- -
- 100%
- +
© О. Рой, текст, 2025
© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025
* * *Памяти
моего сына Женечки
посвящается
Пролог
Рамка
– Ой, зая, смотри, опять кухонный комбайн! – прыснула Диана, склонившись над горой разноцветных свертков, пакетов и коробок, которые они с мужем только что доволокли в несколько приемов из машины и свалили как попало на журнальный столик в гостиной. – Нам с тобой почти такой же на свадьбу дарили. До сих пор неоткрытый в шкафу лежит.
– Так два же лучше, чем один, нет? – подмигнул Руслан. – Освоишь наконец технику и будешь кулинарить в обоих сразу.
Диана шутливо подбоченилась:
– Мне теперь из кухни не вылезать, что ли? Еще чего!
– Да я же прикалываюсь, – отмахнулся муж. – Брось. Передарим кому-нибудь.
– Тогда ладно, – согласилась она и, неожиданно широко зевнув, смущенно улыбнулась: – Зая, давай завтра все разберем, а? А то сейчас у меня глаза слипаются. Объелась, натанцевалась… Уста-а-ла, не могу!
– Та же фигня, – в тон ей рассмеялся и он.
Именинник. Да не просто именинник – юбиляр.
Сегодня на празднике их несколько раз назвали молодоженами, молодой семьей и даже однажды – «наши молодые». Формально это действительно было так – поженились они года полтора назад, можно сказать медовый период еще не закончился. И по отношению к жене название было более чем справедливо – Диане, или Диньке, как звал ее супруг, еще даже двадцати восьми не исполнилось. Но вот муж…
– Пятьдесят… – пробормотал Руслан, точно проверяя, как это будет звучать.
Звучало, если быть честным с собой, страшновато. Полтинник. Полтос. Полвека. Ему, Руслану Левашову, стукнуло сегодня… то есть уже вчера, сейчас почти два часа ночи, новые сутки начались… целых пятьдесят лет.
Кошмар!
Или не кошмар?
Ведь старым и даже пожилым он себя совсем не чувствует. И внешне пока еще вполне себе ничего. Во всяком случае, коллеги женского пола, ну и другие женщины тоже, уверяют, что он выглядит намного моложе и вообще очень даже симпатичный.
Казалось бы, есть все основания считать себя баловнем судьбы. У него красивая молодая жена, престижная, любимая и хорошо оплачиваемая работа, отличный уютный дом – трехэтажная квартира в таунхаусе в элитном коттеджном поселке ближнего Подмосковья… Точнее, теперь уже Новой Москвы. Он здоров, тьфу-тьфу, никаких хронических болячек и старческих недомоганий – нигде не скрипит, не барахлит, в постели все ровно и без осечек. Проседь только-только начала появляться, но в русых волосах почти не видна. Морщинки едва заметны, ни пуза, ни жира на боках нет – спасибо умеренности в еде и спортивному типу фигуры. Танцевальное прошлое, опять же. На юбилее попросили исполнить румбу с коллегой Ксюшкой – без проблем! И румба сорвала овации, Мыша, то есть Маша, дочка от первого брака, прелестная егоза неполных пятнадцати лет, все ладошки отхлопала.
Бывшая жена и сын не пришли. Правда, Ольга позвонила, сдержанно и официально поздравила, а Егор не проявился вовсе, даже сообщения не прислал ни в мессенджеры, ни в соцсети. С момента развода общение между ними прекратилось. Отец для Егора «предатель», бросил семью. Пусть и не ради Дианы, это случилось много раньше. Ну что ж… В жизни, увы, бывает и такое. Главное, они все здоровы и благополучны. С остальным со временем разберемся. Наверное…
Иногда собственная жизнь напоминала Руслану какую-то головоломку, странный пазл. И так было с самой юности. Вот вроде все отлично складывается – а все равно вечно такое чувство, что чего-то не хватает, и приходится мучительно искать недостающий кусочек, необходимый элемент. Но как ни передвинь, ни перетасуй, все время цельной картинки не получается, все какая-то червоточина гложет, маета какая-то. Почему так?..
