Глава 1
– Родион Романович, ты еще не спишь? Тогда срочно приезжай в Бернгардовку – мне надо провести через защитное поле еще одного призрака.
– Никита Васильевич, имейте совесть! – взмолился Видящий маг. – Я только открыл бутылочку. Праздную свое избавление от Алены Ивановны.
– Один? – удивился я, глядя на мелькающие в лобовом стекле отсветы фонарей.
– Ну, да.
– Наверное, и селедки пожарил? Давай, бросай все и приезжай. Вместе с Аленой Ивановной и отпразднуешь.
– Хорошо, – вздохнул Родион Романович. – Выезжаю.
Мы дождались его у ворот. Невидимый Степа Лабуаль по-птичьи вертел головой, с любопытством глядя на освещенные окна большого дома.
– Наверное, здесь много людей живет? – спросил он. – Я как-то стесняюсь.
– Есть и люди, и призраки, – успокоил я его. – Освоишься, чего ты!
К моему удивлению, Родион Романович приехал без своего маготерапевта.
– Привыкаю к самостоятельной жизни, – слабо улыбнулся он.
И вежливо поздоровался с полупрозрачным Степаном:
– Доброй ночи!
– Это хорошо, что привыкаешь, – одобрительно кивнул я. – Покажи-ка мне, как ты снимаешь защитное поле. Что это за магия?
– Магия Эфира, – объяснил Родион Романович. – Ей владеют только Видящие маги. Хотя, вы же теперь тоже Видящий!
Я внимательно следил за движениями его длинных худых рук. Потом повторил их. В подушечках пальцев закололо. Я как будто разрывал ладонями невидимую, но прочную материю.
– Надо же, у вас с первого раза получилось! – удивился Родион Романович.
– Заходи, Степа! – махнул я Лабуалю.
Степан прошел в калитку, а я хлопнул Родиона Романовича по плечу:
– Теперь покажи, как вернуть защитное поле.
– А зачем? – искренне удивился Видящий маг. – Вы ведь уже всех призраков сами внутрь провели.
Илья услышал это и неприлично заржал.
– Он прав, Барон!
Я погрозил Илюхе кулаком. А потом вслед за Родионом Романовичем повторил сложные движения руками. Защитные артефакты грозно загудели.
На крыльце дома возникла Алена Ивановна. Она появилась внезапно, словно прошла сквозь стену. Наверное, так оно и было.
– Привели?
Алена Ивановна во все глаза смотрела на Степу Лабуаля.
Лабуаль ответил ей смущенной улыбкой и пригладил взъерошенные волосы.
– Иди в дом, Степа, – кивнул я ему. – Осматривайся.
Алена Ивановна подлетела ко мне.
– Никита Васильевич, – шепотом сказала она. – Что же он тощий-то такой? Как будто его вечность не кормили!
– Ученый, – улыбнулся я. – Рассеянный человек, всегда забывал вовремя поесть.
– Ученый? – округлив глаза, ахнула Алена Ивановна. – Вот это да!
И заторопилась вслед за Степой.
*****
– Да это я его убил! – твердо сказал Степан.
Алена Ивановна ойкнула и прикрыла рот ладонью, а Родион Романович с любопытством вытянул длинную шею.
И только Илья нетерпеливо дернул меня за рукав и спросил:
– Что он говорит, Барон?
– Он признался, что убил Трубецкого, – терпеливо объяснил я.
Работать переводчиком для призрака оказалось утомительным занятием.
Мы сидели в большой гостиной на первом этаже.
– Спроси его, как он понял, что Трубецкой одержим, – снова дернул меня за рукав Илья.
– Спроси сам, – предложил я. – Степа тебя слышит.
– Черт, точно!
Илья наклонился к Степе и заорал:
– Как ты узнал, что Трубецкой одержим?
Степан поморщился.
– Никита, скажи Илюхе, что можно не так громко. Уши закладывает.
Родион Романович вдруг хлопнул себя ладонью по лбу:
– Я совсем забыл! Вот, возьмите!
Он достал из кармана длинную серебряную цепочку и протянул его Илье.
– Что это? – с любопытством спросил я.
– Артефакт, – улыбнулся Родион Романович. – Он заряжен магией Эфира. Мы называем это призрачным магофоном. Он позволяет обычному одаренному слышать призрака и даже видеть его. Надо, чтобы они оба положили ладони на концы цепочки. Я предполагал, что вы захотите поговорить с призраком и прихватил артефакт.
