Последняя наира проклятого королевства

– Не стоит трезвонить на все чертоги, – проворчал недовольный голос из-под кровати. – Я и первый раз все услышала. Что изволите, наира первого советника? – ехидно поинтересовалась невидимая собеседница.

– Очень кушать хочется, – жалобно протянула Марго и, свесившись с кровати, заглянула в темноту, но ничего не увидела. – Может, галлюцинации от голода? – Но подумать об этом она не успела, на кровати возник поднос с тарелкой знакомой зеленой гадости. – Эй, что это такое?

– Специально разработанное целителями магическое питание для наир. Полезное и целебное. Ешь, – проскрипел монотонно голос, но его обладательница так и не показалась.

– Сама это ешь! – возмутилась Марго. – Целебное и питательное!

– А ты что же есть будешь, наира? Пирожные с крэмом? – разозлился голос.

Марго представила пирожное-корзинку с вишенкой на витой белой воздушной спиральке и жадно сглотнула.

– И пирожное тоже! Но потом, а сейчас мне бы кусок мяса позажаристей, можно даже с сальцем, хлебушка свежего, вина красного сухого и овощей на гриле! А еще, еще картошечку фри. Пожалуйста, – совсем жалобно протянула она.

– Какая-то ты неправильная наира, – задумчиво протянул голос. – Вы же все помешаны на полезном питании, чтобы своим магам угодить.

– Ни один маг не встанет между мной и стейком! – возмутилась Марго. – И вообще, я не собираюсь быть никому наирой, если уж рожу, то только от любимого мужчины и для себя.

– Вот знала же, что нельзя брать дежурство в лазарет, а зачем-то согласилась, – пробормотал с тоской голос. – А ты, часом, не полоумная?

– Альтар я, – рассмеялась тихонько Марго. – Очень голодная и от этого несчастная. – Ответом ей была подозрительная тишина. – Эй, ты еще здесь?

Но невидимая собеседница исчезла, оставив Марго наедине с сомнительным блюдом. Делать было нечего, пришлось зажать нос двумя пальцами и попробовать «целебное и питательное». На вкус оно походило на морскую капусту без соли и специй. Пресно, безвкусно и странно. Марго честно съела две ложки и со вздохом отодвинула поднос, который моментально исчез.

– Точно решили голодом заморить.

Марго сползла с кровати, намереваясь отправиться на поиски кухни, только найти бы сначала одежду, а то разгуливать по незнакомому замку в одной нижней рубахе как-то неприлично, особенно если посмотреть в зеркало на эту самую рубаху. Она вообще ничего не скрывала!

– Интересно, кто меня переодевал, очень надеюсь, что не Влад.

– Да доктор тебя и переодел, – прокряхтел знакомый голос, и Марго тихонько взвизгнула от неожиданности. – Поклянись, что ты альтарочка! – строго произнес голос.

– А зачем?

– Потому что нам нельзя показываться постояльцам, но альтар – совсем же другое! Альтар даже мясо можно!

Упоминание о мясе решило все, сейчас Марго поклялась бы даже в том, что она Геракл, а сюда забрела в поисках очередного подвига.

– Клянусь, что мой отец был альтар. Ну, мне так всегда говорили, – быстро добавила она.

– Счастье! Радость! Думала, не доживу до дня такого! Сбывается! Оно сбывается! Ой, деточка, а худая какая, бледная, немощная!

На маленьком столике появился поднос с тарелками, заполняя комнату тягучими пряными ароматами. Марго уже не слушала причитания невидимой собеседницы, все ее внимание было поглощено едой. Большой стейк, накрытый тонкими полосками зажаренного золотистого бекона, пах так вызывающе, что Марго застонала, когда во рту оказался первый кусочек. Мягкий пышный белый хлеб, нарезанный большими ломтями, еще теплый, со вкусом сливочного масла, круглые красные помидоры, острый перец, квашеная капуста…

– Кушай, кушай, чародейка.

