Чужой реванш
- -
- 100%
- +
–Примите холодный душ, капитан!
–Так точно, командир, – капитан уплыл прочь и скрылся в проеме люка.
Катерина и так знала, что она чертовски красива. И вообще она была женщиной в полном смысле этого слова. Но, кроме того, Катя знала, что ее отец Виктор Сергеевич Яров – генерал авиации, герой России, а она его единственная дочь, которая с детства мечтала быть космолетчиком. Чего и добилась, получив в командование крейсер.
Конечно, когда слышишь слово «крейсер» перед глазами встает нечто огромное, похожее на морской корабль, с орудиями главного калибра на носу и прочими корабельными атрибутами. Вопреки этому расхожему мнению «Афина» была лишь полсотни метров в длину, а ее корпус больше всего напоминал гроб. Никаких заметных выступов корабль не имел: все оружие выдвигалось наружу только во время боя. В общем, крейсер выглядел довольно скромно и непритязательно – явно не на те два миллиарда вложенные в его постройку. Что-то похожее произошло и со званиями. Почему-то раньше все были уверены, что на космический флот будет перенесена иерархия ВМФ. Но при этом никто не задумывался, зачем нужна такая странная метаморфоза. Ведь космические силы являлись прямым наследником авиации и поэтому унаследовали общевойсковые звания даже, несмотря на то, что корабли именовались морскими терминами.
–Дежурство приняла майор Ярова, – произнесла Катя для записи в бортовом журнале и уселась в пилотское кресло, застегнув фиксаторы.
Пройдет еще четыре дня, прежде чем их сменит другой крейсер. Катя вернется на Землю, чтобы вновь ощутить твердь под ногами, где она сможет нормально поесть, сходить в туалет, принять душ, наконец. Увольнение продлиться пять недель, а потом снова в космос. Она жила по такому циклу в течение двух последних лет и была по горло сыта рутиной боевых дежурств. Катерине хотелось настоящего боя, схватки, действий, но вместо того, чтобы наступать, они уже который год оборонялись. Командование уверяло, что задержка необходима для того, чтобы накопить силы и перейти в новое крупномасштабное наступление. Подобное тому, что началось двенадцать лет назад, когда земляне, объединенные в Конфедерацию, сумели мобилизовать все ресурсы и отбить захваченные инопланетянами колонии. Более того, ВКС продвинулись еще дальше, основав две базы на вновь открытых планетах. Однако эйфории пришел конец, едва пришельцы нанесли контрудар, заставивший землян отступить. Поэтому на данный момент Военно-Космические Силы удерживали только десять внеземных поселений. Хотя по большому счету, «наступление» было всего лишь переброской сил. Враг не охранял захваченные планеты. Лишь на двух ВКС уничтожили наблюдательные посты чужаков. Это была, пожалуй, самая большая, но далеко не единственная, загадка в поведении инопланетян. Зачем захватывать планеты, чтобы потом бросить их? Или они посчитали, что земляне до смерти напуганы и больше не сунутся в дальний космос?!
Пытаясь задремать, Катя закрыла глаза. Хотя и знала, что при всем желании это не получиться. Программа ай-ди не позволит. Так что пока не закончиться смена, поспать ей не удастся.
В принципе весь периметр вокруг Земли контролировался электроникой кораблей и автоматических спутников. Чувствительность «умного железа» несравнима с человеческой. Катерина сомневалась в том, что если автоматика не засечет вражеский корабль, то она сумеет увидеть его на мониторе. На нем кроме звезд вообще ни черта не видно, и вряд ли можно увидеть, даже если там действительно что-то есть.
В неравной борьбе за сон прошло около двух часов. Победителем как всегда был чертов айдишник.
В 11-43 ожила база.
–«Альфа-16», ответьте, – на мониторе связи появился младший координатор. Молоденький парнишка лет двадцати трех.
–Слушаю, «Альфа-0», – ответила Ярова, сразу же обратив внимание, что паренек не прочь поглазеть.
Кто-то из новеньких, раз связался через видеоканал, прикинула Катя. Наверняка на центральном пульте ему живо описали мои достоинства. Ну-ну смотри мальчик. С меня не убудет.
За годы службы она уже привыкла быть в центре внимания. Ярова широко улыбнулась, смутив новичка.
–«Альфа-16», спутник засек в вашем секторе электромагнитную аномалию. Вам следует переместиться в указанную точку и доложить обстановку, – немного замешкавшись, сказал координатор.
