- -
- 100%
- +
Глава 2.
Из состояния прострации её вывел банальный избыток свободного времени. Слезы закончились, и сидеть просто глядя в окно ей быстро надоело. Надя так долго жила жизнью и интересами мужа, что своих увлечений не оказалось совсем. Грустные сериалы про любовь скоро стали казаться ей похожими один на другой, эмоции начали оживать, и появилась потребность во что-то их вкладывать.
Надя начала думать о будущем. Мыслей было много и разных, сменить работу, получить еще одно образование, поехать в путешествие. А вот о том, чтобы завести новые отношения она не думала совсем, Надя не страдала от одиночества, она безмерно и бесконечно тосковала по бывшему мужу, хотя и сама решила с ним расстаться, в глубине души она ждала, что он вернется. Много раз она хотела ему позвонить, просто узнать как у него дела, придумывала разные поводы, репетировала у себя в голове их диалог, но каждый раз останавливала себя. Решение было принято, и оно окончательное.
И чтобы отвлечься от мыслей о муже, Надя старательно заставляла себя планировать будущее. Будущее отчаянно сопротивлялось, и планироваться не хотело. Она делилась своими мыслями с подругами – коллегами из школы, и одна из них посоветовала ей обратиться к экстрасенсу. Биоэнерготерапевт – как назвала её учительница биологии Наталья. Из восторженного Наташиного отзыва Надя узнала, что эта экстрасенс-биоэнерготерапевт потомственная гадалка и использует инновационные научные методы, которым она училась на Филиппинах у хилеров, шаманов-целителей. И она очень помогла Наташе решить её проблемы с очередным бойфрендом, с которым Наташа все же вскоре рассталась, и вылечила её головные боли. Надю завораживала мистика, она увидела в этом знак, что именно в переломный момент её жизни она узнала об этом биоэнерготерапевте и это может стать началом чего-то нового.
Экстрасенс-биоэнерготерапевт принимала на дому, в квартире пахло воском, специями и жженой бумагой. На столе стоял хрустальный шар в лучших традициях битвы экстрасенсов, а напротив шара сидела полная женщина, сама похожая на шар, в черном балахоне, с длинными черными волосами и не менее длинными красными наклеенными ногтями. От всего этого Наде было не по себе, хотелось выйти на свежий воздух и дневной свет из этой полутемной черно-красной квартиры. Она осадила себя – «это лишь страх перед неизвестным, надо смело идти в новую жизнь».
– Вижу, проблема есть у тебя – сказала круглая женщина заговорщицким шепотом.
– Ну, да. – Ответила Надя, подумав про себя «как будто сюда кто-то похвастаться приходит и об идеальной жизни рассказать».
– Садись, все тебе расскажу о проблеме твоей.– Потомственная гадалка указала на кресло напротив и начала выкладывать на стол разноцветные карты таро.
Надежда села на край кресла, её всю трясло от внутренней тревоги.
– Вижу, с мужем у тебя проблема. – Экстрасенс многозначительно посмотрела на неё. Надя заметила, что крутила на пальце обручальное кольцо, которое так и не сняла. – Вернуть его хочешь?
– Возможно, – Надежда замешкалась, – вообще-то я сама его выгнала, просто..
– Вижу, всё вижу. Выпивал он, обижал тебя.
Опытная в области человеческих несчастий, экстрасенс-биоэнерготерапевт просто пыталась считывать Надину реакцию, а Надя, как опытный педагог, быстро это поняла.
– Вообще не пил, и был очень воспитанный, просто козлом оказался. – Выпалила Надя и почти бегом выбежала на улицу из мрачности и приторного запаха на свет божий. Жалея только о пустых ожиданиях и заранее оплаченном сеансе.
– Кругом одни шарлатаны – говорила ей на следующий день старшая подруга – учитель математики Валентина Алексеевна, – и в наше время таких полным-полно было, и Чумак с Кашпировским через черно-белые телевизоры воду заряжали, и цыганки по дворам ходили, и все денег хотят, мракобесы. Вот астрология – настоящая наука, со звездами не поспоришь, что предскажут – все сбудется. У соседки дочка замуж выйти никак не могла, соседка обратилась к астрологу, тот ей карту по звездам нарисовал, и говорит, встретит она по судьбе своей мужчину уже в этом году. И правда, встретила, мужик хороший – работящий, крышу им на даче крыть помогал. Я и сама гороскопы читаю, и все сбывается, вчера написано было что деньги потеряю и правда, оставила на столе 500 рублей и как кверху подлетели, нигде найти не могла.
