Старатель. Книга 2

Глава 1. Берег мёртвых кораблей

Тёмная полоса берега приближалась и я, удобно устроившись на носу лодки, шарил по ней взглядом, пытаясь предугадать, что именно ждёт меня там. Наверное, для красоты повествования, стоило бы сказать, что мы приближались к Побережью в тишине, нарушаемой лишь плеском вёсел, но это было бы враньём – Тихон, взявший на себя роль перевозчика, замечу – не бесплатно, не прекращал своего ворчания, на все лады описывая ужасных монстров, только и ждущих путника, высадившегося на берег. Ну и пусть себе ворчит – меня подобным напугать было сложно.

А пока наша лодка скользит к берегу воспользуюсь моментом чтобы описать текущую ситуацию.

Меня зовут Сэм Люциус и я, та-дам! Делаю камминг-аут, порученец Гранд Инквизитора отца Тодда, пославшего меня сюда. Сюда – это на альтернативную Терру, или Землю – тут уж кому как нравится, где произошла катастрофа, необратимо изменившая здесь всё и вся.

Да, альтернативная реальность. Вот казалось бы – ну а нам, живущим в своей реальности, что с того? Не у нас же шарахнуло? Наша-то Терра – в порядке. Крутится себе на своей орбите и в ус не дует.

Увы, но эта Терра, где я имею счастье быть, вернее – несчастье, эта планета каким-то образом пробила проход в нашу реальность, и мало того, что пробила – начала воздействовать уже на нас, меняя нашу родную реальность. А это, как вы понимаете – нам не нужно. У нас и своих проблем выше головы. Вот Тодд, что б его черти в аду жарили и не только, меня и послал сюда, чтобы я, во-первых, разобрался в ситуации и, во-вторых, закрыл образовавшийся портал, прекращая воздействие этой реальности на нашу. Ну и вишенкой на торте – как мне отсюда выбираться, он не сказал. Не, я понимаю – он и сам не знал, ну а мне что? Легче с того? Врать не буду – кое-какой план у него был, но сейчас, покрутившись на Терре-Два уже с полгода, я прекрасно понимал всю утопичность его планов. В общем, чтобы не утомлять вас предысторией, буду закругляться, перейдя к сухому остатку – я здесь, миссия – понятна, решение – нет. Всё как обычно и ничего нового.

Ну да ничего. Выкрутимся. Может быть. Ага – так обычно и бывало – мало ли я по различным реальностям пошлялся.

Тёмная полоса принялась разбиваться на отдельные сгустки, а те, ещё парой минут спустя, стали приобретать формы, весьма далёкие от природных. Ещё немного и я смог разобрать множество кораблей – выброшенных на берег, затонувших наполовину и частично, просто обломков – весь берег был просто усеян корпусами, надстройками и всем подобным, что придавало ему весьма мрачный вид.

– Что, парень? – Тихон, приметивший, как я начал крутить головой, подтянув к себе ствол, коротки хихикнул: – Ха! Это и есть Побережье! Народу здесь полегло – жуть! Говорю тебе – плохое это место! Назад надо.

– Вот я и посмотрю – насколько плохое, – закинув за спину рюкзак, провожаю взглядом очередной, лежащий на борту корабль. Военный – башня носового орудия всё ещё грозит небесам проржавевшим стволом. Огибаем его – Тихон метит на небольшой пятачок чистого песка между сгрудившимися остовами, огибаем – и моё внимание привлекает стремительный корпус яхты ААА класса. М-да… Её владельцу, весьма обеспеченному надо сказать человеку, не помогла дорогая и сверхскоростная игрушка. Вон какая дыра в борту – не иначе протаранил её кто-то. Хм… И сильно протаранил – с такой дырой яхта должна была сразу на дно пойти, а она – здесь.

И ещё – а почему все корабли именно здесь? Что-то я портовых конструкций не вижу. Странно это. Очень, хочу сказать – странно.