На соседнем мониторе возникли координаты аномалии и оптимальный курс, тут же рассчитанный компьютером.
–Задание принято, «Альфа-0».
–Будьте все время на связи, – напоследок сказал координатор.
Катерина включила внутреннюю связь.
–Команда, всем приготовиться к ускорению. Даю двадцать сек!
Следуя приказу, девять членов экипажа немедленно рассредоточились по местам. Последний опоздал лишь на одну секунду.
–Простите, командир, я был в душе! – сказал Серж по внутренней связи.
–Надеюсь вам стало легче, – бросила Катя перед тем как переключится на основной канал. – Начать ускорение. Двигаться по заложенному курсу, – Ярова отдала приказ кораблю и вжалась в кресло, приготовившись к перегрузке.
Расстояние было столь мало, что на гипердвигатель рассчитывать не приходилось, так как погрешность перемещения больше самого пути. А на реактивной тяге даже при самой большой скорости полет продлиться около двадцати семи минут. Через мгновение из дюз «Афины» полыхнуло пламя. Корабль стал разгоняться, и ускорение вдавило Ярову в кресло.
Надеюсь, там будет что-нибудь стоящее, ради чего можно подвергнуть себя этой тошнотворной процедуре. А то мой завтрак проситься наружу.
Командование периодически отсылало на такие глупые задания, цель которых была исследовать какой-нибудь подозрительный камушек. Его, видишь ли, не сумели разглядеть со спутника, поэтому летите туда и разглядите его вблизи. Теперь вот, придумали «электромагнитную аномалию».
Через пять минут полета забарахлила связь. По монитору шла рябь, мерцали неясные блики, звук пропал. Ярова вызвала бортинженера Чена Ли. Он поднялся в рубку, как только исчезло ускорение, и стал осматривать бортовой ящик.
–Не знаю, – сказал Чен, разводя руками. – Железка в порядке. Может быть, программа дает сбои.
Катерина стала волноваться. Ситуация нравилась ей все меньше и меньше.
–А это может быть из-за внешних помех. Например, из-за какой-нибудь «электромагнитной аномалии»?
–Вполне. Но внешние помехи должны быть очень сильными. У базы мощный передатчик. Мы должны принимать хотя бы часть передачи.
–А давай, попробуем связаться с соседями. До них расстояние гораздо меньше, – предложила Катя.
Они вызвали соседние крейсера. Но ни никто не ответил. Тем временем корабль неумолимо приближался к заданной точке.
–Странно все это. Как там на счет «аномалии»? Лично я не вижу, чтобы приборы показывали отклонение от нормы.
–Я тоже, – согласился Ли. – Если конечно они не врут....
Приборы не врали. Когда «Афина» достигла конечной точки полета, все параметры были по-прежнему в норме. По крайней мере, ничего осязаемого тут не наблюдалось.
–Отлично! Я так и знала! – воскликнула Катерина. – Здесь пусто, да еще и связь барахлит. Что за фигня сегодня творится!?
–Боже мой, смотри!!! – бортинженер показал пальцем на центральный монитор. От природы узкие глаза Чена округлились.
Там, среди звезд, загорелись две ярких сверхновых. Холодный белый свет заполнил космос. Два огромных белых цветка за считанные мгновения расцвели, слились воедино и так же быстро исчезли. На месте вспышек остались две темные точки. Компьютер корабля незамедлительно увеличил изображение и рассчитал расстояние до объектов.
Чужаки. Сразу два корабля: стандартные летающие «тарелки» тридцать-сорок метров в диаметре…
Вот вам и «электромагнитная аномалия». Значит, приказ отдали не зря!
Сердце бешено застучало в груди. Катерина нажала кнопку тревоги. Раз связь отсутствовала, рассчитывать приходилось только на собственные силы и в меньшей степени на то, что кроме «Афины» «летающие тарелки» чужаков заметил еще кто-нибудь.
–Полная боеготовность. Мы атакуем прямо сейчас. «Альфа-0», если вы меня слышите, у нас два корабля чужих, – твердым голосом произнесла Катерина, чувствуя, как айдишник начинает бороться с симптомами стресса.
Голова стала ясной, сердце угомонилось. Пришло ощущение абсолютного контроля над ситуацией.
