Игра Хаоса. Право на жизнь. Книга третья
- -
- 100%
- +
Анир с завистью посмотрела на Меджеха, беззаботно потягивающего вино. Вот кого грядущая схватка, казалась, совсем не тревожила!
И снова опытный боец угадал ее мысли раньше, чем она произнесла их вслух:
– Я тоже волнуюсь, Сай. Сколько бы боев ты ни прошел, каждый новый – это всегда риск. Враг может оказаться сильнее, его карты лучше, площадка для арены не слишком удобна… Существуют сотни мелочей, способных все изменить, а опыт лишь позволяет избежать глупых ошибок. Но даже в самом безнадежном бою всегда есть шанс на победу, если ты готов пойти до конца.
Чуть помолчав, Меджех продолжил:
– Когда мы с Рэном были в «Клинках Арендейла»…
* * *После очередного смещения найти рынок рабов оказалось непросто. Я долго петлял среди улочек и закоулков торговых кварталов Двойной Спирали, пока искал нужное мне место. Оно оказалось рядом с площадью Туманных Звездочетов.
Почему звездочетов в названии площади было много – непонятно. Сколько себя помню, на этой площади всегда обитал единственный астролог. И чтобы добраться до нужной мне цели, пришлось отбиваться от этого полубезумного старичка с всклоченной бородой, в островерхом колпаке и засаленном халате. Мне в который уже раз настойчиво пытались продать очередное правдивое пророчество. Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы выбросить из головы мысли и сомнения по поводу: «Бойся ржавых ножей, летящих из пустоты, не верь радужным снам, зовущим за собой…» и что-то там еще столь же малопонятное и пафосное.
Предсказания Звездочета сбывались всегда, но… слишком много в них туманного и неясного. Смысл предсказания становился кристально ясен только после того, как все уже произошло и ничего изменить нельзя. Так было всегда, и неважно, купил ли ты предсказание или просто запомнил бред, что нес тебе вслед астролог. Я лично не видел никакого смысла платить сотню дайнов за бумажку с пророчествами, что старик хотел мне всучить. Уж лучше я эти дайны потрачу на пару зелий лечения – это скорее поможет выжить, чем мудрое предостережение, которое я не смогу вовремя понять.
Моя цель – Гильдия Работорговцев – появилась в Игре сравнительно недавно. Когда-то в Двойной Спирали существовало множество кланов и домов, занимавшихся охотой на живой разумный товар. Во время больших и малых рейдов на различные миры, пока другие Игроки истребляли население во имя черного пламени Хаоса, эти ребята сокрушенно качали головами, видя потерю возможной прибыли, и удваивали усилия по отлову будущих рабов.
После продолжительного периода войн и конфликтов между кланами и домами, занимавшимися подобной охотой, какой-то умник сумел убедить их, что эти войны мешают работе, и объединившись, они все останутся в выигрыше. С тех пор прошло больше полутора тысяч лет, и Гильдия Работорговцев стала одним из самых богатых и могущественных домов среди всех объединений Игроков. Только они занимаются организованным захватом и продажей рабов в Двойной Спирали, а те глупцы, кто рискнул оспорить их монополию, уже давно мертвы, и ветер гуляет среди их костей.
Город Игроков, словно вечно голодный монстр, постоянно требует крови и плоти. Песок Арены жадно поглощает жизни сражающихся на нем гладиаторов, хозяевам борделей и кварталам Черных Фонарей постоянно требуется обновлять испорченный товар, дабы исполнять любые желания своих посетителей. Жертвенные алтари Аллеи Богов, кулинарные меню закрытых заведений – всем им ежедневно нужны новые рабы. Некоторые Игроки, не желая рисковать собой, сидят в Двойной Спирали все время между Турнирами. Почему бы и нет, если тебе есть чем заплатить, а жажду эмбиента ты готов глушить, убивая рабов? Впрочем, рабов можно использовать множеством различных способов, необязательно убивать, были бы эти самые рабы. И их неиссякаемый поток обеспечивает Гильдия, перед Торговым домом которой я стоял.
Длинное белое здание, словно торговый центр какой-нибудь высокоразвитой цивилизации: высокие окна, мраморные полы, начищенные до блеска, приятная прохлада, искусственное освещение и длинные торговые полки, полностью заставленные небольшими прозрачными кубиками. Никаких тебе загонов, посвиста кнутов и звона кандалов, жалоб, стонов и всевластных надсмотрщиков, все просто и даже красиво. Здесь делают дайны и лишние истязания ни к чему, это портит качество товара. Да и затрат на содержание почти нет.