Он постоянно задавал себе вопрос: а иначе вообще бывает? Ведь живут же как-то люди – и ничего, не мучаются. Не обязательно у них все пути бархатными коврами выстелены или небо в алмазах – нет. А именно не маются, живут просто. А у него все как-то не так – не строится, не складывается…
– Пойдем уже спать, зая, – Диана подергала его за рукав. Она и правда выглядела совсем сонной, вялой и то и дело зевала.
– Идем, – не стал спорить Руслан. – Только, чур, по дороге не усни!
– А если усну? Донесешь на руках?
– Заявочки… Если только за ноги тогда. Голова по ступенькам – бум, бум, бум!
– Ах, так?! Тогда комбайны свои кухонные точно можешь выбросить. Оба! Я к ним и близко не подойду!
Пересмеиваясь и подтрунивая друг над другом, они поднялись на второй этаж и, едва раздевшись и пошвыряв одежду как попало на кресла, повалились на кровать. На ласки сегодня сил уже не хватило у обоих, хотя порой они и бывали ненасытными.
Какая же все-таки красота его квартира и все, что в ней находится. Большущая кровать, всегда свежее белье (приходящая помощница, Валентина Павловна, обо всем заботилась, да и брала недорого), дом у леса. Птицы…
Под их пение Руслан и проснулся. Думал, часов девять, а было еще только начало восьмого. Но, к своему удивлению, он отлично выспался.
Жена еще посапывала. Ну, пусть спит. Он в очередной раз полюбовался ею, порадовался, какая же Динька у него красивая. И как же все-таки похожа на Олю… Ладно, нечего об этом думать, лучше пойти вниз сварить себе кофе.
Выйдя из спальни, такой белой и сверкающей чистотой, словно операционная, Руслан спустился на первый этаж, попутно отмечая недавние изменения в интерьере дома, к которым еще не до конца привык. Переехав к нему, Диана активно принялась обустраиваться по собственному усмотрению и не успокоилась, пока каждый уголок их трехэтажного семейного гнезда не стал выглядеть как картинка из глянцевого журнала. Скандинавский стиль, натуральные материалы, все вроде бы просто и лаконично – но даже мелочи вроде пледа, брошенного на спинку дивана, выглядят так, будто их специально уложили и «небрежно» задрапировали складками для фотографии. Смотрелось это красиво – вкус у Диньки, дипломированного флориста, безусловно, имелся, даже несмотря на «провинциальное происхождение». И москвичка Оля в этом отношении ей явно уступала – обстановка прежнего семейного дома Руслана уж точно никогда не стала бы пособием на курсах дизайна интерьера. Но все же Рус иногда ловил себя на том, что скучает по беспорядку и непритязательности той, прежней, квартиры на Волгоградке, где жил раньше с Олей и детьми.
Выбрав из богатого ассортимента капсул кофе со вкусом ирландского крема, он запустил кофемашину, а чуть позже с кружкой в руках прошел в гостиную и, с удовольствием прихлебывая, принялся неспешно разбирать подарки. Начал с поздравительных конвертов – везде не только открытки, но и деньги, пятитысячные купюры. Это неплохо – наличка до сих пор иногда нет-нет да пригождается. Ну-ка, а что у нас в коробках?
О, Динька обрадуется. В одном из ярких пакетов обнаружился массажер для лица со всяческими насадками неизвестного свойства. Диана обожала все эти «женские штучки». А вот Оля была к ним совершенно равнодушна… Интересно, что имела в виду финдиректор, даря мужчине на полтинник такой девайс? А, понятно, тут еще в комплекте коробочка с триммером для бороды. Значит, подарок семейный, отлично. Бороду, что ли, отрастить?.. Надо попробовать, сейчас это модно.
