Истинная для шестерых

Глава 1. Похищение

Саша

Пятница. Десять вечера. Я мечтала о горячей ванне и новом сезоне «Ведьмака».

Вместо этого — холодная московская парковка, пустые стаканчики из-под кофе, катающиеся под ногами, и моя старая «Тойота», которая стояла в самом дальнем углу.

Потому что, конечно, утром я приехала на работу последней.

— Александра Соколова, ты идиотка, — пробормотала я, запахивая куртку.

Забыла перчатки. Опять. Когда в ноябре в Москве от холода руки отваливаются за пять минут на улице, а у меня, как назло, ключи где-то в самой глубине сумки.

Я нырнула в недра рюкзака, нащупывая связку.

Восемь часов тренировок, три скандала с клиентами — один придурок требовал вернуть деньги, потому что «не похудел за неделю» — и я просто хотела домой.

К дивану. К пледу. К чаю с печеньками.

Ключи нашлись. Я подняла голову — и замерла.

Прямо мимо меня пронесся черный фургон без номеров. Я даже не успела как следует испугаться, но метрах в десяти он резко затормозил, издавая истошный визг.

Странно. Обычно тут только легковушки, фитнес-клуб «Аврора» не из тех мест, где разгружают товары по ночам.

Я пожала плечами. Может, кто-то из новеньких арендует помещение под склад? Не мое дело.

Я сделала три шага к своей машине, чуть озираясь.

Между тем, дверь фургона распахнулась.

Из него выскочили двое крупных парней в черных масках.

Я не успела даже крикнуть. Один схватил меня за руку, второй метнулся сзади. Рюкзак упал. Ключи выскользнули из пальцев.

Инстинкт включился раньше мозга.

Я развернулась, ударила локтем в лицо тому, что сзади. Хрустнуло хорошо. Значит, попала. Второй попытался схватить меня за шею — я пригнулась, вмазала коленом в пах.

Кикбоксинг, ублюдки. Три года занятий.

— Сука! — рявкнул один из них.

Я рванула к машине. Почти добежала. Рука легла на капот.

Но вдруг…

Нет, нет. Что это такое? Укол в шею?

Я ощутила острый и жгучий укол.

Мир поплыл, ноги подкосились. Я попыталась оттолкнуться, но руки не слушались. Колени ударились о холодный асфальт.

— Тихо, тихо, — прошипел голос над ухом. — Спи, красавица.

Темнота накатила волной. Последняя мысль была дурацкой:

«Блять, у меня же выходные ближайшие два дня. Меня даже искать никто не будет...».

***

Голова раскалывалась.

Я открыла глаза и сразу зажмурилась — слишком яркий свет бил прямо в лицо. Резкий и холодный. Я даже непонимала до конца что это: лампа, фонарь или нечто другое.

Где я?

Я попыталась пошевелиться — руки не слушались. Нет, слушались, но были связаны. Пластиковые стяжки больно впивались в запястья.

На мне был какой-то серый комбинезон из грубой ткани. Явно не моя одежда.

Я села.

И обмерла.

Я была в клетке.

В самой настоящей клетке с толстыми прутьями. Пол — холодный металл. Стены вокруг — тоже металл, серый, унылый.

И тишина. Гулкая, как в ангаре.

— Что за...

Я вскочила на ноги, шатнулась — голова закружилась. Схватилась за прутья. Холодные. Настоящие.

Это не сон.

Хотя я, блин, очень на это надеялась.

Я медленно обвела взглядом огромное помещение, пытаясь осознать масштаб происходящего.

Десятки клеток выстроились в идеальные ряды, и в некоторых из них находились... существа. Я не могла назвать их людьми, потому что они явно не были людьми.

Я моргнула несколько раз, потерла глаза кулаками и посмотрела снова, надеясь, что видение изменится.

Но нет. Реальность оставалась прежней.

Глава 2. Голос в соседней клетке

Саша

В клетке слева сидело существо с ярко-синей кожей и четырьмя руками. Оно было совершенно лысым и сидело на корточках, безнадежно уткнувшись лбом в собственные колени. Справа находилась настоящая рептилия — с блестящей чешуей и длинным извивающимся хвостом. Она методично билась головой о прутья своей клетки, издавая злобное шипение.