Двери передо мной услужливо распахнулись, пропуская внутрь. Не успел я сделать и пары шагов по мраморному полу, как ко мне подбежала, стуча каблучками, девушка в ярко-красном пиджачке и короткой юбке. Склонившись в поклоне, она быстро прощебетала отрепетированную за сотни повторений речь:
– Господин, мы рады приветствовать вас в нашем Доме. Могу ли я вам чем-нибудь помочь?
– Я хочу забрать свой заказ.
– Позвольте, господин, я провожу вас.
Девушка снова поклонилась и, не смея поднять глаза, быстро засеменила передо мной, указывая дорогу. Мы прошли вдоль длинных стеллажей, уставленных маленькими прозрачными кубиками, внутри которых застыли фигурки людей, инсектоидов, гордых аспараи, коварных ящеров и других представителей сотен видов разумных. Здесь можно было увидеть всех, в чьи миры пришла Игра Хаоса, и кто оказался неспособен ей противостоять.
На миг я задержался возле одного из стеллажей, где рядом стояли кубы с представителями двух очень разных, как им казалось, видов существ. Оба человекоподобные, только у одного черная, а у второго желтая кожа. Если я правильно помню, у них радикально отличались религиозные взгляды, что и послужило отличным поводом для войн и взаимной ненависти на протяжении тысячелетий. И даже пришедшая в их мир Игра для этих ребят ничего не изменила.
Первыми под удар попали существа с черной кожей, оказавшиеся весьма неплохими бойцами. Но увы, их технологии были слишком примитивны, а личное мужество и умение сражаться оказались бессильны перед массированными ударами заклятий и призванными существами Владык. Понадобилось всего несколько боев, чтобы уничтожить пытавшихся противостоять Игрокам солдат.
Их желтокожие противники все это время отсиживались за огромной стеной и даже под шумок успели разграбить парочку чужих провинций, пока соседи пытались отразить атаку Игроков. Но потом очередь дошла и до них. Этим хитрозадым товарищам уже ничего не помогло: ни колоссальная стена, ни весьма хорошие военные технологии и неплохие маги. Все это оказалось плохим подспорьем для слишком трусливых солдат, ценивших свои жизни гораздо больше, чем честь и свою страну. Они бежали, бросая на полях сражений оружие, надеясь выгадать у смерти лишние дни жизни, а хаоситы выжигали города вместе с их женщинами и детьми.
А ведь если бы эти народы объединились, все могло бы быть иначе. Имей эти чернокожие ребята нормальное оружие, они бы точно не побежали после «Огненного шторма» или «Землетрясения», а поддержи их маги желтых, не уверен, что даже Владыки рискнули бы атаковать их мир. Но все сложилось так, как сложилось, и теперь они стоят рядом, застывшими в кубиках памятниками собственной глупости. Это наверняка развлекло нашего Господина: работорговцы даже обозначили их одним коротким словом «ЛЮДИ», не заметив разницы ни в цвете кожи, ни в вероисповедании.
Я шел, а полки все тянулись и тянулись, прозрачные кубики стояли плотными рядами: тысячи, десятки тысяч смертных ждали своего часа. У каждого из них, наверное, были свои мечты, планы, желания, страхи или надежды, а теперь это просто товар, заботливо расставленный по полкам и снабженный надписями: самцы, самки, краткое описание вида и мира, из которого их принесли сюда. В таком состоянии они могут храниться веками без еды и воды, погруженные в подобие сна, пока чья-то рука не снимет их с полки, как это сделала сейчас одна из Дев Боли, небрежно смахнув десяток кубов в тележку на колесах, что она катила перед собой. Рабы весьма ходовой товар перед Турниром, и я, кажется, знаю, где скоро очнутся пленники.
Секрет упаковки, позволяющей уменьшать смертных, помещая их в эти прозрачные кубы, столь удобные для переноски, был одной из главных тайн Гильдии Работорговцев. В свое время я даже думал обратиться к ним за помощью для ю-мари. Но отказался от этой идеи: вероятнее всего вместо того, чтобы выбраться со Свалки в новый мир, ю-мари оказались бы на полках этого торгового центра. А такой судьбы я им не хотел.