Планшет-трансформер. Это тоже от коллег. Ага, с симкой и клавиатурой. Надо тоже Диньке отдать, а то сколько ей можно с тяжелым ноутом таскаться…
Большие беспроводные наушники. Это он уж однозначно заберет себе: давно собирался купить, да как-то все руки не доходили. Музыку Рус любил с детства и, пока жил один, постоянно слушал ее через колонки, разбросанные по всему дому. Но Динька от его любимых записей каждый раз морщила носик, и он перестал включать то, что ему нравилось, а слушать, сидя у компа или музыкального центра в наушниках с проводом, было как-то неудобно, да и некогда. Зато теперь он будет расхаживать в новых наушниках по всему дому и наслаждаться.
Набор бокалов. Бокалов у них уже и так навалом… Ладно, пусть будут – красивые.
Гейзерная кофеварка. Хорошая штука, но у них уже есть кофемашина.
Набор китайских элитных чаев – вот это годнота. Руслан любил хороший китайский чай, и коллеги это знали.
Крутой зонт известной фирмы. Аксессуары для мангала. И то и другое пригодится. А это что такое тяжелое? Ах, да, горшок для углей. Тоже хорошо, выглядит стильно, нужно поставить около барбекюшницы… Специи. Целый набор разнообразных отменных специй с самого что ни на есть эмиратского базара. И баночки-бутылочки с соусами. Царский подарок. Ух ты, какие запахи… Вадим, их ведущий аналитик, недавно отдыхал где-то в Азии и привез не стандартную коробку из магазина для туристов, а специально на рынке подбирал, свеженькие, душистые. Знал, что начальник отдела готовить любит и что у него юбилей скоро. Здорово, когда подчиненные хорошо к тебе относятся, уважают. Конечно, такие вещи с неба не валятся: чтобы заслужить авторитет, Русу пришлось потрудиться. Зато его отдел работает как часы. Пусть Руслан не самый добренький в мире начальник и сильно расслабляться своим ребятам не дает, но зато их команда у руководства фирмы на хорошем счету – а это многое значит.
Так, а это что? Сверток в обычном крафте, перевязанный бечевкой, никаких открыток и надписей. Судя по формату – книга. Книги Руслан тоже любил, причем бумажные, как он называл – «настоящие».
Он развернул упаковку, но увидел вовсе не книгу, а коробку – самую что ни на есть простую, из сероватого картона. Такие часто встречались во времена его советского детства, потом пропали, а теперь вновь вернулись благодаря моде на перерабатываемую упаковку, вторичное использование и прочую экологичность. На коробке тоже не было каких-либо надписей или картинок. Руслан открыл ее и обнаружил внутри разноцветные кусочки картона неправильной формы. Да это же пазл! На первый взгляд деталей вроде бы не так много – сотня, может, две. Собрать, что ли, по-быстрому?.. Только где? Столик в гостиной весь еще завален неразобранными подарками, открытками, повсюду вазы с наспех засунутыми туда букетами… Воду-то хоть налили? Налили. Ладно, с цветами пусть потом Динька разбирается, это ее стихия. А он займется пазлом. Делать пока все равно нечего, а головоломки он всегда любил.
С коробкой в руках Руслан поднялся на третий этаж – там одна из комнат была отведена под его кабинет, которым он, впрочем, пользовался довольно редко: зачем, когда с ноутбуком прекрасно можно устроиться хоть в гостиной у горящего камина, хоть на веранде? Усевшись в кресло, Рус еще раз внимательно осмотрел девственно чистую упаковку и озадаченно хмыкнул:
– «Ноунейм» чистой воды.
В самом деле – ни названия фирмы-производителя, ни страны, ни каких-то еще опознавательных надписей. Странно, что ни на обложке, ни внутри нет даже образца картинки, которая в итоге должна получиться. Потерялась, что ли? И как прикажете без нее складывать пазл, когда даже не знаешь, что именно надо собирать? Как в сказке: «поди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что». Впрочем, так даже интереснее. Потому что сложнее, а ему нравятся трудные задачи.
Ну что, приступим?
