Месть колбасника или как отличить сервелат от докторской

— Стоять, «Лилия», — произнёс он низко, с лёгкой насмешкой в голосе. — Или как там тебя на самом деле зовут?

Брогар моргнул, всё ещё обнимая её за талию.

— Брат, что ты… Она же моя гостья. Мы договаривались.

Громгар не смотрел на брата. Его карие глаза буравили Рами насквозь. Он медленно поднёс её руку к своему лицу, будто изучая, и усмехнулся — той самой саркастической ухмылкой, от которой у мужчин по спине бежали мурашки, а у женщин… иногда тоже.

— Интересно, — протянул он. — Дверь в мой дом была заперта, когда я уезжал. А сейчас — приоткрыта. Шкаф в спальне отодвинут ровно так, как будто кто-то искал тайник. На твоей блузе — свежая царапина точно от резьбы того шкафа. И в руке — он надавил на ее кисть — эта брошь… — Он свободной рукой коснулся серебряной росомахи, слегка повернув её. — Красивая вещица. Мордочка такая… хищная. Словно у той самой твари, которая шастает по королевству и оставляет после себя пустые кошельки.

Рами почувствовала, как холодок пробежал по позвоночнику, но улыбка не дрогнула. Она мягко высвободила запястье — или попыталась, но Громгар не отпустил и Рами прижалась ближе к Брогару, будто ища защиты.

— Ой, ну что вы, Громгар! — рассмеялась она легко, хотя внутри всё сжалось. — Вы такой подозрительный! Я просто… заглянула. Дверь была не заперта, честно. А царапина? Ну, зацепилась случайно, когда искала Брогара. Он такой большой, такой сильный… — Она провела ладонью по груди Брогара, чувствуя, как тот дрожит под её прикосновением. — Мы же договаривались на свидание. Я не хотела ждать на улице. А тайник? Какой тайник? Я даже не знала, что у вас есть что-то такое. Я травница, собираю травы, а не золото.

Брогар кивнул энергично, обнимая её крепче. Его серые глаза смотрели на брата с мольбой.

— Брат, она права. Мы вчера в лавке… она… ну… мы целовались. Она пришла ко мне. Не надо её пугать.

Громгар отпустил её запястье, но встал так, чтобы загородить дверь. Его мощная фигура полностью перекрывала выход. Он сложил руки на груди, и мышцы под кожаной курткой перекатнулись.

— Брогар, ты всегда был мягкотелым щенком, — сказал он спокойно, но в голосе звенел металл. — А эта «травница»… она слишком ловко врёт. Почти убедительно. Если бы не одна мелочь.

Рами почувствовала, как ситуация ускользает. Но она была Росомахой. Она выкручивалась из худших переделок. Она повернулась к Брогару полностью, обхватила его лицо ладонями.

— Дорогой, скажи ему. Скажи, что мы договаривались. Что я твоя. Что мы уйдём сейчас, и ты покажешь мне… всё, что обещал. — Она провела большим пальцем по его нижней губе.