Мне не нравится приходить сюда: тяжело смотреть. А в какой-то момент вообще начало казаться, что все эти пленники, застывшие как мотыльки в янтаре, смотрят на меня и просят их спасти. Голоса, мысли, желания – благодаря эмпатии я ощущал их ментальные тени в сознании. Отгоняя все это, я тряхнул головой и ускорил шаг.
Я не в силах помочь им всем – этот урок я усвоил слишком давно и хорошо, также, как и то, что нельзя показывать жалость. Любое проявление человечности в Двойной Спирали – это угроза собственной жизни: здесь слишком много внимательных глаз, замечающих все. Пока я мало значу, но если смогу прожить достаточно долго и каким-то чудом стать Полководцем, вот тогда, уверен, увиденное будет использовано против меня. Поэтому все, что я могу сделать, это ускорить шаг и мысленно ответить смотрящим на меня глазам: «У всех вас был свой шанс, а теперь вам приходится платить за слабость мира, в котором вы родились, за трусость мужчин, неспособных вас защитить, за лень ума, оказавшегося неспособным создать оружие, или за отсутствие веры, оттолкнувшее богов. За все это теперь платите вы, и виновные, и нет».
Мы, наконец, подошли к деревянной стойке, за которой сидел очередной слуга с медальоном управляющего. Взглянув на меня, он взмахом руки отослал девчонку и почтительно поприветствовал.
– Чем могу помочь, господин?
– Я пришел забрать заказ, – с этими словами я протянул свой экземпляр контракта.
Управляющий быстро пробежал его глазами и, сверившись со своими записями, подтвердил:
– Все верно, вы удивительно оперативны. Сейчас заказ доставят со склада.
Чтобы заполнить паузу в ожидании товара, управляющий решил развлечь меня беседой:
– Вы поступили весьма благоразумно, заранее оплатив заказ. Сейчас таких цен уже не найти. Турнир, сами понимаете, рабы весьма востребованный товар. А новых поступлений давно не было.
Управляющий даже грустно вздохнул.
А я мимолетно подумал: «Как же надо очерстветь душой, чтобы сожалеть из-за того, что давно не удавалось разграбить новых миров?»
– А вот и ваш заказ, – управляющий обратил мое внимание на две небольшие коробки, появившиеся прямо на стойке чуть в стороне от нас.
В них были плотно упакованы прозрачные кубики с моими рабами. Все верно: две коробки по пятьдесят штук в каждой. Сто рабов – сто жизней – я пообещал Слепцу за его помощь. Многие утверждают, что боги глухи к молитвам, но я надеюсь, что это не так. То, что я выжил в Черных Песках и в Круге Двигающихся Камней, действительно большая удача, и теперь пришло время заплатить свой долг ее Хозяину.
Свой заказ я оплатил заранее, дайнами, что получил от нага: сто дайнов за голову – такова цена жизни смертного в Двойной Спирали. Я с любопытством взял пару кубиков из коробки. Мне захотелось посмотреть на тех, кто сейчас выиграл в лотерею Слепца свою жизнь. Я не ожидал увидеть там что-то особенное: сто дайнов – это все-таки не слишком много. Молодые и здоровые рабы, особенно женщины и дети, как правило, стоят гораздо дороже. Все, на что я мог рассчитывать, это лишь старики и больные, которым и так не слишком много времени осталось.
Поэтому, когда вместо стариков или старух я увидел детскую фигурку и молодую женщину с ярко выраженным животиком, я был потрясен. Все, на что меня хватило, это молча смотреть на управляющего и пытаться понять, как такое может быть.
А тот, быстро осмотревшись по сторонам, внезапно положил мне руку на плечо и впился взглядом в мои глаза. На миг Вселенная замерла, и прежде, чем я что-то успел сказать или как-то отреагировать на произошедшее, окружающий мир потерял смысл. Соприкосновение разумов было внезапным, как бросок змеи, чужая воля смяла моё сопротивление, словно лист тонкой бумаги. Чужой разум хозяйничал в моей голове, новые образы и знания словно бы перетекали в меня, и возникло ощущение, что еще немного и мой мозг взорвется от переизбытка информации. Произошедшее было настолько ошеломляющим и невероятным, что, когда все резко прекратилось, я просто замер, оглушенно хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.
Молча и безучастно я стоял и наблюдал, как в МОЮ ОТКРЫТУЮ сумку управляющий быстро и сноровисто сгрузил коробки с кубиками, подозвал уже знакомую мне девушку, и, повинуясь его жесту, МЫ ВМЕСТЕ отправились на выход. Девушка вела меня за собой и по пути что-то щебетала, типа «как мы рады каждому покупателю, приходите еще», но все проходило мимо сознания, не задевая его.
