На другой стороне шарика

Татьяна, похоже, была в курсе этого любовного многоугольника и попыталась отвлечь Хирурга, насев на Вожатого с вопросом: «Кто ты?» Этот вопрос увлек ее настолько, что она даже не удосужилась надеть на себя что-нибудь в дополнение к майке, которая тянула в лучшем случае на суперкороткое мини-платье. Слабое замечание Вожатого на этот счет привело только к тому, что Хирург махнул рукой:

– Что я там не видел!

Реакция Татьяны была более опасной:

– Тебе не нравятся мои ноги? Или они недостаточно красивы?

– Свят, свят, свят! Отличные ноги, отличная майка, все замечательно, ты, дорогая, меня просто неправильно поняла.

Татьяна, однако, с профессией Вожатого никак не могла успокоиться.

– Понимаешь, я кончила академию управления, у нас там был спецкурс по проблемам управления в кризисных ситуациях, но все равно ты меня удивлял практически каждый раз, когда надо было принимать какие-то решения. Я отлично понимаю, что я бы так не смогла, начала бы искать более сложные, комплексные варианты, и мы бы закопались.

– Так обычно и бывает, – вмешался Хирург, – вроде есть отлично подготовленные специалисты, профессионалы, а когда наступает кризис, выясняется, что он им не по зубам, и разруливают ситуацию совсем другие люди. Вот, например, – поскольку уж мы черт-те где и прокуратуры поблизости нет, – вспомните, что в начале Отечественной войны кадровая армия провалила все что можно, а войну потом выиграли мобилизованные, и не только рядовые, но и масса учителей, служащих, людей самых разных профессий, которые стали офицерами.

– Но у немцев же там были танки, автоматы, – попыталась возразить Татьяна.

– Слушай, вооружены наши в начале войны были не хуже, а в чем-то и лучше. Опыта войны, сноровки не хватало – это да, но кто же мешал учиться военному делу еще до войны? И уж совсем всего этого не было у штатского народа. А вот приперло – и научились. Вероятно, кто-то был изначально годен к военному делу, но, главное, у них не было профессиональных шор, получив задание, они шли к цели своим путем, а не строго по уставу. Для противника это – абсолютный кошмар. Вот и Вожатый так. Эта его придумка – идти последним. Это же все ставит с ног на голову, смотрится странно, но как эффективно оказалось. Ни одного отставшего! А у людей вера, что все дойдут, если он прикрывает сзади. А ты, Татьяна молодец. Ты отлично действовала в рамках полученных заданий или самостоятельного решения конкретных вопросов. Вам надо и дальше так действовать. Кстати, – Хирург внимательно посмотрел на Вожатого, – ничего принципиально прояснить не удалось?

– Все подтвердилось. Все, как мы и думали. Конечно, антураж совсем другой, начало, базовые условия и прочее, но постепенно выходим на традиционный формат. Только терминал доставки в кузове автомобиля, а панель управления перед пассажирским сиденьем. И норма послабее. Там, насколько я помню, было 300 кг на 120 человек, а у нас на тысячу всего 500. Но с провиантом получше – поля и прочее. Но, опять же, через испытания – успеть убрать.

– Мужчины! Вы вообще о чем?

Мужчины переглянулись и практически одновременно тяжело вздохнули.

– Давай я попробую, – вызвался Хирург, – в конце концов, мое дело сторона, а тебе еще с ней жить. Только вот, может, сначала дадите поесть чего-нибудь, а то на улице уже все разобрали, а дома если мне там даже чего и оставили, то есть я это побоюсь.

– Думаешь, могут отравить? Так нечем же! Где возьмут-то?

– Во-первых, там в больнице много чего есть, а во-вторых, боюсь не отравления всерьез, а того, что слабительного, например, сыпанет кто-то от души, а потом сам же героически и спасет. И что мне после этого делать?

– Так, хватит! – взорвалась Татьяна. – Еда у меня есть, но никто ни куска не получит, пока мне все не объясните!