– Спасибо, Родион Романович! – кивнул Илья и крепко зажал конец цепочки в своей медвежьей лапе.
Степан тоже положил прозрачную ладонь на цепочку.
– Другое дело! – довольно заорал Илья. – Привет, Степа!
– Илюха, не ори, – снова поморщился Степан.
Он растерянно улыбнулся Алене Ивановне и начал рассказывать.
– Когда Маша и Трубецкой приехали на дачу, я был в подвале. Перечитывал кое-какие документы.
– Зачем? – удивился Илья.
– Я и после смерти много работаю, – гордо ответил Степан. – Жаль, что не могу вести регулярные записи. Я не всегда могу пользоваться материальными предметами, только от случая к случаю. Но у меня очень хорошая память!
– Рассказывай дальше, – кивнул я.
– Я слышал, как открылась дверь. Слышал их голоса. Понял, что Маша пригласила кого-то в гости, и решил им не мешать.
Улыбка Степана стала стеснительной.
– Молодость, и все такое. Поэтому я остался в подвале и сосредоточился на работе. И вдруг услышал, как Маша закричала. Это был крик страха.
Лицо Лабуаля окаменело. Алена Ивановна затаила дыхание.
– Дальше, Степа, – мягко сказал я. – Нам нужно знать все.
– Я влетел в комнату и увидел, что Трубецкой тащит Машу к кровати. Маша отбивалась, но он был сильнее. Я попытался напугать его – завыл, и плеснул в него призрачным холодом – но он просто ничего не заметил.
– Призрачный холод? – уточнил Илья.
– Мы пользуемся им, когда хотим кого-то прогнать, – объяснила Алена Ивановна.
– Да, – кивнул Лабуаль. – Ничего не помогло. И тут я почувствовал демона. И узнал его. Это был тот самый демон, который меня убил.
Степан замолчал, глядя в стену. Алена Ивановна накрыла его ладонь своей.
– Все будет хорошо, – тихо сказала она. – Расскажите, что было дальше.
– Я схватил стул, – хрипло сказал Степа, – и изо всех сил ударил Трубецкого по голове. Он упал. Маша тоже – кажется, она потеряла сознание от страха. А я оттащил Трубецкого в подвал, и там…
– Подробности мы знаем, – кивнул я. – Можешь их не повторять.
– Я хотел убить демона, – упрямо сказал Степа. – Демона, а не человека!
И посмотрел на Алену Ивановну.
– Я понимаю, – кивнула она.
– Что это за демон? – спросил я. – Ты знаешь, что за тварь притащили тебе в лабораторию гвардейцы Трубецкого? Что за гадина вселилась в твоего лаборанта?
– Это демон Страстей, – ответил Степа.
– Демон Страстей? – удивился я. – Как это? Он вызывает страсть?
Степан покачал головой.
– Нет. Он усиливает ту страсть, которая уже сжигает человека. И человек теряет волю к сопротивлению.
– Опасный зверь, – задумчиво сказал Илья.
– Очень опасный, – кивнул Степан.
– Интересно, какую страсть он усилил в Кравцове? – ухмыльнулся я.
– Это неважно, – нахмурился Илья. – Вот, что я тебе скажу, Барон – этого демона надо остановить, как можно скорее.
– Согласен, Илюха, – кивнул я. – Вот только есть пара сложностей.
– Что за сложности?
– Во-первых, сын Степана арестован за убийство. Как мы докажем, что убил не он?
– Так Степан же признался! – непонимающе возразил Илья.
– А как мы подтвердим это суду? Будем всем раздавать серебряные цепочки?
– Да хоть так! Надо же что-то делать!
– Есть вторая сложность, – твердо сказал я. – Мы не можем доказать, что Трубецкой был под влиянием демона. Судьи решат, что это хладнокровное убийство. И осудят Степана.
– А что они ему сделают? – возразил Илья. – Он же призрак!
– Призрака тоже можно убить, – скривился я. – А как потом будут жить Николай Степанович и Маша?
– Неважно, – вмешался Степан. – Я сдамся суду и пусть меня казнят. Главное, чтобы мой сын жил!
Его глаза горели, нос заострился. Было видно, что Степан держится из последних сил.
Алена Ивановна с жалостью смотрела на него.
Я покачал головой.
– Судьи могут и не поверить тебе, Степа. Решат, что ты выгораживаешь сына. Или вовсе не примут твои показания.