В себя я пришел, стоило только ступить на мостовую площади Звездочетов. Желания сопротивляться, кричать или возмущаться уже не было. У меня перед глазами стоял образ седого управляющего с прижатым к губам пальцем, и я ЗНАЛ, что мои две коробки полностью укомплектованы кубами с детьми из разных миров и несколькими будущими мамашами. Мне необходимо разобраться в том, что произошло. Я не понимал, что происходит, и это тревожило. Срочно требовалось спокойное место, чтобы все обдумать и разобраться в тех образах и знаниях, что передал мне Наэм – слуга и бессменный управляющий Торгового дома Работорговцев. Поэтому я целеустремленно направился искать едальню, чтобы, устроившись за столом, поесть и все тщательно обдумать.
Глава 5. Прибытие
Оранжевый сектор, звездная система Айлонд, планета Тану-шикан.
Алые отблески на горизонте становились все ярче, предвещая появление на небосклоне третьего светила. Два полыхающих огненных шара уже сверкали на небе, и под их лучами черный базальт валунов, усеявших долину, ощутимо нагрелся. Кое-где слышался сухой треск камней и нагретого песка, покрывавшего все вокруг. Земля долины была бесплодна и пустынна, ничто живое не смогло бы выжить в этом раскаленном пекле.
Даже когда на небе восходят Метида и Фемисто, пустыня под их палящими лучами превращается в раскаленную печь. С восходом же Лоситеи начнут плавиться даже камни, и спасение можно будет найти лишь внизу, в благословенной прохладе пещер, дающих жизнь и пропитание.
Тенсир на несколько мгновений замер на границе света и тени, окинул взглядом долину и вернулся в прохладный сумрак небольшой пещеры, укрытой нависающей скалой.
– Пусто. Никого нет, и вряд ли кто-то появится, – решил он озвучить увиденное в тайной надежде, что Долгар, старший в их дозорном отряде, примет решение возвращаться назад.
Вожак явно слышал его слова, но не счел нужным как-то отреагировать. Он все так же продолжал сидеть на циновке, погруженный в себя, а вокруг него вились светящимися сполохами трое шурхов, время от времени то вспыхивая, то почти угасая.
Тенсир постоял еще пару мгновений, но так и не дождавшись ответа, раздраженно отошел к своей циновке, расстеленной чуть в стороне. Усевшись, он скрестил руки и ноги в позе ожидания и призвал своего шурха.
Сверкающий шар первозданного пламени тут же метнулся к хозяину от открытой площадки, едва слышно гудя и сверкая от переполнявшей энергии. Прислушавшись к питомцу, воин уловил отголоски его простых мыслей и желаний. Шурх был сыт и счастлив. Не получив заданий от хозяина, он принялся летать вокруг него, время от времени разбрасывая едва заметные искры. А Тенсир невольно позавидовал, как мало некоторым нужно для счастья – побольше солнца и тепла, которые можно впитать, открытое место, где можно играть, и близость хозяина.
А вот Тенсиру как раз радости в душе и не хватало, и причина этого сидела в пяти шагах от него и полировала череп прадеда в навершии своего посоха. Это она делала всегда, когда ей нечем было себя занять. Тулара – боевой шаман и Голос Предков – третий боец их небольшого отряда и единственная женщина, которую он желал бы назвать своей. Она одним своим присутствием лишала покоя его душу.
Вот и сейчас, вместо медитации, он украдкой из-под смеженных век любовался ею. Стройное поджарое тело покрыто татуировками и знаками силы, а защитная мазь временами переливается загадочными бликами, подчеркивая контуры и дразня воображение. Ее длинные ноги плотно обнимают сапожки до середины икры, сильные и изящные руки привычно полируют пожелтевшую кость черепа, позвякивая браслетами. Короткая юбка, сделанная из кожи и мелких костей, не оставляет простора воображению. Небольшая тканая повязка, украшенная бисером, поддерживает грудь, и он видел, как та едва вздымается в такт дыханию.
Воин мог бы любоваться девушкой вечность, и попасть с нею в один дозор было для него самой большой удачей. Ведь вдали от поселения и строгих взглядов старейшин, особенно из Дома Матерей, многое могло произойти: им предстояло пробыть вместе в дозоре целых двадцать дней, и кто знает, может он и сумеет сблизиться с неуступчивой хозяйкой духов. Если не помешает Долгар – опытный и уважаемый воин. Тенсир невольно бросил ревнивый взгляд на погруженного в транс мужчину.
