Тигран учит покорности

Глава 7. Визит к его отцу

Почему-то на душе легко. Меня совершенно не напрягает тот факт, что увижу его отца. Совсем не стесняюсь, главное — не увидеть Мурада.

Собираюсь, надеваю простенький наряд — платье до колен и легкую накидку поверх, чтобы поутру не замерзнуть. Все же, июнь у нас прохладный, да еще и северная часть Москвы.

Мурад часто говорил — его тянет на кавказ и хорошо было бы жить в Сочи. Я радужно представляла наше будущее… Море, горы и мы с ним вдвоем…

Но со вчера — твердое “нет”. Сейчас только заберу кольцо и все, на этом точка.

***

Еду в такси, выхожу у крыльца, нажимаю на кнопку звонка на воротах.

Ворота высокие, осматриваюсь. Связь у них — через камеру, так что то, что это я — видно всем.

Хотя его папа в доме один. И слава богу, хоть не будет лишних разговоров с Мурадом. И хорошо, что не увижу его мать, она такая добрая приятная женщина…

Ворота открываются, передо мной Тигран в домашнем халате. Не как вчера — в черной рубашке и дорогих брюках, а сейчас просто и уютно — в халате ниже колен.

— Здрасти, — как можно тише говорю и натягиваю улыбку, — это я…

Не знаю что сказать. Жду, как он протянет кольцо. Смотрю ему в глаза, на его крепкие плечи и волосатую грудь.

— Че стоишь? Проходи, — распахивает шире.

Я не хотела, но придется.

— Пойдем чаю что-ли попьем.

— Пасиба, я…

— Идем, — он обнимает меня за спину, мягко подталкивает.

У них такое тут норма, я вчера первый раз увидела Тиграна и он сразу же меня обнял. Восточный характер, такой у них нрав.

Они давно живут здесь, в Москве, но Мурад говорил — в их семье все строго. Никакой распущенности ни в мыслях, ни действиях, женщины одеваются скромно, не перечат мужчинам...

Мы заходим в дом. Тигран распахивает передо мной кухню, отодвигает уютное мягкое кресло.

Гостям — самое лучшее, — главное восточное правило.

— Ты хинкал вчера не поела, — говорит Тигран, — Айнуш расстраивалась.

— Я ела. Правда…

Хинкал — это совершенно не хинкали, как сначала подумала. Это блюдо, где в тарелке кусочки теста и мелко накрошенное мясо — баранина, и все это заправлено густым чесночным соусом. Вкусно, но как по мне жирновато и очень уж остро. И сейчас с утра я такое точно не съем.

— Да какое там ела, — он говорит смешное интонацией, — так, поклевала ползернышка. Ну-ка давай сейчас покушай… А как придет Айнуш — я скажу ей, что ты одобрила и поела хорошенько.

Разогревает в микроволновке тарелку, ставит чай. Достает полюбившиеся мне шакир-чуреки — рассыпчатые печеньки из песочного теста, щедро посыпанные сахаром.

— Шашлык будешь? — достает из холодильника мясо.

Отрицательно верчу головой.

Мне бы взять кольцо…

— А вы колечко мое…

— Эх, — смешно крякает, прикладывает руку ко лбу, — чуть не забыл, — отправляется в зал.

Приносит мое кольцо и подает его на своей ладошке. Улыбаюсь, наконец-то, искренне касаюсь пальцами его ладони.

— Ап! — вскрикивает и захлопывает ладонь. Мое пальцы оказываются в его ловушке.

Смеюсь, смотрю в глаза — он тоже смотрит и во всю улыбается.

— Паймал, — говорит с нарочитым восточным акцентом, — красыв дэвущку паймал!

Подает мне тарелку с хинкал, наливает вина — пучу глаза и отказываюсь.

— Зря… Ой, как зря… Хорошее вино — это надо с утра.

Он наливает себе, выпивает залпом, наливает еще и снова пьет.

Пододвигает ко мне бокал, берет за ножку и подносит к моим губам. Отшатываюсь, отворачиваюсь, смотрю на него, округляя глаза — мол, что вы… нет-нет-нет.

_____________

Друзья!

У Лучии Мун (это тоже я) скоро выйдет новинка. В группе ВК я даю подсказку о чем она... - фотку экрана с отрывком текста))

Книга выйдет эксклюзивно на литнет))

Найти ссылку на ВК можно здесь

https://litnet.com/shrt/YcoZ

или просто написав в поисковике Роза Кисс ВК

Глава 8. Непослушная

Другой рукой он касается моего затылка, не позволяя мне отдалиться и давит. Подносит бокал к моему рту. Стекло хрусталя касается рта, жидкость уже трогает губы…

— Ууумм… — мычу, смотрю сквозь хрусталь на него, но его лицо становится серьезным, мрачным.