– Но надо же что-то делать! – воскликнул Степан. – Никита, помоги мне!
От его страха не осталось и следа. Сейчас он был готов умереть окончательно, только бы спасти сына от казни.
Алена Ивановна взяла его за руку.
– Пойдемте, Степан, – тихо сказала она. – Илья и Никита Васильевич обязательно вам помогут. А вам сейчас надо отдохнуть. Идемте, я покажу вам сад. А потом уложу спать. У меня очень уютная комната, на чердаке, под самой крышей. Вам там будет удобно.
Степан покорно пошел за ней. На пороге комнаты призрак остановился и бросил на меня умоляющий взгляд.
– Никита, придумай что-нибудь! Ты же всегда находил выход!
Я выглянул в окно. Два привидения тихо плыли по темному саду. Они светились мягким лунным светом – даже удивительно, что их видел только я.
Черт, как же жалко Степу! В какую жуткую историю он попал!
– Барон, мы должны что-то делать! – решительно сказал Илья.
– Только ректор Кравцов может подтвердить, что Трубецкой был одержим демоном, – усмехнулся я.
– Значит, мы заставим его признаться!
Я покачал головой.
– Нет, Илюха. Кравцов давно готовил эту ловушку, и не позволит нам так просто ее разрушить.
– А что ты предлагаешь?
Я почесал переносицу.
– Теперь ректор знает, что Степан у нас. Ну, или предполагает это. Кроме того, он понимает, что Степа нам все рассказал. Теперь мы с тобой знаем, какой демон скрывается в шкуре Кравцова.
– И что? – нетерпеливо спросил Илья.
– Ректор должен сделать свой ход. Выдвинуть новые угрозы и окончательные требования. Давай подождем и посмотрим.
– Подождем? – возмутился Илья. – Будем сидеть, сложа руки?
– Не совсем. Я пока поищу возможность сделать Степана видимым.
– А такая возможность есть?
Я вспомнил призрак Митрофана Аникеевича. Предок рода Вознесенских как-то сумел мне показаться, хоть тогда во мне еще не открылись способности Видящего мага.
– Я поговорю с Лукой Ивановичем, – решил я. – Возможно, старый артефактор нам поможет. Или его загадочный внук.
– Надо действовать быстро, – кивнул Илья.
– Да, – согласился я. – Ректор не даст нам много времени. Думаю, он использует помощника прокурора. Этого Прокудина.
Я повернулся к Кире, которая все это время тихо сидела в кресле.
– Пойдем, – улыбнулся я. – Я расскажу тебе все, что сказал нам призрак Степана.
– А я слышала, – тихо ответила Кира.
– Как? – удивился я.
Кира зябко поежилась, как будто ей было холодно.
– Не знаю. Я сидела и слушала тебя. Когда я поняла, в какое трудное положение попал твой друг, мне стало его так жалко. И вдруг я услышала его голос. Сначала тихо-тихо, а потом ясно различила каждое слово. И даже увидела его.
Кира слабо улыбнулась.
– И Алену Ивановну я тоже слышала. Знаешь, Никита, кажется, я теперь могу видеть призраков.
– Погоди!
Я внимательно всмотрелся в лицо Киры и обмер. Ошибки быть не могло – у Киры явно проявился магический Дар! Он был совсем слабым, едва заметным. Но он был!
– Потрясающе! – выдохнул я.
– Что? – испугалась Кира.
– Ты стала магом, солнышко! – удивленно улыбнулся я. – Иди-ка сюда!
Кира подошла ко мне.
– Выгляни в окно.
Два призрака стояли лицом друг к другу. Наверное, они о чем-то разговаривали. А может быть, просто смотрели друг на друга.
Два серебристых сгустка тумана. Два силуэта.
Потом они медленно взлетели над садом и исчезли.
– Как красиво! – прошептала Кира.
Я увидел, что ее магический Дар дрожит, словно огонек свечи на сквозняке, и испугался, что ветер его задует. Кто его знает, этот магический ветер – что взбредет ему в голову?
– Пойдем к себе, солнышко, – сказал я. – Тебе надо отдохнуть.
Мы поднялись в свою комнату.
Я стянул рубашку прямо через голову, чтобы не возиться с пуговицами, и вдруг услышал слабый скребущий звук.
Обернулся к окну и увидел наглую кошачью морду – черную, с разорванным левым ухом. Кот посмотрел на меня немигающими глазами, поднял лапу и снова поскреб когтями по стеклу.