Еще дальше я заметила существо, отдаленно напоминающее кошку, но с шестью лапами и клыками, как у саблезубого тигра из учебника истории.

Ноги подкосились, и я медленно сползла на холодный пол своей клетки.

— Какого хрена здесь происходит? — прошептала я в пустоту.

Может быть, это просто очень качественный грим для какой-то киносъемки? Или скрытая камера для какого-нибудь извращенного реалити-шоу? А может, меня накачали наркотиками, и теперь мне мерещится всякая чертовщина?

Я со всей силы ущипнула себя за предплечье. Больно. Значит, это точно не сон.

Я снова огляделась вокруг, пытаясь найти хоть какое-то логическое объяснение. Нет, это определенно не театральный грим. Все выглядело слишком реалистично, слишком живым. Синекожее существо тяжело дышало — его грудь вздымалась и опускалась неровно, прерывисто. Рептилия продолжала шипеть, и я отчетливо слышала каждый звук. Кошка-тигр спокойно облизывала свою огромную лапу длинным, почти непристойно длинным языком.

— Ты в порядке? — донесся тихий, осторожный голос откуда-то справа.

Я резко дернулась и повернула голову в ту сторону.

В соседней клетке сидела девушка. Совершенно обычная девушка. Человек, слава богу. У нее были темные растрепанные волосы, испуганные карие глаза, а ее худые руки крепко обхватывали собственные колени.

— Ты... ты действительно говоришь по-русски? — с трудом выдохнула я, не веря своей удаче.

Она медленно кивнула.

— Меня зовут Лена. Скажи, где именно ты была, когда тебя схватили?

— Москва. Обычная парковка возле работы. — Я с трудом сглотнула, горло пересохло. — Что вообще здесь происходит? Где мы?

Лена опустила взгляд, явно не желая отвечать на этот вопрос.

— Работорговцы. Они похищают людей по всей Земле. Выбирают редких, ценных экземпляров. А потом продают их... там. — Она неопределенно махнула рукой куда-то вверх, в потолок.

— Там? — тупо переспросила я, не понимая.

— В космосе, — тихо ответила Лена.

На несколько секунд я просто тупо уставилась на нее. А потом рассмеялась — истерично, коротко, на грани срыва.

— Космос. Ага, конечно. Еще скажи мне, что инопланетяне реально существуют, и я тебе поверю.

Лена молча кивнула в сторону синекожего существа в соседней клетке.

— Вон он. Говорят, он из системы Зета. А та рептилия — с планеты Драконис-5. Я уже третий день нахожусь здесь, слушаю разговоры охранников, наблюдаю за происходящим.

Я закрыла лицо ладонями, пытаясь справиться с нарастающей паникой.

Космос. Настоящие инопланетяне. Работорговцы, похищающие людей.

Полный бред. Абсолютное безумие.

Но при этом четырехрукое существо продолжало тяжело дышать. Рептилия не переставала злобно шипеть. А я действительно сидела в металлической клетке неизвестно где.

— Я схожу с ума, — прошептала я сквозь пальцы.

— Нет, — очень тихо, почти сочувственно сказала Лена. — Ты просто больше не находишься на Земле.

Прошло неопределенное количество времени — может быть, час, а может, и все два. Здесь было невозможно определить время. Не было ни окон, ни часов, ни малейшего намека на смену дня и ночи. Только этот проклятый яркий белый свет, который безжалостно резал глаза.

Я сидела в углу своей клетки, прислонившись спиной к холодной металлической стене. Голова раскалывалась от боли. Во рту пересохло так, что язык прилипал к небу. Отчаянно хотелось пить и есть. Но больше всего на свете хотелось оказаться дома — в Москве, в своей крошечной съемной квартире, в собственной кровати.

Вместо этого меня окружала клетка, а в соседней сидел синекожий пришелец, который время от времени тихо всхлипывал.

Я стиснула зубы изо всех сил. Нельзя реветь. Категорически нельзя впадать в панику. Надо думать, искать выход, планировать.

