Тили-тили-тесто, Дракон и Невеста

  Интересно, почему никто невест не жалеет? Живём серпентарием, жениха не видать, боремся друг с другом, по канату ходить заставляют, голову в пасть мантикоре пихать. Я так расчувствовалась, что слезу даже пустила, а мужчина растерялся ещё больше.

– Грассита, у вас что-то случилось? – Осторожно поинтересовался этот образец мужественности.

– Вы случились.

– А что я? – Удивился мой гость.

– Влюбилась, вот как за нос схватила, так и влюбилась! Снится теперь ваш шнобель каждую ночь, – заявила я, а потом доверительно чуть наклонившись добавила, – видите, даже стараюсь не спать, все сорочки ночные выкинула, чтобы не вводить себя в искушение, – и серьезно покивав, встала вновь ровно.

– Ааа… – Охранник принца сломался и теперь взирал на меня то ли со страхом, то ли с обожанием. Необходимо было заканчивать сей спектакль.

– Так зачем пожаловали, любезный? Вы знайте, я другому отдана, буду век ему верна. Так что слюни не пускаем и быстро докладываем, – скомандовала я, подражая Регине.

– Вас ожидают.

– Кто? – Удивилась я.

– Принц, – тоже удивленно ответили мне.

– Эээ… – Кажется, в этот раз, сломалась я. Что нужно его высочеству в такой ранний час? – Могу отказаться? – Судя по выпученным глазам охранника, таких прецедентов ещё не было. Грустно вздохнула и спросила сколько у меня есть времени. Получив ответ, что только полчаса, стало ещё грустнее.

  Уныло поплелась в ванную комнату, где скинула ненавистное платье и приняла горячий душ. Вода взбодрила, волшебные флакончики помогли вымыть и распутать волосы. На все про все потратила минут пятнадцать, оставалось ещё столько же.

  В это раз даже не рассматривала наряды в гардеробной, просто схватила первое попавшееся платье и быстро надела. Тонкий кашемир льнул к телу, обнимая и маня, а цвет молодой зелени придавал свежесть.

  Пощипав щеки и покусывая губы, я стянула тюрбан из полотенца с головы. Волосы были влажные, но с них не капало. Взяв гребень с туалетного столика сделала пучок, чтобы не допустить конфуза с прозрачным платьем вновь. Не думаю, конечно, что кашемир просвечивает, но рисковать не хотелось. Да и платье итак достаточно откровенно выставляет все напоказ, хотя и выглядело на вешалке как длинный закрытый свитер. Вздохнув, отправилась сдаваться.

– Я готова, – охранник ждал у двери и смущенно смотрел в мою сторону. – И где состоится встреча с принцем?

– В королевском саду, – было ответом.

  Дошли мы на удивление быстро. Я озиралась по сторонам. От арены, что была на испытании не осталось и следа. Сад вернулся в первоначальный вид. Мужчина подвёл меня к беседке и испарился. Пожав плечами, зашла внутрь и села на край скамейки.

– Возьмите плед, сейчас слуги нам накроют стол. Что вы предпочитаете на завтрак? – Голос принца заставил вскочить и сделать книксен. – Тефра, давайте без церемоний, – махнул тот рукой, заходя в беседку и отдавая меч одному из охранников. – Что предпочитаете на завтрак?

– Блинчики с творогом и сгущенкой, – на автомате ответила я. – Вы хотели меня видеть, ваше высочество?

– У нас с вами свидание, невестушка, – весело хмыкнул Теодор.

– Вы, верно, смерти моей хотите, ваше высочество, – схватившись за сердце, театрально состроила скорбную моську и села вновь на скамью.

– Наедине можете называть меня по имени, Тефра, – принц сел за стол и щелкнул пальцами. Появившиеся из ниоткуда слуги скоро накрыли стол и также быстро ушли. – И почему сразу смерти? Если уж вы перенесли несколько встреч с Мором, то свидание с женихом должно быть праздником. Разве нет?

– Вот именно, что, если ваши невесты прознают, – выразительно посмотрела на него, – в лучшем случае буду сидеть в зале заседаний неделю, в худшем лежать вон под тем кустом розы в виде удобрения.

– В зале заседаний? Удобрением? – Мужчина поперхнулся чаем и странно посмотрел на меня.

– Черный юмор, – развела руками, показывая, мол, простите, но вот такие мы.

– Любите удивлять?

– Скорее шокировать.

