Путь к улыбке

4. Ночное откровение

Наступило 02.01.2009, мы работаем, гостей мало, все отдыхают с семьями, бизнес-ланчей (обедов) тоже нет и не будет до десятого числа. Я нахожу себе работу, решила посоветоваться с администратором – Сергеем Анатольевичем.

Я:

– Сергей Анатольевич, может, пока мало гостей, я посмотрю, как обстоят дела в VIP-зале, и поправлю, поменяю скатерти, если нужно, или ещё какие недостатки замечу и исправлю?

Сергей:

– Да! Если есть желание – пожалуйста.

Я взяла ключи и пошла в хорошем настроении, напевая песенку Аллы Пугачевой «Осенние листья». Привела все в порядок, протерла приборы, чтобы сверкали, и, когда все завершила, вернулась в основной зал. Из начальства тоже никто за весь день не заходил, хотя я была бы рада их видеть, особенно меня радовала маленькая Инна Вячеславовна. Она, когда из садика забирали и приходили в «Алиби», брала тоже поднос и помогала мне. Инночка ещё в бильярд играет, это тоже очень приятно видеть, еле дотягивается кием до шаров, но так хочет научиться. Видя такую малышку, невольно сердце тает, а лицо расплывается в улыбке. Вот потихоньку мой рабочий день близится к концу, у всех гостей и у нас праздничное настроение, как в новогоднюю ночь. Я уже начинаю собираться, постоянный гость Андрей не пришел играть в бильярд как обычно. Ну, значит, пойду домой, лягу и отдохну, прочитаю книжки, подготовлюсь к экзаменам, которые начинаются уже через две недели. Попрощавшись со всеми сотрудниками, я направилась домой. Приятная усталость, маленькая тревога бьётся в груди, не пойму отчего. Напевая про себя песенку «Мой друг» Игоря Крутого, бегу с лёгкостью по ступенькам. Выхожу из нашего торгового комплекса, а на улице меня встречает Андрей, наш постоянный гость, который пригласил меня в кафе.

Андрей:

– Добрый вечер, Лидия! Я вас жду, вы обещали со мной в кафе сегодня после работы посидеть!

Я:

– Добрый! Я увидела, что вы не пришли играть как всегда, и подумала, что поговорим в другой раз!

Андрей:

– Нет! Мы ведь договорились на сегодня!

Я:

– Хорошо, пойдемте!

Андрей:

– Решили, где будем чай пить?

Я:

– Нет, выбор за вами!

Андрей:

– Какие же кафе поблизости работают в круглосуточном режиме? «Кофе-Хаус», кажется?

Я:

– Да! Пойдём туда!

И мы направились в сторону Большого проспекта, за памятником Добролюбова, в доме за углом и находилось кафе. Андрей курил сигарету за сигаретой, будто у него какой-то очень важный проект или экзамен. Он был одет в классическое пальтишко до колен, костюмные брюки, был без шапки и без перчаток, хотя было минус 11 и легкий снег.

Очень люблю зиму, иду и наслаждаюсь, не зная, о чём говорить с молодым человеком, ведь знаю только его имя, что любит бильярд и замуж зовет. Как же мне сегодня вернуть ему колечко и не обидеть хорошего человечка? Пока я наслаждалась красивым зимним вечером, мы дошли до «Кофе-Хауса». Заходим мы, я выбираю стол, снимаем верхнюю одежду, и он меня поражает: под пальто тёмно-синяя красивая рубашка и голубой галстук. И у него очень красивые голубые глаза. Ну как, как вернуть ему колечко, как? Мы сели, так как я на работе ела, заказала просто чай. Решила, что будет приятно Андрею, если мы будем пить его любимый зеленый чай, который он обычно заказывает в чайничке. Так как я люблю разные чаи, решила сегодня радовать молодого человека.

Андрей:

– Ну, Лидия, что вы хотели мне сказать?

Я:

– Андрей! Во-первых, я хочу всё-таки вернуть вам колечко. Я не могу принимать такие подарки! Я-то думала, вы со мной шутите. Я так многим нашим гостям в шутку отвечаю на их слова: «Лидия, выходите за меня замуж!» А я им в ответ с улыбкой шуточно говорю: «А вы не боитесь, что я соглашусь?» На что обычно наши гости теряются: «Ой, Лидочка, вы меня удивили, я так, в шутку, не в обиду и не всерьёз». На что я отвечаю тоже с улыбкой: «Не стоит так шутить, я поверю, и что тогда?» А вы на мой шуточный ответ надели мне сразу колечко на пальчик, чем меня сильно удивили и застали врасплох. Я до сих пор не могу поверить, что это на самом деле произошло со мной и это колечко подарил мне человек, который почти меня не знает.