– Тихон? – Поворачиваюсь к паромщику: – А чего здесь кораблей так много? Я хочу сказать – именно здесь они почему собрались? Кто их сюда стащил?

– Так я же тебе говорю, – вздохнув, качает он головой: – Плохое тут место. Дурное. Проклятое.

– Это я уже слышал. А корабли?

– Демоны сволокли.

– Тихон? А серьёзно можешь сказать?

– Тьфу! – Сплёвывает он за борт – я вижу, что он злится, и это не игра: – Парень! Я тебе всю дорогу талдычу – а тебе всё как о стенку горох! Плохое это место! Монстры тут живут.

– И монстры, что? Все корабли сюда сволокли?

– Да.

Лодка начинает шуршать килем о песок, чтобы секундами спустя покачнуться, замирая в песке пляжа.

– Прибыли, – дёрнув головой, Тихон указывает на берег: – Выметайся, взад я пойду.

– Спасибо, Тихон, – Выскочив на берег наблюдаю, как он спешно отчаливает.

– Эй, парень! – Отойдя от берега метров на пять, он машет рукой, указывая куда-то вглубь Побережья:

– На холм порывайся! Поселение. Там Купол! Помогут!

Машу рукой в ответ – да, мол, понял.

Демоны, значит. С монстрами. Угу.

Сидели они себе, сидели, а после, не иначе как со скуки, все корабли сюда и сволокли.

Сволокли, попрыгали по остовам, и разбежались. Ибо – скучно.

Или – не разбежались, а попрятались. Ага – в ожидании беспечного путника. Как вариант – меня, да. Ну а я, сволочь такая, не спешил. Эххх… Бедные демоны – так и с голодухи передохнуть недолго.

Тихое шуршание мигом сбивает с меня весь шуточный настрой.

Что? И вправду – демоны?! Да нет, бред же. Нет никаких демонов, уж не мне ли, инквизитору, об этом не знать?!

Отступаю к воде, водя стволом из стороны в сторону, держа на прицеле щель между корпусами кораблей.

Шуршание усиливается, к нему добавляется негромкий скрип и вот уже от него я напрягаюсь ни на шутку – точно так же скрипят панцири трупоедов, спешащих полакомиться свежатинкой – было дело, наслушался до самого не хочу.

Что ж… Давайте, дорогие мои. Встречу!

Ещё пара секунд и на песок выскакивает… Краб.

Вернее – крабик. Мне, ждущему крупного трупоеда, именно так и показалось – крабик. Небольшой, с крупный поднос, он, выскочив боком, замирает, широко расставив передние лапы, вооружённые длинными и тонкими клешнями.

Хм… Оценив почти метровый разлёт клешней, поёживаюсь. Эээ… Нет. Не крабик. Краб, причём, с уважительно большой буквы.

Меж тем он, смешно приподняв шарики глаз над панцирем и несколько раз щёлкнув клешнями, начинает медленно двигаться в мою сторону, что мне совершенно не нравится. Ногу-то он мне не откусит, но кусок мяса вырвет легко.

– Эй… Приятель, – навожу на него ствол: – Иди как ты, откуда пришёл.

На секунду замерев, краб, словно в нерешительности, шевелит клешнями, рисуя в воздухе понятные только ему узоры, но стоит мне смолкнуть, как он сразу продолжает своё движение.

– Как хочешь, – пожав плечами жму спуск и короткая, в три патрона, очередь, разламывает его тело на части.

Произнести нечто нравоучительное, подходящее моменту, не успеваю. Стоит лишь мне опустить ствол и набрать в грудь воздуха, как проход заполняют десятки крабов, спешащих на грохот выстрелов.

Может – и не десятки, мне тогда не до точного подсчёта было. Но вот то, что вылезло их много – в этом я был совершенно уверен! Равно как и в том, что эту армию мне не перестрелять.

Отступать!

Вот только… Куда?!

Море отпадает сразу – в родной стихии эти твари сделают меня по всем параметрам.