Тело вожака их маленького отряда почти полностью покрывали татуировки, лучше всяких слов рассказывающие историю его жизни. Два черных переплетения, похожие на цепь, разбитые белым отблеском молнии, говорили о том, что воин дважды спускался в темные миры и сумел оттуда вернуться. Оскаленный рогатый череп на плече был памятью о его победе над двенадцатируким демоном Шутт Тан Далорхом. Черные огни, усыпавшие грудь и живот, отмечали смерть каждого достойного врага, чьи головы сейчас украшают Дом Мужей.
Тенсир смотрел на главу отряда и понимал, что шансов у него нет. Голубой сак-дак, собственноручно выточенный из позвоночника убитого воином гаара, долгие странствия, великие победы – боги всем наделили Долгара. Всем, кроме самого важного. В его ожерелье, висящем на шее, было всего два камня, а центральное гнездо все еще осталось пустым. Мужчина так и не сумел стать отцом, подарив жизнь. Колыбель в их доме с Турией так и осталась пуста, несмотря на прожитые вместе годы. И как ни любил свою жену Долгар, но слухи в Доме Мужей ходили, что он все чаще задумывается о том, чтобы привести туда младшую жену и с ней попытаться стать отцом. И эти слухи и мысли сейчас терзали Тенсира не хуже огненных укусов шурха во время испытания.
Он продолжал мучить себя мыслями, размышляя о своих шансах на победу над Долгаром, в случае если юноша попытается оспорить его выбор жены, когда вожак внезапно вышел из транса, открыв глаза. И тихо прошептал:
– Чужак.
Тенсир вначале даже не поверил такой удаче. Чужаки уже долгие годы не появлялись в их мире, и многие были уверены, что уже и не появятся. Пары отчаянных сражений хватило пришлым, чтобы понять – здесь они легкой добычи не получат. И мир Тану-шикан уже довольно давно оставили в покое. Так что это огромное везенье, что враг появился именно сейчас. Что может быть лучше, чем схватка и победа на глазах понравившейся девушки? А положенная к ее ногам голова убитого врага будет лучшим свадебным подаркам. Он уже успел представить, как протягивает ей окровавленную руку, в которую она покорно вкладывает ладонь, лучше всяких слов отвечая на его незаданный вопрос.
В голове еще крутились радостные мысли, а кровь уже бежала по жилам быстрее, разогревая тело перед предстоящей схваткой. Долгар был на ногах и пружинистым шагом направлялся к выходу из пещеры.
Вокруг его тела завихрился Плащ Теней, укрывающий от чужих взглядов и защищающий от палящих лучей солнца. Тулара тоже готовилась к бою: взор затуманен, а воздух вокруг нее сгустился, и в нем мелькали личины призванных духов, повторяя контуры тела девушки, возник огненный щит, готовый уберечь хозяйку от любой угрозы.
Шурхи радостно кружились по пещере, чувствуя эмоции своих хозяев. Вдоволь насытившись, они предчувствовали скорую игру. Наконец они смогут полетать и порезвиться, одарить чужака яростью накопленного огня, ослепить его каскадами лучей, развеять прах хрупкой оболочки над песчаными дюнами – это все так весело!
Тенсир тоже не тратил зря времени – шанс показать себя в бою он не хотел упускать.
– Отец Великой Ночи, дай мне благословение и надели частицей силы своей… – разум нырнул к резервам души, и потоки знакомой силы привычно растеклись по телу. Весь мир вокруг него утратил яркость, черные и белые тона проступили ярче и контрастней, да звуки доносились глухо и стали плохо различимы.
Вокруг тела юноши возник вихревой смерч. Верный сирх вынут из-за пояса и крепко зажат в руке. Легкое движение вперед, и вихрь, вызванный им, толкает тело в бросок. За считанные мгновения, меньше, чем за удар сердца, его переносит к входу в пещеру, где замерли Долгар с Туларой.
Удивленный этим ожиданием, Тенсир замедлил движение и остановился между ними. Из их убежища была отлично видна точка прибытия. Проклятое место в тысячу шагов шириной, в котором чужаки появлялись в их мире. Там он заметил одинокого воина, занятого весьма странным делом, а над его головой все еще горела белая черта, оставленная странным оружием врага. Как смог вспомнить Тенсир, этот знак, кажется, означал мирные намерения, а сам чужак торопливо расставлял на земле маленькие прозрачные кубики с чем-то неразличимым внутри.
