Индиана Джонс. Путешествие по следам героя

От университета до «Звёздных войн»

До совместного знакомства каждый из них проводит несколько лет, изучая своё окружение и исследуя свои творческие возможности. Будучи студентом, Стивен, несмотря на свои ограниченные возможности, работает стажёром (неоплачиваемым) в монтажном отделе Universal Studios. Согласно одной подтверждённой легенде, он однажды нарядился в деловой костюм, взял портфель и с каменным лицом проскользнул мимо охранников через входную дверь студии, где нашёл свободный кабинет и проработал там всё лето, на протяжении которого никто не заметил его хитрости. Там же он завёл своих первых друзей и свои первые знакомства в мире кино.

Джордж же, всегда находившийся в более привилегированном положении, начал общаться с такими будущими успешными деятелями кинематографа, как Рэндал Клайзер («Бриолин»), Уолтер Мёрч (монтажёр «Крестного отца» и других фильмов), Хэл Барвуд (не упомянутый в титрах сценарист фильмов «Челюсти» и «Близкие контакты третьей степени») и Джон Милиус (сценарист фильмов «Апокалипсис сегодня», «Конан-варвар» и многих других). Все они, а также некоторые другие, например Ховард Казанджян (будущий продюсер фильмов «В поисках утраченного ковчега», «Империя наносит ответный удар» и «Возвращение джедая»), образовали группу, называвшую себя «Грязной дюжиной» в честь фильма Роберта Олдрича. Все они, каждый по отдельности или вместе, оставили неизгладимый след в Голливуде последующих лет.

На занятиях Джордж продолжает увлекаться художественным кинематографом, особенно фильмами, в которых акцент делается на визуальном, а не на повествовательном плане, такими как работы Артура Липсетта, Нормана Макларена или Клода Жютра – образцами так называемого cinéma vérité («синема верите»), или «чистого кино», то есть наиболее радикальными формами авторского кино того времени. Он начинает снимать собственные короткометражные фильмы, визуальные поэмы и киноэксперименты, и с этим своеобразным багажом наконец получает лицензию. После этого Джордж пытается поступить на службу в ВВС и отправиться воевать во Вьетнам, но ему отказывают из-за диабета. В качестве своеобразного утешения он устраивается на работу в Информационное агентство США и читает курс документалистики солдатам военно-морского флота. Одновременно он продолжает снимать короткометражные фильмы, и один из них, под названием «Электронный лабиринт: THX 1138 4EB», выигрывает приз – возможность принять участие в работе кинокомпании Warner Bros. Джордж выбирает мюзикл «Радуга Финиана» молодого режиссёра по имени Фрэнсис Форд Коппола. Они становятся близкими друзьями и в 1969 году решают основать студию American Zoetrope («Американский зоотроп»), которая по задумке должна была снимать чистое артхаусное и экспериментальное кино.

Между тем не терял даром время и Стивен: целеустремлённость и талант позволили ему в 1968 году снять короткометражный фильм «Эмблин» (Amblin). Получив несколько наград, он обратил на себя внимание вице-президента кинокомпании Universal Сидни Шейнберга, который предложил начинающему режиссёру контракт на семь лет, и так в двадцать один год Стивен стал одним из самых перспективных молодых режиссёров в киноиндустрии. Из-за стремления продолжить профессиональную карьеру Стивен бросил колледж (окончил он его и получил диплом лишь в 2002 году).

Первая его профессиональная работа уже подразумевала большую ответственность: ему поручили снимать эпизод «Глаза» в антологии «Ночная галерея» (Night Gallery); в эпизоде снималась известная актриса Джоан Кроуфорд, а сценарий его написал Род Серлинг, создатель сериала «Сумеречная зона». Некоторое время Стивен продолжал снимать эпизоды сериалов, в том числе «Коломбо», а после перешёл к более крупным работам, сняв нашумевший телефильм «Дуэль» (1971).