Перескочить? Прорваться сквозь них и, что есть мочи, нестись куда-то за холмы? К поселению?

Отпадает – даже если и смогу перепрыгнуть растущий прямо на глазах вал, то, скорее всего, поскользнусь, наступив на покатый панцирь на той стороне. Да и не распрыгаешься особо, когда за спиной рюкзак с двадцатью кэ-ге одних патронов.

Нет, прорыв – отпадает.

Остаётся одно – наверх.

Отскочив назад – рванувшие вперёд крабы восприняли моё движение как верный признак победы, окидываю взглядом обломки корпусов.

Есть!

Рёбра шпангоута – вот моё спасение! Запрыгнув на нижний, едва возвышающийся над водой, хватаюсь за следующий, пропуская парочку, слишком низкую для рук. Для рук – но не для ног!

Быстро карабкаюсь наверх и только оказавшись на остатках палубы перевожу дух оглядываясь вниз.

– Что, плоские мои? Лапки коротки? – Небольшой пляж кишмя кишит крабами. Они пытаются вскарабкаться по шпангоуту, немедленно падая вниз, затевают драки, отрывая друг другу лапы, шипя, грозят мне клешнями, но всё это без толку – подняться на палубу, где сидит, свесив ноги вниз, их обидчик, им не под силу.

Да и чёрт с ними.

Поднявшись на ноги бреду к дальнему концу обломка.

Так. До каменистой земли здесь метра полтора – вполне можно спрыгнуть и, если крабы не среагируют, удрать к холмам – вот они, всего метрах в тридцати отсюда поднимают поросшие травой спины. Вопрос только в одном – успею ли я добежать до них, прежде чем мои хитиновые друзья, учуяв сотрясение земли, рванут следом.

Надо их отвлечь. А чем? Не оленину же им кидать – она мне самому пригодится.

Решение приходит само собой.

Вскинув Вепрь всаживаю очередь в копошащееся зверьё, раскалывая панцири и рождая отчаянное шипение. Ещё одна очередь пробивает тёмную полосу в светлом море хитиновых спин, выбрасывая в набегающие волны, перемазанные потрохами и кровью обломки.

– Что, твари! Не нравится! – Вепрь рвётся из рук, обрушивая дождь картечи прямо на задранные вверх клешни.

Щёлк!

Конец патронам. Меняю барабан, запихивая в рюкзак пустой и только собираюсь заново открыть огонь, как моё внимание привлекает нечто тёмное, поднимающееся из глубины.

Опускаю ствол – что ещё за напасть?!

Ждать приходится недолго. Растущее тёмное пятно быстро набирает чёткость очертаний, но прежде чем я успеваю осознать, что именно я вижу, над водой, разрывая бег волн, возносятся циклопические клешни, готовые легко раскусить меня на две половинки.

Царь-краб, или Крабий Король – иных титулов этот монстр не заслуживает, и я пячусь по палубе прочь, сжимая в руках разом ставший смешным ствол. Тут безоткатка нужна, да и не факт, что её снаряд пробьёт броню этого чудовища.

Развернувшись бегу к концу обломка – вот он мой шанс! Крабы, крохотные по сравнению со своим царём, спешат скрыться под его тушей, а я, радуясь случаю, прыгаю вниз, уже в прыжке прикидывая, как буду бежать к холмам.

Неудачно!

Из-под ног разлетаются камни, а я, потеряв равновесие, падаю на четвереньки. Хочу вскочить на ноги, но замираю – ярко-белая галька, звёздочкой сверкнувшая в солнечном луче, вдруг резко меняет траекторию и вместо того, чтобы весело скакать по вросшим в землю камням, дёргается вправо, мигом спустя врезаясь в грунт и исчезая из виду.

Не вскакиваю – осторожно, даже чуть подавшись назад, поднимаюсь на ноги.

Гравкон? Здесь?!

Присматриваюсь.

