Запойный Дневник

Стоило задуматься об этом раньше, но я уже разучился думать и хотел только веселиться.

Мы присмотрелись к окнам, через некоторые можно было рассмотреть комнаты.

Уже начало темнеть, но нам не было до этого дела. Мы еще раз ходили в магазин и становились пьянее. Я уже принялся рассказывать какой-то бред, который мне снился, М. подхватил идею и поделился своим сном, Е. сделал то же самое.

Как настоящие дебилы мы решили, что пора бы включить музыку, только тихо, мы же не хотим никого потревожить.

– Сейчас я включу одну… – сказал я, закрыв один глаз и достав телефон, – одну песню

– О, давай! – поддержал Е.

– Нашел, – я включил трип-хоп.

– Классика. – сказал Е.

Музыка играла тихо, чтобы ее могли слышать только мы, но наши разговоры становились громче, пришлось добавить звук.

– А теперь другая классика, немного ретровейва.

Все уже были очень пьяные и начали танцевать, прыгать, дергаться. Я надел себе на голову рюкзак, сказал, что это такая маска, и крутился с ним.

– Вы ебанутые? – послышалось откуда-то сверху, голос женский.

– Да, немного! – крикнул я в ответ, снимая рюкзак с головы.

– Что у вас за дискотека? – уже другой, тоже женский голос, задал вопрос.

– У нас сегодня праздник.

– Какой?

– Вторник.

– Спускайтесь к нам, у нас еще есть пиво, – сказал Е. веселым голосом, дружелюбно приглашая их присоединиться к нашей вечеринке.

– Давайте к нам, – поддержал его М.

– Спасибо, нам и без компании долбоебов хорошо.

– Тогда идите на хуй, дамы! – крикнул я.

– Сейчас ты пойдешь, хватит под окнами орать!

– Приносим свои извинения, мы… – я задумался, – мы слегка не уследили за собой, а вы к нам точно не хотите?

– Спасибо, нет.

– Тогда идите на хуй и не мешайте нам отдыхать.

М. и Е. рассмеялись.

– Извините его, он немного дурной, – говорил им Е.

– Да вы все дурные.

– Не хуже вас, – вставил я. – Возможно, даже лучше.

– Чего ты злишься? – спросил М.

– А почему хуй пойми кто нас оскорбляет?

– Да и хуй с ними, забей.

– Хуй с вами, я забил! – крикнул я.

– Поздравляем.

Неожиданно Е. ударил меня по плечу, что-то крикнул и побежал.

– Что?

Он повторил.

– Что?

Я не понял.

– Менты! – крикнул он убегая все дальше.

– Где?

Я повернул голову и в этот же момент почувствовал, как меня крепко хватают за правую руку. Обернувшись полностью, я увидел мужчину средних лет, внушительных размеров, в форме.

– Здравствуйте, – сказал я, попытавшись придать голосу максимум вежливости, но забыв о четкости произношения слов.

– Здравствуйте, идем, – резко сказал он.

Второй точно так же вел под руку М.

– Чего разорались? – спросил тот, что вел меня.

– Да мы как-то случайно, не заметили.

– Вы знаете, что на улице распитие спиртных напитков запрещено?

– Знаем, – возражать и оправдываться не было смысла, нас уже поймали. – Можно покурить, пока идем?

– Давай быстрее.

Я закурил и подумал, что если бы услышал, что говорит Е., то, возможно, смог бы убежать с ним, только вот бегаю я плохо, медленно и недолго, спорт не являлся моей сильной стороной, так что и пытаться не стоило. Я никогда не убегаю: для этого нужно быть хорошим бегуном, я таким не был.

Мы остановились возле бобика, к нам вышел еще один запыхавшийся сотрудник органов.

– Не догнал, – отдышавшись, сказал он.

– Третий куда делся? – спросил державший меня.

– Не знаю, убежал куда-то.

– Знакомы с ним?

– Только встретили.

– То есть вы не знаете, где он живет?

– Нет.

– И как зовут?

– Мы с ним только познакомились, ничего не знаем.

– Проедем вокруг, может, попадется… Давайте в машину! – повысив голос добавил один из них.

Мы сели в бобик, там было очень тесно и темно, всю дорогу трясло, как будто асфальта не было и мы ехали по бездорожью, возможно, эта машина специально так устроена, чтобы ты еще по пути мог понять, что обосрался и законы стоит соблюдать.

Е. мы не встретили, нас довезли до участка, бывать здесь мне еще не приходилось. Дверь бобика открылась

– Выходите.