– А еще Иванов из 9 Б в учительскую вчера заходил, – перебила её Наташа, – об этом звезды ничего не рассказывали? Его и в раздевалке не раз уже ловили, когда он по чужим карманам шарил, неблагополучная семья, что поделать, выживает, как может.
– Иванов – не Иванов, но звезды не соврали, – Валентина Алексеевна настаивала на своем, – И ты б, Надюш, карту эту звездную заказала, все тебе звезды расскажут, где мужика твоего блудного носит.
Спорить с наукой Надя не решилась и в тот же вечер заказала натальную карту у астролога онлайн.
Заказ выполнили быстро, Надя бегло просмотрела текст из множества незнакомых слов, разбираться, что такое ретроградный меркурий и весы в асценденте льва в её планы не входило, от астрологии Надя была далека как Плутон от Солнца. В расшифровке говорилось про скорый переезд, стабильность в семейной жизни и неоправданные денежные расходы.
«Куда уж стабильнее»,– подумала Надя, – «и переезжать я не собиралась, а вот про расходы – правда, ползарплаты на эту звездную чушь потратила».
Глава 3.
Не получив от звезд и духов подсказки, что делать со своей жизнью, Надя вернулась в храм. Прозорливых старцев, как Зосима из Братьев Карамазовых, в ближайшем окружении не оказалось, и она понадеялась на обычного приходского священника.
И в ближайшее же воскресение на исповеди вывалила на него всю свою историю с вопросом что делать и как жить.
– Что ты хочешь, чтоб я тебе сказал, дочка? – Батюшка поправил очки, в которых был похож на доброго волшебника Дамблдора.
– Какой иконе мне молиться, чтобы муж вернулся, и чтобы он меня любил, – Надя задумалась, – или чтобы я его не любила.
– Не иконе, дочка, молимся, а Богу. И ты Волю Божью не торопи, всему свое время, придет время, и поймешь где твой путь, никого еще Бог на распутье не бросил. Только по гадалкам этим бегать брось, не людям они служат, а нечистому, он хочет, чтоб и мы все ему служили. И муж твой выбор уже сделал, душой за него не держись, не супруги вы больше перед Богом.
– И что мне, в монастырь теперь идти?
– Нельзя в монастырь идти, если в миру не сложилось. В монастырь идут, когда хотят быть там, а ни когда не хотят быть здесь. В разводе вашем муж виноват, а не ты, не вменится это ему в праведность. А ты греха смертного не совершила, живи, никого не суди и себя жалеть брось, на Бога надейся, он наш Пастырь Земной и Судья Небесный. А чтоб в уныние не впадать, делай что-то, что любишь, любое дело Богу угодно, если с радостью и с молитвой. А там и муж хороший приложится, и детки.
– Это вряд ли.
– На все Воля Божья.
Священник отпустил ей грехи и рассказал, как готовиться к Причастию. Надя купила в иконной лавке молитвослов и начала понемногу читать молитвы перед сном, ей нравилось чувство защищенности и умиротворения, когда она молилась, одиночество и тревога отступали.
Надя прислушалась к совету и стала думать, что она любит делать. Она любила свою учебу в педагогическом институте, потом так же полюбила работу. Но работа никуда не делась, а покоя в душе не было. Она любила мужа, любила наводить уют в доме, любила готовить, но все это делала только для него. И спортом занималась тоже только для того, чтобы нравиться ему. «Как глупо получилось», – думала Надя, – «и пресс и попа есть – а мужа нет». К спорту душа не лежала. Она любила читать, но это было скорее отдыхом, чем хобби. «Странно, но у меня никогда не было увлечений, книги, тренинги и курсы только пополняют знания, но это бессмысленно, если некуда их вкладывать». Самодостаточная и независимая, Надя вдруг почувствовала себя совсем не сильной и не умной, и какой-то даже не талантливой. «Полжизни прожила – а так ничему и не научилась», – укоряла себя Надежда. «Век живи – век учись!» – народная мудрость не позволила ей окончательно в себе разочароваться.
