарой все хорошо.

– Какой инцидент? – голос Джона слегка задрожал.

– Тара вела через пешеходный переход мопед, на красный свет мчалось такси и зацепило заднее колесо мопеда.

– И что? – голос Джона напрягся.

– Ничего серьезного: несколько царапин, синяков и ушибов. Сегодня утром я забрал ее из больницы, она была очень недовольна, поэтому отправил ее спать.

Дверь за спиной Кристофера приоткрылась, и он обернулся.

– Можешь поговорить с ней, Джон, – Кристофер протянул Таре трубку.

Девушка взяла аппарат, сделав сердитое лицо.

– Джон?

– Тара, ты в порядке?

– Ничего серьезного, только мопед никуда не годится.

– За это не беспокойся. С тобой все хорошо? Тебе что-нибудь нужно?

– Нет, Джон, мне ничего не нужно. Если только адвокат, потому что сейчас здесь произойдет убийство.

В трубке прозвучал веселый смех Джона.

– Передай привет Паоло от меня, – улыбнулась Тара.

– Слышишь, он в ответ шлет тебе поцелуй! – ответил Джон.

Тара отключила телефон и посмотрела на Кристофера, который стоял, опершись на дверь кухни.

– Ты просто сплетник! – сердито воскликнула девушка.

– Что такого я сделал? – изумился Кристофер.

– Зачем ты позвонил Джону?

– Тара, он твой брат, он волнуется за тебя, – и мысленно добавил: "И я тоже".

На лице девушки было написано разочарование и обида:

– Держитесь со мной, как с маленьким ребенком.

– Просто мы боимся за тебя.

– Мне надо работать. Буду очень благодарна, если ты оставишь меня в покое.

– Тара… – начал Кристофер.

– Пожалуйста! – настаивала Тара.

Она пыталась продолжить работу над сценарием фильма, в котором Кристофер играл главную роль, но никак не могла сосредоточиться: все ее мысли вертелись вокруг незнакомца. Высокая фигура, выразительный взгляд, в котором можно утонуть. Сколько тайн и соблазнов таились в его карих глазах! Удивление, восхищение были написаны на его лице. Все как будто говорило: "Вот же ты! Тебя я искал всю жизнь!" Человек на тротуаре пробудил в ней чувства и желания, которые Тара давно похоронила в глубине души.

Вечером она долго лежала, не могла заснуть, а когда заснула, в ее снах был ОН! НЕЗНАКОМЕЦ!

День стоял ветреный и довольно прохладный. Съемки закончились, и Тара, не спеша, собирала бумаги с рабочего стола. Уже несколько дней она не разговаривала с Кристофером и сторонилась его компании.

– Тара, я хотел бы поговорить с тобой, – Эйлат стоял на пороге ее маленького кабинета.

Девушка повернулась к нему спиной.

– Тара, это глупо! Сердишься из-за ерунды.

– И ты, и Джон, вы оба думаете, что я не в состоянии позаботиться о себе. Это…это оскорбительно.

– Я не хотел обидеть. Просто беспокоюсь о тебе.

Они, молча, шли по набережной. Серые сумерки спускались на город. От воды тянуло прохладой. Уличные фонари медленно зажигались в жемчужной дымке, поднимавшейся от реки.

– Почему ты молчишь? – спросил Кристофер, когда они сели на скамейку под печальными ивами.

– Я думаю, я никогда не давала тебе надежду. Ты для меня как старший брат. И все же ты продолжаешь любить меня. Почему?

– У меня была невеста Элизабет. Я любил ее больше, чем самого себя, и думаю, что она испытывала то же самое. Накануне нашей свадьбы она покончила с собой, наглотавшись снотворных. Ее не смогли спасти. Я до сих пор не знаю, зачем она это делала. С ее смертью во мне что-то умерло. Мне казалось, что я больше не смогу полюбить. А потом встретил тебя. И как будто очнулся от кошмарного сна. А потом понял, что ты смотришь на меня, как на друга или брата.

– А почему ты прежде не рассказывал мне о своих чувствах?

– Подобное откровение могло разрушить нашу дружбу.

Кристофер увидел тележку с мороженым и направился купить лакомство для Тары, оставив ее одну на скамейке.

Дэйвид провел в Долине Роз несколько бесцельных дней и вернулся в город рано утром. Незнакомая девушка с мопедом полностью овладела его разумом.