До этого Спилберг и Лукас уже несколько раз встречались. Спилберг вспоминает, что они познакомились в 1967 году за кулисами Ройс-холла Калифорнийского университета после показа фильма «THX 1138», но друзьями стали только в 1971 году. В течение последующих двух лет благодаря работе на телевидении и в кино, а также общим дружеским встречам и вечеринкам, где было много пиццы и кино, но мало секса, наркотиков и рок-н-ролла, они сошлись ближе. Вместе с другими своими друзьями они сформировали группу «The Movie Brats» («Киноразбойники»), которая в академических кругах более известна под названием «Новый Голливуд»; в неё, в частности, также входили Брайан де Пальма и Мартин Скорсезе. Компания American Zoetrope выпустила полнометражную экранизацию фильма «THX 1138», которая провалилась в прокате и заставила Джорджа серьёзно усомниться в своих способностях, а Спилберг закончил работу над «Дуэлью», которую Коппола решил показать у себя дома. Говорят, что именно тогда Лукас получил представление о режиссёрских способностях Спилберга; чуть погодя он познакомит своего нового друга с композитором Джоном Уильямсом.

Дальше дела разворачивались быстро, поэтому расскажем вкратце: вскоре Лукас создал собственную компанию (Lucasfilm) и в 1973 году в своём родном городе снял фильм «Американские граффити», повествующий о временах его детства и юности: тачках, рок-н-ролле и о духе пятидесятых. Фильм был номинирован на премию «Оскар» за лучший фильм, и сегодня считается, что он собрал более двухсот миллионов долларов (благодаря чему Джордж выполнил своё обещание, данное отцу). Кроме того, критики были очень благосклонны и сравнивали эту работу с такими ключевыми американскими авторскими фильмами того времени, как «Пять лёгких пьес» и «Бонни и Клайд». В 1975 году Стивен выпустил фильм «Челюсти», побивший все рекорды того времени, собравший в прокате 472 миллиона долларов и породивший современную концепцию блокбастера. Неплохо шли дела и у остальных членов группы: Коппола в 1972 году снял «Крёстного отца», а в 1976 году – «Таксиста»; в том же году Брайан де Пальма снял «Кэрри».

Однако в то время, как друзья Лукаса стремились снимать фильмы с социальным, политическим или, во всяком случае, современным подтекстом, Джордж лелеял навязчивую идею, далёкую от его артхаусных интересов: перенести на большой экран старого героя своего детства, Флэша Гордона. Не сумев получить права на экранизацию, он начал писать собственную историю, которая поначалу называлась «Приключения Люка Старкиллера» и со временем превратилась в «Звёздные войны». Предлагаемый им сценарий казался настолько странным, что, несмотря на престиж фильма «Американские граффити», экранизировать его не пожелала ни одна киностудия; не верили в эту идею и его успешные друзья. Джордж, однако, настаивал на своём, утверждая, что это глубокий и актуальный комментарий к войне во Вьетнаме. В конце концов, компания 20th Century Fox решила одобрить проект, а Лукас договорился о правах на экранизацию и, как известно, о правах на «мерчандайзинг». Результат хорошо известен: «Звёздные войны» стали самым кассовым фильмом в истории, рекорд которого, однако, в 1982 году побил фильм его друга Спилберга «Инопланетянин» (E. T.). Возможно, выиграл в этом негласном состязании всё-таки Джордж, потому что «Звёздные войны» впоследствии стали самой успешной франшизой в истории кинематографа.

Возникал закономерный вопрос: если Джордж и Стивен были настолько успешны по отдельности… то что могло бы произойти, объедини они свои усилия?

Рождение Индианы… Смита

Согласно одной легенде, из-за трудностей со съёмками во время работы над «Звёздными войнами» у Лукаса случился сердечный приступ; была отснята 91 тысяча метров плёнки, первоначальный бюджет был превышен на два миллиона долларов, а спецэффекты требовали создания технологий, которые ранее никогда не применялись. В успех проекта, похоже, не верили даже друзья Лукаса (кроме Спилберга)… и в результате Лукас решил, что «Звёздные войны» станут провалом, который положит конец его карьере. Поэтому, чтобы избежать унижения во время премьеры и скрыться от прессы, он уехал с женой на Гавайи. Однако, будучи уже на отдыхе, он, к своему удивлению, увидел в новостях огромные очереди по всей Америке из желающих посмотреть его фильм, в считаные дни превративший его в легенду.