– А вы? Не хотите ко мне присоединиться? – Марго потянулась к хрустальному бокалу с рубиновой жидкостью.

– Ну, коль приглашаешь…

Воздух задрожал, расступился, и напротив Марго на высоком табурете появилась маленькая коренастая женщина в белой косынке и переднике поверх синего платья с кружевным воротником.

– Ой, какая вы… интересная. – Марго улыбнулась. – Спасибо за угощение, все очень вкусно.

– С хозяйской кухни, для самого владыки готовили, да нет его в замке, так что не убудет, – довольно улыбаясь, произнесла женщина. – Домушка я.

– Это имя? – Марго утолила первый голод и теперь смаковала каждый кусочек, беззастенчиво рассматривая гостью.

– Это должность. Еще нас называют хозяюшками али домовицами, – степенно сложив руки поверх живота, ответила домушка. – До того как альтар ушли, много нас было, вы Лес держали, а тот нас силой питал, а сейчас только при магах и остались, – вздохнула она. – Мало нас выжило, неудивительно, что ты не признала помощников верных чародейских. А кличут меня Найной.

– А я Марго.

– Ну, это не секрет, – усмехнулась домушка. – Только о тебе все и судачат. Герцог-то у нас парень видный, непростой, давно ему пора наследником обзавестись. – Найна глянула на Марго и вдруг совсем несолидно хихикнула. – Да только чует мое сердечко, что зря герцог планы на тебя строит. Ох, зря. Не по зубам ему чародейка, да и не по статусу.

Марго отмахнулась от проскользнувших в словах домушки намеков, все потом! Сейчас ее не волновал ни герцог, ни повелитель, ни Лес, ничего не могло сравниться с тарелкой восхитительных, ароматных, свежайших булочек! Она будет пить чай с домушкой, есть булочки, болтать о пустяках, и пусть весь мир подождет!

Как пояснила Найна, домушки занимались хозяйством. Их магии хватало на то, чтобы быстро перемещать из одного места в другое еду, напитки, инвентарь и прочие нужные в хозяйстве мелочи. Еще они следили за работой магических коммуникаций, за порядком и за слугами-людьми, предупреждая дворцового смотрителя о воровстве, халатности и склоках. Как сказала Найна, им не всегда это нравится, но клятву верности хозяину нарушить невозможно.

– Ты и обо мне расскажешь? – уточнила Марго, когда они прощались.

– Ты же не работник, ты гостья, – хитро улыбнулась домушка и исчезла, пообещав прийти утром.

Проводив Найну и в очередной раз подивившись магии этого мира, без следа убравшей последствия ночной трапезы, Марго подошла к окну. Хотела открыть его, чтобы вдохнуть свежего морозного воздуха и проветрить перед сном комнату, но заметила синюю светящуюся решетку на стекле и не стала рисковать: выветрится запах еды к утру. Постояла у окна, глядя на чистое звездное небо с тонким месяцем у горизонта, сытый организм требовал сна, мысли перекатывались тягуче, как кисель, да и думать ни о чем серьезном не хотелось. Время покажет, как жизнь сложится. С этими мыслями Марго и забралась под одеяло, чтобы моментально заснуть.

Ей снился Лес, не зимний, покрытый снегом и льдом, а летний, цветущий и зеленый. В ветвях пели птицы, золотистые лучи пробивались сквозь густую крону, мелькая солнечными зайчиками на толстых стволах. Лес пел Марго колыбельную, шептал, что любит и ждет, что никому не позволит ее обидеть, защитит и, когда придет время, даст знания, а пока она еще очень маленькая альтар, новорожденная, и ей надо подрасти. Марго слушала Лес и улыбалась во сне.

В этот раз ее разбудил мужской голос, приятный тихий баритон пожелал доброго утра, и девушка открыла глаза. За окном был день, светило солнце, а возле кровати стоял улыбающийся господин в зеленом переднике со множеством карманов.