Внезапно двери в конце огромного помещения с лязгом открылись.

Я резко подняла голову, инстинктивно напрягаясь.

В зал вошли двое существ в черной, явно боевой броне. Массивные шлемы полностью закрывали их лица, не давая понять, кто или что скрывается внутри. В руках они держали странные предметы, похожие на дубинки, но светящиеся изнутри неприятным синеватым светом.

Они остановились у клетки синекожего существа. Один из охранников равнодушно постучал по металлическим прутьям своей дубинкой. Синекожий медленно поднял голову — и отчаянно завыл тонким, невыносимо жалобным звуком.

— Плановая проверка состояния товара, — бесстрастно сказал один из них.

Я резко вздрогнула от неожиданности.

Охранник говорил на совершенно непонятном языке — какая-то смесь щелчков, шипения и гортанных звуков. Но я... каким-то непостижимым образом понимала каждое слово. Они складывались в моей голове сами собой, как будто всю жизнь я знала этот язык.

Что за чертовщина происходит?

Второй охранник небрежно открыл клетку и безжалостно ткнул светящейся дубинкой в синекожего. Тот судорожно дернулся и беспомощно упал на пол. Они грубо схватили его за руки и потащили к выходу, совершенно не обращая внимания на его слабые попытки сопротивляться.

Затем они направились прямиком к моей клетке.

Я медленно, осторожно поднялась на ноги, готовясь к худшему.

Один из охранников наклонил голову набок, внимательно разглядывая меня сквозь темное стекло шлема.

— Земная особь. Довольно редкий товар в наших краях. Коракс лично велел тщательно проверить ее состояние здоровья перед продажей.

— Коракс заплатит за нее очень хорошие деньги, — согласился второй. — Земляне сейчас в цене.

Я почувствовала, как кровь бешено забилась в висках. Сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

Первый охранник потянулся к электронному замку на двери клетки.

Я не стала думать о последствиях. Просто действовала на чистом инстинкте.

Как только дверь клетки с шипением открылась, я молниеносно метнулась вперед и со всей силы ударила ногой прямо в пах. Охранник дико взвыл и согнулся пополам от неожиданной боли. Я мгновенно схватила его светящуюся дубинку обеими руками и резко дернула на себя. Он не удержал, выпустил.

Второй охранник с рычанием бросился на меня.

Я отчаянно размахнулась украденной дубинкой и попала ему прямо по шлему. Раздался глухой металлический звук. Он опасно покачнулся, но устоял на ногах.

— Сука! — прорычал он на том же непонятном языке.

Он поднял свою дубинку высоко над головой.

И ударил.

Ослепительная молния боли пронзила все мое тело от макушки до пяток. Невыносимая, жгучая, режущая агония. Все мышцы свело судорогой. Я беспомощно упала на колени, не в силах даже вдохнуть. Рот был широко открыт, но воздух не шел в легкие.

Он ударил еще раз, методично и безжалостно.

Я закричала из последних сил.

А потом меня накрыла темнота…

Глава 3. Странный сон

Саша

Мне снилось, что я иду по бесконечному залу из черного стекла. Пол под ногами был мягким и теплым, словно живая кожа. Воздух — густой, ароматный, с примесью чего-то сладкого и пряного, от чего кружилась голова. Я была одета не в грубый комбинезон, а в струящееся платье из теней, которое то облегало тело, то растворялось в дымке вокруг.

В зале не было видимых источников света, но все было пронизано пульсирующим малиновым сиянием, исходящим отовсюду и ниоткуда. И в этом сиянии стояли они.

Шесть силуэтов. Высокие, мощные, неясных очертаний. Я не могла разглядеть лиц, черт — только тени, сгустки тьмы, очерченные багровой каймой. Они не приближались. Они просто были. И их внимание, тяжелое и осязаемое, как прикосновение, было приковано ко мне.

И странное дело — в реальности подобное зрелище напугало бы до смерти. Но во сне… во сне это пробудило во мне что-то дремавшее, дикое и абсолютно чуждое. Волну жара, которая поднялась от самого низа живота и разлилась по всему телу. Стыд должен был сковать меня, но его не было. Был только нарастающий, пьянящий интерес и щемящая пустота, которая требовала быть заполненной.