Во время уединения на Мауи Лукас пригласил Спилберга, только что снявшего «Близкие контакты третьей степени», присоединиться к ним на острове, и, конечно, друзья начали обсуждать свои проекты и мечты, строя мысленные гигантские песочные замки на пляже Мауна-Кеа. Стив рассказал Джорджу о своём желании снять фильм о Джеймсе Бонде, но Джордж заявил, что у него есть идея гораздо лучше – идея, основанная на написанном им в 1973 году сюжете под названием «Приключения Индианы Смита».

В своё время Лукас со сценаристом и режиссёром Филипом Кауфманом («Вторжение похитителей тел», 1978 год) разрабатывали образ персонажа на основе старых приключенческих киносериалов, которые они смотрели в детстве на утренних сеансах, – это был археолог, ищущий Ковчег Завета. Однако проект не состоялся, потому что Кауфман отказался от участия в нём (он занялся другим проектом, с Клинтом Иствудом), так что кресло директора опустело. Предложение Лукаса вдохновило Спилберга, хотя, по его собственному признанию, фамилия археолога ему не понравилась.

Так или иначе, сначала они могли только фантазировать, насколько хорошо студии и продюсерские компании примут предложение двух самых известных режиссёров в индустрии. Реальность оказалась куда суровее. По словам Лукаса, им отказывали раз за разом, потому что двадцать миллионов долларов казались огромной суммой (вдобавок к выгодным условиям, которые он, как продюсер, хотел прописать для себя). В конце концов на предложенную Джорджем драконовскую сделку согласилась Paramount Pictures.

Как уже упоминалось, основой для создания образа Индианы Смита послужили популярные в первой половине XX века киносериалы (серийные фильмы), предшественники телевизионных – короткометражные фильмы с общим героем, которые всегда заканчивались так называемым клиффхэнгером, или напряжённым моментом, побуждающим зрителей вернуться в кинотеатр на следующей неделе. Среди признанных источников упоминается серийный фильм «Дон Уинслоу из флота» (Don Winslow of the Navy, 1942 год), снятый по мотивам комикса Фрэнка В. Мартинека, в котором моряк расследует деятельность организации диверсантов и в процессе обнаруживает секретную базу нацистских подводных лодок. Не меньшее влияние оказал и фильм «Удача Тима Тайлера» (Tim Tyler’s Luck), в котором главный герой отправляется в Африку, чтобы спасти своего отца, похищенного преступной группировкой, и, как вспоминает Лукас, «ищет затерянное кладбище слонов или золотой глаз какого-нибудь идола». Среди других очевидных влияний – такие классические персонажи, как Зорро, Бак Роджерс и супергерой Шпион-Сокрушитель («Spy Smasher»).

Но до этого момента концепция Индианы Смита (названного так в честь собаки Лукаса породы аляскинский маламут) была лишь смутной идеей в голове автора. Именно тогда, как уже говорилось, Джордж связался с Кауфманом, который предложил идею поиска Ковчега Завета. По одним сведениям, эту идею впервые высказал гематолог, а по другим – дантист Кауфмана; это был человек, увлекающийся всякой мистикой, связанной с нацистами и таинственными мистическими объектами, а также одержимый книгой Эриха фон Дэникена «Воспоминания о будущем» («Колесницы богов»). Так на сцену выходят нацисты как естественные враги в силу того, что они были современниками археолога, а также из-за еврейской символики Ковчега. Отсюда же и динамика повествования: в каждом эпизоде археолог ищет какую-нибудь очередную реликвию или сокровище. После этого Кауфман покинул проект, а спустя некоторое время им удалось заинтересовать Спилберга. Для Лукаса, уставшего от режиссуры «Звёздных войн», это оказалось поистине подарком судьбы. Мало того, Лукас уже подумывал о том, чтобы оставить режиссёрскую карьеру и сосредоточиться на сувенирной продукции и руководстве такими студиями и компаниями, как Industrial Light & Magic или THX, на десятилетия вперёд определившими технологическое будущее кинематографических изображения и звука.