В паре шагов от меня светлеет пятачок совершенно лысой земли с багровыми пятнами и тряпьём, разбросанным вокруг. Гайка, припасённая для этого случая, влетает в землю не хуже пули, оставляя после себя дырку в грунте.

Точно. Он.

Осторожно, практически на цыпочках, обхожу проклятое место. За моей спиной слышится тревожный скрип песка, утаптываемого множеством лапок, но сейчас он мне не страшен – стоит Гравкону оказаться позади меня, как я срываюсь с места, бегом, на пределе сил, устремляясь к спасительной траве.

Есть!

Прорвался!

Взлетев на холмик грожу кулаком слитой воедино массе крабов, над которыми, словно крыша, возвышается сплющенное тело их короля:

– Что, скрипучие, съели? Щёлкайте теперь клешнями – ушёл я! А даст Творец – свидимся! Вот только готовьтесь – в следующий раз, играть по моим картам будем!

Карабкаясь по холмам, за которыми, если верить Тихону, скрывалось поселение, я ни раз и не два проклял всё вокруг. Мои слова, услышь их Тодд – та самая тварь, отправившая меня сюда, эти проклятья стоили бы мне суровой епитимьи, если не чего-то хуже, да и сама планета, будь она живым существом, так утверждали некоторые умники, непременно бы раскрыла своё лоно, спеша похоронить дерзкого нахала, кроющего её красоту последними словами.

А как иначе?

Мне, жителю равнин, привыкшему к прогулкам по ровной местности, в скобках добавлю – и желательно с твёрдым покрытием, сейчас приходилось то карабкаться вверх, цепляясь за пучки высохшей на солнце травы, то сползать вниз, молясь, а вернее проклиная Творца за столь неприятные пути. И всё это, замечу, несмотря на то, что последние полгода я только и делал, что скакал по таким же холмам и даже забирался в горы, уподобляясь тем самым козлам, о которых здесь, до Катастрофы, во всю трещала реклама. Вдогон к этой теме, я про козлов, замечу, что сколько бы я не рыскал по всем этим возвышенностям, но ни одного козла так и не нашёл, за исключением других, таких же как я, охотников.

М-да…

Вот и думай теперь – кто, на этой проклятой Терре Два – козёл.

Впрочем, не всё было так плохо.

Разок, спустившись в очередную ложбинку между этими чёртовыми холмами, я наткнулся на крупный булыжник, отливавший синевой в лучах полуденного солнца.

Вот честно – наверное с минуту я смотрел на него боясь поверить своим глазам.

Титан?! Здесь?!

В этом, верно Тихон сказал, проклятом месте?! Забегая вперёд, замечу, что титана на Побережье, было действительно много и эти находки, позже – гораздо позже, несколько примирили меня с непростой местной обстановкой, но сейчас я просто не верил своим глазам!

Титан.

Редчайший минерал… И просто лежит, грея бока на солнышке.

Кирка, выскочив из гнёзд на боку рюкзака, сама прыгает мне в руки, а уже несколько минут спустя, я любуюсь насыщенным серебренным блеском самородков, приятно отягощающих мою ладонь.

Делаю пометку в КПК – слишком дорогой ресурс, чтобы просто пройти мимо. Будет Актив – наведаюсь сюда за урожаем. Странно лишь то, что местные, а они тут точно есть, не добыли ценную руду прежде меня.

Им лень?

Или – сжимая ствол, настороженно оглядываюсь по сторонам, или здесь так опасно, что люди и за Купол выйти боятся?

Но нет – вокруг тихо, отчего я немного расслабляюсь. А прав был Тихон – странное это место – Побережье. Богатства под ногами валяются, но никто не спешит их поднять.

Да – странное место.

