Время собирать камни

Глава 1

Есть выражение: встать не с той ноги. Сегодня это точно про него. Только дело было в том, что он встал не с той постели, а ноги тут были вовсе не причем. Он, конечно, и раньше оставался на ночь у Милы, но эту ночь, планировал провести дома. Вячеслав и сам не понимал зачем, но оттого, что проснулся вне дома, почувствовал себя скверно.

Мужчина отбросил влажное, после душа, полотенце на кровать и взял в руки рубашку. Вот чего он не любил, так это надевать утром вчерашнюю рубашку. Конечно, учитывая, что порой он оставался в этом доме на ночь, стоило позаботиться о чистых рубашках, как неоднократно предлагала ему Мила. Но он почему-то все время отказывался. А вот сейчас пожалел об этом. Застегнув пуговицы и запонки, Вячеслав натянул брюки и положил в карман портмоне, ключи от машины и телефон.

Признаться, он предпочел бы уйти, не прощаясь. Но тут же отбросил эту мысль. Сегодня и так предстоял тяжелый день, и ни к чему было еще прибавлять обиженную женщину. Да к тому же, он услышал, что шум воды в душе стих, а спустя минуту, из ванной вышла Мила.

Вячеслав улыбнулся при виде ее. Только по утрам он мог увидеть ее в таком виде. Без косметики, в полотенце, и с тюрбаном на голове. Так Мила выглядела лет на десять моложе, чем когда одевалась в свои деловые костюмы, тщательно укладывала волосы, и скрывалась за искусно наложенным макияжем.

Мила была фантастически красивой. В свои тридцать два она обладала стройной соблазнительной фигурой, высоким ростом, эффектным лицом, обрамленным длинными черными волосами. Восточный тип внешности придавал ей невероятный шарм. Эта женщина напоминала пантеру, каждое движение которой было соблазнительным и возбуждающим.

– Слава, ты хотел уйти, не попрощавшись? – выгнув одну бровь, поинтересовалась она, хотя прекрасно знала ответ.

Мужчина усмехнулся, сел на кровать и принялся обуваться.

– Ты же знаешь, детка, мне пора, – сдержанно ответил Вячеслав, завязывая на ботинках шнурки. – Я и так задержался. Надо заехать домой и переодеться, а у меня назначен деловой завтрак в половине десятого. Скорее всего, мне сегодня не светит даже перерыв на обед, учитывая встречу с адвокатами.

Мила подошла совсем близко, окутывая его ароматами шампуня и геля для душа. Забралась на кровать позади него и обняла со спины. Тепло, ее все еще слегка влажного тела, проникло ему под рубашку. Женщина прошлась легкими поцелуями горячих губа вдоль ворота.

– Даже кофе не выпьешь? – тихо прошептала она, таким тоном, словно предлагала вовсе не кофе, и слегка задела зубами мочку уха Вячеслава.

Это подействовало. Да и не могло быть иначе. Хотеть эту сексуальную штучку было так естественно. Но, несмотря на зарождающееся возбуждение, Вячеслав почувствовал и раздражение. Мила прекрасно знала, что он не может задерживаться.

– Нет времени. – коротко сказал он, понимая, что зря заводится. – Но я обещаю тебе, завтра утром позавтракать вместе. Может быть, останусь до обеда.– примирительно добавил он, от чего-то желая поскорее уйти.

Мужчина спиной почувствовал, как напряглась Мила. Потом она встала с кровати, наклонила голову и стала вытирать полотенцем волосы. Вячеслав не мог не залюбоваться ее стройным телом. Что бы ни было надето на Миле, она выглядела потрясающе. Но когда она была раздета, это могло свести с ума.

– Значит, сегодня ты не приедешь? – беззаботно поинтересовалась она, откидывая длинные волосы за спину.

– Нет, – спокойно ответил мужчина, прекрасно понимая, что Мила с трудом сдерживает свои чувства, а учитывая ее бешеный темперамент, Вячеслав знал, что ей нелегко.

Но пока он не мог ничего сделать. Он в обще не планировал оставаться на эту ночь, хоть и не мог не признать, что жалеть ему не о чем. В постели Мила была великолепна, впрочем, как и в остальных сферах своей жизни.

Вячеслав встал и взял пиджак, перекинув его через плечо. Мила выпрямилась, и, отбросив полотенце, подошла к нему. Она провела руками по его плечам, прижимаясь к мужчине своим благоухающим телом. Ее улыбка была соблазнительной.

– Разве мы не отметим замечательное событие сегодня вечером? Я думала, мы откроем шампанское и отпразднуем…

– Мила, развод отнюдь не повод для праздника.