Касаюсь его рук, отталкиваю и верчу головой.

— Не хочу…

Он ставит бокал рядом. Я облизываюсь. Немного, но затекло. Смотрит на меня с укоризной, но по-доброму, мягко так:

— Эх ты, тяжело Мураду будет с тобой. Непослушная.

— Ну почему же… — улыбаюсь, решаю не говорить, что отношений больше не будет.

— Наши мужчины берут в жены кротких, либо… — касается моего запястья, — или делают их такими в браке. Воспитывают. Да, ведь, Полина? — сжимает мою руку.

Смотрю ему в глаза.

— Наверное, я пойду.

— Нет-нет, погоди, — все еще держит меня за руку, — то что вчера Мурад…

— Я не хочу говорить…

— А ты не говори, ты слушай. Мурад — он просто молодой еще, несдержанный. Бычара, — смеется. — Он будет лучше с годами — вот как это вино, — улыбается.

Кажется, напряг закончен.

Тоже улыбаюсь, быстренько встаю из-за стола.

— Спасибо за кольцо, — торопливо надеваю на палец, — это мамино, — говорю чтобы заполнить тишину.

— Мамино, — повторяет, — кольцо от мамы — это хорошо. И от мужа должно быть, — чувствую, он продавливает эту тему.

Подходит, обнимает — его тяжелая рука ложится мне на плечо. Он слегка прижимает меня к себе — по-родственному, вроде бы прилично:

— Полина, — смотрит в глаза, пальцем поднимает мой подбородок, — я видел, ты вчера испугалась…

Моментально вырастает в горле ком, слезы приливают к лицу. Становится неимоверно жарко и хочется пулей выскочить. Но он крепко сжимает.

— Ты забудь это, — слышу в голосе восточный акцент, — выбрось из головы. Я же вижу все…

Замолкает, чувствую, как и Мурад подбирает слова, чтобы сказать вернее, точнее.

— Ты хорошая девочка… Полина…

Сглатываю, ком в горле разрастается и начинает душить. На глаза сами собой набегают слезы, нос шмыгает, с губ срывается всхлип.

— Ну-ну-ну, — прижимает к себе, — ну вот… я же вижу… А Мурад вчера обманывал, говорил все у вас нормальною

Садится на диван — просторный, кожаный — светло-коричневый, под цвет терракотовой кухни. Притягивает меня к себе, усаживает рядом.

Вытираю кулачками глаза. Обнимает меня за плечо, вроде по-родственному, и прижимает еще сильней. И шепчет прямо в ухо:

— Малышка… Ну-ну-ну….

Наваливается, вытирает слезинки и в его объятиях становится так уютно, что хочется довериться ему, рассказать все и плакать-плакать-плакать… Тигран знает то, что я ни за что бы не рассказала папе. И так хочется ему доверять…

Слезы льются по щекам, чувствую, что раскраснелась. Тигран обнимает, словно укрывает меня собой — прячем за мощной грудью от всего мира. От его волосатой груди, от его дыхания становится так уютно, так тепло… что хочется завернуться в него полностью, закутаться.

— Ччч, — вытирает мои слезинки, — ты просто маленькая еще… вот и плачешь…

Мягко склоняется надо мной, убирает слезинку и нежно целует в щеку — не страстно, а скромно, нежно, уютно. Касается губами лба, покрывает мелкими поцелуями глаза, щеки, подбородок…

Прижимает меня к себе.

Это настолько мягко и нежно, что в этом нет ничего запретного… наверное…

Ласково сжимает меня в объятиях, большой ладонью проводит по щеке, опускает вниз и ведет по плечу, случайно задевает грудь ладонью и говорит тихо, бархатно:

— Какие у тебя… — голос мягкий, ласковый. Ладонь уже целенаправленно сжимает мою грудь.

На миг вздрагиваю, пугаюсь, но он тут же успокаивает:

— Ччч…

Ловко приспускает мою накидку, а вместе с ней и лямочки платья. Вздрагиваю, когда вырез опускается вниз и наружу выходят мои соски.

Тянусь прикрыться, но он не позволяет:

— Чч… не бойся… Я только посмотрю…

Глава 9. Восточный напор

Он опускается губами к соску, приникает и так горячо целует, что я на миг перестаю сопротивляться… всего на миг… Это же просто поцелуй, тут ничего такого нет по сути…

Слишком уж хорошо…

В его объятиях тепло и до того уютно, что хочется закрыть глаза и раствориться.

С Мурадом такое было только в самом начале, когда мне казалось, что он — весь мир.