Андрей:

– Лидия! Мне будет приятно видеть что носите это колечко, даже если никогда не станете моей женой! Вы мне очень понравились, и я не перестаю вами восхищаться, расскажите, пожалуйста, мне о себе. Откуда вы? Или вы петербурженка?

Я:

– Ой! Моя история займёт много времени и может вызвать у меня слёзы! Я не готова вам рассказать.

Андрей:

– Пожалуйста, я буду слушать, и, если надо, поплачьте, оттого что рассказываешь кому-то, бывает, что полегчает. Надо вам прочитать книги Эрика Бёрна.

Я:

– Я читала его книги и, если будет возможность, с удовольствием перечитаю!

Андрей:

– В этом я могу вам помочь, дома у меня есть его книги. Могу на время вам дать.

Я:

– Спасибо, а то я брала его книги в библиотеке и читала в спешке.

Андрей:

– Так что, расскажете мне вашу историю?

Я:

– Да, но, может, в другой раз? Ведь уже час ночи!

Андрей:

– Я не могу больше ждать, мне очень интересно.

Вы как солнышко, я каждый раз, когда захожу в зал бильярдного клуба «Алиби», ищу глазами вас и, когда нахожу, играю с таким хорошим настроением, курю побольше, чтобы вы меняли мою пепельницу почаще и каждый раз, подходя к моему бильярдному столу, озаряли меня своей улыбкой!

Я:

– Спасибо! Мне очень приятно, и колечко я буду носить с радостью, потому что оно мне очень нравится и вы освободили меня от тех слов, что я произнесла тогда в шутку. Как я рада, что на свете есть ещё такие хорошие и бескорыстные люди. А историю мою вы хотите услышать с моего рождения или с момента, когда я приехала в Санкт-Петербург?

Андрей:

– Мне будет интересно послушать всю вашу историю: от рождения с историями из детства и до сих пор!

Я:

– Хорошо! Мама работала в Кишиневе, в главном здании «Телекома», оттуда распределялись звонки по всей Молдавии. Папа, бывало, звонил своим родителям, которые жили на севере Молдавии, в селе Баксань, Сорокский район. Он несколько раз заказывал переговоры тому же оператору, маме, и запомнил номер, под которым мама работала, и стал каждый раз просить того же оператора. И вот в один прекрасный день 1981 года он уговорил маму встретиться, умоляя и утверждая, что влюбился в её голос. Мама пришла к нему на встречу, она была одета в красивый белый брючный костюм, как было тогда модно, у неё была чёрная и ниже пояса коса. Папа сразу же сказал, что не только голос полюбил, и что он не сможет дальше жить без такой красавицы. И так они стали встречаться, папа работал кукольником в Республиканском кукольном театре «Ликурич». Всё было прекрасно, и мама была очень счастлива. Но эта сказка закончилась, когда мама узнала, что папа женат и у него 4-летняя дочь. А мама была уже беременна мной. Бороться за жизнь и за своё место под солнцем я начала ещё в животе у мамы. Когда она узнала, что папа женат, чего только ни предпринимала. Таблетки пила, в озеро бросилась, и даже папа дал денег, чтобы пойти к врачу. Но я боролась, ничего не помогало, а когда мама к врачу пошла, у неё по пути денежку украли, других денег у мамы с папой не было. Мама рассказала мне об этом, когда мне было 16, плакала и просила прощения. Как я могла, вот какая ты у нас выросла: добрая, весёлая, умная. А папа рассказал, когда мне было 36 лет в 2018 году, когда я приехала к нему в Молдавию в гости вместе с шестилетней дочкой Надюшкой. Начал так, как будто у него большой груз, который давит и не даёт жить. Я думала: «Что же у него там за страшная и такая тяжёлая тайна?» Потом так же, как и мама, начал просить прощения и рассказывать, что он такой плохой и денег на аборт давал, а вот какая дочка выросла. Папа: «Гордость моя, всего в жизни добилась: и высшее образование получила, и дочку хорошо воспитываешь, и нас не забываешь, хотя я не заслуживаю твоей любви и помощи. Я тебе не помогал и не поддерживал тебя, а ты все годы писала мне письма, которые радовали меня и в то же время заставляли краснеть и чувствовать себя виноватым». (На момент, когда я рассказываю свою историю Андрею, мне 26 лет, январь 2009 года.)