– Угощайтесь, – и Теодор пододвинул блюдо с блинчиками.

– Спасибо, – отказываться не видела смысла, потому радостно взялась за угощение. Раз принц так расстарался, значит что-то от меня надо.

  Беседа не завязывалась. Мы просто сидели и совместно трапезничали в молчании. Природа вокруг просыпалась, солнце поднималось выше, а его высочество так ничего и не сказал.

– Вы что-то хотели, Теодор? – Воспользовалась данным правом называть его по имени.

– Почему же сразу что-то хотел? Вы были одним из лидеров на последнем испытании. Я всего лишь выполняю обещание о свидании, – принц улыбался, а его глаза смеялись. Он видел, что меня грызут сомнения, но делал вид, что все идёт так как должно.

– Ранним утром? Когда все приличные грасситы ещё спят? – Я скептически посмотрела на собеседника.

– Ну вы же любите встречать рассветы в саду. Разве я не прав? – Лукавый взгляд выдавал наследника с головой.

– Ага, – согласилась я. – Ещё люблю ядом плеваться в симпатичные мишени, – добавила, прищурив глаза.

– Я думал, вы только мастер по откручиванию носов. Столько талантов в одном флаконе! Удивлен, удивлен. – Реакция была настолько искренняя, что я в восхищении посмотрела на мужчину. Вот это дрессировка!

– Это вы ещё не знаете, что мы придумали на конкурс талантов, – хмыкнула и подлила еще чай в обе кружки.

– После ваших слов начинаю опасаться за дворец. Думаете стоит провести это, несомненно, чудесное событие вне стен моего дома?

– О, снимите большой театр. Профессиональная сцена вдохновит девушек на ещё более безумные подвиги, – пафос лился из моих уст рекой. Затем несколько минут мы играли с принцем в гляделки, а потом этот дракон громко засмеялся.

– Тефра, я обещаю подумать над вашим предложением.

– Обязательно подумайте, – согласно кивнув, отпила чай, – и друзей привлеките, нечего без дела шататься.

– Что-то имеете против моих друзей? – С улыбкой спросил Теодор.

– Я? Упасите боги что-то иметь против или за этих… драконов.

– Тефра? – Кронпринц ещё шире улыбнулся.

– Кроме того, что любят свои губошлепки распускать, ничего не имею, – пожала плечами и посмотрела на сидящего рядом мужчину.

– Даже так. – Он откинулся на спинку скамейки, а потом задал возмутительный вопрос, – и как вам? Понравилось? Что-то почувствовали?

– Понравилось? О, да, наверное, вам со школы начинают преподавать азы обольщения женщин.

– Может тогда и мне вас поцеловать? – Кронпринц задумчиво посмотрел на мои губы, а затем в глаза.

– Надеюсь вы пошутили, – осторожно добавила я.

– Я настолько неприятен вам? – Выгнув бровь, его высочество ждало ответа.

– Наверное, встреться мы в другой реальности, я бы таяла от каждого вашего взгляда. Но! Я не такая, плюс, у меня есть еще причины, по которым воздержалась бы от обжиманий с вами, – честно выпалила как на духу.

– Похвально, что так отстаиваете свои позиции. Но согласитесь, нечестно, что невеста моя, а целуют ее другие. Да? – Хитрый вопрос от жениха застал врасплох.

– Не спорю, – осторожно ответила я.

– Предлагаю исправить это досадное упущение, – на этих словах принц придвинулся ближе и мягко привлек меня к себе, гипнотизируя взглядом, а потом легонько коснулся губ губами.

  Я прикрыла глаза и решила, что раз нельзя отвертеться от сомнительной участи, то буду наслаждаться. Регине потом объясню все как-нибудь… или же оставлю в тайне, чтобы не делать подруге больно. Пока я витала в мыслях, Теодор углубил поцелуй. С удивлением поняла, что он не вызывает у меня ту бурю эмоций, какая была с Мором или грасситом Орби.

– Вам не понравилось, – отстранившись контактировал факт мужчина.

– Скорее не вызвал отклика в душе, ваше высочество, – растерянно ответила я.

– А мои друзья…? – Теодор не договорил вопрос, который теперь висел в воздухе.

– Давайте не будем об этом, пожалуйста, – проговорила, опустив голову, – я себе-то ничего объяснить не могу.

– Понятно, – постукивая пальцами по столу, кронпринц смотрел вдаль о чем-то размышляя.