– А тебе чего надо? – спросил я. – Как ты вообще сюда залез?
– Он ждет меня, – сказал демон Смерти. – Ты же обещал вернуть меня в кота.
– Мог бы и раньше напомнить, – усмехнулся я.
– Я не хотел вам мешать, – объяснил демон.
– Ну, иди! Только не вздумай орать под окнами.
Я щелкнул пальцами и воплотил демона в кота.
Кот довольно мяукнул и скрылся в темноте.
– К нам еще кто-то идет, – предупредила меня Кира.
Она уже разделась и лежала под одеялом.
– Беспокойный денек, – хмыкнул я.
Кира не ошиблась. Тень в углу комнаты сгустилась и превратилась в Алену Ивановну.
– Прошу прощения, – сказала она. – Никита Васильевич, я уложила вашего друга спать.
– Как он? – поинтересовался я.
– Он очень беспокоится за сына, – сказала Алена Ивановна. – А еще… он одинок. Ему плохо, Никита Васильевич.
Алена Ивановна взглянула на Киру и радостно улыбнулась.
– У вас получилось, Кира Андреевна? Вы меня видите?
– Вижу, – смущенно кивнула Кира.
– Я знала, что у вас получится! – просияла Алена Ивановна. – Вы замечательная, и у вас должен был открыться Дар!
– Спасибо, – улыбнулась Кира и взглянула на меня.
– Я согласен с Аленой Ивановной, – подтвердил я. – Ты замечательная.
– Никита Васильевич, вы сможете помочь Степану? – спросила Алена Ивановна.
– Я сделаю все, что смогу.
– И я тоже. Я понимаю, вам надо сделать его видимым, чтобы он мог все рассказать на суде. Никита Васильевич, начните с меня!
– В каком смысле? – удивился я.
Алена Ивановна схватила меня за руку. Удивительно, но прикосновение призрака было не холодным, а горячим.
– Мне кажется, это очень сложная магия. У вас может не получиться с первого раза. Поэтому прошу вас – попробуйте сначала на мне! Нельзя допустить, чтобы со Степаном что-то случилось. Иначе его сын погибнет.
– А вы? – спросил я. – Если что-то случится с вами?
– Это неважно, – отмахнулась Алена Ивановна. – Пообещайте мне, Никита Васильевич!
Я почесал в затылке.
– Вообще-то, для рискованных экспериментов у меня есть призрачный кот. Кроме того, я всегда могу поймать еще какого-нибудь призрака. Вредного, которого не жалко. Так что не волнуйтесь, Алена Ивановна. Все будет хорошо. Идите отдыхать.
– Спасибо, Никита Васильевич!
Алена Ивановна кивнула мне. Затем улыбнулась Кире, прошла сквозь стену и исчезла.
Я только головой покачал.
– Она очень хорошая, – сказала Кира, приподнявшись на локте и глядя, как я расстегиваю штаны.
Она лукаво улыбнулась.
– Знаешь, кажется, Алена Ивановна влюбилась в твоего друга.
– Призрак? – удивился я.
– А что здесь такого? Степан… как его отчество? А то он такой солидный, мне неловко обращаться к нему по имени.
– Не помню, – нахмурился я. – Завтра спрошу.
– Спроси обязательно. Так вот, он такой солидный. Настоящий ученый. И бородка соответствует. Кстати, она ему очень идет.
– Хочешь, я отращу себе такую же? – спросил я.
– Да ну тебя! – засмеялась Кира. – Я тебя и так люблю. Иди ко мне!
– Непременно! – ответил я, забираясь под одеяло и прижимая Киру к себе.
– Погоди, Никита! Слушай, а что мне теперь делать?
– В каком смысле? Прямо сейчас? Любить меня, конечно. Страстно и самозабвенно.
– Да нет. Что мне делать с магическим Даром? Это так неожиданно. Наверное, его надо как-то развивать, да? Вот ты как это делал? Ты ведь с детства стал магом?
– С детства, – кивнул я.
– Ну? – нетерпеливо спросила Кира. – И как ты стал сильным магом?
Ее глаза горели азартом.
– Э-э-э…
Я попытался вспомнить, сколько аномалий закрыл и скольких демонов и Одержимых лишил жизни. Даже начал машинально загибать пальцы, но быстро понял, что подсчеты рискуют затянуться до утра.
– Знаешь, солнышко, – подмигнул я Кире. – Не уверен, что мой метод тебе подойдет. Но я знаю другой способ, и он куда лучше.