–Это первое за шесть лет обнаружение Чужих в первичной зоне обороны! У нас есть шанс сбить их! – бортинженер выдал совершено неуместный в такой момент комментарий.
Все что сказал Чен, Катя и без того знала. Согласно теории корабли инопланетян наиболее уязвимы после выхода из гиперпространства. По предположению ученых защитные поля «тарелок» не могли включаться мгновенно из-за большой потери мощности истраченной на прыжок. Только вот застать их врасплох, когда они только что выскочили из гипера, не получалось. Обычно чужаки успевали проскочить до второй и даже до третьей линии обороны, прежде чем их замечали.
До ближайшей «тарелки» оставалось восемь километров. Пришельцы, наконец, засекли крейсер и резко поменяли курс. Оба корабля стали разлетаться в разные стороны, уходя с линии атаки. Но Ярова все-таки успела достать одну «тарелку», разгадав маневр противника…
Космический бой длится слишком быстро, чтобы успеть разобраться в деталях. Все происходит практически мгновенно. Схватку выигрывают компьютеры. Хорошо, что они не требуют за это ни славы не денег. И то и другое получают люди управляющие ими. Хотя, если слишком полагаться на электронику, то ни слава, ни деньги явно не понадобятся. Ведь покойникам они не нужны…
–Автопилот: цель два, уклонение максимум! – приказала Катерина не веря своим глазам. После нескольких удачных выстрелов вражеский корабль покрылся паутиной трещин и, потеряв управление, продолжал двигаться по инерции.
Ей удалось это! Она подбила пришельцев!
Крейсер послушно развернулся, удалясь от подбитого чужака. Но так и не успел отлететь на безопасное расстояние до того, как «тарелка» превратилась в огненный шар, и крейсер окатило ливнем осколков, простучавших по обшивке барабанной дробью.
Яровой стало не по себе, когда она увидела отчет о повреждениях и потерях. Отказал один из двигателей, два отсека разгерметизированы. В одном из них находился инженер-артиллерист, ай-ди которого сигнализировал о ранениях несовместимых с жизнью.
И это только начало. Если второй чужак попытается контратаковать, им несдобровать.
–Покажи вторую цель, – запросила Катя.
–Расстояние десять тысяч метров. Курс – Земля, – ответил терминал, показав изображение удиравшей «тарелки».
Значит, это десантные корабли. Они и не собирались вступать в бой.
–Цель два. Запустить все «охотники», – приказала Катя.
Четыре самонаводящиеся ракеты дальнего действия стартовали с крейсера и устремились в погоню. Оставалось, надеяться, что хоть они сумеют догнать пришельцев, потому что крейсер при всем желании не мог развить скорость выше, чем у «тарелки».
–Рассчитай оптимальный курс и следуй за врагом, – Катерина отдала последний приказ и сняла с головы шлем. –Сет погиб, – сказала она Чену.
–Пронесло! Я думал, нам всем крышка! – заявил Чен, трясся перед Катей электронной платой, которую он собирался заменить в блоке связи, словно пытаясь отгородиться от слов командира.
–Сет погиб, – повторила Катя.
–Очень жаль, – сухо констатировал Чен, доставая новую плату.
Он все еще не пришел в себя, или айдишкник спрыснул ему чудовищную дозу антишока, – решила Катерина. –Ведь Сет Морли был его лучшим другом…
Стоило бортинженеру поменять плату, как связь с базой вдруг восстановилась.
–«..фа-16», «Альфа-16». Ответе «Альфе-0»! – на мониторе возникло разъяренное лицо главного координатора внешней обороны Земли.
–На связи, – удивленно ответила Ярова.
–Где вы были, черт вас побери!? – морщинистое лицо главного стратега было похоже на изрезанную глубокими каньонами и высушенную солнцем безжизненную планету.
–У нас отказал блок связи. Мы вызывали вас. Но безрезультатно…
–Хорошо, я понимаю. Почему вы без разрешения изменили курс?
–Извините, генерал Уайт, но мне было приказано изменить курс. Потому что спутник засек в моем секторе «электромагнитную аномалию». И я…
–Когда вам был отдан приказ?
–Это было в 11-43 . Можете проверить записи в терминале крейсера!
–В последствии они будут проверены, – главный стратег пристально смотрел на майора Ярову. – В вашем секторе замечены две неопознанные цели. Одна пропала с радаров минуту назад, другая продолжает двигаться к Земле.