– Покурить можно? – спросил я, выползая из неудобной машины.

– Нет.

– У вас машина неудобная, – язвительно заметил я, как будто это кого-то интересует.

Ответа не последовало. Нас завели в здание, внутри все выглядело как в подъезде: стены выкрашены в блевотно зеленый и белый цвет, пол как будто обоссан, плитка местами отлетела, с одной стороны стоит скамейка, а с другой, возле трубы, спит бомж. Обстановка впечатляет.

Нас подвели к столу регистрации, за которым работал молодой человек. Этот стол занимал почти половину того помещения, где мы оказались, он был завален бумагами, а за ним можно было увидеть шкаф и тумбочку с вещами.

– Имя фамиля? – спросил сидевший за столом парень, я представился.

– Какие вещи с собой?

Я протянул пакет, в котором валялась тетрадь и оставшаяся бутылка пива, пиво забрали – пакет вернули.

– Документы есть с собой?

– Да, сейчас, – я пошарил в кармане, вытащил паспорт и протянул ему.

– Присядьте на скамейку, – сказал он, не поднимая головы. – Кто там следующий?

Следующим был М., он показал пустой рюкзак, паспорта с ним не было.

– А пиво нам вернут? – спросил я, вернувшись к столу.

– Сядьте.

– Извините.

М. тоже отправили выжидать.

– Народа нормально,– сказал М., как будто оценивал заполненность какого-нибудь клуба.

Народа и правда было достаточно: рядом с нами сидело три человека, еще несколько ходили возле входной двери, кто-то был в туалете, тут же находилось три "камеры", в которых также сидели люди. Один из них стоял, высунув руки через решетку.

– Вас за что взяли? – спросил мужик из-за решетки рядом с нами.

– Выбрали не то место, чтобы бухнуть.

– А-а-а, – протянул он. – Понимаю.

– А тебя за что?

– За драку.

– Понимаю.

– Где тут туалет? – спросил я у одного из сотрудников, он молча указал на дверь дальше по коридору.

Я пошел туда, толкнул дверь, но она не открылась. Я толкнул еще раз и в приоткрывшуюся щель увидел, что там стоит пара человек и курят, а один из них держит дверь и выступает в роли баррикады.

– Прошу прощения, не хотел мешать, – сказал я.

Тот, что выполнял функцию замка, промолчал.

– Там пока перекур, занято, – сказал я, вернувшись к М.

– Надо было так попасть… – выразил мысли вслух М.

– Е. крикнул мне, что к нам идут, но я не успел понять.

– Я вообще не слышал, даже не видел, куда он делся.

Мимо нас прошел бомжеватого вида человек, за ним шел человек в форме, он довел его до входной двери, открыл ее, и вернулся. Через минуту дверь снова открылась, завели новых гостей, нас попросили пересесть на дальнюю скамейку, которая стояла ближе к выходу.

Даже в прихожей стояли люди, урожай хороший. Мы уселись на скамейку, к нам подошел парень и спросил зажигалку, я дал ее ему, он ушел и потерялся.

Бомж, спавший у батареи, продолжал мирно спать.

Позвонил Е.

– Вы как там? – спросил он.

– Так себе, хер знает, сколько ждать еще, а ты где?

– Я тут, рядом гуляю.

– Нас ждать будешь?

– Подожду.

– История, конечно, полный кал.

– Согласен.

– Покупай пиво к нашему выходу, – со смехом сказал я.

– Ха, хорошо.

– Я позвоню, как выходить будем.

– До связи.

– Где он? – спросил М.

– Где-то тут гуляет, не знаю, дождется или нет, нас, наверно, только через часа 2 выпустят… в лучшем случае, – я посмотрел по сторонам и увидел полицейского, скучающего в дверном проеме. – извините… извините, здравствуйте, а можно узнать, как долго нам тут еще сидеть?

Он молча посмотрел на меня.

– Вы не знаете…

– Не знаю, спрашивай у того, кто вас забирал, – оборвал он.

– Обычно как долго держат?

Молчание. Ему не до разговоров или я ему не понравился.

Рядом с нами начал маячить мужик, разговаривающий по телефону, вообще я думал, что телефон заберут, но нет, звони куда хочешь.

– Слышь, отец. Отец! – обращался он к лежавшему бомжу после телефонного разговора.

– А? – поднялся тот.

– Есть бадяга или что выпить?

– Сейчас.