– А потом накормишь? Да чего я спрашиваю, тебя после моего рассказа еще чем-нибудь отпаивать придется. Ну, слушай. Можно сказать, заставила меня под угрозой голодной смерти.

– Хирург!

– Все, к делу. Ты фантастику читала когда-нибудь? Только не фэнтези про магов, драконов, волшебные палочки, гномов и пацана в очках, а такую натуральную нашу фантастику про попаданцев, альтернативную историю и параллельные миры?

– Да, хотя это совсем не мое.

– Я и не сомневаюсь. Но дело в другом. Есть такое мнение, что пишется это, как бы помягче сказать, ну, в общем, как бы с натуры. Что-то где-то есть такое, что отдельные владеющие пером граждане то ли увидели, то ли услышали и потом описали. Может, что и выдумали для красоты, но основа – реальна.

– Бред какой…

– Я раньше тоже так думал. Но про объективную реальность, данную нам в ощущениях, тебе в твоей академии должны были рассказывать. И еще. Те, кто думают, что хирургия – это только про то, чтобы резать, глубоко заблуждаются. Нам всегда сначала надо понять. Вот я с первого дня и пытался понять, что-то знакомое увидеть, к людям приглядывался. И на третий день подошел к твоему и произнес всего одно слово: «Стратегия». А он и отвечает: «Похоже».

– И что все это значит?

– А значит это, что мы с ним оба читали цикл одного очень хорошего писателя под таким общим названием. Историю о том, как люди оказываются совсем на другой планете земного типа и что из этого получается. И вот очень похоже, мы тоже туда же попали.

– Все подтверждается, – вмешался Вожатый, – я, конечно, не помню на память, как там были сформулированы базисные условия, но то, что прислали нам, вполне соответствует. Да, и главное – название планеты. Платформа № 5.

– Чушь какая-то, – не сдавалась Татьяна, – по-вашему, получается, что мы – внутри книги? Ну или там цикла книжного?

– Нет! – с энтузиазмом воскликнул Хирург. – Книги показывают реальность! Это не фантастика!

Татьяна повернулась к Вожатому с невысказанным вопросом. Тот только кивнул: да, это – правда.

Она посидела молча, встала и ушла в кухню. Мужчины переглянулись, и Вожатый бросился за ней. Реакция на такое у женщины может быть очень разной.

Татьяна, однако, просто возилась с плитой, безуспешно пытаясь разжечь ее. Он отобрал у подруги спички, налущил немного щепы от первого попавшегося полена, и скоро в топке весело зашумел огонь.

Еда была все та же, здорово надоевшая, из полевой кухни, но все трое были здорово голодны, и к тому же дело поправил Хирург. Из кармана куртки он вытащил приличных размеров пузырек темного стекла с притертой крышкой. На слабую попытку Татьяны помочь он ответил, что разводить спирт – сугубо мужское дело, которое он освоил давно и безупречно. Было, конечно, у Вожатого желание поинтересоваться, как это так Хирург успел найти спирт в больничных недрах, но он решил не занудствовать. Вместо этого он задал друзьям намного более актуальный вопрос:

– Завтра до 12 мне надо сформировать и передать заявку на 500 килограмм. Вопрос не в том, что заказывать. Вопрос в том, кто и как будет формировать эту заявку. Технически все в моих руках, но у меня нет ни компетенции, ни права принимать такие решения.

– На самом деле ты сейчас задаешь нам вопрос о том, как будет устроено наше общество, – Татьяна лишний раз доказала, что в своей академии училась не зря и системный подход освоила в совершенстве. – Конечно, мы можем высказать тебе свое мнение. Однако было бы неплохо слегка расширить круг участников этого мозгового штурма.