Надя вспоминала, что ей нравилось в детстве и в юности. Музыкальную школу она не любила, к музыке была равнодушна, и осваивать заново давно забытый музыкальный инструмент не хотелось. Рисовать она не умела совсем и не тешила себя надеждой научиться. Пробовала в институте писать стихи, но ничего не получилось, а потом познакомилась с аспирантом из соседнего политеха – её будущим мужем, и все попытки заняться творчеством были заброшены. «Безнадежная Надежда» – подумала она, и отложила активный поиск хобби до лучших времен.
Однако, на все Воля Божья. Свободное время Надежда решила занять любимым делом – чтением. И на этот раз она сосредоточилась на церковной литературе. Прочитав Евангелие и Деяния Святых Апостолов, ей захотелось знать больше о простых людях, которые однажды, так же как и она, сделали шаг от неверия – к вере, но пошли дальше, и несли свет веры другим, и за свою веру отдали жизнь. О людях, которые, как она раньше думала, могут исполнять желания. О тех, кого она видела уже каждые выходные, на иконах в храме. Надя читала Жития Святых.
Читая, она вспоминала их образа. И однажды в памяти всплыл магазин хозяйства-рукоделия, в котором она покупала что-то для дома и видела набор для вышивки иконы: схема, кусок ткани в клеточку и разноцветные нитки-мулине.
Рукоделием Надя не занималась и не интересовалась никогда, уроки домоводства в школе проходили в разговорах с подругами и были давно забыты. Но в раннем детстве она любила смотреть, как вышивала её мама. Тогда она была ещё слишком маленькой, чтобы доверить ей иголку с ниткой, поэтому она просто смотрела, как мамины тонкие пальцы выводили на белом холсте ткани цветной и мягкий на ощупь узор. Маленькая Надя засыпала, обнимая уже законченные мамины картины, они пахли домашним теплом, пахли мамой. Когда она подросла, и мама хотела научить её этому ремеслу, Надя уже считала что вышивка и вязание – развлечения для бабушек, а у неё должны быть другие интересы, как у всех её подруг из класса: музыка, косметика и мальчики. «Я уже достаточно постарела для рукоделия?» – с усмешкой и укором спрашивала себя Надежда, – «достаточно повзрослела, чтобы перестать оценивать что-либо категориями возраста». Завтра,– думала она, – завтра она придет в тот самый магазин и купит себе вышивальный набор, а сегодня она позвонит маме и просто скажет ей, как сильно её любит.
Глава 4.
Работа спорилась в руках, Наде было уютно и тепло, когда зимними вечерами она заваривала любимый чай и садилась за вышивку. Все мысли уходили на задний план, она не думала о будущем, не тонула в самоанализе и жалости к себе, даже бывшего мужа не вспоминала.
Первую свою вышитую иконку – Святой Образ Николая Чудотворца, она подарила маме. Надя заметила, как на маминых глазах показались слезы. Они много общались последнее время, и Надя думала с нежностью, как они с мамой похожи.
Ей было уютно в своем мирке, без стрессов и потрясений, ей нравилось создавать что-то своими руками, хотелось больше думать и говорить об этом. Надя читала форумы для рукодельниц, показывала свои работы, общалась с коллегами по цехи и обсуждала новые идеи. Со временем научилась сама составлять схемы и подбирать цвета, освоила вышивку бисером, круг интересов расширялся. «Во что вкладываешься – то и получается» – сказал ей однажды на исповеди батюшка-добрый волшебник. «Я столько лет вкладывалась в отношения, однако, ничего не получилось», – подумала Надя, но ничего не сказала. С вышивкой было проще. Она выкладывала свои работы в соцсетях и через какое-то время появились первые клиенты. Надя стала вышивать на заказ. Её милое сердцу увлечение стало приносить стабильный доход. Но самым важным для Нади было то, что появился новый круг общения.
Однажды она решилась поучаствовать со своими работами в весеннем фестивале искусств, который проходил в их городе в честь какого-то праздника. Там Надя познакомилась с Лилей, многодетной мамой – домохозяйкой, которая вязала котиков – пухлые коты-подушки, маленькие мягкие котятки – детские игрушки, носки с кошачьими мордочками.