–Сэр, это две «тарелки». Одну нам удалось уничтожить.
–Почему вы ничего сообщили базе?
–Я пыталась, но никто не отвечал… Очевидно, неисправность в блоке связи…
–Хорошо. Объяснять подробности будете позже. Приказываю вам продолжать преследование корабля чужаков. Когда присоединитесь к перехватчикам, получите новые распоряжения.
–Есть, генерал.
Главный координатор отключился, оставив майора Ярову в недоумении.
Получается, что база не отвечает за свои действия?! Или генерал чего-то не договаривает?
Глава третья
Как раз напротив окна над плацем громоздился невероятных размеров лозунг. Не поднимаясь со своего места Воронин мог различить только несколько циклопических букв: рть чу.
Однако если выглянуть из окна, то можно увидеть весь плакат:
С нами бог, космос наш, смерть чужим!
Саша сидел в кресле, закинув ноги на тумбочку. Комната вибрировала сотрясаемая низкочастотным ритмом, доносившимся из колонок, словно шум из окон сталепрокатного цеха. Так Воронин убивал часы бездействия, прослушивая электронную музыку конца двадцатого века. Точнее сказать, это была даже не музыка, а некая вакханалия звуков, проезжающая по сознанию тяжелым бульдозером. Не каждый мог стерпеть такое, и уж тем более не каждый мог под эту музыку расслабляться.
К месту службы Воронин приехал на пару часов раньше окончания отпуска и сейчас бездельничал. Устав ВКС был сосредоточием парадоксов и в некоторых аспектах доходил в своей педантичности до абсурда. А в других был настолько либерален, что порой казалось армейские базы – это хорошо замаскированные Содом и Гоморра. В данный момент Саша стал жертвой параграфа 12-8 пункт 4-а. Командование своим подразделением он мог принять только в срок (с точностью до минуты) или по личному указанию вышестоящего начальства.
Дверь в комнату резко открылась. Саша потянулся за пультом и убавил звук. Так бесцеремонно входить мог только лейтенант Ревену – смуглый испанец, с вечно улыбающейся физиономией. Он ввалился в комнату и радостно приветствовал Сашу.
–Привет, Алекс! Ну как дела?
–Привет-привет, – Воронин улыбнулся вошедшему приятелю.
Они пожали другу друг руки. Ривену взял стул и сел напротив Саши. Лион был славным парнем. Только вот иногда любил проехаться по «неправильным музыкальным пристрастиям» Воронина. Например, как сейчас.
–Ты опять слушаешь этот бред. Техно – это же древность. К тому же это так бьет по мозгам, – Лион поморщился. – Все что не соответствует биоритмам я вообще не слушаю. И тебе не советую.
Больше всего на свете Воронин не любил, когда его начинали «учить», как ему отдыхать. Ему по глаза и по уши хватало Устава ВКС, а тут еще Лион со своими нравоучениями.
–Видел я вашу биопопсу, заешь где… Лучше тогда классику слушать!
Лион загоготал.
–Да ладно, расслабься, я же пошутил, – вдоволь нахохотавшись, произнес испанец.
Так уж сложилось, что на две трети персонал любой базы ВКС состоял из представителей страны, на чьей территории располагалась база. Оставшаяся треть состояла из представителей остальных наций, входивших в Конфедерацию. Это было в духе политики интернационализации, которую проповедовало мировое правительство. Персонал баз все время менялся. Вначале новобранец ВКС попадал на одну из баз на территории своей страны или ближайшей к ней. После двух лет подготовки его перебрасывали во внеземные колонии, где он проходил службу, пока медицинская комиссия не отправляла его обратно на Землю. Для каждого это был свой срок. Кто-то выдерживал месяц, кто-то год. Воронин продержался пять с половиной лет, прежде чем комиссия отправила его обратно восстанавливать силы и заодно заниматься обучением новобранцев. Уже второй год он находился на Земле. Видимо, через несколько месяцев его переведут на другую базу, где-нибудь в Африке. Ревену яркий тому пример. Он тоже в течение полутора лет сидел на базе под Мадридом, пока его не перевели в Россию. Но в тайне и Саша и Лион надеялись, что следующее назначение будет обратно на передний край обороны. Хотя работы хватало и здесь…
Неожиданно в комнате послышался сигнал тревоги. Световое табло над дверью заморгало красным цветом.
