- -
- 100%
- +
Уляжется этак Тайрик на стол из цельной гранитной плиты в кухне, на дедушку с бабушкой искоса поглядывает, хвостом нервно постукивает: с завтраком можно бы и поторопиться. Не то чтобы голоден Тайрик, больше для острастки, чтобы порядок был, и своё место знали. Витаминку свою кошачью получит – и на улицу просится, коготками дверное стекло царапает.
Чем ему заниматься, когда кругом одни права и нет обязанностей? Баклуши бьёт. За птичками охотится.
Это неправда, что он вислобрюхий и косоглазый. Кот по-своему красив, – первый парень на деревне, а в деревне один дом, присказка такая, – и к тому же настоящий британец. Не знаете, кто такие британцы? Ну, как же так, не знаете британцев? Британцев все знают. Попали они в Канаду… правильно, из Великобритании, владычицы морей и океанов. Это когда первая прогнала французов из Торонто и окрестностей, тут и появились на канадской земле британцы. Опять же, истины ради, здесь они перестали быть британцами, а стали называться местными длинношерстными, по-английски, Domestic long-haired cats.
Какой Тайрик «длинношерстный» – это надо посмотреть. Смехота… Впрочем, от перемены места слагаемых сумма, как известно, не меняется.
Характер у британцев, простите, местных длинношерстных, нордический, скверный. Потому бабушке и достаётся частенько на орехи. Подойдёт, бывало, Тайрик к бабушке, посмотрит на неё ласково, дружелюбно, подпрыгнет – и хвать за руку или ногу. Вцепится – не отодрать без команды пожарных, которых надо вызвать по телефону 911. А это денег стоит. Примерно, как если бы в дом грабители залезли, а вы подкрепление вызвали на помощь, потому как одним с такой оравой не справиться.
Гоняет бабулю Тайрик почём зря. Она уже и в холодную комнату запрется, где продукты хранятся, а Тайрику все нипочем. Сидит, караулит, подлая душа. У бабушки нос замёрзнет, она дверь и откроет… А дальше, сами знаете, море крови, месть и преисподняя.
Резюме, как известно, нужно всякому, кто работает и ест. Какой-нибудь пушистой и голубоглазой гималайской красавице, которая стоит бешеных денег и была по дешёвке куплена благодаря случайному объявлению, отчего с нею носятся как с писаной торбой, оно ни к чему. Но Тайрик – случай особый. Мы тут набросали…
Информация к размышлению: Tyrik
Характер нордический, пугливый, просительно, требовательный.
С домашними в меру ласков. К мухам и паукам беспощаден. Рычит на незнакомцев аки бенгальский тигр.
Спать любит, устроившись на коленях.
Кожаные диваны считает своими, по скидке приобретенными.
Часто меняет явку. На одном месте не проводит больше двух ночей.
Владеет иностранными языками: мя, ур-мя, урр, вау и несколькими птичьими диалектами.
Прилично знает хинди, мандарини, английский – с пелёнок. Русский язык, правда, со словарём.
К птицам и белкам относится с подозрением, как к диверсантам, гонит взашей с подведомственной территории.
Из еды предпочитает креветок. Свежих тигровых, из Таиланда, отварных без соли.
Чистоплотен. Мытьё для него хуже каторги, хотя лапы иногда вылизывает.
Содержит гарем из дюжины мышек.
Подданный её Величества, с родословной, которая тонет во тьме веков.
Но ближе к делу… Тайрик – кот сторожевой, охранный. С ним не нужна сигнализация в доме. Служивый кот. Если есть коты для красоты и для здоровья, гуляющие сами по себе, почему бы не быть коту охранному, от лазутчиков и шпионов?..
Логично? Логично.