– Какой? – обрадовалась Кира.
– О, это очень трудный способ, – загадочно улыбнулся я. – Он под силу далеко не всем.
– Я справлюсь! – решительно заявила Кира.
И даже села в кровати.
– Мы справимся, – поправил я ее. – Но ты должна быть абсолютно уверена.
– Я уверена! – заявила Кира.
И тут же спросила:
– Ну, что это за способ? Никита, говори!
Кира безжалостно тряхнула меня за плечи.
– Слишком трудно объяснить, – улыбнулся я. – Проще показать.
Я обнял Киру, притянул ее к себе и поцеловал. Долго и неторопливо.
– Еще, – не открывая глаза, попросила девушка.
– Это лишь прелюдия, – предупредил я. – Чтобы твой Дар усилился, придется практиковаться как можно дольше. И как можно чаще.
– Я готова, – прошептала Кира, целуя меня в шею.
– Что ж…
Правой рукой я нашарил выключатель и погасил лампу.
Теперь я слышал только горячее дыхание Киры. И видел, как блестят ее глаза в лунном свете, который падал на нас из окна.
– Я люблю тебя, Никита, – прошептала Кира.
– Я тоже тебя люблю.
И тут на крыше раздался тоскливый и одинокий кошачий вой:
– Мя-а-ау!
Вопль прокатился над притихшим садом и снова повторился:
– Мя-а-а-ау!
Я нехотя оторвался от Киры.
– Убийца, демоны тебя задери! Ты не мог бы орать в каком-нибудь другом месте?!
– Извини, Ник! – виновато ответил демон. – Это все луна.
Глава 2
Проснулся я поздно.
Солнце уже давно встало, и Кира успела сбежать. Поселившись в Бернгардовке, она полюбила работать прямо с утра. Благо, теперь ей не нужно было ездить в офис – достаточно открыть магбук, и рабочее место готово.
Магбук заказали новый, потому что машинка Киры все еще пылилась у полицейских экспертов. Не знаю, что они там искали – приватные фотографии или подцензурную переписку. Скорее всего, просто забросили магбук на полку с вещдоками и забыли до суда.
Надо будет напомнить приставу Заужскому, чтобы вернул Кире ее имущество. Вот только кто бы не напомнил о том, что надо что-то напомнить приставу!
Может, демонов попросить?
Кстати, о демонах!
– Убийца! – строгим голосом позвал я. – Нам надо серьезно поговорить.
– Слушаю тебя, Ник! – немедленно отозвался демон Смерти.
В его свистящем голосе не было и намека на раскаяние.
– Что ты устроил сегодня ночью? Тебе знакомо такое понятие, как личная жизнь?
– Нет, – удивленно ответил Убийца. – А что это?
– Неважно. В общем, прекращай орать по ночам. Чего тебя корежит?
– Ник, я не виноват. Ночью кто-то ходил вокруг дома.
– В каком смысле? – нахмурился я. – Ванька с Аней гуляли, что ли?
– Нет, – ответил демон. – Вдоль защитного поля летали призраки. Я даже видел одного из них – такой широкоплечий и светящийся. Он попытался пройти, но поле его не пустило. Потом я замяукал, а он испугался и исчез.
– Вокруг дома летали призраки? – набросился я на демона. – И ты мне ничего не сказал?
– Но ты был очень занят. А их защитное поле не пропустило.
– Все равно надо проверить.
Я вскочил с кровати и торопливо натянул штаны. Спустился вниз и бегом пересек столовую.
– Никита! – окликнула меня Кира.
Она примостилась на углу стола с магбуком и какими-то бумагами. Я помахал ей на бегу:
– Привет, солнце! Срочное дело, скоро вернусь.
И выскочил во двор.
– Убийца, ты где?
– Тощий черный кот вынырнул из-за угла. Хотя, теперь он был не такой уж и тощий – кошачья морда прямо лоснилась и приобрела нахально-уверенное выражение.
– Ты где это подъедаешься? – удивился я.
– Где придется, – не смутился демон. – То воробья поймаю, то колбасу на кухне стащу.
– Ты же призрак, – напомнил я. – Зачем тебе еда?
– А я уже не совсем призрак, – признался Убийца. – Во всяком случае, голод чувствую еще как.
– Удивительно, – хмыкнул я. – Но с этим разберемся потом. Показывай, где ты видел ночных гостей?
– Вот здесь.