–Внимание всему персоналу базы! Боевая тревога! Уровень ноль! – как гром среди ясного дня раздался голос дежурного офицера.
«Уровень ноль» мог означать только одно – высадку чужих на поверхность Земли.
–Договорим позже!
Лейтенант стремглав вылетел из комнаты, чуть не высадив на ходу дверь.
–Погоди!
Воронин хотел последовать его примеру, но остановился на полпути к выходу. Официально он был еще в отпуске и не мог принимать участие в операции без приказания техкома базы.
–Вот черт! – Воронин в нерешительности замер посредине комнаты. –Что же делать?
Он не мог отсиживаться в казарме в то время как его товарищи будут даться с пришельцами.
После недолгих колебаний он связался с техкомом базы. На мониторе появилось напряженное лицо полковника Стрельникова. Саша набрал побольше воздуха в грудь, чтобы на одном дыхании высказать свою просьбу, но техком опередил его.
–Капитан Воронин, уже прибыл? Ну и отлично. Приступай к командованию. Все, – Стрельников кивнул Саше и прервал связь.
Двадцать минут спустя Воронин смотрел в иллюминатор десантного аэрокара, летевшего над Финским заливом, тщетно пытаясь разглядеть внизу хоть что-нибудь. Покрытый льдом залив превращался в темную бездну. Небо с каждой минутой становилось все чернее, как это обычно бывает в декабре, когда наступают самые долгие ночи в году.
Саша отвернулся от иллюминатора и заметил, что сидевший напротив Лион неодобрительно смотрит на него.
–Я все понял, лейтенант. Можешь ничего не говорить… отпуск завершен. Пора заняться делом, – Саша опустил забрало шлема и переключился на командную сеть. Перед глазами забегали строки текстовой информации, планы местности и пояснения стратегов.
–Корабль чужих прорвался сквозь внешнюю оборону и приземлился в нашем секторе. Диаметр корабля около сорока-тридцати метров. Значит, пришельцев немного, в худшем случае несколько десятков. Место приземления Санкт-Петербург, район Шувалово, корпуса ВНИИВПа. Корабль пока не обнаружен…
Появилось изображение района, транслируемое со спутника. Яркими точками выделялись горящие здания. Среди сумрака улиц то и дело мелькали зеленые импульсы плазменных винтовок чужаков. Изредка пробегали человеческие фигуры. На мгновение Саше показалось, что он видит пришельца. Кажется, это был рептилоид. Зловещая фигура прошмыгнула через открытое пространство и исчезла в роще. Заснеженные сосны мешали обзору, и он потерял пришельца из виду.
По правде говоря, Саша недопонимал зачем чужих совершают дерзкие вылазки в густонаселенные районы Земли, которые обычно заканчивались безрезультатно. Логика пришельцев вообще малопонятна. Все восемнадцать лет войны они действовали, словно стая разбойников: наносили внезапный удар и тут же исчезали в неизвестном направлении. Но раз уж они высадились, не смотреть же, как инопланетяне расхаживают по улицам и убивают мирных граждан. В конце концов, это их работа – защищать людей.
Власти города блокировали район. Внизу моргали сирены милицейских машин. По улицам ехали бронетранспортеры внутренних войск. Главное, что бы никто из этих парней не сунулся внутрь. Потому что только пехота ВКС способна противостоять чужим. Плохо вооруженная милиция и внутренние войска могли только окружить район, чтобы избежать лишних жертв.
Затем на изображении карты появились красные стрелки, указывающие план действий мобильной пехоты и курсантов. Их группу, состоящую из четырех ударных отрядов, как всегда посылали в самое пекло. В то время как курсанты должны блокировать район более плотным кольцом, впереди позиций милиции и внутренних войск. Отряду Воронина предстояло провести зачистку центра района, где находилась научная лаборатория ВНИИВПа и два общежития.
Вот и высадка. Аэрокар завис над заснеженной дорогой неподалеку от центра. На обочине догорал перевернутый на бок «москвич». Рядом лежали два трупа.
–Пошли! – крикнул Саша, вставая с места. – Замочим всех инопланетных уродов!
–Так точно, замочим! – почти хором ответили солдаты.
Открылся люк, и первый боец срыгнул на землю. За ним последовали остальные.