День он провел, лежа на диване, а вечером выбрался в парк, чтобы немного пройтись перед сном. Погруженный в меланхолию Дэйвид мерял шагами дорожки, покрытые гравием, и носком ботинка подбрасывал мелкие камешки. Один из них отскочил в сторону и покатился. Дэйвид взглядом проследил его путь.

Камешек ударился о скамейку и остановился. На скамейке в нескольких шагах от него сидела девушка его мечты. Он сделал шаг, но тут появился Кристофер с мороженым в руках. Дэйвиду едва удалось скрыться в тени ближайших деревьев. Тара почувствовала, как ее переполнило неописуемое волнение. Она взглядом провела по теням деревьев, как будто там ее ожидало что-то феерическое.

– Что такое? – спросил Кристофер.

– Я не знаю… у меня ощущение… как будто, – Тара замолчала. Она не могла объяснить, что произошло. – Это не имеет значения.

День совсем погас. От реки веял прохладный ночной ветер. Таре стало холодно, и она прижалась к Эйлату.

– Давай я отвезу тебя домой, – предложил Кристофер.

Тара поднялась со скамейки, Кристофер снял пиджак и накинул его на плечи девушки. Дэйвид, наблюдавший за ними, почувствовал, как в нем поднялась волна такой удушающей ревности, какую он никогда не испытывал к Барбаре. Молодой человек вышел из укрытия и помчался к выходу из парка. Дома он заперся в своем кабинете, приказав экономке Марии отвечать всем, что его ни для кого нет.

Тара стояла за креслом, в котором восседал Клифф Рейнольдс, режиссер сериала, и наблюдала за съемками. Кристофер был великолепен, не случайно его выбрали на роль Дерека.

Где-то зазвенел телефон, к Рейнольдсу подошла Клара, главная его помощница в съемках, и что-то прошептала ему на ухо.

– Стоп! – закричал Рейнольдс. – На сегодня съемки закончены. Кристофер, это вас, – помощница протянула трубку Эйлату.

Лицо актера нахмурилось, когда он услышал прерывающийся голос:

– Мария, перестаньте плакать и толком объясните, что случилось? – со своего места Таре не было слышно ответов собеседника Кристофера. – Вызвали скорую? Успокойтесь, я сейчас приеду!

Эйлат вернул телефон режиссеру и побежал к своей машине.

– Кристофер, подожди! – крикнул Тара и попомчалась за ним. – Что случилось? – девушка села в автомобиль рядом с Эйлатом.

Кристофер резко повернул руль, и Роллс-Ройс на полной скорости помчался по улицам города.

У входной двери их ждала Мария.

– Где он? – спросил Кристофер.

– В своем кабинете, – всхлипнула женщина. – Вчера вечером он пришел домой расстроеный, заперся в кабинете. Утром я постучалась к нему, но никто не ответил. Даже на завтрак не вышел.

Кристофер и обе женщины прошли до конца длинного коридора и остановились у резной деревянной двери. Кристофер несколько раз дернул за ручку:

– Закрыто изнутри. Дэйвид! Это я, Кристофер! Открой! – в ответ молчание. – Отойдите, пожалуйста, на несколько шагов назад, – попросил он женщин.

Эйлат несколько раз ударил ногой по двери, просунул руку в образовавшуюся щель и повернул ключ в замке. Дверь распахнулась.

По комнате как-будто прошел ураган. Мебель перевернута, предметы, когда-то стоявшие на столе, расбросаны по полу, всюду валялись клочки разорванной бумаги, книги, вещи, сброшенные со стульев, пустые бутылки. В воздухе висел тяжелый запах алкоголя и рвоты. Посреди этого хаоса лицом вниз лежал человек.

– Господи! – воскликнул Кристофер. – Останьтесь здесь, не входите, – остановил он женщин.

Эйлат, осторожно перешагивая через разбросанные вещи, подошел к лежавшему телу, перевернул его. Чуть не вскрикнув, Тара прикрыла рот рукой. На полу лежал незнакомец, который вот уже несколько дней занимал ее воображение.

– Он умер? – спросила она.

– Проснись, Дэйвид! Давай, приятель! Просыпайся! Ну? – тормошил его Кристофер.

Тара затрепетала, из ее глаз хлынули слезы.

В комнате для посетителей было тихо, пахло дезинфекцией. Кристофер взял из автомата стаканчик кофе и протянул Таре.

– Зачем он это сделал? – спросила девушка.

– Не знаю, – Кристофер немного помолча и добавил: "Неразделенная любовь может свести с ума любого".

Разговор прервал появившийся доктор.