Я родилась 18 февраля 1982 года в 15:20 весом в 3 кг 200 г. Рыжеволосая и голубоглазая, в родильном доме №1 в Кишинёве, Республика Молдова. Был прекрасный зимний день, шел снег крупными хлопьями, по рассказам мамы. Я сильно хотела родиться на свет. Мама решила, что, когда в палате никого не будет, она спрыгнет с окна 5 этажа вместе со мной, потому что не замужем, потому что нет семьи, папа был в этот момент со своей женой и дочкой за 200 км от Кишинёва, в деревушке Баксань, Сорокский район, на севере Молдавии, на крестинах моего двоюродного братика Сергея. Но в этот момент в палату вошла медсестра забрать меня на перепеленание и остановила маму, и с этого момента её больше одну в палате не оставляли. Маму приходили навещать её старшая сестра Лена и брат Яков, а в один день пришла её мама, строгая и очень огорченная, поругала маму, что родила какой-то приплод и вся семья будет опозорена. Бабушка с собой нож в сумке принесла, думала – будь что будет, но не перенесу такого позора. После того как высказала маме всё, её сердце смягчилось и она сказала маме, что, если негде жить и он на тебе не женится, приезжай домой, мы с папой тебе поможем. Папа передал в родильный дом для мамы письмо, в котором обещал, что не бросит маму, а разведется, и спросил, как там Лидочка. Мама поняла, что это меня так папа назвал. И так позже и в свидетельстве о рождении написали. Папа сказал, это в честь его тёти Рубан Лидии из деревни, где папа рос и провёл своё детство. Папа сдержал слово, развёлся, снял комнату у Татьяны Рогозиной (она работала вместе с папой в театре «Ликурич» (в переводе с молдавского"Ликурич» – «светлячок»)). Через короткий период мама с папой переехали жить к папиным родителям на север Молдавии. Вскоре, 5 августа 1983 г., у меня родился братик Рубан Григорий Александрович. К тому монету я была уже большая (1 год и 6 месяцев) и помогала маме с братиком, качала коляску, чтобы он не плакал, разговаривала с ним.

Я и папа, Рубан Александр

Мама, Рубан Василида и я.

Годы летели, мы росли, маме было очень тяжело, работала в нескольких местах, чтобы нас прокормить. Папа тоже работал, но частично пропивал свою зарплату, поэтому маме приходилось и папу на себе тянуть.

А когда мне было шесть, 13 апреля 1988 года мама родила сестрёнку, которую я очень хотела назвать Марчелла, даже огрызалась, что любить и играть с ней не буду, если назовут другим именем. Я очень обиделась, когда узнала, что назвали её Кристиной. Но я её очень любила и до сих пор люблю мою куколку, так я её называю.