Спрыгнув на снег, солдаты разбегались в разные стороны от аэрокара и занимали оборонительные позиции. Через несколько секунд аэрокар был пуст. Саша выпрыгнул последним. Пилот поднял машину вверх и полетел назад. Приземлившись, Саша огляделся по сторонам. Каждое дерево, каждая кочка или прогалина таила в себе опасность. Но страх остался в прошлом, в той эпохе, когда еще не было ай-ди. Поэтому даже необстрелянный юнец не спасует и будет действовать адекватно ситуации.
–Внимание всем! – Саша на секунду затаил дыхание. – Действуем согласно плану, продвигаемся к зданиям… Бегом! – пригибаясь к земле, он ринулся к деревьям.
Под прикрытием лесополосы они приближались к двум студенческим общежитиям. Воронин шел во главе группы.
–Отряд «С» у вас объект. Даем координаты, – послышалось в наушниках.
Отрядом «С» командовал Юра Смирнов однокурсник Воронина. Хотя, слово «командовал» не совсем соответствовало истине. На самом деле приказы отдавали координаторы, сидевшие за центральным командным пультом или где-нибудь в надежном укрытии недалеко от места боя. Воронин имел все шансы стать одним из них. Но по ряду причин отказался от карьеры стратега. В первую очередь из-за обостренного чувства ответственности за каждого отдельного подчиненного, которое не сильно развито у «стратегов». Но именно это позволяло им принимать чрезвычайно сложные решения за минимальное количество времени. Воронин так не мог. Он думал о том, что будет с каждым из его людей. Именно поэтому он здесь, среди них, а не там, в теплом местечке. Хотя, нет. Это предубеждение. Теплых мест не бывает. Им тоже не сладко. Попробуй-ка выдержи такое нервное напряжение! Именно поэтому пик координаторской карьеры приходился на возраст от двадцати двух и до тридцати. После чего ребята выходили в тираж, теснимые молодежью, с которой они уже не могли соревновать в скорости реакции. Ну а что касается опыта, то он отлично компенсировался гипнокурсом училища, так что двадцатидвухлетний выпускник принимал решения ничем не хуже сорокалетнего аса. Куда важнее была скорость принятия решения – основной показатель работы Оперативно-Стратегической Службы, служившей своего рода нервной системой ВКС. Сигнал от периферии до Главного Штаба и обратно доходил за считанные минуты, благодаря чему вооруженные силы конфедерации действовали как единый отлаженный механизм, максимально быстро реагируя на изменения как тактической, так и стратегической ситуации.
Командная сеть заполнилась переговорами.
–Попытайтесь взять его живым!
–Отряд «С». Обходите объект с юга!
–Рядовые Келли и Ромашов, не откланяйтесь вправо, вас могут засечь…
Координаторы пользовались исключительным правом отдавать приказы, и могли это делать, минуя командиров групп, общаясь напрямую с солдатами.
–Черт, тут люди!
–Они в зоне видимости чужака! Нужно кончать с ним!
–Ликвидация! – прозвучал приговор координатора.
Между тем отряд Воронина осторожно приблизился к домам. Чердак ближайшего общежития горел, и пламя освещало все подходы к дому. Поэтому пришлось остановиться под прикрытием деревьев.
–«Омега 0», прошу полного сканирования здания, – запросил Воронин.
–Пытаемся. Очень плохие условия. Пожар мешает, – ответил один из стратегов.
–Понял. Ждем.
Чтобы не терять времени впустую, Саша решил разделить отряд и действовать одновременно в двух направлениях.
–Лион, бери свое отделение, и попытайся пройти вдоль забора ко второму зданию.
Лейтенант утвердительно буркнул, и его бойцы стали удаляться от основного отряда. Словно тени, солдаты бесшумно побежали ко второму общежитию.
–Ну что там, «Омега 0»?
–Второй дом – две цели, тот, что пред вами, неизвестно, мешает пожар. Вокруг домов пусто. Сканирование лабораторий еще не завершено.
Вторым зданием займется Ривену. Саше досталось самое сложное – горящая общага. Кроме того, оставались еще лаборатории, располагавшиеся севернее общежитий. Но чтобы добраться до них, нужно пресечь пустырь и спортивную площадку.
–Капитан Воронин, важная информация, – это вновь ожил командный пульт. – Из гражданской Сети получены данные ай-ди работника ВНИИВПа. Он находится в здании лаборатории в бессознательном состоянии. Возможно, тяжело ранен. Срочно пошлите людей для спасения.