– Атакуем? – молодой воин рвался в бой.
Мысль, что чужак исчезнет, вместе с собой унеся будущий трофей, заставляла пальцы крепче сжимать сирх.
– Не торопись, – рука Долгара даже придержала подчиненного за плечо, не дав ринуться вперед. – Я хочу понять, что он делает. Убить его мы всегда успеем.
Чужак явно опасался, что времени может не хватить, и его начнут убивать раньше, чем он закончит свою работу. Последние кубы он просто высыпал на землю, кое-как раскидав ногой, чтобы они не лежали друг на друге. Короткая вспышка, и прозрачные кубики начали один за другим лопаться, распадаясь на части и выпуская беловатый дым. Этот дым закрыл собой всю площадку, скрыв ее от глаз дозорных.
Тенсир был готов вновь кинуться вперед и атаковать врага, но рука Долгара, железной плитой лежащая на плече, вновь помешала это сделать. А спустя пару вздохов легкий ветерок, призванный Туларой, разогнал дым, и они увидели множество детей, непонятно откуда взявшихся на усыпанной камнями площадке.
Разных возрастов, разного пола, от совсем крох до подростков. Их явно принесли сюда из разных миров, если судить по сильно отличающейся внешности: белые, черные, красные оттенки кожи. Среди них лишь в паре мест возвышались взрослые: несколько молодых женщин или с грудничками на руках, или на поздних сроках беременности. Все были растеряны и явно не понимали, что происходит. Кое-где послышался плач, дети, что постарше испуганно оглядывались по сторонам, пытались задавать вопросы, но не понимали друг друга.
Глядя на этот бардак, Тенсир замер, не зная, что предпринять. Атаковать сейчас было нельзя: эта малышня явно не тянула на врагов. Он с надеждой посмотрел на Долгара – все-таки он старший, вот пусть и принимает решение.
А тот молчал, внимательно смотря на происходящее. И за него решила Тулара, бросившая взгляд на небо.
– Да они же сейчас все сгорят! Что, этот помет дулука не мог их всех принести сюда раньше? – И, не дожидаясь, пока мужчины примут решение, решительно пошла вперед. Долгар с Тенсиром, переглянувшись, последовали за ней – опасаться этого одинокого чужака явно не стоило.
Идти было недолго, их укрытие и каменную площадку, где появлялись чужаки, разделяло не больше пары сотен шагов. Шурхи летели рядом, привычно поглощая излишний свет и тепло вокруг своих хозяев. Одна защитная мазь не могла бы справиться. Поэтому в дозор ходили только имевшие шурхов – они могли не бояться открытого неба, даже когда по нему гуляли два светила.
Игрок стоял среди детворы и был явно растерян не меньше их, не зная, что предпринять и что делать дальше. Увидев подходящих к нему воинов, он воздохнул с явным облегчением.
Еще раз проведя белую черту, он убрал оружие и вскинул над собой пустые руки, изо всех сил пытаясь показать мирные намерения.
Тулара, подойдя ближе, внимательно рассматривала испуганную и плачущую детвору. Подвластные ей духи, повинуясь безмолвному приказу хозяйки, ощупывали и заглядывали в их тела и души, ища скрытую угрозу. Пока хозяйка духов была занята делом, Долгар обозначил, кто все-таки старший в их дозоре, заговорив первым.
– Кто ты и зачем привел сюда этих детей?
Чужак, с опаской взглянув на небо, по которому уже начали пробегать багровые сполохи, быстро ответил:
– Ты знаешь, кто я – в вашем мире подобные мне уже появлялись. Не раз. А вот дети…
Договорить он не успел, громко взвизгнула малышка лет трех в красивом розовом платье, с копной белых волос и большими голубыми глазами. Малявка ухватила крохотной ручкой одного из духов, круживших возле нее, и теперь пыталась удержать. Дух отчаянно пытался вырваться и даже ударил небольшим электрическим разрядом, безобидно стекшим по малышке и не причинившим ей вреда, а та только радостно взвизгнула и еще крепче сжала кулачок. Видя все это, Туллара побежала на выручку своему помощнику. А Долгар, оправившись от удивления, снова взглянул на хаосита, так же удивленно смотревшего на происходящее.