Жить нам было очень сложно. Помогали родители мамы и папы, так дом купили, вместе сложили деньги и купили своим детям и внукам дом. Тётя Лида (папина тётя) подарила нам козочку, папины родители – поросёнка, ещё через время – корову. Бабушка Василида (мамина мама), когда приезжала в гости, всегда привозила то большое одеяло, то другие нужные в семье вещи. Мы очень любили и слушали наших дедушек и бабушек. А меня бабушка Василида хотела взять к себе на воспитание и искупить свою вину перед Богом, потому что годы шли, а она себя корила за плохие мысли и желание от меня избавиться, когда родилась, да и, чего греха таить – я у бабушки стала любимой внучкой, всегда послушна, всегда рассказывала стихи, выучивала молитвы, пела в хоре в монастыре, писала письма и отправляла на все праздники открытки. Бабушка покупала мне всё, что я просила: и серьги, и платья, и сумочку, которую хотела. И так каждое лето я уезжала к бабушке с дедушкой в село Некулаиеука, Оргеевский район, откуда не хотела уезжать никогда. Хотя, бывало, сидела у телефона и ждала, чтобы услышать мамин голос. Но жилось мне летом у бабушки лучше и беззаботнее. А дома – ой-ой-ой: и коз корми и пои, и коров, и свинью, и кур, и кроликов, и собак, и в огороде паши, и за сестрёнкой смотри, и печки в холодные периоды топи, и посуду помой, и между всеми этими делами нужно было успевать учиться, да не кое-как, а на хорошие оценки, ведь мечтала я поступить, когда вырасту, в институт в столице Молдавии, в Кишинёве. Любила стихи сочинять, папа всегда критиковал да и мечтать о высшем образовании запрещал. Говорил, здесь твоё место: пасти коров, работать, а я верила и стремилась к своей мечте. Очень часто нечем было печку топить, ходили с братом и с мамой, искали, где можно хоть чуть дров найти и привезти домой на тарачанке (четырёхколесная маленькая повозка, которую легко мог тянуть даже ребёнок). А папа в это время дома пьяный лежал, да мы ещё боялись случайно разбудить. А то побьёт маму от какой-то необоснованной ревности, да и нам доставалось, ведь животные голодные и всё сделано не так, как ему нужно, мы всё неправильно делаем. По соседству с нами жила семья, в которой было четверо детей. Старший сын Гена был на пару лет старше меня, иногда приглашал на школьные вечеринки. Папа не пускал меня, так что мама пускала на свой страх и риск, с надеждой, что мы вернёмся с вечеринки раньше папы. Меня папа не бил, только ругался, Кристина совсем маленькая была, а вот Гришу он очень бил (пишу и плачу, не могла защитить брата, бегала вокруг и просила не бить, эх, как бы я хотела, чтобы у всех детей на земле были добрые и любящие родители). Я была очень активным учеником, участвовала в разных районных конкурсах и школьных, всегда была хорошисткой, в отличие от моего двоюродного брата Сергея, который учился только на отлично и знал в совершенстве молдавский и русский языки. А русскому языку его учила бабушка Таисия. Дедушка Вася в пятидесятые годы служил в армии в Ленинградской области в России. А после армии остался работать недалеко от Лодейного Поля, а там в детском приюте работала моя бабушка – по национальности вепс. Дедушка женился на бабушке, а 03.01.1957 года у них в Ладейном Поле родился мой папа, Рубан Александр Васильевич.

Так вот, вернёмся в моё детство. Серёжа и я были отличной командой, стояли горой друг за друга, если кто-то смел дразнить нас рыжими, то сильно жалел. Но это бывало редко, так как мы часто помогали с домашним заданием, я всегда участвовала во всём, что происходило и было связано с показателями нашего класса. А мы с Серёжей все годы до 6 класса сидели за одной партой, как близнецы, а если хотели нас разъединить, то мы воевали с учителем в хорошем смысле, чтобы нас не трогали. Пили из одной бутылки, бабушка ему давала карманные деньги, так как они жили вместе с папиными родителями. Но я никогда не завидовала, даже не задумывалась ни разу об этом, ведь мы всегда вместе на перемене покупали бутылку кефира, булочку и вместе ели. Гриша, мой родной брат, на год младше нас, часто на переменах присоединялся к нам. Наш класс был очень сплочённым, мы всегда дарили подарки друг другу на 23 февраля и на 8 марта. Нашей учительницей начальных классов была Сильвия Спиридоновна, а в классе было 27 учеников, интересно, кого смогу вспомнить? Начну с себя и брата.

1. Рубан Лидия.

2. Оня Сергей.

3. Марияна Цэруш.

4. Саша Андони.

5. Амира Пынзарь.

6. Евгений Лисник.

7. Мунтян Анна.

8. Михаил Ставер.

9. Казак Инна.

10. Стоян Светлана.

11. Мошан Евгений.

12. Бож Анна.

13. Сервитенко Диана.

14. Бордиан Сергей.

15. Танас Стелла.

16. Пынзарь Таисия.

17. Балан Анна.

18. Афанас Марианна.

19. Дубаларь Ион.

20. Наташа Сотник.

21. Дима Спиней.

22. Руслан Врынчян.

23. Зинаида Сырбу.

Да, не всех вспомнила, много лет с тех пор прошло.

Но в 1993 году в нашей семье происходят большие перемены.

Когда 13 апреля 1988 года родилась наша сестрёнка, Рубан Кристина Александровна, папа бросил пить и курить. Обещал маме стать самым лучшим папой на свете. И он держал своё обещание 8 месяцев, а после всё началось заново. Мама с маленькой 8-месячной Кристинкой, я с Гришей и пьющий и скандалящий папа – было очень трудно, маме.