Руслан высыпал кусочки картона на письменный стол, на котором у него всегда был порядок и ничего лишнего, и попытался сложить наугад хотя бы фрагмент картинки.
Ничего не получилось.
Странно.
Ни одна деталь не подходила к другой.
Но так ведь не может быть?
«Не может», – ответил сам себе и снова взялся за дело.
Чем-то этот пазл зацепил, вызвал какое-то смутное, до конца неясное чувство досады и одновременно азарта. Будто ему, Руслану, бросили вызов, поставили его в трудные условия, чтобы понаблюдать, справится ли он. И он решил доказать, что справится. Что есть еще порох в пороховницах… И все остальное тоже есть.
Так. Что это у нас? Кусок окна? Подоконник? А почему тогда рама не подходит, словно это другое окно? Их несколько, что ли? Ну вот же кусочек блика на стекле – а еще-то где? С чем его стыковать, кусочек этот?.. Ладно, зайдем с другой стороны. Чье-то ухо, часть шеи. Даже непонятно, мужской или женской. Руслан поискал подбородок, нос или глаза. Ни того, ни другого, ни третьего.
– Да что ж за чертовщина!
Самым странным было то, что, в отличие от других пазлов, в этом не предполагалась рамка. Обычно в таких головоломках всегда есть детали с одной прямой стороной, из которых складываются верх и низ, право и лево. Каждый, кто хоть раз в жизни имел дело с пазлами, знает, что проще всего начинать с рамки. Но тут не было ни единого кусочка с ровной стороной. Рус перебрал все детали, но не обнаружил ни одной, подходящей для рамки.
Видимо, ему подарили бракованную вещь. Некомплект.
Может, тогда просто выбросить?
Ну нет, Руслан так легко сдаваться не привык! Иначе не был бы таким крутым профи и не руководил бы отделом. Здесь, понятное дело, совсем иное, но… ведь бывают же головоломки, где пока одно не сложишь, другое ни за что не сойдется? Ну вот, а пазл – головоломка и есть. Поломать голову – и получится. Не может не получиться!
Дверь в кабинет приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулось свежеумытое личико Дианы.
– А я тебя ищу-ищу! – воскликнула она. – Думала, ты во дворе что-то затеял с мясом.
– И тебе доброе утро, – улыбнулся Руслан. – С мясом, говоришь?
Он почувствовал, как засосало в животе. Сколько времени, интересно? Ничего себе, четверть одиннадцатого! Это он с полвосьмого утра так завис с подарками, точнее с пазлом? А есть-то и вправду хочется…
– Что это у тебя, зая? – заинтересовалась Динька.
Вошла, поворошила картонки и выудила кусочек с изображением фрагмента ярко-розового цветка.
– Азалия садовая, японская, – авторитетно и деловито произнесла она и фыркнула: – А знаешь, как она еще называется? Рододендрон тупой!
– Отличное ругательство для недалеких сотрудников, возьму на заметку, – усмехнулся Рус. – Как звучит, а? «Ах ты, тупой рододендрон! Без премиальных оставлю!» А почему тупой-то?
Диана пожала плечами:
– Не знаю… Видимо, так с латыни переводится…
Она склонилась над столом, пытаясь собрать недостающие части рододендрона:
– Такое впечатление, что тут не все кусочки. Что не хватает…
– Вот-вот, – поддакнул муж. – Мне тоже так показалось.
– По ходу, неликвид какой-то, – наморщила лоб Диана. – И охота тебе возиться с этой хренью?! Давай я ее выкину на фиг, да и дело с концом.
И ухватила было коробку.
– Я тебе выкину, – сердито возразил Руслан. – Я так к задачам подходить не привык. Не трогай!
Его тон остановил молодую женщину.
– Да ладно, чего ты, зая, – смущенно пробормотала она и погладила мужа по плечу.
– Это я голодный просто, – примирительно объяснил он. – Вот и злой. Оставь пазл, я сам потом найду, в чем там соль. Давай поедим что-нибудь.
– Сейчас, – засуетилась она, бросила коробку обратно на стол и заторопилась на кухню.