Я сделала шаг. Потом другой. Силуэты зашевелились, перестраиваясь в полукруг. Один из них отделился от стены теней. Его руки — просто темные очертания — коснулись моих плеч. Прикосновение было невесомым, но от него по коже побежали искры. Я вздрогнула, но не отпрянула. Наоборот, сама прильнула к нему, ощущая под невидимой поверхностью твердость мускулов.

Потом были другие руки. Они появлялись из малиновой дымки, касаясь талии, бедер, шеи, срывая с меня призрачное платье. Я не видела, кому они принадлежат, и в этом была своя, извращенная свобода. Не было лиц, не было личностей — только чистая, первобытная чувственность.

Их было шестеро. Их прикосновения переплетались, покрывая меня невидимой сетью. Одни руки придерживали, другие исследывали, третьи ласкали. Я теряла счет и ощущение себя, растворяясь в этом хаотичном танце. Каждое движение, каждый жест, исполняемый этими безликими тенями, попадал точно в цель, будто они читали мои самые потаенные, никогда не озвученные желания. Я издавала звуки, которых не слышала от себя никогда — низкие, хриплые стоны полнейшей отдачи.

Меня переворачивали, принимали, поддерживали. Мир сузился до вспышек малинового света за закрытыми веками, до жара, льющегося по жилам, до грубоватой, но точной нежности этих темных рук. Это было непристойно. Неприлично. Совершенно на меня не похоже. И оттого в тысячу раз более возбуждающе. Во сне не существовало морали, страха, прошлого — только настоящее, плотское, ослепительное в своей интенсивности.

Пик нарастал, как далекий гул, превращающийся в рев. Все мое существо, каждый нерв, кричало в унисон с этим гулом. И в момент, когда волна уже готова была накрыть с головой, самый главный силуэт, находившийся передо мной, наклонился так близко, что я, наконец, могла бы разглядеть черты... и в его темноте отразилось не лицо, а холодное металлическое сияние лампы из реального мира.

Резкий, сухой кашель вырвал меня из объятий сна. Я дернулась всем телом, и стяжки на запястьях больно впились в кожу. И когда я снова пришла в сознание, то обнаружила себя на холодном полу собственной клетки. Лежала на боку, мелко дрожала всем телом. Каждая мышца, каждая клеточка моего тела болела так, будто меня пропустили через промышленную мясорубку.

Лена смотрела на меня сквозь прутья нашей общей стены. Ее губы шевелились, но я не могла разобрать ни единого слова сквозь звон в ушах.

Я закрыла глаза, пытаясь хоть немного унять боль.

«Я выберусь отсюда. Обязательно выберусь. Любой ценой».

Но предательский страх противно шептал где-то на задворках сознания:

«А если не сможешь?»

***

Космическая станция «Нексус-7» буквально кишела самыми разнообразными формами жизни. Сотни различных рас, тысячи незнакомых запахов, смешивающихся в единый оглушительный хаос. Кейрон уверенно шел по одному из главных коридоров станции, полностью игнорируя любопытные и опасливые взгляды, которые то и дело бросали на него. Высокий, широкоплечий, закутанный в длинный черный плащ. Альфа. Это чувствовалось даже без единого слова — его статус читался в каждом движении, в каждом шаге.

Он прибыл сюда строго по делу. Преступная организация под названием «Цепь» оставила след — их информатор слил ценные данные о новой партии пленников, недавно прибывших на станцию. Кейрон собирался тщательно выяснить, кто именно стоит за этой операцией.

А затем убить каждого причастного.

Но когда он свернул в узкий боковой коридор, весь мир внезапно замер.

Запах.

Он ударил прямо в нос с силой молнии, пробив все защиты.

Теплая корица. Человеческий пот, смешанный со страхом. И что-то еще — что-то невероятно важное, судьбоносное. Что-то, от чего дремавший внутри волк мгновенно распрямился во весь рост, яростно взревел и отчаянно рванулся вперед, требуя немедленно найти источник.