«Так люблю котиков, жить без них не могу», – говорила Лиля, – «Когда жили в деревне, по три кошки у нас было, и все котяток приносили, красивых таких, пятнистых, сразу у нас их разбирали. А потом замуж вышла, а у мужа аллергия, и у старшего – Павлика, тоже аллергия, так на папу похож, а средние, Коля с Дашей, как и я, кошек любят, как на улице увидят – наперегонки гладить бегут, их уже все кошки во дворе боятся». Больше чем котиков она любила только поговорить, но умела и выслушать. Лиля, на радость Нади, оказалась верующей, душевная и отзывчивая, очень простая, она с вниманием слушала и сопереживала, не давая советов. Наде было легко говорить с ней о вере, о Боге, обо всех внутренних изменениях, которые с ней происходили.
Позже к ним присоединилась яркая и эксцентричная Маша, начинающая художница, которая оставила работу в офисе, чтобы познавать себя и заниматься искусством. И в свободное от высокого искусства время занималась декупажем – расписывала тарелки, кружки и цветочные горшки абстрактным орнаментом. Маша говорила о духе и внутренней свободе, за 25 лет своей жизни она была буддисткой, кришнаиткой, атеисткой и нео-язычницей. По примеру новых подруг она начала интересоваться православием. Ей нравилась идея свободной воли, непредначертанности судьбы, деятельного участия каждого человека в Божьем Промысле. Особенно она любила слова «Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за все благодарите». Она нашла ту свободу, которую искала.
Они встречались раз в неделю и поставили себе цель – посетить каждый храм в их городе. Девушки планомерно шли к своей цели, Лиля с четырьмя детишками, беззаботная Маша, в длинной юбке похожая на хиппи и сдержанная, интеллигентная Надя. Они были совершенно разными, но было то, что их объединяло.
С подругами из школы Надя не хотела обсуждать свои новые увлечения. Наташа рассказывала о новом марафоне по исполнению желаний, о том, что, если смотреть на картинки из журналов, то можно привлечь в свою жизнь богатство, успех и идеального мужчину. Предлагала Наде присоединиться, та молча кивала, даже не помышляя прислушаться к совету.
Когда в учительской обсуждали гороскопы и карты желаний, Надя часто ловила себя на том, что стесняется сказать, что в выходные была на службе в храме. Этими мыслями она поделилась с батюшкой, тот по-отечески её отчитал:
– Стесняться надо плохого, дочка, и люди вокруг не такие глупые, как тебе кажется.
В понедельник Надя поставила на свой стол иконку, которую вышивала для себя – Святые мученицы Вера, Надежда, Любовь и София.
В учительской вспыхнул оживленный разговор, все рассматривали иконку, хвалили Надины золотые руки, спрашивали её о вере, о храме, о религии. Многие из учителей тоже оказались верующими, о чем Надя не знала. Наверно, тоже стеснялись об этом говорить, – подумала она. Посыпались вопросы, иногда глупые, Надя не сердилась, потому что сама раньше задавала такие же. Она не увидела ни скепсиса, ни сарказма, ни насмешек, ни тем более осуждения. И впечатлительная Наташа, и «верящая в науку», Валентина Алексеевна слушали её с интересом.
Разговоры утихли, и Надя молча рассматривала икону. Вера у неё была, надежда тоже теплилась где-то в глубине души, мудрость – София тоже понемногу приходила в её жизнь, не было только любви. Надя уже не хотела искать любовь где-то извне, она хотела делиться любовью, которая была внутри.
Учебный год тем временем подходил к концу.
Глава 5.
К наступлению лета школа приемных родителей и сбор документов были уже позади, педагогический опыт и внушительный доход от Надиного хобби свели все сложности к минимуму. И в первый день летних каникул Надя приехала в детский дом, чтобы уже непосредственно заняться процедурой усыновления.
Надя знала, что хочет ребенка, но не знала какого именно. В своих фантазиях она видела то светловолосого мальчика, то пухленькую девочку с рыжими кудряшками.
– Решила, что на месте разберусь, – честно сказала Надя директрисе детского дома, – может, посоветуете кого, лет двух-трех, чтобы еще маленький? Главное, чтобы здоровенький был, больного я, боюсь, что психологически не потяну.
– Вы, может, посмотреть на них хотите?
– Не кастинг же детям устраивать, это как-то, ну, жестоко.
– У сирот вообще жизнь жестокая.
Их разговор прервала подбежавшая к ним маленькая девочка, худенькая и с короткими светлыми волосами, похожая на одуванчик, она дернула Надю за край платья и издала звук больше похожий на «мяу».