Поселение я увидел, когда, забравшись на вершину самого большого холма, позже мне сказали, что их тут называют «сопки», пил отвар иван-чая, подарив себе заслуженный перекур. Сначала, сделав первые два глотка, я, подняв монокуляр, приобретённый у Рафика за приличную сумму, посмотрел на берег, где виднелись провалившиеся крыши давным-давно заброшенных домов. Между остовами зданий виднелись рассохшиеся лодки и, в первом приближении, эта картина, ну никак не напоминала живой, полный обитателей, посёлок.

Всё же, что Солар-сити, что Коровка, или Купол ЧеЗед на берегу, хоть и не являлись шедеврами архитектуры, или градостроительства, но выглядели куда как ухоженнее. Особенно Солар, где Бродяга принялся наводить порядок.

Нет, качаю головой, это точно не то, что мне нужно. Делаю ещё один глоток и веду монокуляром вглубь Побережья – ведь должно же тут быть это поселение! Какой резон Тихону врать?

Ничего.

В окуляре трава сменяется деревьями, на их место приходят камни, но вот хоть что-то, принадлежащее рукам человека, совсем не спешит порадовать мой взгляд.

Веду монокуляр назад и тут раз!

Солнечный зайчик слепит глаза, заставляя зажмуриться и затрясти головой спасая глаза. Присматриваюсь.

Ага!

Теперь, зная куда смотреть, выхватываю силуэт человека, прильнувшего к винтовке с толстой трубой оптики.

Хм…

И целится он в меня. Вот зашибись просто!

Подняв руку несколько раз взмахиваю ей над головой и снайпер, чуть помедлив, повторяет мой жест, а затем, опустив ствол, машет свободной рукой подзывая меня к себе.

Фух! Не выстрелил – и на том спасибо.

Приметив ориентир направляюсь в его сторону – стоило убрать оптику, как силуэт мгновенно растворился на фоне зелени, давая мне новую пищу для раздумий.

Ещё раз – хм…

Они тут что – о перемирии не слышали? Ведь и Михалыч, и Лис, они оба, мне все уши прожужжали о своём перемирии и наступлении эры сотрудничества.

Ага. Вот только надолго ли?!

Ну да посмотрим.

Спустившись в ложбинку, а затем поднявшись по приятно пологому склону, оказываюсь на вершине очередного холма, то есть сопки, и эта вершина явно когда-то давно испытала на себе мощь строительной техники. Плоская как стол она несёт на своей спине с десяток домов, скучковавшихся по центру площадки, но не это заставляет меня напрячься. И не люди, бегущие ко мне с оружием наперевес.

Нет. Другое.

С моего места мне хорошо видно центральную площадь поселения. И там, возвышаясь над невысокой травой, торчат растопыренные лапы генератора Купола.

Мёртвые. Не живые. Обесточенные.

– Па-па-при-нёс? – Выскочивший из толпы мужик был одет в точно такую же, как и у меня хитиновую броню, отличаясь лишь шлемом. Если я носил проверенный временем стальной шлем «СШ-40», образца последней местной мировой войны, то его голову украшала конструкция, собранная из хитиновых пластин, отчасти напоминавшая побитую годами задницу.

– Па-па-при-нёс? – Мужик, сильно заикаясь, протянул ко мне руку, явно желая что-то получить:

– Да-да-давай ско-ско-ско, – он раздражённо дёргает головой, и собравшись, выпаливает: – Скорее!

– Ч-ч-что?! – Вот честно, дразнить его у меня не было ни малейшего намерения, просто неожиданно как-то всё вышло.

– И не стыдно? – Ещё один мужик, на сей раз облачённый в броню ЧеЗед, отделился от толпы и, покачав головой, шагнул ко мне:

– Чего человека дразнишь? Совесть у тебя есть?

Стоявшие за ними мужики одобрительно заворчали, давая понять, что полностью разделяют мнение своего коллеги касательно полного отсутствия совести у меня.

Вот блин! Во что я снова вляпался?!

– Чего завис? Давай сюда! – Второй шагает к мне, а я…

А я пячусь, не зная, что ответить.