Чтобы не уснуть ночью при исполнении, Тайрик гоняет мышей. Их у него 12 или уже 18, – под холодильником, тумбочками, диванами, кроватями, во всяких укромных уголках, – их счёт каждую неделю пополняет бабушка, побывав в ближайшем супермаркете Walmart. У Тайрика есть свои любимые мышки: Кугля и Фугля. У них он в раннем детстве отгрыз хвостики, так что мышки больше похожи на тряпичные колбаски, которых легким движением лапки можно загнать, куда хочешь. Всё та же сердобольная бабушка возьмёт швабру, будет ползать по полу, кряхтеть и шуровать под диваном, пока колбаску не достанет. Потом всё, естественно, повторится. Такая игра у Тайрика с бабушкой каждый вечер. Обоим весело. Пожалуй, Тайрику даже веселее.
Дед с бабкой души в Тайрике не чают. Внучка выросла, в школе отучилась, колледж закончила, на работу пошла, стала совсем самостоятельной. Так что Тайрик для них вроде внучкá нового. Возятся с ним с утра до вечера, умиляются: таких котов днём с огнём поискать…
Дедушка – бабушке:
– Как не накормить эдакого красавца, как не побаловать?
Бабушка вторит ему:
– Ты бы, дед, шёл с котиком, погулял, чем без дела сиднем за компьютером сидеть…
– Этот у вас охотник, – сказал безапелляционным тоном кошачий эксперт, у которого у самого дома семь котов, о Тайрике. – У него усы в разные стороны, видите?..
Ну, то, что эксперты бывают разные, мы знаем. Когда Тайрика привезли к ветеринарному врачу, чтобы выписать на него сертификат, – так полагается в Канаде, – тот решил, что Тайрик кошка. Котёнок, не разглядеть, что там у него под хвостом. Кошачий доктор был родом из Индии, и это, возможно, всё объясняет. Скорее всего, там имел дело со слонами. В Торонто слоны не водятся, в зоопарке можно было увидеть в прошлом году, да и тех к соседям в Калифорнию спровадили, потому что там тепло, а в Канаде холодно.
В другой раз, когда Тайрик подрос и ему прививку «от бешеных белок» делали, справедливость восторжествовала, и Тайрика записали котом. Мужское достоинство не спрячешь. Кстати, сертификат – это что-то вроде паспорта: там имя, вес, пол, печать, всё как полагается. Доктор кошачьих наук обязан обращаться к Тайрику по имени и фамилии (фамилии хозяина). К примеру, в России это звучало бы так: «Уважаемый Васька Иванов…»
Да, так вот… Резюме, если вы знаете, о чём мы, – это краткий пересказ достижений и побед, с вкраплением дат в биографии, чтобы представить себя работодателю в выгодном свете. Тайрику тоже есть что рассказать о себе. Маленький серый комочек шерсти появился дома внезапно, под вечер. Когда его выпустили из картонной коробки, в которой он путешествовал к месту назначения, он сразу шустро побежал вдоль плинтуса в гостиную в поисках убежища. Для кота с улицы обозначить в первую очередь пути отступления, бегства, найти надёжное укрытие – задача номер один.
Котёнок орал ужасным голосом под колёсами трака, чем и привлёк к себе внимание. Стояла поздняя осень, брошенный мамой котёнок замерзал, был голоден и находился на грани между жизнью и смертью. Ему повезло. Добрые люди сходили за специальным приспособлением, которое применяется для осмотра траков, за рукавицами (они оказались очень даже причём: котенок хоть и был мал, но настроен был воинственно), и не сразу, но выудили его из-под колёс. Трак должен был на следующее утро выехать за грузом в США, так что серый котик как бы заново родился.
Кстати, Тайрик – имя, образованное от староанглийского Tyre. Ничего придумывать было не надо. Имя нашли в буквальном смысле на ободе колеса. Такое вот «колёсико» и прибыло с доставкой на дом однажды вечером. Не иначе как знак Божий, посланный свыше, – решили все домашние.
У Тайрика – и это было более чем заметно – один глазик оказался повреждён, смотрел куда-то вверх. Холод и голод или что другое сделали своё дело. Сколько ему было к тому счастливому для него дню? Недели две, не больше… Но главное, он выжил.
А вот его брату не повезло, замёрз.