– Вижу, что дела наши пошли на поправку, – улыбнулся он. – Я ваш персональный целитель, наира, лэр Влад очень озабочен вашим здоровьем и просил лично проследить, чтобы вам была оказана вся возможная помощь. Мое имя – лэр Торин.

Маг, значит, как интересно. Марго улыбнулась в ответ и села, придерживая на груди одеяло.

– Мое имя – Марго, спасибо, что подлечили меня, лэр Торин.

– Да я ничего не делал, – махнул рукой целитель, – Только слегка подтолкнул вашу регенерацию, а все остальное организм сделал сам. Но если вы позволите, я бы хотел кое-что проверить.

Марго не стала спорить, с интересом глядя, как мужчина водит над ней руками, и как с кончиков его пальцев стекают прозрачные зеленые капли, слегка щекоча кожу в тех местах, где они касались тела. Спросить, что это такое, или промолчать? Вдруг наирам не положено быть любопытными и видящими? Да и доктор, хоть и кажется приятным человеком, явно работает на герцога. Не стоит лэру Владу знать о наире Марго слишком много, вдруг решит, что такая корова нужна самому, и запрет в тайной комнате, пока не получит наследника. Нет-нет, если и соглашаться на эксперименты, то только на своих условиях.

– Лэр Торин! – И ресничками смущенно похлопать не забыть. – Скажите, а окошко можно открыть? А то ночью так душно было, я попробовала приоткрыть створку, но у меня ничего не получилось.

– Конечно, не получится, – добродушно улыбнулся целитель – На всех окнах стоит магическая защита для безопасности пациентов.

– Ой, как интересно! – Марго округлила глаза. – А почему я ничего не вижу? – И она опять усиленно захлопала ресницами.

– Только маги видят. – Доктор приоткрыл окно и с интересом посмотрел на Марго. – Кто был альтар в вашей семье?

– Мне говорили, что отец.

– А оберег от него остался?

Марго не сразу поняла, о каком обереге идет речь, она дотронулась кончиками пальцев до деревянного кулона и вопросительно посмотрела на целителя.

– Вы об этой деревяшке? Да, это все, что осталось мне от отца, но я думала, что это просто украшение.

– Это украшение не позволило мне даже дотронуться до него, а… – Тут лэр Торин замолчал. – В общем, вы совершенно здоровы, и я не смею вас больше держать в лазарете. Можете присоединиться к остальным наирам. Тем более скоро завтрак, а вам полезно сейчас набрать немного веса. Где вы потеряли жизненные силы?

– Я не знаю.

Марго опустила взгляд. Врать милому доктору не хотелось, но и говорить правду она не рискнула. Пока сама не разберется, что с ней происходит и откуда умение видеть магические плетения, лучше молчать.

– Сейчас угрозы жизни нет, если почувствуете недомогание, обращайтесь без стеснения.

– А моя одежда? Не могу же я бегать по дворцу в одной рубашке.

– Одежда уже в твоей комнате. Чтобы не было лишних разговоров, я лично провожу туда наиру моего брата.

Властный тон, которым были произнесены эти слова, не оставил ни грамма сомнений, что мужчина, вошедший в комнату, имеет право приказывать. Светловолосый, с короткой стрижкой, тонкими губами и пронзительно льдистыми глазами, он производил впечатление хищного зверя. Одет мужчина был просто, в широкие светлые шаровары, мягкие туфли и свободную рубашку, в расстегнутом вороте виднелся кулон, напоминающий ледяной клык. Интересный тип… Высокий, стройный, но не хрупкий, с уверенным взглядом и движениями.