Бомж сел, порылся в карманах и достал пластиковый пакет от какого-то спиртового средства, типа боярышника и протянул "сыну". Он сделал глоток, сморщился и протянул обратно.

– Спасибо, отец.

– Да на здоровье.

Отец тоже отхлебнул своего напитка, пробурчал нечто невнятное и лег обратно, пододвинувшись поближе к батареи.

– Видал? – спросил я у М.

– Да, жесть.

– Надо было пиво так же протащить.

– Зачем тебе пиво? Вон у него давай попросим бояры.

– Был бы я чуть пьянее, – я задумался. – Да не, я бы и тогда не согласился.

Из той части обезьянника, в которой остался стол, стали доноситься громкие разговоры мужчины и женщины.

– НА! Я тебе сотку дам! Отпусти только! – громко говорила женщина, появившаяся из-за угла.

– Взятку предлагаешь?

– Ну что-о-о ты? – протяжно сказала она и рассмеялась. – Я тебе сотку предлагаю, чтобы ты отпустил меня!

– Я же говорю – взятку.

– Так что, договорились?

– Успокойся давай, народ распугаешь.

– Кого распугаю? Чем? Я культурная женщина!

– Кто? – послышался возглас из-за стола, за которым последовал смех, этот смех поддержали остальные сотрудники.

Кажется, эта дама была всем знакома.

– Я, блядь! Оглох там? – резко крикнула она. – Ладно, я тебе 150 дам, все отобрать хочешь!

– Давай, подруга, посиди, заткнись только, никто тебя не выпустит.

– Видали? Я ему деньги, а он мне "заткнись", – сказал она нам и села на скамейку.

– Ужас, – ответил я.

Я вспомнил, что хотел в туалет. Теперь там было пусто, дымовая завеса помогала не повредить глаза об внешнее уродство, а запах курева смягчал общий стойки аромат мочекаловой вони. Двери дыры в полу заменяли здешние унитазы.

Я быстро обоссался и вышел: находиться там было тяжело. Когда я вышел, мне на глаза попался тот хер, одолживший зажигалку.

– Где зажигалка? – спросил я.

– Какая?

– Которую ты у меня взял.

– Не знаю.

– Как это? Я тебе зажигалку дал.

– Забуть о ней.

Вот же гондон. Скандалить не хотелось на глазах у всего участка, я пошел дальше, поняв, что тут никому ничего давать нельзя, никогда не угадаешь, кто крыса. Я сразу поделился впечатлениями с М.:

– Это пиздец, лучше потерпи.

– Настолько плохо?

– Настолько.

– Хуево, я тоже хочу.

– Еще и тот еблан жигу просрал где-то, либо спиздил.

– Вон тот?

– Да.

– Давай пизды дадим ему.

– И проведем тут пару дней? Забей.

Я почувствовал запах сигарет, сперва подумал, что это от меня несет после туалета, но, повернув голову в сторону выхода, увидел стоявшего там парня с зажженной сигаретой, делавшего мощные затяжки и поспешно выдыхающего в небольшое отверстие в двери.

Я подошел к нему и тихо сказал:

– Дай затянуться разок.

Он протянул мне сигарету, я затянулся, вернул ему сигарету, подержал дым в легких, выдохнул и пошел обратно.

– Спасибо.

– Эй! Ты че охуел? – заорал крупный сотрудник.

Он сделал несколько быстрых, громких и длинных шагов в сторону курильщика, отобрал у него сигарету и потушил ее.

– Ты че, братан? Ебнулся что ли? Тут не курят, тут участок, давай без этого.

– А-а-а, ладно.

– Хорошо хоть я курнуть успел.

– Повезло-повезло, а я пошел.

– Куда?

– Все, не могу терпеть, я в сортир.

– Лучше в штаны сходи.

– И потом мокрым сидеть? Не, я рискну.

Не прошло и минуты, как вернулся М.

– Это пиздец, – сказал он.

– Я же говорил.

– Нет, это пиздец, почему ты не сказал, что там лежит огромная куча говна?

– Какая куча? Не было такого.

– А теперь есть! Кто-то насрал мимо, еще и стену забрызгал, как будто разорвало нахуй, воняет – ебнешься.

– Фу нахуй, я потерплю в следующий раз.

Из основного зала несколько раз что-то повторили, но я не мог разобрать, что именно, после чего в проходе появился парень и громко назвал наши фамилии.

– Со слухом плохо что ли или тут понравилось и уходить не хотите?