Увы, готовила Диана из рук вон плохо, не то что Ольга. Поэтому питались они в основном в ресторанах или заказывали еду на дом. А для таких случаев, как сейчас, в холодильнике и морозилке всегда были припасены какие-то полуфабрикаты. На этот раз Диана выудила пачку готовых сырников и разогрела в микроволновке.
«Не забыть посмотреть упаковку, чтобы больше эту фирму не покупать, – думал Рус, лениво пережевывая кусочек резинового безвкусного сырника, политого натуральным кленовым сиропом. – Фу, гадость какая… Надо в самом деле стейки пожарить. А то зря, что ли, такой шикарный набор специй Вадик подарил…»
И действительно вскоре после завтрака принялся за отбивные на гриле, которые у него всегда получались отменно нежными благодаря маринаду по собственному авторскому рецепту. А тут еще и новые вкусы появились, можно порезвиться в свое удовольствие. Покуда Рус занимался маринадом и жарил мясо, Диана красиво порезала и разложила салат, помидоры, огурцы и даже не поленилась сварить картошку.
– В воду положи чеснока, стебли петрушки и укроп, – напомнил муж. – Картошка будет ароматнее…
Завтрак плавно перетек в обед, потом обоих слегка сморило. Почему бы в воскресенье не побездельничать от души? Диана пошла валяться с журналом на садовом диване-качелях, а Руслан вернулся в кабинет к пазлу, основательно уселся и начал перебирать буквально каждый кусочек подобно тому, как старатель перебирает песок в надежде, что блеснет хоть крупинка золота.
– Ну не может же быть, чтобы хоть что-то не совпало, – бормотал он. – Так… А что это тут у нас?!
Он чувствовал себя рыбаком, упрямо перебрасывающим наживку то в одно место, то в другое. И ведь клюнуло! Вдруг выяснилось, что, казалось бы, вообще никак не стыкуемые между собой части тем не менее образовали подобие чего-то цельного. Кисть руки. Ага, сюда. Клетчатая рубашка… белобрысый вихор… да вот же лицо! Как же он раньше не видел, слепой, что ли, был?!
И вот сложилось мальчишеское лицо, круглое, румяное, открытое, с широкой улыбкой. Лицо, казавшееся на удивление знакомым.
Кого же этот пацан так напоминает?
Блин! Да это же…
– Володька! – поневоле вырвалось вслух у Руслана.
Фрагмент первый
Мальчик с самолетиком
– Что за Володька? – весело поинтересовалась Диана, заглядывая в кабинет. – Пойдем на веранду чай пить с макароньками. Чайник вскипел, а одной мне скучно.
Рус хотел возмутиться: какой чай, только что ж отобедали! Но оказалось, что прошло уже два с лишним часа – надо же, как его затянула эта головоломка!
– Взгляни сначала! – торжествующе указал он на сложившийся фрагмент. – И я не картинкой хвастаюсь. Подтвердился мой принцип – не сдаваться и доводить дело до конца. Вот и результат налицо, убедись.
Диана подошла и не могла не признать, что часть картинки действительно сложилась: светловолосый мальчик в голубой клетчатой рубашке держит модель самолетика, глядя куда-то вдаль, и улыбается. Соцреализм, тема: «Счастливое детство»… Впрочем, Диана могла и не знать, что такое соцреализм, – сказывались молодость и недостаток образования.
– У меня друг в детстве был, Володя Вележев, – пояснил довольный Руслан. – В том же дворе жил, в соседнем доме. Мы с ним постоянно то кораблики запускали, то модельки самолетиков делали. Он увлекался в детстве самолетами, даже в кружок авиамоделирования ходил. Но не в самолетиках дело… Пусть мы маленькими совсем были, но дружба была настоящая, понимаешь?
– Понимаю, – закивала Динька. – Мы с девчонками в детстве тоже так зажигали…
«Зажигали… – с грустью повторил про себя Руслан. – Зажигать, милая моя, это одно, а дружба – совсем, совсем другое… Сомневаюсь, что девчонки понимают, что такое настоящая дружба».