– Она хотела сказать «мама». – К ним подошла воспитательница, чтобы забрать девочку, – их так старшие ребята учат – подходить ко всем взрослым, может, расчувствуется кто-нибудь и возьмет, не обращайте внимания.
«У них у всех тут стальные нервы», – подумала Надя, – «ещё бы, столько детских надежд и разочарований на их глазах».
– Это Рита, но вам не подходит, отстает в развитии, с речью проблемы, вы здорового хотели. – Бесстрастно и без осуждения сказала директриса, она видела такое уже тысячу раз.
– Я изучала дефектологию на курсах повышения квалификации, мне – подходит.
– Мяу? – Рита хлопала удивленными глазами, её не пытались забрать или прогнать, разрешили потрогать эту красивую и грустную тётю, от которой вкусно пахло.
– Мяу, малышка, домой скоро поедем.
Надя основательно подготовилась к переезду Риты, с Лилей они купили детские вещи и игрушки, Маша расписала детскую, Надина мама вышила красивое покрывало. А Надя тем временем изучала старые конспекты, общалась с приятельницами-логопедами, читала специальную литературу. Ей было больше страшно, чем радостно, Надю ждала самая важная работа в её жизни.
Рита быстро освоилась в своем новом доме, Надя читала ей детские книжки, они рисовали картинки и играли, постепенно к их ежедневному графику Надя стала добавлять развивающие занятия. Получалось не все и не сразу, сдержанная и уравновешенная, Надя не ругала девочку за то, в чем не было её вины, но под вечер, ложась спать, её душили слезы. «Поплачу сейчас – порадуюсь потом», – думала Надя. И день за днем она осваивала этот нелегкий труд – быть мамой особенного ребенка.
Вечерами Надя садилась за вышивку, Рита откладывала свои игрушки и смотрела как та четкими и мягкими движениями выводит на ткани лики святых. «Когда-нибудь я тебя научу», – думала с улыбкой Надя, – «если ты, конечно, захочешь».
Они часто гуляли с Лилей и её детьми, Коля – средний сын Лили и ровесник Риты, как маленький джентльмен водил Риту за руку и срывал ей цветы с клумбы, Рита пыталась ему о чем-то рассказывать.
Регулярные занятия, общение со сверстниками и просто человеческое тепло сотворили чудо, «отставанием в развитии» был лишь замкнутый характер девочки, которая росла в тяжелых условиях, речь тоже стала заметно налаживаться. Рита оказалась бойкой девочкой, которой было что сказать миру.
Надя брала дочку в храм, девочка еще не понимала суть молитвы, но ей нравилось слушать хор.
– Мама, – уже отчетливо сказала Рита, показывая Наде на икону Святого Георгия Победоносца, которого видела на Надиной вышивке.
«Мама! Я мама!» – подумала Надя. Хор запел «Верую!». И Надя верила, в то, что Бог им помогает, что никогда не оставит их с дочкой в беде, что все будет только лучше и лучше с каждым новым днем. Она молилась за всех, кто верил вместе с ней, за маму с папой, за Лилю с семьей и за Машу, за подруг из школы, за батюшку-волшебника, за всех работников всех детских домов и всех детей. И за всех остальных, она хотела чтобы они тоже познали такое счастье – верить, и за завуча, все ещё следующую коммунистическим идеалам, за круглого экстрасенса, и за бывшего мужа.
Глава 6.
Надежда нашла для Риты хороший детский сад, в котором не делили детей на особенных и обычных. Рита завела новых друзей, Надя вышла на работу.
Жизнь шла спокойным ходом, Надя уже не вспоминала о своих прежних заботах, ей казалось, что так было и будет всегда, и она чувствовала себя совершенно счастливой. Счастье переполняло её и выливалось в окружающий мир, вокруг себя Надя видела таких же счастливых и прекрасных людей. И ей было кого за это благодарить.
Воскресным утром Рита ещё спала, обнимая вышитое покрывало, Наде стало жалко её будить и ко Причастию она пошла одна. В храме по воскресениям всегда было многолюдно, Надя радовалась этому и молилась вместе со всеми. Поток её мыслей, обращенных к Господу, прервал незнакомый седовласый старичок с окладистой белой бородой и хитрыми глазами:
– Дочка, поставь свечку Божией Матери.
Протянул ей тонкую свечу дрожащей от ревматизма рукой и указал на старинную золоченую икону в другой части храма.