– Тео, вот ты где! – В беседку ворвался Мартин Орби. Недоумение отразилось на его лице. – Теперь понятно, почему ты отменил тренировку со мной, – быстро бросив взгляд на будущего правителя, Мартин вновь посмотрел на меня. – Доброе утро, грассита Фотис. Чудесно выглядите. Но, смотрю вы снова гуляете с сырыми волосами. Так любите пить лекарства от больного горла?

– Доброе утро, грассит Орби. Обожаю просто! – Язвительно ответила новому участнику свидания.

– Что? – Кронпринц переводил удивленный взгляд с меня на друга. – Я что-то не знаю?

– Не знаешь, дорогой мой друг, – кивнул Мартин, – эта грассита обожает гулять с сырыми волосами по дворцу. Ни ковров твоих не бережет, – на этих словах Я покраснела, – ни свое здоровье. – Подойдя, ко мне, он быстрым движением вынул гребень, и волосы упали на спину. Мужчина вновь провел рукой по ним. Волна магии мгновенно высушила волосы.

– Спасибо, – тихо прошептала я.

– Почему вы не попросили служанку высушить вам волосы? Зачем вообще решили их помыть? И почему меня не попросили их высушить? – Теодор посмотрел на меня, взглядом требуя ответов.

– В такое раннее время служанка ещё спит. Помыла, так как иначе было не расчесать самостоятельно, – отрапортовала я. – Не попросила, – тут призадумалась, – потому что в голову даже не пришло просить особу королевских кровей сушить мои волосы, тем самым, не дай Боги, получить нагоняй за сравнение с прислугой, – и пожала плечами, показывая, что больше сказать нечего.

– Она всегда такая? – Кронпринц перевел взгляд на друга.

– Всегда, – вздохнув, ответил тот

– Не завидую.

– Зато не скучно, – хмыкнул Мартин.

– Что ж, Тефра, думаю наше свидание можно заканчивать. Скоро проснутся девушки, а вы насколько я помню, не хотите, чтобы кто-то знал о встрече со мной.

– Да, ваше величество, – кивнула я.

– Вас проводят. Было приятно провести с вами время, – Теодор взял меня за руку и нежно поцеловал ее, затем отпустил и щелкнул пальцами, перед столом появился утренний охранник.

  Принц и его друг молчали. Бросив последний взгляд напоследок, я отправилась куда вели.

  В родной обители было тихо. Рина ещё не пришла, да и других слуг по дороге не видела. Окинув взглядом апартаменты, я увидела злополучное кресло, где под подушкой до сих пор лежало письмо от мамы.

  Медленно подошла и села коленями на пол. Аккуратно убрав подушку, взяла исписанные листы в руки. Мысли метались в голове, а на душе скребли кошки. Прочитать – значит изменить весь мой мир. Готова ли я сделать это?

  Вчера вечером не вспомнила, так как внутренне понимала, что не хочу… Даже в какой-то степени была рада приходу начальника тайной канцелярии и императорского целителя, сабантую с девчонками и позднему возвращению. А сейчас?

  Разум кричал, что в руках ответы на многие вопросы.

  Сердце кричало, что в руках много боли.

  Интуиция кричала, что в руках моя жизнь.

  Откинув сомнения и страхи, я развернула листы и приступила к чтению.

  "Здравствуй, доченька, если ты читаешь это, значит пришло время узнать правду.

  Жаль, что не могу лично рассказать, но надеюсь ты когда-то сможешь простить меня за все, что было сделано, и за все, что прочтешь дальше.

  Начну с того, что я драконица одного сильного и древнего рода, который обладал уникальной магией, способной точечно останавливать время. Мы называли свой дар – стазисом, но никогда не афишировали его. Только самые близкие друзья знали тайну нашей магии.

  Но сильные мира сего боятся тех, кто может оспорить их власть, а друзья иногда предают. Наша семья, огромная, искренняя и дружная, никогда не претендовала на трон, в отличие от других. Наверное, доверие и погубило нас…

  Я помню свой первый дебют, белое платье и предвкушение чего-то удивительно нового. Знала бы, что ожидает… Сколько раз я прокручивала в голове события того дня, Теф, сколько раз! Могла ли что-то изменить? Не думаю. Спасти кого-то? Тоже нет.