И тут раздался стук в дверь. Открывать пошел Хирург как самый здоровый. Услышав голоса в передней, Татьяна выскочила в спальню – переодеваться. В комнату один за другим вошли Закон, завгар, завпроизводством, которая все это время командовала полевыми кухнями, и инженер, запустивший водопровод. Закон выставил на стол бутылку коньяка. Этикетка была незнакома, но слово «коньяк» читалось отчетливо. Остальные тоже пришли не с пустыми руками, и на столе быстро появилась кое-какая закуска. Стаканов в буфете на всех хватило. А тут и Татьяна вернулась. Теперь она была одета странновато. Камуфляжная майка не слишком сочеталась с длинной суконной юбкой из местного гардероба. Но на одежду внимания уже никто не обращал.

Первую приняли молча, без тостов. И так было понятно, что это – как бы итог трудного перехода. Затем слово взял Вожатый. Минут за 15 он изложил присутствующим свое видение ситуации, в наиболее сложные моменты апеллировал к Хирургу, рассчитывая на то, что уж их двоих за сумасшедших никто не посчитает.

И закончил тем же вопросом: кто и как будет решать с заказом. Это был очень верный ход – поставить перед людьми конкретную задачу и отвлечь их тем самым от общего безумия открывшейся им правды.

Закон высказался первым:

– Завтра, послезавтра, в ближайшие пять дней – это одно. Тут никто пока вопросов задавать не будет. Заказывай то, что считаешь нужным. Про детей ты, ясное дело, не забудешь, а на остальной вес бери консервы, бензин, из одежды нормальной, может, что, оружие. Про медицину не забудь. Но за это время надо схему жизни подготовить. С народом ее обкашлять и запустить.

– Не знаю, успеем ли за пять, – с сомнением заметила завпроизводством, – это же уже политэкономия начинается. Слышали про такую науку? Мы как вообще жить будем? Рыночным хозяйством? Тогда деньги нужны, эмиссия и прочее. Или коммунизм, а то и военный?

– А как, кстати, это все у вашего автора описано? – поинтересовалась Татьяна. – Может, не стоит велосипед изобретать, а использовать их решения?

Вожатый и Хирург переглянулись.

– Знаешь, – протянул Вожатый, пытаясь вспомнить прочитанное, – там это все как-то невнятно дается. Деньги в виде монет у наших там появляются, но автор основное внимание уделяет вопросам второстепенным – выбору образца для монет и металла, из которого их производят. О финансовой политике и тем более принципах эмиссии, формировании бюджета, налогах и порядке начисления окладов вообще ни слова. Похоже, он в таких вещах просто не разбирается. Да, и у других народов есть привязка валют к поставкам через терминал. Вроде как денежная единица дает право на заказ через терминал. В основном если что и описывается, то необычная форма платежных средств, а не основное, то есть то, кто, как и сколько их выпускает в обращение. Про распределение и общее снабжение тоже мало. Вроде как у наших на первом этапе выдаются талоны на централизованное питание, но параллельно и частные харчевни существуют. Что касается заказов через терминал, то все решает глава. Получает заявки и определяет их приоритетность и необходимость. Вообще у меня есть такое предложение. Завтра взять в заказе экземпляров 10 первого тома «Стратегии». Вы почитаете, потом другим передадите. А там можно и весь цикл заказать.

– Деньги нужны, – твердо заявил Закон, – стимул нужен, как же без него. Но и пайку народу дать тоже надо. Особенно на первые месяцы. Пока там еще работа и прочее наладится. Небольшую пайку, чтобы прожить хватило, но чтобы было желание заработать еще и на масло с икоркой.

– Ну это – самое простое, – подключился завгар, – пайку, гарантированный минимум, из того, что с полей уберем: хлеб или мука, картошка, греча или что там еще растет, капуста. Немного добавлять из складских запасов. Мясных консервов немного. А хочешь чего посытнее и повкуснее – придумай и заработай.

– А чье производство? Частное или общее? – инженер задал один из ключевых вопросов.

– Думать надо, – вступила Татьяна, – лучше, конечно, вешать на общину, или государство, если хотите, лишь самое необходимое. И так много выйдет: управление, правопорядок, оборона, медицина, образование. Производство я бы отдала частникам и артелям.

– Фабрика-артель?