«Нет. Это невозможно. Такого не может быть».

Истинная пара. Древняя легенда. Красивая сказка, которую рассказывают наивным щенкам перед сном.

Но запах никогда не врет. Инстинкты не могут ошибаться.

И его внутренний волк уж точно не врет.

Кейрон застыл посреди коридора, с огромным усилием сжав кулаки. Острые когти непроизвольно проступили сквозь кожу, разрывая ее. Он резко развернулся на месте и пошел строго на запах. Быстро, решительно. Сердце колотилось в груди так же бешено, как перед решающей битвой.

Тюремный блок. Ряды металлических клеток. Десятки пленников.

Он остановился как вкопанный.

И увидел ее.

Маленькая, хрупкая. Темные волосы рассыпались по плечам. Серо-голубые глаза, затуманенные болью. Она лежала на боку, беспомощно свернувшись в защитный клубок.

Человек.

Его истинная пара оказалась обычным человеком.

Волк внутри взревел с такой первобытной силой, что Кейрон едва удержался на ногах:

«МОЯ. ТОЛЬКО МОЯ. НАВСЕГДА».

Глава 4. Альфа

Кейрон

Я замер посреди узкого коридора космической станции, отчаянно пытаясь взять под контроль свое учащенное дыхание. Воздух здесь был спертым и тяжелым, насквозь пропитанным характерным запахом холодного металла, машинного масла и чего-то еще — чего-то совершенно особенного, что заставило дремавшего внутри меня волка мгновенно встрепенуться и зарычать с такой яростной силой, с какой он не рычал еще никогда за всю мою долгую жизнь.

Теплая корица, смешанная со сладким ароматом человеческой кожи. Острый, пронзительный страх, который буквально бил в ноздри с силой электрического разряда, заставляя каждый нерв отзываться в ответ.

И под всеми этими запахами, глубже, на инстинктивном уровне — я чувствовал нечто большее. Связь. Древнюю, первобытную, неразрывную магическую связь.

Я устало провел ладонью по лицу, отчаянно пытаясь отогнать это невозможное наваждение. Это просто не могло быть правдой. Истинные пары — не более чем красивая легенда, романтическая сказка для наивных щенков, которую заботливые матери рассказывают своим детенышам перед сном. За все двести лет моей жизни я не встречал ни единой подтвержденной истинной пары. Даже мудрейшие старейшины нашего народа всегда говорили, что это не более чем миф, порожденный романтичными идиотами, не желающими принимать суровую реальность.

Но запах никогда не врет. Инстинкты не способны на обман.

Волк внутри меня опасно подался вперед, изо всех сил пытаясь вырваться наружу и взять контроль над моим телом, и я стиснул зубы с такой нечеловеческой силой, что челюсть мгновенно заболела от напряжения. Моя истинная пара находилась где-то совсем рядом, прямо за этой гребаной металлической дверью, запертая в тесной клетке и окруженная врагами. Я чувствовал ее леденящий страх настолько отчетливо и ясно, словно сам его испытывал на собственной шкуре.

Моя рука словно сама собой потянулась к небольшому коммуникатору на поясе.

— Всем немедленно ко мне, — бросил я коротко, не тратя время на объяснения. — Тюремный блок станции. Сейчас же.

Даркс откликнулся первым, как это обычно и бывало.

— У нас проблемы, альфа?

— Очень большие проблемы, — признал я честно.

Я не стал тратить драгоценное время на подробные объяснения. Они сами все почувствуют и поймут, как только окажутся достаточно близко к этому месту. Я сунул коммуникатор обратно в карман и уставился на массивную металлическую дверь передо мной. Тяжелая, усиленная дополнительными панелями, с современным электронным замком последней модели. Обычно в подобных ситуациях я бы либо взломал его сам, либо заплатил кому-нибудь из местных умельцев, кто умеет обходить защиту. Но сейчас у меня не было ни малейшего желания тратить время на такие формальности.