Убийца подвел меня к забору, который выходил на улочку с задней стороны дома. Здесь была крепко запертая небольшая калитка.
– Ясно.
Я покрутил головой по сторонам и даже выглянул через забор, но ничего подозрительного не обнаружил. Артефакты грозно гудели, и защитное поле работало – я ощутил знакомое покалывание, похожее на щекотку.
– Значит, со стороны ворот они не сунулись, решили зайти с тыла. Но и здесь не пробрались.
– Не пробрались, Ник, – заверил меня демон, тыкаясь наглой кошачьей мордой мне в ладонь. – Я их всю ночь отпугивал.
– Да, я слышал. Интересно, не ректор ли послал их по наши души?
– Так надо у него спросить, – предложил демон.
– Обязательно спросим, – заверил я.
– Ник, а можно мне молока? – спросил Убийца. – Пить хочется.
– Конечно, можно, – усмехнулся я. – Идем!
*****
Я зашел на кухню, чтобы налить себе кофе, а коту – молока. И столкнулся с Ильей. Он торопливо допивал кофе, одной рукой застегивая рубашку.
– Спешишь на службу? – усмехнулся я.
– Приходится, – прорычал Илья. – Вчерашние студенты устроили переполох.
– Что случилось?
– Ты еще спрашиваешь! Надо было их вчера прямо там закопать. А сегодня они вместе с родителями подали жалобы на самоуправство Службы ликторов. До Императорской канцелярии дошли!
– Я надеюсь, там их развернули? Или его величество решил прислушаться к жалобным воплям подданных?
– Развернули, конечно. Отписали, что действия сотрудников Службы регламентируются внутренним уставом. А устав определяю я.
– Удобно, – рассмеялся я. – Так чем ты недоволен?
– Теперь они угрожают пойти в суд. Якобы, нарушены права аристократов.
– В суд – это хорошо, – задумчиво сказал я.
Мне в голову пришла интересная мысль.
– Да чего хорошего, Барон? – вскипел Илья. – Нам тут с призраками не разобраться, а я буду судиться с какими-то сопляками!
– Знаешь, что? Вызови их в свидетелями по делу Лабуаля. Мы ведь знаем, что ректор оказывал на них ментальное воздействие.
– Да они не смогут ничего доказать!
– Это неважно. Главное, вызови их в суд. В качестве свидетелей защиты.
– Этим занимаюсь не я, а адвокат, – напомнил мне Илья.
– Правда? – удивился я. – Как все запутано. То ли дело с демонами – чик-вжик, и все довольны! Ладно, тогда иди, ты мне не нужен. Договорюсь с Кирой.
– Вот спасибо! – возмутился Илья.
– На здоровье!
Я мило улыбнулся старому другу, налил себе кофе и отправился к Кире.
Кира с открытым ртом смотрела имперские новости.
– Никита! – воскликнула она. – Назначили дату суда над профессором!
– Рано или поздно это должно было случиться, – кивнул я. – Что-то не так?
– Все не так! Суд назначен на ближайший понедельник! У нас меньше недели!
– Ничего себе, – удивился я. – А куда обвинение так спешит?
– Это Прокудин, – мрачно заявила Кира и стиснула кулачки. – Наверняка он постарался, гад.
Я почесал пальцем бровь и сделал глоток кофе.
– Возможно. Но я предполагаю, что он сделал это с подачи ректора. Хорошо!
– Что хорошо? – не поняла Кира.
– Хорошо, что вся банда держится вместе, – улыбнулся я. – У нас будет возможность прижать их одновременно и не возиться с каждым.
– Думаешь, у нас это получится? – засомневалась Кира.
– Непременно, – улыбнулся я.
– Но я даже не представляю, как защитить Николая Степановича! И Степана… кстати, ты узнал его отчество?
Я покачал головой.
– Еще нет.
И тут в столовую вернулся Илья. Он буквально кипел от ярости.
– Представляешь, Барон! Двое из четырех студентов не могут приехать на допрос с утра. Их, видите ли, нельзя допрашивать без адвокатов. А их адвокаты до обеда катаются на лошадях!
– Ну, не на верблюдах же, – улыбнулся я. – Чего ты горячишься, Илюха?
– Да задолбало все, – вздохнул Илья.
– Очень хорошо тебя понимаю, – кивнул я. – Вот поэтому и отказался от вашего с императором заманчивого предложения. Сейчас бы тоже так орал, как ты. Оно мне надо?