Котик, когда успокоился и выспался под диваном, выбрался оттуда и стал осматривать своё новое жильё. Видимо, оно ему понравилось, так что скоро он без проблем пристроился на тапочках у бабушки. Пришлось ей взять на колени этот тёплый мягкий шарик с треугольным хвостиком. С этого момента они стали не разлей вода. Куда бабушка – туда и Тайрик. Куда Тайрик – туда и бабуля.
Да, так о чём это мы? А… Ещё Тайрик любит играть с бабушкой. Кто быстрее взбежит по лестнице на третий этаж. И кто, думаете, первым будет? Догадались? Ага… С другой стороны, бабуле это полезно, лишний вес сбросить, от холестерина и высокого давления избавиться. Выходит, для обоих и польза, и удовольствие.
Но однажды дедушке надоела вся эта беготня по дому и жалобные всхлипы боевой подруги, и он сказал Тайрику:
– Ты – наша радость, но общая с тобой бабушка вся ходит в бинтах, а она нас с тобой кормит, за нами убирает…
К слову: не подумайте, пожалуйста, что бабушка за дедушкой песочек меняет – только за Тайриком.
– Если бабушку отправят в больницу, сам будешь ей передачи носить. Соображать надо…
Тайрику всего-то полтора годика, а смышлёный. Ездить в больницу к любимой бабушке за тридевять земель ему не хотелось, да и проездного не было.
– Понял, – говорит. – Урр… мя… вау…
И временно, пока у бабушки раны не заживут, переключился на дедушку. Дедушка не птичка. Не ангел. Не улетит.
Ромео с Ближних прудов
Улица для Тайрика – веранда в 40 квадратных метров на втором этаже, с которой он пару раз шлёпнулся в мягкую траву внизу, не ушибся, просто стал с тех пор осторожнее. Не очень любит Тайрик веранду. Почему? Пол деревянный, солнце печёт, птички – вот же, рядом, на деревьях устроились, да не достать. Ругают почём зря Тайрика. Он с ними и так и сяк, заговорить норовит, познакомиться, – потом обидится, придёт к дедушке с бабушкой жаловаться. А что они могут, старенькие?.. Пожалеть, посочувствовать, погладить по головке.
Куда лучше гулять внизу, на ярде. Травка зелёная подстрижена… В дальнем углу куст сирени, под который можно залезть и вздремнуть в тенечке часок, другой, а то и третий. Главное – всё как на ладони. Белки снуют туда-сюда по веткам клёна, зайчики скачут, друг от дружки в высокой траве прячутся. О птичках мы уже говорили… Не любят они Тайрика, хотя что плохого он им сделал? Несправедливо. Вот и гоняет он их, когда настроение есть.
Так втроем – кот с бабушкой и дедушкой – они и жили. И как-то однажды… Именно однажды и совершенно случайно, как всё происходит в жизни, встретил здесь Тайрик…
Она понравилась ему с первого взгляда. В цветастом платьице с узорами невиданной красоты, с глазами круглыми и глубокими, как чайные блюдца…
– Сударыня! Вы не представляете, как я рад вас видеть. Позвольте…
– Что вы такое себе позволяете. Кто вы? Мы с вами не знакомы…
– Виноват, разрешите представиться… Тайрик. Кот, то есть. Я живу здесь рядом, в этом доме.
– Какой смешной… А зачем на вас поводок, какие собачки носят?
– Видите ли… это просто небольшое недоразумение. Моя охрана боится, что, если рядом с забором пробежит бешеная белка, я не выдержу и разорву её в клочья. А белок и гусей трогать нельзя, запрещено законом – иначе большой штраф мэрия выпишет, а у меня нет лицензии на охоту… Это для их же блага… Я добрый, кстати, хотя и охотник, и усы в разные стороны. И вы мне сразу понравились… Симпатичная…
– А вы мне нисколечко. Напугали, даже не извинились…
– Чем же я вас напугал, милая девушка? Мне и когти – вот, сами можете потрогать, убедиться – вчера только стригли. Мирный я… домашний. А давайте играть?..