– Как он? – Эйлат был встревожен.

– Вы привезли его вовремя. Мы промыли ему желудок. Он проспит до завтра.

– Мы можем его увидеть?

– Только недолго.

Тара, не дыша, подошла к кровати. Она не могла отвести глаз от лежавшего. Он казал ей таким красивым, таким неземным, что хотелось… поцеловать его.

Кристофер внимательно наблюдал за девушкой. Он начал догадываться, что перемены в ее настроении связаны с обычной влюбленностью. Но где ты был Дэйвид все это время? Когда же ты вернулся из Австралии?

– Вам пора, – произнес врач, заглянув в приоткрытую дверь.

При выходе из палаты Тара остановилась:

– Я… я… останусь. Можно? – тихо спросила она.

Доктор снисходительно улыбнулся и кивнул в знак согласия.

Солнечные лучи заливали палату весной и светом. Дэйвид проснулся поздно, голова гудела, горло пересохло. Так напиться! Вел себя как избалованный ребенок, у которого отняли любимую игрушку. И вообще где он? Как сюда попал? Дэйвид не помнил.

Он осторожно приподнялся. На стуле около кровати спала фея. Ее темные вьющиеся волосы закрывали лицо. Сердце Дэйвида застучало в горле. Он узнал ее! Это она! Незнакомка с мопедом! Разве такое может быть, чтобы она была здесь? Дэйвид не смел пошевелиться.

Дверь палаты открылась, и вошел Кристофер:

– Наш герой проснулся! – иронично заметил он. – О Боге не вспоминал?

– Я хотел умереть!

– И почти преуспел.

Тара проснулась, откинула назад волосы, открывая миловидное лицо, сладкое от сна, как сахарная вата. Она улыбнулась и посмотрела на Кристофера.

– Малышка, принеси, пожалуйста, кофе, – Кристофер подождал, пока Тара выйдет из палаты. – Что случилось на этот раз? – обратился он к Дэйвиду, щурившемуся от яркого света.

– Бабара меня бросила.

– В который раз? И ты напился!

– А что мне еще оставалось делать?

Они замолчали. Разговор потерял смысл.

Вошла Тара, неся горячий кофе в руках.

– Дэйвид, ты помнишь американца, который снимался со мной в фильме "Два сердца"? – Кристофер взял из рук Тары стаканчик. – Познакомься, это его сестра-близнец Тара.

– Очень приятно, Мисс Уэллс!

– Тара, а теперь позволь мне представить моего лучшего друга.

– Даже больше чем друга, – поправил его Дэйвид.

– Дэйвида Трента. Вы побудьте пока вдвоем. Я узнаю, готовы ли документы к выписке.

Кристофер стоял в коридоре, прислонившись спиной к стене. До этого дня он жил надеждой, что однажды назовет Тару своей женой. Но сегодня, сегодня он понял, что его мечте не суждено сбыться. Он видел, какие взгляды бросала Тара в сторону его друга, и как при этом светились глаза Дэйвида.

– С вами все в порядке, сэр? – спросила проходившая мимо медсестра.

– Спасибо, все в порядке, – грустно ответил Кристофер.

Тара пыталась накормить Дэйвида, который капризничал как маленький ребенок.

– Я не хочу есть.

– Одну ложечку. Чуть-чуть.

– Если ты меня поцелуешь, – Дэйвид скрестил руки на груди.

Тара нагнулась к нему. Их лица оказались в дюйме друг от друга. Ее приоткрытые губы манили, от аромата, исходившего от ее тела, кружилась голова. В секунду, прежде чем их губы соприкоснулись, Тара слегка приподнялась и поцеловала его в кончик носа. Дэйвид посмотрел на нее разочарованно, и девушка засмеялась.

Кристофер, наблюдавший за этой сценой, закашлял:

– Доктор сказал, что мы можем забрать нашего героя.

– Тогда я оставлю вас. Рада была познакомиться с вами, мистер Трент.

Дэйвид подождал пока девушка выйдет из палаты:

– Расскажи мне о ней? – попросил он Кристофера.

Несколько дней Дэйвид боролся с желанием увидеться с Тарой. Он понимал, что Тара – девушка Кристофера, и мучился, не видя выхода. Дэйвид позвонил своему старшему брату Джеймсу, и после их короткого разговора, долго размышлял, гляда на огни города. Джеймс как всегда прав: сначала надо поговорить с Кристофером, чтобы выяснить, какие у него отношения с Тарой, а потом… потом будет видно.