Волк внутри меня яростно рвался наружу, безжалостно царапал изнутри острыми когтями, настойчиво требовал немедленных действий. «Моя. Немедленно взять. Защитить любой ценой. Убить всех без исключения, кто посмел причинить ей боль».

Я сделал один глубокий вдох, потом второй, пытаясь хоть немного успокоиться. Не помогло ни капли. Ее запах становился все сильнее и настойчивее с каждой прошедшей секундой, буквально пробирался под кожу, заставлял кровь в жилах гореть нестерпимым огнем. Острые клыки вылезли совершенно сами собой, без моего сознательного желания, безжалостно проткнули нежную десну насквозь — я сглотнул выступившую кровь и с отвращением плюнул ее на холодный пол.

К черту все эти условности и осторожность.

Я со всей силы ударил ногой в металлическую дверь. Усиленный металл с протяжным визгом провалился внутрь помещения, электронный замок разлетелся на мелкие куски, разбрасывая искры. Охранник внутри даже не успел толком поднять свое оружие для защиты — я стремительно вломился в тюремный блок и увидел его совершенно оторопевшее лицо. Типичный рептилоид с зеленой чешуей и раздвоенным языком, мелькнувшим в приоткрытой пасти. Он начал было торопливо тянуться к бластеру на своем поясе, но я уже был совсем рядом с ним.

Я молниеносно схватил его за шею обеими руками и резко дернул в сторону изо всех сил. Отчетливый хруст ломающихся позвонков прозвучал удивительно громко в мертвой тишине тюремного блока. Безжизненное тело рептилоида мгновенно обмякло в моих руках, превратившись в бесполезную тряпичную куклу, и я равнодушно бросил его на пол, после чего внимательно огляделся вокруг.

Металлические клетки ровными рядами тянулись вдоль обеих стен помещения — в каждой находилось по одному-двум несчастным пленникам. Самые разнообразные инопланетные расы, причем большинство из них я даже не смог опознать с первого взгляда. Все они смотрели на меня с неприкрытым животным ужасом в глазах, инстинктивно прижимались к дальним стенам своих клеток, но мне было абсолютно наплевать на их реакцию. Я искал только один-единственный запах среди всего этого хаоса.

И нашел его источник в самой дальней клетке в конце помещения.

Маленькая хрупкая фигурка, беспомощно прижавшаяся к холодному углу. Темные растрепанные волосы, бледная светлая кожа, определенно человек. Молодая женщина. Она смотрела на меня огромными серо-голубыми глазами, в которых плескался чистый, первобытный животный страх. Я сделал осторожный шаг вперед в ее сторону, и она инстинктивно прижалась к холодной стене еще сильнее, отчаянно попыталась стать совсем маленькой и незаметной.

Волк внутри меня торжествующе мурлыкал от удовлетворения. «Нашел ее. Наконец-то нашел. Она моя. Только моя».

Но при этом она совершенно очевидно боялась именно меня. Я прекрасно видел это по ее расширенным от ужаса зрачкам, по учащенному прерывистому дыханию, по тому, как ее губы мелко дрожали от сдерживаемых рыданий. Она боялась меня больше, чем этих мерзких ублюдков, которые безжалостно посадили ее в эту клетку. Что-то острое и болезненное неприятно дернулось глубоко в моей груди, но я решительно проигнорировал это непонятное чувство и уверенно двинулся прямо к ее клетке.

Глава 5. Стая

Кейрон

За моей спиной внезапно послышались торопливые шаги — еще два охранника выскочили из боковой служебной двери.

Инсектоид и наполовину киборг, оба с заряженными бластерами уже наготове.

Киборг выстрелил самым первым — раскаленный энергетический заряд со свистом просвистел совсем рядом с моим плечом, оставив болезненный ожог на обнаженной коже.

Я даже не потрудился обернуться в его сторону.

Мгновенный прыжок вперед, размашистый удар когтями — они вылезли совершенно сами собой, разорвав кожу на костяшках пальцев.

Инсектоид отчаянно попытался увернуться от атаки, но я оказался в разы быстрее его. Мои острые когти глубоко вошли в его хитиновую грудь, разорвали крепкий панцирь легко, словно обычный картон.