– Я и имени вашего совсем не помню, как назвались, ни с родителями вашими не знакома… Сразу играть… Странный вы какой-то… Я лучше пойду.
– Нет-нет, не уходите, пожалуйста, мне так грустно одному. Хочется общения. Дружить хочется. Хочу познать мир, заглянуть за пределы забора. Не подумайте, я от чистого сердца предложил. Надеялся родственную душу встретить. У меня ведь, честно сказать, и друзей-то нет. Там, через двор, Баркли живёт. И что толку? Лает. Только из дому за порог – лает. Постоянно. Как заезженная пластинка. «Гав-гав-гав…» Я ему говорю: уймись, надоел уже… в печёнках сидишь. Хоть кол на голове теши… Лает и лает, блохастый. Напряжённо тут у нас с друзьями…
Невдомёк Тайрику, что Баркли всё это время хотел сказать ему то же самое на своём собачьем языке. От непонимания – и вражда между котами и собаками испокон веков.
– Вас, мадемуазель, как звать-величать?
– Лиза… мы. Элизабет, если полностью.
– О, какое чудесное имя, Лиза!.. Как у британской королевы в Лондоне! Вы, случайно, не были в Лондоне? А можно, я буду называть вас Лиззи?
– Что вы, право, меня в смущение вводите… А это правда ваш дом?
– Ещё бы не мой… Бóльшую часть дня и ночью тоже. А вы откуда, сеньорита?
– Да как вам сказать… С Ближних прудов. Там и обитаем. Из простых мы.
– А-а-а-а… понятно. Зимой меня гулять не пускают, холодно, а пруд замерзает. Нелегко, наверное, вам там приходится? Без горячего водоснабжения, отопления…
– Уж невесело, само собой.
– Да что мы с вами всё о грустном? Давайте поговорим о чём-то, а? Вы смотрели мультик «Кот в сапогах» с Бандерасом? Классный какой!.. В него солдаты стреляют: бах-бабах… А он по крышам, по крышам… Я люблю пить капучино, я красив, как Аль-Пачино…
– А мне бабушка сказку рассказывала. Может, знаете? О лягушке. Путешественнице… Её утки взяли с собой. А когда летели над деревней, она решила похвастаться, что это она придумала за прутик держаться, который утки несли: «Это я! Это я!» И упала в болото. Хорошо ещё, что не разбилась.
– Ах, эту?.. Про деревню… Мне больше нравится: Я – кот, хожу, где вздумается, и гуляю сам по себе… Я тоже, кстати, могу три раза в день пить тёплое белое молоко. Правда врач – мой участковый, а не человечий –говорит, что котам пить молоко нельзя, вредно для здоровья. Что он в этом понимает…
– От бесплатного молока я бы не отказалась. А вы можете гулять за забором, пойти искупаться в пруду, когда жарко?
– Детка… Э-э… Видите ли… Не хочу вас огорчать, дорогуша, но купаться… это пусть собаки в воду холодную лезут. Собаки, что с них взять, они и в пыли валяются. А нам, котам, это противопоказано. Можете в Гугле посмотреть, если не верите. Между нами, терпеть не могу собак…
Они ещё немного поговорили о том о сём, о погоде и пугающем изменении климата, о саммите в Париже, но скоро выяснилось, что общих интересов у них мало, если не сказать, что нет вовсе. Если Тайрик начинал про Фому, то его новая знакомая продолжала про Ерёму. Подошло время обеда, а вместе с ним появился и аппетит.
– А вы пробовали таиландские королевские креветки? Это просто объеденье, что-то сказочное.