И Руслан вдруг задумался. А ведь, получается, у него во взрослой жизни такого друга-то больше и не было. До полтинника дожил, называется. А друзей нет. Ну, то есть как – нет… Есть приятели. Есть неплохие отношения на работе с коллегами. Дружеские вполне. Обедать ходят вместе, смеются там, прикалываются, делятся мемами и собственными забавными историями. Политику обсуждают, спорят – серьезно, бывает, спорят… Или вспомнить хотя бы дни ковидной изоляции, когда все по домам сидели, так списывались и перезванивались постоянно, несколько раз в день. Правда, в основном по работе, опять же.
Но Володька – это был ДРУГ. Настоящий. А сейчас, получается, настоящего друга у Руслана нет, как ни крути…
Динька меж тем перебирала кусочки пазла, пробовала сложить еще что-то – снова те же самые азалии.
– Нет, ничего не получается! – возмущалась она. – Зая, по ходу, тебе все же бракованную игру подсунули.
– Не бракованную, а с заковыркой, – назидательно заметил Рус. – А я упорный. Так что слушайся мужа!
– Слушаю и повинуюсь, мой господин! – сложив руки лодочкой перед пышной грудью, шутливо поклонилась Диана, но не преминула поддеть: – Но что-то тут тебе и твое упорство не очень помогает. Всего несколько деталек-то и собрал.
– Так еще только начал, – тут же парировал Руслан. – Соберу, не беспокойся. А пока пошли чай пить, цветок души моей.
И он шутливо шлепнул жену по аппетитной филейной части.
– Опять дразнишься?!
– Не опять, а снова!
Диана игриво замахнулась коробкой от пазла, сделала вид, что хочет ударить, но Руслан не дал, решительно притянул жену к себе.
До чая дело не дошло. То есть дошло, но много позже. Но весь день и вечер, до тех пор, пока не уснул, Рус то и дело снова и снова возвращался к воспоминаниям о друге детства.
«Наверное, дружба – это как любовь, только без сексуальной подоплеки», – внезапно пришла в голову мысль, и Рус сам ей удивился. Но ведь правда! Друг в детстве занимал все его мысли, чувства, присутствовал в каждой мечте. Каждая встреча с ним ощущалась как подарок судьбы.
Вдруг так ясно вспомнились все те ощущения. Володьку Руслан именно любил. Конечно, с другими мальчишками тоже и играл, и общался, но ни с кем из них не было так тепло, легко и радостно на душе. Никто не казался таким классным, ни к кому Рус не был так привязан, ни с кем так не тянуло провести время или поделиться чем-то важным, в чем откроешься далеко не каждому. Взять хотя бы те же бальные танцы. Другим приятелям Руслан долго стеснялся признаться, что занимается ими, боялся, что засмеют. Это ведь не борьба, не бокс и даже не авиамоделирование или что-то еще такое же мальчишеское. Но Володька сразу все понял, не дразнился за «девчоночье» увлечение, наоборот – постоянно интересовался, как дела в студии, ходил на все выступления, искренне радовался успехам и сочувствовал неудачам Руса, если они случались.
Словом, Руслан тогда всем сердцем, всей своей детской душой был привязан к Володе. И Володька относился к нему точно так же, Руслан это тоже чувствовал, знал. Когда друг влюбился в одноклассницу Вику Зайцеву, то рассказал об этом только одному человеку на свете – Русу. И они тайком, чтобы никто не слышал, говорили о Вике, вместе фантазировали, как Володька спасает ее от хулиганов или во время пожара в школе…
Как же крепко они дружили! Были просто не разлей вода. Жили в домах по соседству, играли в одном дворе и в детский сад один ходили – в столовку только за руку, да и в младших классах тоже. В школе сидели за одной партой до самого Володиного отъезда, не ссорились почти никогда. Мечтали, что и дальше, после школы, пойдут учиться вместе, станут летчиками, космонавтами или, например, капитанами дальнего плавания.