– Но разве сам ты не рад, что, наконец-то, будешь свободным. Ты…

Он категорически не хотел обсуждать эту тему. А потому взял Милу за подбородок и наклонился к ее губам.

– Мне пора, детка. Поцелуй меня на прощанье.

Он видел, что женщина обиделась, но постаралась не подавать виду. Тем не менее она привстала на цыпочки и прильнула к его губам в страстном поцелуе. Вячеслав приобнял ее за талию, но лишь на мгновение. Уже в следующую секунду он отстранился и вышел из комнаты.

* * *

Вячеслав всегда любил свой дом. Он был не из тех, кто может пропадать сутками в офисе, перебиваясь парой часов сна на диване в своем кабинете. Каким бы ни был напряженным день, он всегда приезжал вечером домой, чтобы отдохнуть от всех забот, зная, что утром может вновь сразиться хоть с целым миром. Мужчина ненавидел отели, в которых приходилось останавливаться в деловых поездках. Даже ночи, проведенные дома у Милы, выбивали его из колеи. Единственное место, где он мог, как следует отдохнуть, был его дом. Дом, о котором он всегда мечтал, и работал как проклятый. Дом, который дал ему ощущение безопасности и благополучия. Который, как ничто другое, стал символом его успеха.

Каждый раз, подъезжая к своему дому, Вячеслав невольно восхищался его красотой. Каждая деталь радовала глаз. От крыши до фундамента. От кованых механических ворот, до ухоженного газона. Подъехав по подъездной дорожке к крыльцу, он поставил машину у входа, зная, что не задержится долго. Переоденется и отправиться в офис. Заглушив двигатель, Вячеслав вышел из машины и вбежал по ступенькам к входной двери. Не успел он дотянуться до ручки, как дверь открылась, и приветливая улыбка Елены, помощницы по дому, встретила его на пороге.

– Доброе утро, Вячеслав Андреевич, – поздоровалась она.

– Доброе, Елена, – кивнул он девушке, вернув улыбку. – Татьяна еще спит?

– Завтракает, – закрывая за ним дверь, ответила, Елена.

Мужчина удивился. Вчера был большой прием, в честь открытия нового сетевого торгового центра, на котором они с Татьяной присутствовали. И если он уехал еще до полуночи, так как не мог выдерживать подобных мероприятий дольше пары часов, зато он знал, что жена оставалась там до конца, прикрывая его, как хозяйка торжества. Она и сама не особо жаловала такие масштабные приемы, просто в этот раз была его очередь уйти пораньше. Так что он думал, что жена спит, тем более ей не было необходимости рано вставать.

– На кухне? – уточнил он.

– Как обычно, Вячеслав Андреевич.

– Скажите Татьяне, что я присоединюсь к ней через пару минут. Думаю, успею выпить кофе.

– Хорошо.

Вячеслав вбежал по ступеням, на второй этаж, и, пройдя по коридору, вошел в свою спальню. Бросив пиджак на обитое светло-серой кожей кресло, он быстро расстегнул рубашку. Переодевание заняло у него не больше пяти минут, и Вячеслав, еще раз поправив узел галстука, спустился вниз. Направляясь в кухню, он оставил портфель на столике в гостиной, чтобы сразу забрать, когда будет уходить.

Таня сидела на высоком табурете, за кухонным островом, о чем-то переговариваясь с Еленой. Помощница наливала свежего кофе, и мужчина знал, что это для него. Татьяна сидела спиной к Вячеславу, и поэтому Елена первая увидела вошедшего, и улыбнулась. Мужчина наклонился и поцеловал жену в макушку в тот момент, когда она обернулась.

– Доброе утро, – поздоровался он, уже усаживаясь рядом с женой. – Снова отвратительная овсянка? Это даже на вид – гадость.

– Привет, – улыбнулась жена. – И моя отвратительная овсянка куда полезнее твоего кофе. А в таких количествах, как пьешь его ты, это настоящая отрава.

– Ладно. Рад за тебя. Но, пожалуй, отравлюсь я еще чашечкой, – усмехнулся он, демонстративно наморщив нос, когда Таня отправила в рот очередную ложку овсянки. – Спасибо, Елена. – он сделал маленький глоток из поставленной перед ним чашечки. – Как закончился вчерашний прием?

– Ничего не обычного, если не считать, что Костя нуждался в помощи, чтобы добраться до машины.

– Серьезно? – изобразил удивление Вячеслав. – Куда же смотрела Аля? Обычно она знает, когда надо попросить официантов обходить их столик стороной.

– Але было не до этого. Ее как раз чрезвычайно занимал один из тех официантов. Мне пришлось чуть ли не силой увозить ее домой.