– Ну, не знаю. Это же не кошерно. У нас на завтрак, обед и на ужин полагается чистый протеин. Комары да мошки. И не жалуемся…
Они договорились как-нибудь встретиться ещё, на этом самом месте. Она сделала несколько прыжков в направлении пруда и скоро скрылась из виду. Он смотрел ей вслед. Ничего в ней нет, кожа да кости. Правда, глаза… и длинные задние ноги… И пожалел, что не сказал ей, какие красивые у неё глаза… О ногах сказать бы постеснялся, ведь они едва знакомы. Неприлично говорить девушке, какие у неё красивые задние ноги на первом же свидании. Что может подумать…
Так бывает. Мы встречаемся, влюбляемся, расходимся. Говорим порой на разных языках, но мир от этого никак не меняется: трава остаётся зелёной, небо голубым, а море – солёным. Далеко не все наши желания исполняются, и юные надежды чаще так и умирают надеждами, дожив до самой пенсии. Но поймать за хвост птицу счастья попытаться надо, иначе для чего жить, ведь правда?.. И если пока не получается, всегда есть за что быть благодарным судьбе. За нечаянную встречу, за улыбку незнакомки. За тёплое солнышко и летний дождь, багряный закат и сладкий запах сирени. Просто заговорите с кем-нибудь сегодня, поделитесь своим хорошим настроением, и мир станет чуточку счастливее и добрее. Поверьте, так оно и есть. Тайрик вам подтвердит.
Ой!..
Жила-была одна маленькая девочка. Не одна, конечно, – так просто говорится, – а с семьёй: мама-папа, бабушка-дедушка, собачка Тузик, кошка Мурка, кролик Вася, рыбки в аквариуме… Дело, впрочем, не в этом, а в том, что девочка была необыкновенной. Она коллекционировала свои «ой…». То есть, записывала в тетрадку, как и полагается воспитанной девочке, каждый «ой». И столько там «ой» накопилось…
Наверное, хватило бы для Книги рекордов Гиннесса, но она ничего о Гиннессе (о книге и пиве тоже) не знала, потому что была маленькой, как мы уже говорили.
«Когда всё началось?» – спросите вы. А сразу, как только она появилась на свет. «Ой…» – сказала она, едва открыв глазки. То ли удивилась, то ли испугалась. Уже потом, когда девочка чуточку повзрослела и научилась читать и писать, она поняла, что ойкает от испуга.
«Ой!» – вскрикнула она, впервые увидев в книжке крокодила… «Ой!» – вскрикнула она опять, когда в темноте налетела на дверь и поставила себе шишку на лбу.
Но вот однажды вечером приключилась сильная гроза… Молнии полыхали каждую секунду и раскалывали небо на тысячу мелких частей. Гром гремел так оглушительно, что невозможно было смотреть телевизор и слышать, что там говорят герои фильма. Девочка, конечно же, пугалась при каждой молнии и каждом раскате грома, но всё аккуратно заносила в тетрадку: «Ой…ой…ой…» и ещё один «ой…». Так что утром она все «ой» аккуратно пересчитала, и их набралось таким образом тысяча миллионов. Вот как много! И всего за одну только ночь.
Ей, наверное, повезло. Ну, как везёт, когда находишь монетку на тротуаре, – если, конечно, живёшь в городе, – которую никто кроме тебя не заметил: все проходят мимо, а тебе привалила удача. Мы же предупреждали, что девочка та была необыкновенной. Надо ли говорить, что её звали Ой. По-настоящему. Так и записали в документе при рождении: имя – «Ой», фамилия… такая-то, обыкновенная фамилия, в общем. Да и не важно какая.
Когда девочка совсем подросла в высоту и пошла в первый класс, учительница, увидев, как её зовут, сказала: «Ой…». Но она, конечно же, не могла соревноваться с Ой, у которой в тетрадке была записана тысяча миллионов «ой», сказанных ею от испуга.
А у учительницы – один только «ой» от удивления.
В школе у Ой появилось много подружек, но теперь она пугалась гораздо меньше, чем раньше, и это её пугало, потому что сказать «ой» никак не получалось. Мама почувствовала, что с девочкой что-то не так, и сказала, что её надо отвести к доктору. Но дети, как вы знаете, не очень любят докторов. Доктор говорит: «Скажите, “А-а-а-а”», – а потом засовывает палочку, как от эскимо, вам в рот. А это, согласитесь, неприятно, когда вас дёргают за язык и заглядывают, что у вас спрятано за щекой. Ведь правда?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.