  В то время император скорбел о потерянной истинной, но у него оставался ещё сын. Одержимый страхом потерять единственное воспоминание от любимой, его величество косил любую угрозу своему отпрыску. Наш род попал под оружие смерти. Испугавшись, что когда-то мы захотим власти, было принято решение перебить всех. Не спрашивай, как спаслась я, так получилось.

  Ненависть и скорбь поселилась в моей душе. Живя на отшибе с сумасшедшей теткой, которая не унаследовала магию рода, я сотню раз повторяла, что обязана отомстить. Но Боги посмеялись над наивной девчонкой…

  Я попала на отбор, где нашла истинного. Любовь расцвела на пепелище моего сердца, а месть потеряла свою привлекательность. Счастье было близко. Одна ошибка погубила души четырех благородных драконов. Оставим имена и даты, хватит того, что одной из тех несчастных была я. И вот, судьба связала троих неразлучно, причиняя боль каждую минуту, проведенную вместе. Четвертый дракон винил себя в случившемся и потерял свою суть.

  Думаю, так бы мы и жили доселе, но вмешались демоны, которые разорвали цепочку событий. Меня похитили и должны были убить. Заказчик лишь не учел, что для жителей нижнего мира ничего не стоит обмануть. Они не хотели убивать драконицу, что носит под сердцем дитя. Может ты не знаешь, но для демонов женщина в положении священна, так как дети являются нашим будущим.

  Скрыться от всех мне помог Освальд, мой друг детства. Ты наверняка зовешь его отцом, и, я верю, что он позаботился о тебе.

  Мы уехали далеко-далеко, предварительно закольцевав магию рода на мне самой, тем самым отдаляя появление на свет ребенка. Около года беременность была в стазисе, а я расплачивалась за это своим здоровьем. Освальд отговаривал и пытался вразумить, но раннее появление на свет дитя могло дестабилизировать магический фон. Твой настоящий отец уловил бы отголоски происходящих со мной событий, ведь связь истинных никуда не девалась, а находилась во временной петле.

  Лишь через год я почувствовала, что связь между парой почти исчезла. Скитания по лесам и мелким деревням можно было заканчивать. Я сняла стазис и начала проживать все прелести беременности.

  Бедный Освальд, ему столько пришлось пережить из-за меня! Начиная с побега и заканчивая охотой за помидорами. Да-да, именно охотой. Беременные причуды не обошли меня стороной. Кое-кто в животике требовал красные, спелые томаты из теплиц соседней деревни. Освальд утверждает, что когда ты вырастешь, то не будешь есть данный овощ. Жаль, что мне скорее всего не узнать так ли это…

  Роды были очень тяжёлыми, спустя сутки мучений я держала тебя на руках. Хорошо, что в той деревне жила ведьма Кларисса, которая помогла разрешиться от бремени, иначе не уверена смогла бы сама все сделать.

  Через три дня в лесах был замечен дракон.

  Я даже не успела насладиться материнством, как надо было уходить. Бежать решили в ночи, однако, нас засекли. Спрятаться в лесу от того, кто общается с природой невозможно. Кларисса помогла и тут, договорилась с лешим, и мы вчетвером скрылись на волшебных тайных тропах.

  Не буду описывать весь наш путь, он не стоит внимания. Скажу лишь, что нашли место, где смогли осесть надолго.

  Освальд изменил внешность и стал чертом.

  Клара поменяла специальность, став темной ведьмой.

  Я наслаждалась тобой до тех пор, пока не поняла, что пробуждается вторая сущность. Этого нельзя было допустить. Мне ничего не оставалось, как вновь воспользоваться даром.

  Ты такая кроха, лежишь рядом, но будто мертва. Это страшно, милая, сознательно причинять вред собственному ребенку, чтобы спасти. Умом все понимаю, а сердце обливается кровью.

  Поймёшь ли ты когда-то меня? Простишь? Эти слова крутятся каждый день в голове. В свое оправдание хочу сказать, что забрала часть магии на себя.

  Наш дар не так безобиден, как думали многие. Уникальность магии заключалась в том, что, создавая точечный стазис, мы расходовали время либо того на ком находился он, либо свое. Отнимать годы жизни у ребенка я не могла, потому отдала жизнь за тебя, наложив печать на твою вторую сущность, которая спадет, когда встретишь любовь.

  Освальд и Клара давно стали парой. Они должны проследить за всем что происходит. Поверь, оба тебя любят, но я запретила им выказывать свои чувства, ведь это может повлиять на магию. Это трудно, оставлять малышку без любви и тепла…

  Пора заканчивать это письмо. Интуиция подсказывает, что мне осталось недолго. Последние сто лет были самыми тяжёлыми, но я верю, что ты найдешь свое счастье.