– Хотим, мы не слышали.

Я и М. ускоренным шагом подошли к столу, нам выдали какие-то бумаги, уточнили, все ли правильно записано.

Год рождения… прописка… место…распитие в общественном… пиво… такое-то время… такое-то имя.

– Да, все верно.

– Распишитесь.

Я расписался.

– А пиво можно забрать?

Сотрудник повернулся к тумбочке, взял наши бутылки с пивом и отдал мне.

– На улице больше не бухайте, до дома дотерпите.

– Конечно, мы так больше не будем.

Я собирался отойти, но понял, что не знаю, где и как оплатить этот штраф, вообще что нам за это будет.

– Можно узнать, у нас штраф за это будет?

– Да.

– Сколько примерно.

– 500 рублей.

– Сейчас его можно оплатить?

– Нет, его пока нет в системе.

– Когда появится?

– Через пару недель, вам придет по почте.

– И где заплатить, у вас тут?

– Нет, в любом банке, придете с повесткой о штрафе, скажете, что надо оплатить, вам дадут квитанцию.

– И ее надо будет принести сюда?

– Как хотите.

– Я просто не знаю, как все это делается… через пару недель… на почту… – в полголоса повторил я – хорошо, спасибо, я вас понял.

– Не за что, до свидания… так, теперь вы…

Пока М. проходил ту же процедуру, я позвонил Е., сказал, что мы сейчас выйдем, он как раз был неподалеку, но я рекомендовал ему особо близко не подходить, так что мы договорились встретиться возле торгового центра напротив участка.

Нас проводили до двери, открыли ее и выпустили в мир, где ты можешь курить когда хочешь и не надо просить бояры у спящего бомжа, поскольку ее можно купить самому в любое время, одним словом – свобода. Конечно, ограниченная в какой-то мере, но хотя бы можно быть уверенным, что кроме тебя никто не нагадит мимо твоего унитаза.

Е. ждал там, где мы и договорились.

– Есть зажигалка? – попросил я и достал сигарету.

– Есть .

Он протянул мне зажженную зажигалку, я поднес сигарету, глубоко затянулся и с наслаждением выдохнул.

– Там даже покурить нельзя, разве что в туалете.

– Так чего там не покурил?

– Не стал наглеть, я все таки в первый раз у них, всех правил не знаю.

– Надеюсь, что в последний, – добавил М.

– Да, насчет этого, сзади меня есть кто? – спросил я, когда мы дошли до первого поворота.

– Нет, пустая улица.

– А с боку? – спросил я у М.

– Тоже пусто.

– Так давайте пить пиво, я уже ждать не могу! – сказал я и открыл бутылку, она пшикнула.

– Думал, что выдохнется за это время.

– Пей быстрее, пока обратно не отправились.

Я хорошенько приложился, пиво нагрелось и было мерзким, но таким вкусным , я протянул бутылку М., он также сделал несколько глотков, но подавился, выплюнул все наружу и начал откашливаться.

– Ты еще рыгони тут.

– Пошел ты.

– Нам надо бы еще бухла взять.

– Куда мы вообще пойдем? Уже поздно.

– Я хотел спросить, можно ли у тебя остаться? М., наверно, тоже придется к тебе пойти.

– Да без проблем. Сестре расскажем о случившемся?

– Конечно, только давай алкогольный магаз найдем.

– Я ей пока позвоню.

– Тут рядом есть забегаловка, можно там купить пиво.

Е. кивнул, продолжая говорить по телефону, мы развернулись и дворами пошли к пивнухе. За время, проведенное в участке, я протрезвел. Пока мы шли, я что-то пытался вспомнить, что-то про мой пакет, может, я что-то забыл там? Нет… Точно

– Хотите прикол?

– Какой?

Я открыл пакет, убрал тетради в сторону и вытащил кусок синего пластика.

– Бритва?

– Да, ее даже не заметили, я все это время сидел с бритвой почти в кармане, а если бы я оказался ебанутым?

– А ты каким оказался? – спросил М. с усмешкой

– Проебались – сказал Е.

Да, иначе не скажешь, я и сам про нее забыл, она лежала между тетрадей, и ее не было видно, а выкладывать все вещи из пакета меня никто не просил.

– Бывает, – сказал я, потеряв интерес к этим размышлениям.

Добравшись до пивной, располагавшейся в подвале многоквартирного дома в самом центре города, мы спустились по лестнице и попросили пару бутылок чего подешевле. За небольшой стойкой стоял один человек и как будто разговаривал со стеной, медленно потягивая пиво из большого пластикового стакана.