– Почему бы нет. Там, например, на реке плотина с гидростанцией стоит. Она сейчас отключена, но разводка везде есть, сами видите. Так вот, формируем артель, она запускает станцию и поставляет электричество в город. Люди за свет платят, и часть платежей идет артели за работу, а часть городу как владельцу оборудования и сетей. Хорошо, пусть сначала только артели, пока народ на ноги не встанет.

– То есть все имущество остается в собственности города?

– Пока да, потом посмотрим, – Татьяна держала удар. – В наше распоряжение попал огромный актив, не будем спешить его раздавать. Те же дома. Пусть люди пока пользуются ими как коммунальным жильем бесплатно. Потом, когда народ немного окрепнет, введем небольшую плату за содержание и ремонт, а уже потом можно будет и о собственности поговорить.

– Тогда бери «политэкономию» на себя. Подготовь проект. В том числе и денежной политики. Он должен быть простым – доступным для понимания всеми, справедливым и временным. Потребуются корректировки – никаких проблем. Теперь с оператором терминала. Его надо назвать за два часа до первого заказа. И менять потом нельзя. Выборы устраивать будем?

– Нет! – рявкнули одновременно Закон и Хирург.

– Давай ты, – уступил Закон слово доктору.

– Все очень просто. Ты, в отличие от подавляющего большинства, действительно много знаешь о том, куда мы попали, и уже привел нас сюда. Конечно, хорошо бы, чтобы этот выбор подтвердил и народ. Можем сделать так. Фиксируешь, что оператор – ты, а через пять дней мы проводим собрание по выборам мэра.

– Что, общее?!

– Избави бог! Старшие по подъездам. Это меньше ста человек. К «системе кунга» народ уже привык. Объясним им новые реалии. Хорошо бы и книжки хотя бы некоторым дать почитать. Думаю, проблем не будет. И там же Татьяна представляет свою «политэкономию». И надо выбрать какой-то городской орган. Скажем, десяток старших, староста фольварка, мэр и его зам, руководители основных служб. За этим органом решение текущих вопросов городской жизни и рекомендации оператору по заказам.

– Поработаю с выборщиками, – коротко бросил Закон.

На том и порешили. Допили бутылку, похвалили местное хмельное и наконец отправились по домам.

День в городке начался рано. Завпроизводством – кстати, Зоя Семеновна – еще с вечера настропалила поваров, и к семи утра на перекрестках весело дымили полевые кухни. Детям кашу варили на молоке. Фольваркские, оказывается, кроме 20 человек, загрузили на тракторную тележку еще бидон с молоком и пару корзин яблок. Днем обещали подвезти еще продуктов, причем вроде бы с ними собирался прибыть сам староста. Так что Вожатому предстоял интересный и насыщенный разговор.

К кухням потянулся народ с кастрюлями и прочим, причем хозяйки и сами, и через отправленных за едой подростков передавали практически единодушное пожелание уже завтра получить продукты на руки, чтобы можно было готовить дома. Так что задача наделения большинства населения пайками в натуре требовала срочного решения.

После завтрака семейные дамы продолжили изучения домашних хозяйств и ближайших окрестностей. Подвалы и чердаки домов хранили еще немало приятных сюрпризов. Где-то была складирована кое-какая запасная мебель, на чердаках же были оборудованы места для сушки белья. А уж что постирать нашлось в каждой семье.

Мужчины и одинокие женщины больше потянулись на улицы, к местам возможной работы или в центр, к ратуше за новостями. Исключение составили лишь жители Аграрной улицы, которых собрала Татьяна и коротко изложила им идею артелей. Народ резко возбудился и начал на эти самые артели делиться прямо на месте. Отличным стимулом для этого были нетронутые поля зерновых и овощей, которые начинались сразу за ближайшими огородами. Начали чуть ли не с десятка артелей, в результате пришли к трем. Затем пришла очередь делить поля, и тут дело чуть не дошло до драки. Все хотели взять себе ближние, а дальние отдать соседу.

Дело спас Закон, которому, судя по всему, сразу доложили (стукнули, конечно, но к положению шерифа надо привыкать) о массовой сходке.