Надя улыбнулась ему от всего сердца, ей было приятно внимание от незнакомого старичка, как будто сам Бог с ней заговорил.
Она зажгла свечу, коротенько помолилась: «Пресвятая Богородица, помилуй нас», и, обернувшись, увидела сидящего на скамейке бывшего мужа. Надя волевым усилием запретила себе любые мысли и эмоции на этот счет, даже не зная, какими они могут быть. Но подошла и села рядом.
Он попытался ей что-то сказать. «Это неприлично!» – шепотом осадила его Надя, как школьника. Он отвел обиженный взгляд, и до конца службы на нее ни разу не взглянул. «Как маленький», – подумала Надя, и в самой глубине души опять всколыхнулось какое-то чувство, какое именно она по-прежнему не хотела знать.
Они вышли из храма вместе, и любопытство взяло верх.
– Миш, а ты что тут делаешь? Извини за вопрос, просто не ожидала такого материалиста как ты увидеть в таком месте.
– Я сам себя не ожидал тут увидеть. Когда после аварии три месяца в гипсе пролежал, было время подумать. Примерно в диапазоне от «Господи, за что?» до «Господи, спасибо что живой». В больницах как в окопах, атеистов не бывает.
Ей было его жаль. Сочувствие – вот что это было за чувство, не обида, не раздражение и даже не любовь, она сразу ему посочувствовала. «Видимо, не самый я плохой человек», – про себя подумала Надя.
– Потом зашел просто с визитом вежливости пару месяцев назад, и тебя увидел с дочкой. Вот с тех пор хожу иногда на вас посмотреть. У тебя похоже просто со мной не получалось, ну, с детьми. С новым мужем все отлично, красивая девочка, на тебя похожа. Я рад за тебя, у тебя жизнь сложилась, у меня – нет, но я все равно рад.
– Мы расстались два года назад, а дочке почти четыре. – Надя рассмеялась, Миша поднял на неё удивленный взгляд. – Я не замужем, она приёмная, но ты прав – она очень на меня похожа.
Наде не хотелось ни врать, ни злорадствовать, ни казаться лучше. Ей нравилась её неидеальная жизнь, она была наполнена смыслом.
– Может быть, можно как-нибудь зайти к вам в гости?
– В гости нельзя, незнакомые взрослые в доме – стресс для ребенка. Но мы можем погулять вместе в парке.
Глава 7.
Их отношения не были стремительными. Надя боялась пережить предательство или потерять его, еще больше она боялась снова потерять себя в этих отношениях – Надя не могла себе этого позволить, она думала о дочери. Еще она часто думала, как сильно он изменился, но понимала, что изменилась и она сама. Ей было теперь что ему дать, кроме своей болезненной привязанности. Она была счастлива и без него, а с ним – еще счастливее.
Рите нравился новый друг мамы. В садике у всех были папы, и Рита часто фантазировала, что Миша и есть её папа, что он был в экспедиции на крайнем севере и кормил белых медведей, как в книжке, которую читала ей когда-то Надя, а теперь вернулся, и будет жить с ней и мамой.
Однажды на прогулке Рита поделилась своими мыслями с Надей и Мишей. Надя отвечала уклончиво, Миша ответил утвердительно, он ни в чем не сомневался. «Спаситель велел до семижды семидесяти раз прощать», – вспомнила Надя слова батюшки, и простила. У неё было только одно условие – быть честными перед Богом. После пасхи они повенчались.
Как известно, Господь творит чудеса не для тех, кто просит, а для тех, кто благодарит. Через два года у Нади с Мишей родились близнецы – мальчик и девочка. А Рита пошла в первый класс в Надину школу, в самый обычный класс с самыми обычными детьми, и ни в чем им не уступала.
Лиля с мужем и всем их выводком переехали в большой дом за городом, и Лиля тайком от мужа во дворе держала кошку, её муж, конечно же, об этом знал. А начинающая художница Маша встретила талантливого музыканта Лёшу и решила оставить искусство чтобы посвятить себя семье, к тому времени она родила двух мальчиков – погодок. И кружок рукодельниц превратился в клуб мамочек.
Часть 3. Любовь
Глава 1.
– А когда Вова придёт?
Любовь Андреевну встречала в очередной раз вопросом пациентка психоневрологического диспансера Лиза.