«Опасность!» – закричала интуиция, и Марго быстро опустила взгляд, еще больше натягивая одеяло. От этого хищника следует держаться как можно дальше, потому что не успеешь оглянуться, как окажешься на его праздничном столе в виде основного блюда. Марго едва сдержала нервный смешок. От мужчины волнами расходилась сила, пьянящая, икристая, холодная и чуждая, и смотрел он так, что Марго захотелось спрятаться под одеялом с головой. Интересный и очень опасный тип. Перед ним лучше прикинуться милой простушкой, блондинкой на всю голову. Глазками лупать и восхищенно пялиться на… ну вот хотя бы на кулон. Девушки ведь любят бриллианты? Не стекло же это…

– Доброе утро, владыка. – Лэр Торин суетливо достал из шкафа махровый халат и протянул его Марго. – Я бы мог проводить наиру, зачем же вам себя утруждать…

– Я все равно хотел пообщаться с этим сосудом, – бросил незнакомец. – Я слышал, ее здоровье уже позволит это сделать.

Это он на что намекает? Что после их разговора со здоровьем у Марго могут начаться проблемы? Владыка… Это что же, брат Влада – их местный король, тот, из-за кого ушли альтары, и из-за кого девушки должны работать инкубаторами? Хм, а откуда она это знает? Мужчина выглядит максимум лет на тридцать пять, вряд ли он мог воевать несколько столетий назад. Хотя что она знает о магах и сроке их жизни? Ни-че-го!

Под пристальными взглядами мужчин, которые даже не подумали отвернуться, Марго натянула халат и опустила ноги на пол.

– А тапочек у вас не завалялось? – спросила у целителя, тот только руками виновато развел. – Какая досада, придется идти босиком по холодному полу.

– Если ты снимешь кулон, я отнесу тебя на руках, – внимательно изучая лицо Марго, произнес незнакомец.

– Это слишком лестное предложение для маленькой наиры, но вынуждена отказаться, – не сдержалась Марго, хоть и обещала себе сидеть тише мышки. – Мы ведь даже не знакомы, что подумают обо мне, если увидят у вас на руках, да еще и в домашнем халате. – И она усиленно захлопала ресницами. – Юной девушке следует следить за своей репутацией.

Владыка скривился, но ничего не ответил, лишь молча пристально рассматривал Марго, а она рассматривала свои ноги. Пауза затянулась, и это нервировало, умеет же, гад, давить молчанием. Марго переступила с ноги на ногу и вздохнула, давая понять, что или они идут, или она сейчас назад на кровать заберется.

– Сними кулон.

«Ни за что не снимай!» – орала интуиция, а Марго предпочитала ей верить, с ней она жила четверть века, а вот с этим магом вообще не знакома, чтобы ему подчиняться.

– Не могу, – вздохнула виновато. – Там узелок не развязывается.

– А ты попробуй, – произнес вкрадчиво опасный тип.

– Уже пробовала, – огрызнулась Марго. Дался ему этот кулон! – Да зачем он вам? Он ничего не стоит, у вас вон намного красивее есть украшение. Или вы хотите отобрать у меня единственную память об отце?

А вот не надо смотреть таким презрительным взглядом, может, у девушки от стресса мозги отключились, а может, она по жизни глупая, но милая! Да-да, и вам совсем не интересная, зачем целому владыке нужна глупая мать для его ребенка, вдруг материнские гены победят?

– Слишком строптива.

С этими словами он сделал жест, словно сдернул с Марго покрывало, а затем одной рукой подхватил Марго за талию и забросил себе на плечо. Совсем не романтично и весьма двусмысленно.

– Эй, что вы делаете? – возмутилась она, пытаясь сползти на пол, но была остановлена легким шлепком по попе.

– Не люблю, когда женщины мне перечат, – последовал лаконичный ответ. – Особенно когда это альтар.

– Не любите альтар? – спросила Марго с вызовом.

Висеть вниз головой, уткнувшись взглядом в весьма симпатичную задницу, действовало на гордость, но Марго очень постаралась, чтобы голос звучал ехидно.

– Не люблю.

– Тогда все хорошо.

– Хорошо?

– Да! Потому что мы вас тоже не любим.

– Дерзишь?

На этот вопрос Марго предпочла не отвечать, у нее появился вопрос интереснее. Откуда это чувство, что мужчина веселится и на самом деле не причинит ей зла?