В общем, были как родные.
Они даже называли друг друга «брат» или «братишка». Услышали в каком-то кино – в каком, сейчас уже не вспомнишь – и переняли. Особенно здорово это звучало в играх в войнушку. Не важно, кто на них с другом нападал – пираты, фашисты или белогвардейцы. Но кто-то из двоих друзей всегда бывал ранен или под сильным шквальным огнем, а другой его спасал: «Брат, я иду на помощь!», «Братишка, тебя зацепило! Сейчас перевяжу!», «Слева, брат, они слева! Беги, я прикрою! Вызываю огонь на себя!».
А как им нравилось обсуждать книги или играть в них! Рус рано, одним из первых в детсадовской группе, выучился читать, и это его невероятно увлекло. Как же он обрадовался, когда узнал, что им с Володей нравятся одинаковые книги! Один «Недопесок» чего стоил. Руслан, как, наверное, большинство детей его возраста, в детстве мечтал о домашнем питомце, но мама была против. Когда впервые зашел об этом разговор, она отказала наотрез, что было удивительно – обычно Рус всегда получал то, что хотел, ну в пределах разумного, конечно. А тут мама спросила:
– Зачем тебе собака, сынок?
– Ну… – замялся Рус (ему на тот момент было, наверное, лет шесть, а может, и меньше). – Я бы играл с ним… Любил его…
– Любить надо людей, Руська, – сказала на это Галина Николаевна. – А с собакой хлопот не оберешься. Гулять каждый день – утром и вечером, в любую погоду, – кормить, прививки делать… Шерсть будет по всей квартире, убирать придется постоянно. Нет у меня на это ни времени, ни сил. Так что никаких собак.
Конечно, Руслан тогда сильно огорчился. Еле сдержался, чтобы не заплакать, страшно обиделся на маму и больше на тему домашних животных не заикался. Лишь потом, спустя много лет, понял, что сам себе навредил этой обидой. Конечно, в том возрасте, когда он еще в школу не ходил, он был не в состоянии сам ухаживать за питомцем, и все заботы легли бы на маму, которой и так доставалось – она растила его одна, отец ушел из семьи, когда Рус был маленьким. Но, став постарше, Руслан, возможно, и уговорил бы ее завести если не собаку, то кого-то попроще в уходе, – если бы заверил, что будет заниматься питомцем сам и сдержал бы свое обещание. Ведь мама так сильно любила его и очень во многом шла ему навстречу. Но он предпочел вместо этого всю жизнь молча обижаться на маму и страдать из-за того, что ему не дали исполнить мечту. И все щенки, котята, попугаи, хомячки и морские свинки жили только в его фантазиях. А когда они с другом прочитали «Недопеска», то заболели идеей песцовой фермы, даже попытались уговорить взрослых ее завести. Сейчас, конечно, и вспомнить смешно – ну какая песцовая ферма в Бескудниково! Но тогда они, девятилетние мальчишки, искренне считали, что это возможно, планы строили, даже аргументы какие-то приводили. Говорили об этом исключительно с Володиными родителями, и те вняли их просьбам. Песцовая ферма, разумеется, во дворе не появилась, но зато в Володиной квартире поселился пушистый черный котенок, выросший в роскошного вальяжного кота Баса, или Басаврюка. Звали его так, потому что он не мяукал, а голосил басом: «Ба-ау!» Имя кота Руслана тогда очень веселило. Он иногда просто для удовольствия повторял его на разные лады – «Басаврюк!» – и смеялся. Правда, когда позже прочитал Гоголя, имя больше не казалось смешным. Но тогда в этом коте восхищало все, и не только кличка. Казалось забавным и важное выражение его морды, и то, с какой важностью и достоинством кошак не ходил даже, а носил свое пушистое тело, словно это была величайшая в мире ценность. Кот был породистый, дорогой, и, узнав, сколько он стоил, Галина Николаевна фыркнула: «Деньги на ветер».