Впрочем, несмотря на наличие персонажей, готового сюжета у них ещё не было, поэтому нужно было выбрать надёжного сценариста. Стивен предложил кандидатуру Лоуренса Кэздана, которого он знал совсем недолго, но сценарий которого к «Континентальному водоразделу» (1981 год), первому фильму его продюсерской компании Amblin, произвёл на него достаточное впечатление. Джордж, прочитав сценарий, согласился, после чего состоялось так называемое Совещание по поводу сюжета о Похитителях, или «Конференция» (Raiders Story Conference).

Совещание по поводу сюжета о похитителях

В январе 1978 года Стивен, Джордж и Ларри встречаются и на протяжении нескольких дней часов по девять проводят плотные и напряжённые творческие поиски, в ходе которых подбрасывают друг другу идеи, которых, как мы увидим, оказалось достаточно не только для одного фильма, но для целой трилогии, если не более.

Любопытно, что записи этих совещаний, к счастью для поклонников, журналистов и исследователей, были расшифрованы и спустя несколько десятилетий попали в интернет в виде документа объёмом около девяноста страниц (подлинность которого, ставшего источником многочисленных статей и очерков, сегодня уже не вызывает сомнений).

Этот документ, несомненно, представляет собой отличную возможность не только изучить получившиеся фильмы, но и понаблюдать в реальном времени за работой трёх талантливых творческих умов и за процессом так называемого этапа разработки. Кроме того, документ этот по-своему увлекателен и сам по себе: его можно воспринимать как сценарий, радиодиалог или гипотетический документальный фильм, в котором Спилберг, Кэздан и Лукас говорят своими голосами, а мы находимся как бы рядом с ними на протяжении нескольких дней, которые в дальнейшем приведут к созданию одной из самых успешных франшиз в истории.

Первая запись начинается с предупреждения Джорджа: «Я склонен к математической работе над такими вещами». И действительно, его персонажи и предложения в этом документе легко узнаваемы. Джордж говорит длинными абзацами, демонстрируя свой талант к импровизации и одновременно умение эффектно формулировать на лету возникающие концепции. Спилберг же, со своей стороны, склонен «исследовать» предлагаемые идеи, разбирать их по винтикам, предлагать зрительные образы и звуки, и, играя роль ребёнка, превращать идеи в визуальные гэги, многие из которых попали в фильм. Что касается Ларри Кэздана, то он, в свою очередь, ведёт себя тише, как сценарист, которому поручено обрабатывать лавину поступающих идей. Он пунктуально уточняет элементы и при необходимости опускает своих коллег на землю.

Стенограмма начинается с правил, которые устанавливает Лукас: ему нужен фильм в стиле киносериалов кинокомпании Republic Pictures 1930-х годов; ему нужны «саспенс» и «клиффхэнгеры», каждый из которых лучше предыдущего, но при этом он хочет, чтобы все было привязано к реальности; ему не нужны спецэффекты (сегодня мы бы назвали их цифровыми эффектами), но нужны трюки (акробатические сцены с участием статистов), погони – словом, все действия героя должны быть осуществимы в реальной жизни и выполнены в стиле, как он выражается, фильма «Ветер и лев» его друга Милиуса.

Вскоре всплывают ссылки на фильмы, определяющие главного героя: Джеймс Бонд, но менее утрированный, скорее «Человек без имени» Клинта Иствуда из фильмов «Хороший, плохой, злой» или «Вздёрни их повыше», с изрядной долей Тосиро Мифуне, Кларка Кента с точки зрения его двойственности, Сэма Спейда из «Мальтийского сокола», Джона Уэйна, Шона Коннери (!), Кларка Гейбла из «Солдата удачи» и Хамфри Богарта из «Сокровищ Сьерра-Мадре» «в брюках цвета хаки, в кожаной куртке, с фетровой шляпой, пистолетом и кобурой времён Первой мировой войны». Джордж добавляет ещё один пример – Питера Фалька (известного по сериалу «Коломбо»), но Спилберг быстро замечает, что «он слишком неряшливый». Позже Кэздан просит привести другие примеры; Спилберг упоминает Берта Рейнольдса, Лукас – Пола Ле Мэта, молодого Стива Маккуина… но первым называет «кого-то вроде Харрисона Форда».