Целый мир!

Он трогал меня, гладит, но руками не лез под одежду, а потому то, что делает Тигран…

…

Его рука опускается вниз и задирает мое платье. Дергаюсь, но пальцы уже сдвигают трусики, а губы затыкают мне рот.

— Ммм, — мычу, но он горячо целует, а его пальцы ласкают самое дразнящее, там, где никто и никогда не был, — ммм…

Не понимаю где та грань что нельзя и та, по которой вроде можно... Но он — отец Мурада и он должен точно знать…

Наверное, это просто восточное баловство… и это не страшно… можно…

Он мягко гладит, массирует между ног и жадно целует уже взасос. Чувствую скрытую агрессию, его власть и это, наверное, уже слишком…

Пробую высводобиться, пытаюсь встать, но он плотнее налегает на меня и мягко проводит пальцами между…

Я девственна. А потому подскакиваю, он сразу успокаивает:

— Шшш…

Влага нахлынула, стало горячо — мне так еще никогда не было. Пугаюсь своих же ощущений, чувств.

Пальцем он касается лона, собирает влагу и трогает совсем другую точку. Маленькую. Между ягодиц. И медленно давит…

Страх бросается к горлу, резко дергаюсь, зажимаюсь. Видно, восточные мужчины все хотят одного… Запретного проникновения сзади…

Чтобы не трогать невинность, наверное.

Он обнимает и снова целует, мелко-мелко двигает пальцем по бугорку и я рвано дышу.

Чувствую давление сзади, но… странно. Мне совершенно не страшно. Это совсем не так как вчера.

Сейчас это приятно, нежно, сладко — так, что я раскрываюсь… расслабляюсь…

Чувствую, как его палец проходит внутрь и это совсем по-другому...

С легкой болью, но скорее бережно. Он распирает, подавляет, но вместе с тем мне так хорошо…

— Ммм…

Он совершает первый толчок, на миг до меня доходит что мы уже… наверное… слишком…

И я пробую отстраниться… зажимаюсь, опять напрягаюсь, но Тигран наклоняется надо мной:

— Расслабься… все хорошо…

И целует взасос.

***

Мягко давит, присоединяет второй палец и постепенно вводит. Дышу глубже… даже не кричу… слегка стону…

…

Вздыхаю глубоко…

Каким-то автоматическим жестом обнимаю его зашею, провожу по щеке и… целую… неожиданно для себя…

Мне этого хочется.

Он горячо отвечает на поцелуй, целует уже взасос и мне все это кажется таким нормальным… обычным…

…

Не вынимая пальца, он притягивает, сажает к себе на колени. Немного давит сзади, толкает пальцами и гладит впереди.

Хочется застонать, но это так приятно, так сладко, так нежно… Что я только дышу чаще.

Его губы меня засасывают кажется, всю…

Сильной рукой он укладывает меня на живот, переворачивает и резко снимает с попы трусики.

Не понимаю… не может же быть…

Наваливается. Он в одежде… значит ничего такого… просто…

Слышу лязг ремня. Напрягаюсь. Поворачиваю голову, но ладонью он с силой давит на затылок. Слышу успокаивающее мягкое:

— Ччч…

И снова он надо мной и мне так уютно от его запаха… от его объятий — сильных, но вместе с тем без капли грубости. И таких умелых…

Чувствую его волосатую грудь… Платьишко на мне, я не раздета…

Может, все будет прилично?

Оно просто задрано.

Сжимаюсь от холодного воздуха, но он накрывает меня нежно и становится так уютно, так тепло.

Целует в шею сзади, опускается губами вниз и заставляет вздохнуть и застонать. Ладонью жмет ягодицы, сжимает, гладит…

Вздрагиваю от чего-то крайне непривычного… неприличного… скользкого и аккрут прямо между булок… касается…

Горячий, подрагивает…

Хочется убежать…

…

Это уже слишком!

Это неправильно…

Он женатый! Дергаюсь…

…

Но он давит на лопатки, вдавливает в кожаный диван и снова окутывает своей лаской.

Растворяюсь… закрываю глаза…

От его пальца между ног становится сладко, от так бережно массирует, давит…

И мягко надавливает сзади уже не пальцем.

И это больно…

Решительно дергаюсь от давления. Но он с восточным мужским напором вжимает мои плечи в диван.

Глава 10. Бесстыдно

Хочется сказать “нет”, вернее, сказать бы надо, но почему-то от этого акта принуждения мне сладко.

Он будто заставляет, будто вынуждает, но делает это так нежно и бережно, что хочется еще больше отдаться ему… Даже еще больше, чем сейчас.

Давит на плечи

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.