Нам выдали заказ, после чего мы дошли до дома Е., сестра была не против, мы рассказали ей, что произошло, она посмеялась с нас.

– Тебя-то хоть не взяли? – спросила она у своего брата.

– Нет, я их сразу увидел, предупредил остальных, но меня не услышали.

– Пришли бы сразу сюда, зачем по улицам шляться?

– Мы же не знали, что так получится, да и вообще собирались быстро разойтись, но как-то затянулось, – сказал я.

– Да, планировали по пиву и домой, – поддержал Е.

– Ладно, уже поздно.

– Мы пиво допьем и спать.

– Хорошо.

Она ушла в свою комнату, мы продолжили пить, пока снова не опьянели и не легли спать. Утром, рано утром, я растолкал М. и сказал, что пора бы домой ехать, он тяжело проснулся, что не удивительно, как оказалось, мы поспали около двух часов. Не знаю почему, но я встал именно сейчас, автобусы уже ходили, поэтому можно было выдвигаться домой, к тому же мне казалось, что наше присутствие создает неудобство.

Мы собрали вещи, поблагодарили сонного Е. и его сестру за ночлег, и уехали домой, где я лег спать дальше.

Мое состояние не позволяло идти на учебу, глаза закрывались сами собой. Позже выяснилось, что мы втроем пропустили пары, о чем нас никто особо не расспрашивал, так что ночные похождения с перерывом на посидеть в ментушке остались между нами.

Будильник прозвенел в 4 раз и был снова переведен на 10 минут. Еще слишком рано для человека, уснувшего в 6 утра и не спавшего до этого двое суток.

Я сутками торчал у друзей, иногда оставался у родителей, какое-то время снимал убитую, крошечную квартирку далеко от всего.

На учебу я не собирался, точно не сегодня. Займусь домашним обучением и спрошу, что проходили за все время, что я отсутствовал. Вставать не хотелось, но и перспектива проспать весь день тоже не радовала. Я собрался с силами и поднялся, пошел на кухню, сделал себе большую кружку кофе с молоком и сахаром, вернулся в комнату и бездумно начал пялиться в выключенный монитор ноутбука.

После кофе, почувствовал себя немного лучше и все-таки включил ноутбук. Сперва я действительно собирался заняться домашним заданием, но пролистав пару страниц учебника, подумал, что еще слишком рано нагружать себя таким объемом информации, сделаю все чуть позже. Дома было тихо, люблю тишину.

Пара начиналась после 12. Я и Е. стояли в магазине, выбирая выпивку. Выбор пал на 0,25 водки, которую мы залили в бутылку колы, и пошли на учебу. Нет, так не принято делать, но мы попытались начать новую традицию.

Покурив на крыльце и сделав несколько глотков, мы зашли в корпус, поднялись в нужный кабинет и сели привычно посередине. Лекция проходила в кабинете, рассчитанном на несколько групп, поэтому преподаватель находился достаточно далеко и не мог почувствовать исходящий от нас перегар.

– О, что это у вас? Можно я попью? – спросила повернувшаяся к нам одногруппница.

– Думаю, что не стоит, – сказал Е.

– Да, лучше не надо, это… особая кола.

Она окинула нас взглядом, посмеялась и вернулась к своим делам, а мы к своим: открыли бутылку и помогли ей осушиться в два глотка.

По расписанию нас ожидала одна или две пары, но настроение после этой уже не располагало к продолжению учебы. Пора уходить, к тому же кола закончилась.

– Куда пойдем?

– Давай как обычно.

Вино в графине, холодное, дешевое, убивающее твой организм с первого глотка, это то, что нам было нужно.

– Кажется, там что-то важное должны рассказывать сегодня, но мне так лень, – говорил я, наливая вино в свой бокал.

Бокалы под такое вино? Удивительно.

– Потом спросим, что там было, конечно, мы еще можем придти.

– Не, это невозможно.

– Слышишь?– прервал меня Е., подняв руку и прислушиваясь. – Не могу вспомнить, что за песня играет

Я прислушался, что-то знакомое, но что?

– Тоже не помню.

Мы просидели там часа два.

– «Фрегат» надоел, давай найдем новое место, а пока просто пойдем куда-нибудь.