Лукас продолжает описание: главный герой – солдат удачи, археолог и антрополог, доктор, профессор университета. Но ещё и охотник за древностями, получающий прибыль от своей работы, расхититель гробниц по найму, охотник за головами. Он также эксперт по оккультизму, который постоянно связывается с «табу, вуду и прочим, с чем сталкиваешься, когда начинаешь возиться с пирамидами и тому подобным». Спилберг вмешивается: «Чего он боится?» – но они пока этого не знают. Они также не знают, должен ли он быть экспертом по боевым искусствам; Лукас опасается, что образ может получиться слишком переполненным и добавляет: «Мы создаём образец для подражания детям, поэтому следует соблюдать осторожность; он должен быть честным, надёжным и искренним». Также он предлагает вручить герою кнут, который будет его символом, его «самурайским мечом». Спилберг тут же вставляет: «Он должен использовать его, чтобы вернуть девушку, которая вышла из комнаты».

Далее Джордж в быстрой импровизированной манере описывает, как должен начинаться фильм: в туманных джунглях, на фоне гор, в Южной Америке. Археолога будут сопровождать два ненадёжных напарника или переводчика («мексиканцы, арабы, майя или кто там ещё» – о сопутствующем расистском подтексте мы поговорим в соответствующей главе). Они поднимаются на холм, туземцы (sic) начинают беспокоиться и уходят, опасаясь «проклятия Будды или чего-то ещё», и тут мы понимаем, что напарники хотят убить главного героя. Один достаёт пистолет, но герой обезоруживает его кнутом. Они входят в храм… и тут вставляет своё слово Спилберг: «Он проходит через тень, и на нём оказываются два тарантула, а потом четыре». Затем Лукас подробно описывает ловушки в храме – такие, какие же затем и были изображены в фильме: активируемые по свету копья ядовитые дротики… Спилберг замечает, что это, по сути, похоже на планирование аттракциона в Диснейленде, но тогда он и предположить не мог, что когда-нибудь у Индианы Джонса там действительно появится свой аттракцион!

Стивен продолжает: он хочет, чтобы одна из ловушек привела в действие гигантский валун. Лукас кивает и продолжает описывать статуэтку на постаменте, последнюю ловушку, которая закрывает храм, и… действие тут же переносится в Вашингтон, в экспозиционную сцену, где главный герой предстаёт в роли преподавателя. Там ему представляются два агента армейской разведки, которые перед доской объясняют «про ковчег – не уверен, как он называется – Ковчег Завета или что-то в этом роде». Затем речь заходит про роль нацистского оккультизма в сюжете, и Лукас отмечает, что главный герой должен быть скептиком и циником, не верящим во все эти вещи.

Далее собравшиеся начинают описывать заклятого врага главного героя, о котором у них есть два представления: первое – что он тоже археолог, торговец алмазами, скупщик, в духе Дональда Плезенса. Это некий испорченный, но весьма сообразительный человек, «как Мориарти», который крадёт всё, что достаётся главному герою, из-за чего между ними начинается профессиональное соперничество. Понятно, что они начинают определять характер Беллока. До конца разговора они будут сомневаться в его национальности (немец, француз, итальянец, араб) и возрасте; в качестве примеров они приводят Макса фон Сюдова, Омара Шарифа или Сидни Гринстрита.

Что касается «любовного интереса», то поначалу ясно только, что это женщина, которая заинтересована в нём, помогает ему, чтобы получить часть денег, и живёт в Непале, где работает в «баре Рика» (отсылка к «Касабланке»). Постепенно им удаётся нащупать рамки того, что сегодня представляется одним из самых спорных аспектов фильма: разницу в возрасте между героем и пока ещё безымянной девушкой (в будущем Мэрион). Стивен отмечает, что у главного героя должен быть наставник, которого мы никогда не увидим, «главный археолог», научивший его всему, что он знает (в итоге им окажется Эбнер Рэйвенвуд).

