Связь времён. Часть 2

До этого командующий фронтом Козлов принимал непосредственное участие в разработке малоизвестной широкому кругу военной операции по вторжению войск Красной Армии в Иран, в конце лета 1941-го года (25.08–17.09). Дело в том, что немцев интересовала иранская нефть и некоторые другие виды сырья. Кроме того, территория Ирана представляла для немцев удобный плацдарм для вторжения в Закавказье и Среднюю Азию. Операция прошла в целом бескровно – потери Красной армии составили около 50 убитых, немногим более 1000 раненых и контуженых, около 4000 эвакуировано по болезни, сбито всего 3 самолёта. Было подписано соглашение, определявшее расположение союзнических войск на территории Ирана. И Советский Союз, опасаясь возможной агрессии со стороны Турции, держал свои войска в северном Иране до мая 1946-го года.

Но относительное спокойствие для Ивченко и его соратников длилось не долго. В начале декабря командующему фронтом была поставлена задача в двухнедельный срок подготовить и провести десантную операцию для овладения Керченским полуостровом. План состоял в том, чтобы одновременной высадкой 51-й и 44-й армий в район Керчи и в Феодосийский порт окружить и уничтожить керченскую группировку противника. Попал в число десанта и второй дивизион 256-го полка, включающего в себя артдивизионы, отдельные роты и взвода. Войска Закавказского фронта и Черноморского флота 2 января 1942-го года нанесли поражение керченской группировке противника и захватили важный оперативный плацдарм в Крыму. Но развить свой успех так и не сумели. Были ещё два наших наступления (в конце января и в начале марта), особо упорные бои проходили в марте. Последнее наступление особенно запомнилось Ивченко, потому что 16-го марта он был тяжело ранен, а 18 мая немецкие войска окружили и сломили сопротивление частей Красной армии. Но этого Степан уже не видел, поскольку, получив первичную помощь в полковой санроте, был эвакуирован сначала в Керчь, а потом в Новороссийск. На плацдарме не имелось ни одного медицинского учреждения.

После госпиталя попал Степан в свой полк, но теперь в его 1-й дивизион (понесенные потери) только в июне 1942-го года, и вновь на Закавказский фронт. Тот в конце декабря сначала был переименован в Кавказский фронт, а в конце января 1942-го года разделён на Крымский фронт и Закавказский военный округ, при этом 46-я армия вошла в состав округа. В мае же 1942-го года на базе Закавказского военного округа был вновь сформирован Закавказский фронт. Командующим фронтом стал (с февраля) генерал армии Иван Владимирович Тюленев. Спустя два месяца, после возвращения теперь уже лейтенанта Ивченко в свой полк, в августе 1-й дивизион 256-го артполка (сейчас тот уже стал 340-м артиллерийским полком) был переброшен в район Сухуми. Сейчас полк был переподчинён непосредственно командующему 46-й армии.

А ещё через некоторое время дивизиону, в котором служил Ивченко, предстояло выполнить новую военную задачу, и на сей раз не на равнинной местности, а в горах. Собрав командиров батарей и взводов, командир дивизиона довёл до них приказ командования:

– Нам поставлена боевая задача – выдвинуться в район Клухорского перевала. И эта задача непростая. Перевал находится на высоте около 3.000 метров. На перевале уже находятся фашисты. И наша задача выбить их оттуда или, по крайней мере, не дать им продвинуться в сторону Закавказья.

Это был перевал через Главный Кавказский хребет на высоте 2781 метров. Он был самым высокогорным участком бывшей Военно-Сухумской дороги (длина 337 км), ведущий из бассейна реки Кодора в верховья Кубани.

– Непростая задача потому, – продолжал командир, – что верхний участок дороги, ведущий к перевалу, трудно проходим, сейчас он уже не приспособлен для автомобильного движения. В перевальной части дорога порой бывает практически непроходимой из-за оползней и размывов, а зимой там нередки снежные заносы и сходы лавин. Кроме того, немцы в первую очередь, контролируют как раз бывшую дорогу. Так что часть пути нам доведётся идти горными тропами. А нам нужно не просто идти, а затащить на перевал орудия. Задача ясна?

– Так точно! – ответ был разрозненным и не особо бодрым.

Но командир понимал чувства своих подчинённых, а потому не стал им выговаривать, а просто коротко спросил:

– Вопросы?

Вопросов было немало, и они посыпались как из ведра:

– Длина проходимого участка?

– Около 90 км, это примерно две трети, а может, даже и меньше протяжённости всей трассы от Сухуми до перевала.