– Демоны, может, ты и прав. Но кто-то ведь должен делать эту работу?
– Подбери себе толковых заместителей, – предложил я.
– Уже есть, пятеро. Не справляются!
– Значит, не очень толковые.
И тут в моем кармане мелодично зазвонил магофон. Я взглянул на экран и жестом показал Илье, чтобы он замолчал.
– Это Кравцов.
– Ректор?
Илья мгновенно насторожился, а Кира выключила звук маговизора.
Я подождал пару секунд и ответил на звонок.
– Слушаю вас, Сергей Васильевич!
– Доброе утро, господин барон! Скажите, вам удалось поймать призрак Лабуаля?
– Да. Вы ведь в этом не сомневались?
– К сожалению, – вздохнул ректор. – Значит, вам уже все известно?
– Конечно.
– И что вы собираетесь делать?
– Прямо сейчас? – улыбнулся я. – Собираюсь допить кофе и налить себе еще чашечку.
– Да, я понимаю ваш сарказм, – ответил Кравцов. – Никита Васильевич, мне нужно с вами поговорить.
– Серьезно, или как в прошлый раз?
– Серьезно. У меня есть к вам предложение.
– Хорошо, – согласился я. – Где и во сколько?
– А давайте на прежнем месте? В спортзале академии. Через час вам будет удобно?
– Вполне.
– Тогда я вас жду. Только приезжайте, пожалуйста, без вашего друга. Он слишком импульсивный. Мы ведь собираемся поговорить, а не драться.
– Ну, это как пойдет.
Я повесил трубку. Подмигнул Кире и посмотрел на Илью:
– Ну, вот ректор и сделал свой ход. Он хочет со мной встретиться.
– Я поеду с тобой, – быстро сказал Илья.
И Кира согласно кивнула.
– Нет, ребята, – улыбнулся я. – Все будет традиционно. Герой и злодей встретятся один на один. Ректор тебя опасается, Илюха.
– И правильно делает, – помрачнел Илья. – Барон, мне все это не нравится. Вдруг он заманивает тебя в засаду?
– Зачем? – удивился я. – Чтобы погибнуть раньше времени?
– А вдруг он надеется победить?
– Нет, Илюха. Если бы он был таким дураком, то не смог бы подстроить ловушку для Степана. Ты помнишь, что вчера вечером сказал Степа про его демона?
– Что это был демон Страстей.
– Вот именно, – кивнул я. – А какая страсть у ректора Кравцова?
– Ну, ты даешь! Откуда я знаю?
– Во всяком случае, не склонность к простым решениям, правда? – улыбнулся я. – Так что, все будет в порядке. Мы поговорим и разойдемся.
– Да на кой черт ему нужна встреча? – недоуменно спросил Илья. – Он же понимает, что мы все понимаем. Что еще ему надо?
– Думаю, у Кравцова есть какой-то козырь. И он решил выложить его на стол.
– Ладно. Вы встречаетесь в академии? Тебя подбросить?
Видно, Илья все же надеялся пойти со мной.
Я покачал головой.
– Не надо. Поезжай на свою службу. Допроси этих студентов и передай каждому официальный вызов на суд над профессором Лабуалем. Кира их тебе напечатает.
– Сядем мы в лужу с этим судом, – недовольно пробормотал Илья. – Служба ликторов не может прижать к ногтю демона! Позор на всю Империю!
– Возможно, на что-то такое Кравцов и рассчитывает, – улыбнулся я.
*****
Я остановил извозчика на углу парка Магической академии.
– Прогуляться решили, ваше благородие? – одобрительно сказал извозчик. – И правильно. В академии такие барышни – ух! Вот, помню, подвозил я одну, вечером. А ей парень ее позвонил. Так она как начала его матом крыть! Я даже покраснел, хотите – верьте, хотите – нет! Благородная, а такими словами его ругала, что даже я кое-что запомнил. Хотите, расскажу?
– В другой раз, – улыбнулся я и захлопнул дверцу машины.
Парк был пуст. Он вымер как аномалия, в которой только что побывали ликторы.
На песчаных дорожках не было ни единого человека. Даже птицы молчали, а в кронах деревьев не мелькали любопытные белки.
Улыбнувшись себе под нос, я неторопливо пошел по тропинке к зданию академии.
– Что, Сергей Васильевич, решил устроить мне впечатляющую встречу? Ну, давай, поглядим – насколько хватит твоего воображения.
Воображения у ректора хватало с избытком.