  Люблю,

  мама.

  P.S. Твоя драконица придет к тебе, когда ты позовешь. Свет счастья найдет путь к душе, оковы падут, и крылья почувствуют ветер."

  Я смотрела на письмо, как на змею. Слова матери будто яд, проникали в сердце, разъедая и принося боль. Я чувствовала ее ненависть, боль, смятение. Она мало описывала свои эмоции, но каждая буква будто кричала о них. Со злостью скомкала листы и бросила обратно в кресло. Встала, открыла окно и полной грудью вдохнула свежий воздух.

  Ветер нежно гладил мокрые от слез щеки и трепал распущенные волосы. Погода будто вторила душе. На небе наливались темные тучи, обещая дожди, а с ними и освобождение, ведь всем известно, что вода смывает негатив.

  Я не знала матери. Она была для меня абстрактным человеком, которого обязательно надо любить. Но испытывала ли я когда-то теплые чувства к незнакомке? Отец… нет, Освальд, никогда не рассказывал толком ничего о ней. Теперь понятно почему…

  Несколько ошибок, резкие повороты судьбы и жизнь меняется. Какая бы она была, если бы нас не предали? У меня могла быть большая семья…

  Я не роптала на жизнь. Тепла и правда было мало в ней, но животные всегда тянулись ко мне, помогая пережить многие моменты. А брат с сестрой? Они были моим глотком чего-то более близкого и родного! Ни один из них не отталкивал, скорее мы были просто разные.

  Стоять и смотреть на небо потихоньку спасало. Душа успокаивалась, а эмоции матери, поселившиеся во мне, сходили на нет. Голова становилась холодной, а сердце вновь горячим. Как ни крути, но ненависть и злость разъедает. Я рада, что не узнала все это раньше, ведь иначе могла перестать доверять миру.

  Мне было искренне жаль женщину, которой столько пришлось пережить. Но я не понимала, почему она не сказала кто мой отец, от кого бежала, кого опасаться, кто предал наш род… Тонна вопросов и ни одного ответа. Мама даже не сказала имя рода! Описание общей картины не прояснило всю ситуацию. И что это за слова в конце? Как позвать драконицу? Свет счастья – это любовь, оковы – печать, крылья – когда я стану драконом. Но что значит позвать? Это же не собака, чтобы свистнул, и она тут как тут.

  Смогла бы я подвергать жизнь своего ребенка таким испытаниям? Возможно, сейчас, потому в голове и сердце отторжение…

  От дальнейших размышлений оторвал звук открывающейся двери.

– Ого, ты уже встала, – удивилась Рина. – Ты что, плакала? – Девушка нахмурилась, – тебя кто-то обидел?

– Нет, просто прочитала письмо. От мамы.

  Глаза эльфийки округлились. Она посмотрела на меня по-новому, открыла рот, чтобы что-то произнести, но потом будто передумала и просто промолчала.

– А ещё я сегодня на свидание ходила, с принцем.

– Ты решила меня с утра пораньше морщинами наградить от обилия новостей? – Изумленно сев на диван, спросила подруга.

– Скорее поделиться, чтобы меня не разорвало от скопления тайн, – поделилась я.

– О-о… А хочешь я тебе настроение подниму?

– Как? – Я с сомнением глянула на нее.

– Расскажу какой у тебя будет номер? – Ответила вопросом Рина.

– Ты меня спрашиваешь?

– А здесь ещё кто-то есть? – Она огляделась вокруг и вновь посмотрела на меня.

– Нет.

– Тогда зачем меня путаешь? – С откровенным возмущением на меня взирали красивые глаза девушки.

– Я?

– Ты!

– Ну знаешь ли… – Я сложила руки на груди. – Заняться больше нечем как путать тебя, – фыркнула и задрала нос.

– Вот! Теперь узнаю Тефру, а то стояла унылым вурдалаком, – всплеснув руками, заявила эта негодяйка.

– Про вурдалака я запомнила, – сузив глаза, вновь посмотрела на эльфийку, – говори, что придумала. Все равно ведь не отстанешь, – вздохнула, подошла к креслу и подобрала комок письма.

– Если пообещаешь молчать и не рассказывать остальным.

– Обещаю.