Мы шли дворами, чтобы не привлекать внимания, разражаясь то хохотом, то громким цитированием диалогов из кинематографа. Дело происходило зимой, но день был теплый. Нам пришлось выйти на центральную оживленную улицу и притворяться спокойными прохожими, а это означало, что весь путь до бара мы будем трезветь. К счастью, город маленький и спустя 15 минут мы уже сидели в тепле, пили медовуху и разговаривали о чем-то. Диалога тут не будет, такое не вспоминается, даже если приложить все усилия.

Нам было мало, мы могли остаться тут, но хотелось посетить еще хотя бы одно место, но денег было мало, по барам не погуляешь.

– Выпить хочется еще, такой хороший день, ему рано заканчиваться, – сказал я, а Е. поддержал мою мысль.

– Что будем делать?

– Не знаю.

– Я тоже.

Мы стояли на улице, уже стемнело и похолодало. Е. предложил пойти к нему, мне было неудобно, но бюджет ставил выбор: улица или чужой дом.

– Хорошо, посидим у тебя.

По дороге мы выпили по пиву. Дом Е. находился недалеко. Зашли в магазин, купили еще пива. Пришли. У него никого не было, его сестра должна была вернуться позже. Я не планировал задерживаться, думал, что посидим час или два, я отправлюсь на остановку и поеду домой.

– Кажется, ты говорил, что умеешь играть на гитаре? – спросил Е., когда мы зашли в комнату.

– Я бы не сказал, что умею, немного могу.

Е. прошел в угол комнаты, там стояла классическая гитара цвета близкого к оранжевому. Он взял ее, вернулся на диван, на котором мы сидели, и сыграл неизвестную мне мелодию, она показалась мне сложной для исполнения и приятной на слух. Я попросил инструмент и сыграл песню, которую выучил еще в прошлом году, и то не стал доучивать до конца, ограничился тем отрывком, который мне нравился.

– Неплохо, нет, правда очень даже хорошо, – сказал Е.

– Не, это так себе, я ее даже до конца не смог выучить.

– Пусть ты ее выучил не полностью, но сыграл хорошо, часто бывает, когда люди говорят, что умеют играть, то они играют посредственно, криво и что-то банальное. А это что была за песня?

– Название уже не помню, а вообще я хотел тебе то же самое сказать. Когда мне встречаются люди, которые говорят, что играют на чем-то, они играют так себе. Не хочу сказать, что я так уж хорош в этом, чтобы кого-то оценивать и осуждать, но даже на моем уровне становится ясно, что человек только думает, что он умеет что-то. И да, чаще всего учат те песни, от которых меня блевать тянет, но зато всем нравится.

– Не все так разнообразны в своих предпочтениях.

– Я стараюсь не судить людей, их вкусы, навыки и все прочее, но иногда невозможно промолчать и хочется спросить: "Вам это действительно нравится?"

– То же самое думаю, ты как будто транслируешь мои мысли.

– Может, это хорошо. Вообще на классике мне не привычно играть, струны слишком мягкие, они как будто не ощущаются, и гриф шире моего, непривычно.

– А с теорией у тебя как?

– Плохо, теорию я почти не знаю, мне было лень разбираться в ней, хотелось сразу учить песни, так что я пошел самым легким путем.

– Табы учишь?

– Да, именно табы, парень, который продавал мне гитару, сказал что-то типа:"Не парься, учи табы" – но сейчас я понимаю, что надо было все изучать параллельно, из-за этих пробелов в знаниях мне непонятны некоторые вещи, возможно, чуть позже займусь этим.

Я выпил еще пива и сыграл другую мелодию.

– Это что за песня?

– Я не придумал название.

– Сам сочинил?

– Да, как-то проснулся, взял гитару и вот так получилось.

– Звучит приятно, однообразно, но это можно исправить.

– Вот мы и вернулись к теории, если бы я ее лучше знал, то смог бы сделать интереснее, нет, тут дело даже не в знании, не всем дано.

– Так у тебя же получилось сочинить что-то, даже если только вступление.

– Я себя знаю, дальше этого вступления, хотя я планировал его как основную часть, неважно, дальше этого ничего никуда не пойдет, у меня всегда так.

– Понимаю, мне тоже сложно доводить до конца начатое.

– Надо от этого отучаться.

– Только хотел сказать.

Мы пошли покурить на кухню. Окна выходили на небольшую автомобильную дорогу с бока дома. Часть обзора закрывали рядом растущие деревья и кустарники, но сейчас на их месте торчали только черные ветки. Можно было рассмотреть дом напротив, точно такой же как и этот, картина типичная и наиболее популярная в нашем городе.