Сначала я почувствовал чей-то внимательный взгляд. Затем вдалеке зашуршал листьями ветер. Неясная тень промелькнула между стволами лип.
И, наконец, моего лица коснулся могильный холод. При том, что с неба ласково светило осеннее солнце.
– Затейник, – одобрительно ухмыльнулся я.
Вот еще шорох. И еще одна мелькнувшая тень. Теперь на меня смотрели сразу с нескольких сторон. Особенно неприятный взгляд неотрывно сверлил затылок.
А между деревьями показались островерхие башенки академии. В абсолютно пустом парке она напоминала древний зловещий замок.
– Обитель злобного колдуна, – громко сказал я.
– У-у-у, – заунывно провыл ветер.
Я резко остановился.
– Вот что, друзья. Возможно, вы не знаете, но у меня при себе магия Смерти. И если я сейчас шарахну ей по парку, то от вас не останется даже смутных воспоминаний. Людей здесь нет, так что кроме вас магия никому не повредит. Деревья, конечно, жалко. Но я потом лично найму лесников, чтобы посадить новые. А вот вас никакие лесники уже не вернут. Улавливаете? Тогда пошли нахер отсюда!
Ветер снова взвыл и затих. Ледяной холод растаял, а ощущение незримого присутствия мгновенно исчезло.
– Молодцы, – кивнул я и пошел дальше.
На пустых ступеньках академии меня встретил шофер Кравцова.
– Господин ректор ждет вас, – сказал он, умудрившись при этом не пошевелить губами.
– Веди, – улыбнулся я.
Поднимаясь по лестнице вслед за шофером, я негромко сказал:
– Хочу дать тебе один совет.
Шофер не ответил, но я заметил, как напряглась его мощная шея.
– Твоему хозяину очень скоро придется плохо. Не дожидайся этого момента, уволься от него пораньше.
Шофер остановился и почти повернулся ко мне. Но справился с собой и повел меня дальше.
Он даже распахнул передо мной дверь спортивного зала и едва заметно кивнул.
– Входите!
Ну, я и вошел.
Ректор устроил мне поистине королевский прием. Он сидел в кресле точно в центре зала. А за его спиной застыли восемь едва заметных призраков. Они не шевелились, только едва заметно переливались в солнечных лучах, которые падали из широкого окна.
Не хватало только табуреточки возле подножия трона. Очевидно, по замыслу ректора мне полагалось стоять.
Я внимательно оглядел призраков и довольно кивнул:
– Личная охрана? Впечатляет. Они устроили неплохое представление в парке.
Я решил не рассказывать ректору о том, как напугал его призраков. Судя по унылым лицам, ребята служили ему не добровольно. Так зачем сдавать возможных союзников?
Один из призраков отличался мощными широкими плечами. Я подошел к нему.
– Это ты Здоровяк? Твой друг просил передать тебе привет. Сказал, что очень скучает.
Призрак беспокойно шевельнулся, а ректор недовольно нахмурился. Наверное, я вел себя не совсем так, как он себе представлял.
– Доброе утро, Никита Васильевич, – нетерпеливо сказал он.
Я пожал плечами.
– Для кого как. О чем вы хотели поговорить?
– Да, вы правы, – кивнул ректор. – Не будем тратить время. Думаю, вы уже поняли, что всю историю с Трубецким я затеял для того, чтобы добраться до Степана Лабуаля.
Он ждал моего подтверждения, но я молча смотрел на него.
– Беспроигрышная комбинация, – скривился ректор. – Я знаю, что Степан очень привязан к сыну. А теперь либо Николая Степановича казнят за убийство Трубецкого, либо Степан сознается, что убил он. Об этом узнает вся Империя, и власти обязательно найдут способ убить призрака. Но даже если Степан струсит, то он станет намного слабее. Одна из его привязок исчезнет со смертью сына.
Я дружелюбно улыбнулся ректору.
– А ты не боишься, что я тебя просто убью? Прямо сейчас.
Ректор откинулся назад, стиснув худыми пальцами подлокотники кресла.
– И как это вам поможет? Одного из Лабуалей все равно казнят. Вы не сможете доказать, что Трубецкой напал на Машу под моим влиянием. Для всех это будет жестокое убийство. Кроме того, есть вероятность, что после смерти я тоже стану призраком. Одержимым призраком. Очень сильным и, поверьте, очень злым. Тогда у меня не останется ничего, кроме желания отомстить!