– Эээ… Мужики? О чём речь-то?! – На всякий случай беру ружьё наперевес – стрелять по такой толпе бесполезно, это яснее ясного, но вот так, отгораживаясь от них стволом как барьером, я чувствую себя гораздо увереннее.

– Вот тебе что? – Продолжает наседать второй: – Над нами издеваться – удовольствие доставляет? Может ты, – он угрожающе наклоняется в мою сторону:

– Вообще извращенец? А мужики? – Обернувшись, он кивает толпе:

– Гляньте-ка! Очередной, ну этот, припёрся!

– Сдурел?! – Вот теперь он меня достал. Ну что – так сложно прямо сказать – чё надо?! Опускаю ствол вниз, а затем, скинув рюкзак на землю, и вовсе выпускаю оружие из рук, прислонив ствол к его боку.

– Слышь, ты! Праведник! За базаром следи! – Сжав кулаки, поднимаю руки, становясь в стойку для драки:

– А то шо? – мужик передаёт свой ствол соседу, тоже готовясь к драке.

– А то! – Переступаю с ноги на ногу, чуть кручу кулаками в воздухе разминая мышцы и распаляя себя перед схваткой:

– Сюда иди! Ща я тебя лечить буду. Больно, но бесплатно!

– Сто-сто-йте! – Первый, тот, что заикался, вклинивается между нами:

– Наш-наш-ли вре-мя! Бат-тареи пр-пр-прин-нёс? – Вопрос обращён ко мне, но я не понимаю о чём речь.

Хотя… Стоп!

Купола нет, генератор мёртв – так было в Соларе, в первый день моего появления здесь. Но тогда просто заменили батарейки – у Михалыча приличный запас, а здесь что? Не уследили? Так я-то тут при чём?

Блин!

Вот мне прёт прямо! Первый день там – Купол сдох, только сюда заявился – и тут тоже самое! От такого в пору прозвище-позывной менять. Ага – с Попа, на «Сэм-Гаситель-Куполов!».

– Та-та-так что?

– Да нет у меня батареек, – опускаю руки: – С чего вы взяли, что я их принести должен?! Меня только что Тихон привёз, я тут вообще! В первый раз!

– Так ты не курьер? – Второй, тоже опустив руки, набить мне морду он был не прочь, поникает головой, но тотчас вскидывает её, буравя меня взглядом. – А курьер где?

– А я почём знаю?!

– Значит ты – не курьер? Точно? Это не шутка? – В его взгляде читается надежда, но она исчезает, стоит мне покачать головой:

– Нет, я просто странник.

– Чёрт!

– М-м-мы пог-пог-гибли, – опережая стон, возникший за их спинами констатирует первый, а затем сгорбившись, отворачивается и бредёт прочь, увлекая за собой остальных.

– Погоди, – подхватив рюкзак и ствол, догоняю второго:

– Ты… Вы хоть объяснить можете? Нормально? У вас что? Купол сдох? А батареи? Запасные?

– Тебе то что? – Поморщившись, он неохотно продолжает:

– Да. Вчера упал. Мы заранее двух отправили. Двух – для гарантии, опасное это дело – за батареями ходить. Первые волны зверья мы отбили – до Актива тихо будет. Сегодня их ждали, тебя увидели – решили, что они с тобой передать решили, – ненадолго он замолкает, а затем, с явным усилием – услышать мой ответ ему страшно, продолжает:

– Ты… Ты их точно не встречал? Двое, броня – как у тебя, шлемы – наши. Ну ты у Дэна видел. Оба с автоматами. Рюкзаки – синий и зелёный. Банданы…

Он старается, припоминая мельчайшие детали, но я качаю головой, прерывая его:

– Нет.

– Жаль. Надёжные парни. Им даже бандиты нипочём. Ума не приложу – что их могло задержать!