– Ломтями, – авторитетно бросил он, – каждой артели ломоть от огородов и до конца. Смотрите, там и проезды между полями есть.

– Так не поровну получается, – начали возражать ему, – средним больше достанется!

– А жребий на что? – не тот человек был Закон, чтобы его можно было смутить такими пустяками. – Я сам потяну! Кто-то возражает?

Дурных было нема. Пронумеровали три сектора, затем определили очередность голосования в зависимости от численности артели, и Закон вытащил каждой из них ее жребий. Тут уж нечего сокрушаться – судьба. Да и некогда особо – Закон очень внятно объяснил, что урожай с полей должен быть собран качественно, быстро и полностью. И так же полностью свезен в городские хранилища. Где будет зафиксировано, сколько и чего сдала каждая артель, и на основе этого с ней будет произведен расчет. Деньгами или натурой – «это как договоримся». Публика, ясное дело, попыталась зацепиться за слово «деньги», но тут уже вступила Татьяна:

– Сейчас специальная группа разрабатывает основы финансовой системы нашего города. Не волнуйтесь, ни уравниловки, ни военного коммунизма у нас не будет. Общий принцип: больше работаешь – больше зарабатываешь – лучше живешь! Да, и если на картошке нужны еще руки – дайте знать. Пока еще свободных людей много, но с каждым днем их будет все меньше.

После ее слов артельные быстро сбились в кучки, что-то обсудили и засуетились. Процесс пошел.

И, как убедились Татьяна и Закон, по дороге в мэрию, не только в аграрном секторе. Проходя мимо открытого окна какой-то мастерской, на которой пока и вывески-то не было, они услышали стрекот швейной машинки, а дальше их чуть не сбила с ног женщина с кипой какой-то ткани.

– Там мастерская? – почти задыхаясь, спросила она.

– Там, там, уже что-то шьют, – доброжелательно подтвердил Закон.

– Ох ты ж, не успела, соседка первая подсуетилась, – горестно протянула тетка и рванула к мастерской.

– Что они шьют-то? – с удивлением спросил Закон. – И из чего?

– По-моему, у нее в руках были простыни, – пояснила Татьяна, – а вот что они там придумали – совсем не важно. Главное, что люди при деле, и жизнь налаживается.

– Ага, и «финансовая система» разрабатывается, – хмыкнул Закон, – если я правильно понял, этим занимаются Алиса с еще какой-то девчонкой. Проходил мимо здания мэрии, видел, сидят и что-то на бумаге чиркают.

– А что, я за все финансирование медицины в области отвечала, а ты – за все «серые» потоки в той же области, неужели не справимся. Так что ты подходи часа через два, я думаю, они к этому времени закончат. И ничего смешного. Алиса в финансовом техникуме училась, а вторая девчонка вообще институт кончила и в банке работала. Пусть хоть что-то вчерне сочинят, а мы с тобой потом посмотрим.

– Что?! Мы с тобой?

Представление «финансовой системы от Алисы» затянулось часа на три. Докладчица подошла к этому мероприятию более чем серьезно. Пара парней из ее молодежной компании приволокли в здание мэрии школьную доску, присобачили к ней самодельные «ноги» и обеспечили тем самым визуальную составляющую. Очень сложно, как рассказала потом Татьяна Вожатому, шел подбор костюма докладчицы. Дело в том, что дорожная одежда у большинства пришла в полную негодность, и народ начал переходить на костюмы и платья, найденные в городских домах. Естественно, что молодые девчонки начали с того, что радикально укоротили юбки. Зрелище получилось забавное и радующее глаз. Как уверяла всезнающая Татьяна, из отрезанных подолов можно было даже сшить что-нибудь для малышни.

Она, однако, категорически отсоветовала Алисе щеголять голыми коленками, если та хочет, чтобы члены будущего горсовета приняли ее всерьез. Алиса задумалась и отколола неожиданное. Из широкой юбки она сделала очень широкие кюлоты, настолько широкие, что со стороны было и не очень понятно, брюки это или юбка.