Несмотря на эту ситуацию, мама с папой решают расписаться 25 августа 1989 года, а позже и повенчались в надежде, что после венчания папа станет лучшим мужем. Но, к сожалению, ничего не изменилось, папа приходил пьяный, бил маму, мы его боялись, меня-то он ни разу не бил, а вот братика бросал на землю так, как бьют посуду в ярости, посуду как бьют, тоже от папы узнала. Бедненький мой братик, вспоминаю и плачу от боли, нельзя, чтобы у детей было такое детство. А я, когда подросла, мечтала уйти служить в монастырь, чтобы никогда не выходить замуж, не пережить такое, да ещё детей мучить. А ещё мечтала маму отвезти подальше от папы, чтобы он её не убил, мою любимую мамочку, которую я неоднократно видела плачущей и беспомощной. Иногда меня спрашивают и удивляются: «Как вы ни разу маме не отвечали в грубой форме, не ссорились ни разу?» – «Как, – отвечаю я в слезах, зная, сколько её папа обижал и через что прошла любимая мама ради нас троих, – как я могу хоть раз обидеть, как?» Я даже мечтала, чтобы родители развелись, уехать подальше от папы. Моя мечта сбылась, мы переехали с мамой жить к маминым родителям в 1993 году. Папа приехал, привёз нашу корову, козу, свинью, холодильник, шкаф, кровати и всякие другие вещи и попросил дать ему ещё шанс, проживал он с нами временами, уезжая от проблем к себе в деревню Баксань, Сорокский район, Республики Молдова, до 1997 года, когда очень сильно в очередной раз избил маму, так, что она 6 месяцев пролежала в больнице, и уехал опять к себе, вместо того чтобы заработать денег на лечение, помочь мне поступить хоть куда-нибудь, а я мечтала поступить в Кишинёве. А ещё брат и сестра младше меня, которые очень нуждались в любви и всём остальном, важном для жизни и существования, остались на шее у дедушки Гриши, папы моей мамы. А через год мама подала на развод. Наступили спокойствие и тишина в нашей семье, мы никого не боимся, я очень люблю мамочку и рада, что она у меня есть.

В Санкт-Петербург я приехала июне 2008 года, чтобы спасти заложенный сестрой в банке дом, дабы завтра не оказаться на улице без крыши над головой… – Я прервала свой рассказ, сказав напоследок: – Уже четыре часа утра, очень поздно, завтра мне на работу, да и вам, наверное, Андрей. Потом ещё расскажу вам и другие истории из моей жизни.

Андрей:

– Тяжёлая вам досталась жизнь, а вы такая жизнерадостная и весёлая! Молодец! Я ещё больше в вас влюбился! Хорошо! Пойдём!

5. Первая любовь!

Когда мне было лет шесть или семь, мне очень нравился соседский мальчик Гена. Их было четверо детей в семье, он был самым старшим, на два года старше меня, а его сестра Анна училась со мной в одном классе. Мы всегда вместе играли в футбол летом и в хоккей – зимой, хоккей так, без коньков, Гена достал откуда-то клюшки и шайбу, и нам так было весело. Нас было много, приходили и дети тёти Антонины: Боря, Юра и Алёна, еще Сергей, сын тёти Вали, они жили ближе к детскому саду, мой брат Гриша, мы с Гришей почти не расставались и всегда защищали друг друга. Зимой строили башни из снега, и каждый защищал своё королевство, а иногда и нападали, играя в снежки. Летом было интересно в прятки играть, пряталась и на деревьях, и даже в дупло одного старого и очень большого дерева. Так шли годы, я писала стишки и никогда ни слова никому не говорила о том, что мне нравился Гена. А когда мы подросли и я была в шестом классе, а Гена в восьмом, он приходил и просил маму пустить меня на школьные вечеринки с ним. Какие тёплые и чистые чувства, очень приятно вспоминать эти прекрасные моменты жизни. А когда в 1993 году наша семья переехала жить к маминым родителям, я ещё долго продолжала писать письма Анне и каждый раз передавала всем привет и интересовалась, как там все наши друзья. Вот такое это чувство из детства, когда первый раз мне нравился мальчик. Но всё осталось там, в детстве, со мной только тёплые и приятные воспоминания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.