Молча пожимаю плечами, и он продолжает, рассуждая вслух:

– Оба нейтралы, на них ни те, ни другие, напасть не должны были…

– Так сейчас – перемирие, – начинаю я и тотчас смолкаю – картина произошедшего мне ясна, насколько может быть ясно, происходящее в чужих душах. Те двое, наверняка подались на Побережье, стремясь уйти от разборок, кипевших между Конфедами и ЧеЗед. А сейчас – мир, всеобщая любовь и всё прочее, что я оставил за своей спиной, перебравшись сюда. Кто знает, может и эти двое, поддавшись всеобщему ликованию, махнули рукой на просьбу товарищей, променяв их на спокойную жизнь в Солар-сити, или Коровке? Не хочу думать о людях плохо, но такой вариант вполне вероятен.

Вполне.

И что хуже всего – именно я виновник всего этого. Чёрт! Ведь хотел как лучше!

М-да. Хотел. А вышло – как обычно.

И вроде как ничто не мешает мне пройти мимо – не моё это дело, но, с другой стороны – это основное поселение Побережья, а база мне здесь, с Куполом, ой как нужна будет. Скрывать не буду – была у меня надежда, что тут всё в норме. Хотел прийти, тихо-мирно познакомится с местными, проставиться в кабаке, ну там помочь, по мелочи, а затем, имея надёжный тыл, продолжить своё расследование. А оно вон как повернулось.

– Скажи, – спрашиваю, придержав второго за рукав, и проклиная своё невезение:

– Вам батареек сколько надо?

Весь следующий час Второй, его звали Ампером, инструктировал меня на тему как побыстрее добраться до Бункера. Моё предложение – выйти на берег и запустив ракету вызвать Тихона, он отверг сразу.

– Ракетница – это когда не срочно, – поморщился бывший электрик. Вообще-то его полное прозвище было Вольт-Ампер, он так и представился, гордо упомянув, что был сертифицированным специалистом-энергетиком, но здесь его прозвище сократили до Ампера, или, даже ещё короче – до Ампа, которое часто произносили как «Амба», на что наш герой совершенно не обижался.

– Ты, Поп, сюда слушай, – отведя меня на край поселения, Ампер махнул рукой, указывая куда-то на юго-запад:

– Сюда, на Побережье, попасть можно тремя способами, – принялся он загибать пальцы:

– Самое простое – с Тихоном. Как ты и прибыл. Безопасно, довольно быстро, но дорого. Сколько он с тебя снял?

– Пять тысяч, – пожимаю плечами: – Дорого, но что делать?

– Думать. Впрочем, – окинул он меня оценивающим взглядом: – У богатых свои причуды. Что по мне, то я лучше пропью пять косых, чем этому кровопивцу отдам. Достал он! Что до Катастрофы рыбу свою втридорога толкал, что сейчас. Ну вот скажи, – вытянув руку, он ткнул меня пальцем в грудь: – Куда ему бабло? В могилу-то не возьмёшь? А он и не пьёт, и по девкам не ходит. Эхх… Да и девок-то сейчас не найти, – ещё раз вздохнув, Ампер продолжил уже более деловым тоном:

– В общем – вариант переправы с Тихоном мы отметаем как классово-чуждый честному работяге.

При этих словах я чуть не поперхнулся – услышать подобное от простого электрика, или даже сертифицированного энергетика, я не ожидал.

– Наш вариант, – указал он куда-то на северо-запад: – Туннель.

– Туннель?! Эээ… Тот самый? Ну, где люди живут? – Даже не пытаюсь скрыть своего удивления – сколько я по Туннелям не мотался, так никто и пол-намёка не дал, что через Туннели на Побережье выйти можно! В Каньон – да, севернее Кузьмича – да, на Болото, к Солар-сити – да, да и да! А про Побережье – молчок. Вот же гады! Развели секретность на ровном месте!

Но Ампер продолжает, и я вынужден забрать свои слова назад.

– Не, то не те Туннели. Я про Туннель, а ты про Туннели. Разницу видишь?

– Не очень, – мотаю головой: – Те, о которых я, военные строили. Их вернее было б Бункером назвать.