Уже здесь проясняются детали будущего сюжета: немцы копают не там, где надо, герой находит настоящее место ковчега и вместе с девушкой оказывается внутри. Долгое время собравшиеся пытаются определить, какая опасность их там подстерегает (вода? песок?), в конце концов решают, что это яма, полная змей. Затем они описывают сцену, в которой герои верхом на лошадях преследуют «один из тех покрытых брезентом грузовиков Warner Bros». В кабине происходит драка, которая заканчивается в деревне («С разбегающимися курами», – отмечает Спилберг, добавляя, что «это Буллит на улицах Каира»), после чего они садятся с ковчегом на пиратский корабль (сначала было предложено, что это корабль китайцев, затем литовцев, а под конец – чёрных пиратов), после чего этот корабль останавливает флот подводных лодок (в итоге остаётся только одна подводная лодка). Герой привязывает себя к перископу (которого в фильме нет, но есть в комиксе), и фильм, предположительно, должен закончиться на одном греческом острове, где ковчег открывают, и из него вырывается «молния или электрический заряд, уничтожающий врагов». Потом ковчег доставляют в Вашингтон и оформляют по бюрократическим процедурам, оставляя его храниться на большом складе. Как замечает Лукас: «Выходя из кинотеатра, зрители должны полагать, что он [ковчег] до сих пор лежит на одном из тысячи армейских гигантских складов».

С другой стороны, остаётся решить одну из, пожалуй, самых больших проблем сценария – механизм соревнования главного героя и нацистов в поисках Колодца душ и то, как его должны найти. Постепенно вырисовываются идеи медальона, Индианы «в костюме Лоуренса Аравийского», скипетра, Зала Карт и солнечного луча, как это будет представлено в фильме; проскальзывает даже шутка о том, чтобы воспользоваться нацистским флагом как верёвкой, с помощью которой можно будет выбраться из ямы.

Ещё одна идея, которая в более или менее оформленном виде войдёт в фильм, – «летающее крыло» (самолёт, который в конце концов появляется, но не взлетает). В ходе того же обсуждения рождаются уже даже такие известные впоследствии фразы, как «Я придумываю это на ходу» («I’m making this up as I go») или «Почему это должны быть змеи?» («Why did it have to be snakes?»). Персонаж Тота обрисован в общих чертах как «любитель пыток», высокий и в большом плаще. Придумана даже шутка про вешалку и плащ.

Любопытно, что тогда же появляется персонаж Саллаха (здесь его называют «Сабу»): «Надсмотрщик», старый друг, сын которого присоединяется к Инди и везде ходит с ним. Очевидно, что, несмотря на первоначальную принадлежность семье Саллаха, этот мальчишка в итоге превратится в Коротышку из «Храма судьбы». Также описана сцена боя на мечах, как и сцена похищения Мэрион (и её переодевание в «странную одежду»), так как по сюжетным соображениям её нужно как-то отстранить; в качестве визуального приёма, который бы заставил Инди подумать, что она мертва, Спилберг упоминает «Одержимость» Хичкока. На протяжении довольно долгого времени собравшиеся разрабатывают «персонажа» обезьянки, «одетой по-арабски» и «отдающей нацистское приветствие» (хотя также выдвигаются предложения показать кота или мангуста); высказывается и идея гибели животного от отравленных фиников (или, возможно, оливок).

Ещё один элемент, который они долго обсуждают, – происходящее на подводной базе. В фильме база показана мимоходом, но на совещании обсуждался вариант с палатками, в которых открывают ковчег, и с погоней по туннелям, после чего энергия ковчега активирует торпеды с боеприпасами и весь остров взрывается. В итоге этот вариант был исключён – возможно, потому что, по словам Лукаса, «так заканчиваются все фильмы о Бонде».