– Тогда готовься восхищаться гениальной мной, – Рина с вызовом посмотрела на меня и начала объяснять свою задумку.

  Два часа мы провели в спорах и сомнениях. То, что предлагала эльфийка требовало от меня максимальной концентрации. В конце концов сошлись на едином, и обе были довольны результатами мозгового штурма.

– Я достану все необходимое, тебе надо тренироваться. На момент испытания будет полноценная версия, – лицо подруги светилось от счастья. Ее идея была изящная и простая. Просили удивить? Будет вам флакон удивительного и прекрасного!

– Хорошо. Скажешь, когда начнем репетировать, – вздохнула и задала другой вопрос. – За Натали будем организовывать слежку?

– Да, но сначала я хочу поговорить с ее служанкой. Может она заметила что-то странное. И потом уже будем строить планы. НО! Не в ущерб отбору, а то ты знаешь Регину. Слишком деятельная, и при том, уже отказалась от принца, хотя даже не боролась. Мало ли что сразу не почувствовал, – проворчала девушка, а я улыбалась. – Может чуйка у его дракона бракованная или еще что случилось. Разве это повод отказываться от счастья?

– Думаешь они могут быть счастливы? – С сомнением в голосе протянула. – Связь истинной пары не залог долгих и счастливых отношений.

– А кто еще по-твоему из здешних красоток сможет облагодетельствовать этого непробиваемого барана? Вот уж точно шкура железная, раз сердце не увидело такое солнышко, как наша Регина, – возмущенная Рина смотрела в ожидании, что я тут же буду соглашаться.

– По-моему ты предвзята, – пожав плечами, посмотрела эльфийке прямо в глаза. – Да, Регина будет замечательной императрицей, но она не ангел, хоть и носит постоянно белое.

– Иди на завтрак уже, заступница, – с видом оскорбленной невинности пыталась сплавить меня подруга.

– Не пойду. Меня так рано подняли, – зевнув ответила я. – Лучше посплю, тем более уже позавтракала. Предупредишь девчонок?

– Хорошо, но к обеду проснись. Не думаю, что дольше их продержу, – дала напутствие эльфийка и удалилась. Я покомкала еще письмо, а потом руки сами расправили листы с убористым почерком. Бережно положив его под подушку, легла в кровать и закрыла глаза, в надежде, что приснится драконица. Может ей смогу задать парочку вопросов? Ведь последний раз она со мной говорила.

  Мечты имеют свойство сбываться, а мысли материализуются быстрее, чем мы можем себе представить.

  Погрузившись в сон, я оказалась где-то высоко-высоко, где небо и земля являются продолжением друг друга. Необычное место. Здесь преобладали краски пурпурного всех тонов и оттенков, но яркость не резала глаза, наоборот, давала ощущение, что тут начинается жизнь и заканчивается.

  Я села рядом с лежащей драконицей. Земля грела, воздух был свеж. Вдвоем мы наслаждались уютом, тишиной и красотой места. Молчание не тяготило, но вечно это не могло продолжаться. С чего начать разговор? Познакомиться? Сказать, что не знала о ней? Что говорят своей второй сущности, когда она проявляется?

  Драконица с любопытством взирала. В прошлые разы она выглядела потерянной, смятенной, а сейчас спокойна и даже улыбается. Я задумалась на миг. Пока не поняла, что кажется мой воспаленный мозг совсем сума сошел. Как огромная рептилия может улыбаться?

– Ну ты же можешь, – прозвучало в моей голове.

– Мамочка, – простонала я.

– Из меня мамочка, как из тебя принцесса, – фыркнула громадина. Голос был женский и приятный.

– В смысле? – Я опешила от наглости своей второй сущности. Разве она не должна поддерживать, ободрять? Мы же вроде как две половинки одного целого.

– Половинки? Я бы это не так назвала.

– Ты слышишь мои мысли, – констатировала факт и посмотрела на драконицу, ожидая подтверждения своих слов.

– Скорее ты слишком громко думаешь, – склонив голову, она смотрела и будто что-то ждала. Но судя по всему не дождалась, так как закатила глаза и лапой прикрыла морду, мол, что за человек мне достался.

– Так чем плоха из меня принцесса? – Я не священник, чтобы оправдывать чужие надежды, но неприятно, когда намекают о твоей несостоятельности.

– А ты хочешь ею быть? – Серебристая драконица усмехнулась и продолжила. – Если я скажу, что уже принадлежишь к императорской семье, поверишь?