– Бедный Костя, – сочувственно усмехнулся Вячеслав. – У тебя бессовестная подруга, дорогая. – покачал он головой.

Таня засмеялась. Если можно было назвать смехом, ровный мелодичный звук, словно подправленный звукорежиссерами.

– Она то же самое говорит и о тебе.

– Вот поэтому мы с ней и ладим, – щелкнув пальцами, ответил Вячеслав. – Кстати, я думал ты еще в постели. Прием закончился в два, зачем ты встала так рано? Тем более, сегодня суббота.

– Хочу проводить Диму в аэропорт, – объяснила жена, продолжая есть свою овсянку маленькой ложечкой. – К тому же, у меня дела в издательстве, надо утвердить окончательный вариант обложки.

Вячеслав знал, что скоро выходит очередной роман жены, но его больше заинтересовало другое.

– Коршунов улетает сегодня? – удивился он. – Ведь конференция в четверг. И потом, я думал, ты полетишь с ним.

– Ты же знаешь, я никуда не могу полететь с ним сегодня. – спокойно ответила Таня, но посмотрела так, словно взглядом хотела напомнить ему о намеченной встрече с адвокатами. Как будто он мог забыть! – Но я настояла, что он не должен меня ждать. Дима давно не видел дочь, и лишний день им не помешает. А я присоединюсь к ним позже.

– Понятно. И чем планируешь заняться, пока Коршунова нет?

– Работой, – сказала жена и, отодвинув тарелку с овсянкой, взяла стакан с соком – Да и вещи начну собирать.

Вячеслав вмиг стал серьезным. Внимательно посмотрел на жену. Что он хотел увидеть, Вячеслав и сам не знал. Может грусть или сожаление. Но ничего этого не было. Да и не могло быть. Он давно привык видеть свою жену такой. Спокойной, чрезвычайно уравновешенной, и доброжелательной до зубного скрежета.

—Тань, – спокойно он произнес. – Мое предложение остается в силе. Ты все еще можешь получить этот дом. Оформление документов не займет много времени. Думаю, что если мы подождем еще пару недель…

– Нет, – покачала головой жена, и улыбнулась.

Не так, как когда-то. Не ослепительно, показывая чуть ли не оба ряда ровненьких зубов. А лишь слегка приподняв уголки губ.

– Он твой. Я скорее отрежу свои волосы, чем позволю тебе потерять этот дом. Ты и он, это одно целое.

– Черт. Это аргумент, – хохотнул Вячеслав, и не удержавшись, протянул руку и провел рукой по длинным прядям, цвета золотой пшеницы, которые укрывали спину жены, опускаясь до поясницы.

Таня не отстранилась, лишь на миг замерла, а потом снова поднесла стакан с соком к губам.

На одно мгновение Вячеслав вспомнил, как любил перебирать эти мягкие пряди. Как, занимаясь любовью с женой, зарывался лицом в их шелковистую массу, вдыхая аромат миндаля. Он знал, что Таня с детства не стригла волосы, лишь ровняя их. И очень гордилась ими, считая их своим, едва ли не единственным, достоинством.

– Но, родная, этот дом и твой тоже, – тихо возразил Вячеслав. – Мы покупали его вместе. Это…

– Не переживай. Меня вполне пока устроит квартира. И потом, не представляю, как буду жить тут с Димой. Так что, все равно, нам надо будет искать другой дом.

Вячеслав замер, сам не понимая, почему последние слова жены так удивили его. Коршунов уже долгое время встречался с Татьяной, и их отношения были вполне серьезными. Вячеслав знал, что Коршунов не из тех, кто скачет из койки в койку, а учитывая моральные качества жены, не сомневался, что между ними все серьезно.

А раз так, то рано или поздно они должны были подумать и о совместном будущем. Сам он повторно жениться не собирался. По крайней мере, в ближайшее время. И может, поэтому он не думал о том, что Татьяна и Коршунов захотят жить вместе. А потом, возможно и расписаться.

– Так вы решили жить вместе? – уточнил Вячеслав.

Таня помолчала, словно обдумывая, стоит ли обсуждать такой вопрос с ним, но потом, все же ответила.

—Дима считает, что мы готовы. Но я пока что думаю. Не хочу торопиться.

– Торопиться? Сколько вы уже вместе?

– Два года.

– Вот именно, – неожиданно резко бросил Вячеслав. – Думаю, что за два года можно хорошо узнать человека, и решить хочешь ты быть с ним, или нет.

И вновь наступила пауза. Вячеслав готов был прикусить себе язык. Он хотел бы знать, с какой стати он так взъелся. Когда он решил присоединиться к жене и выпить кофе, он не мог предположить, во что это обернется. Он думал, что, как обычно, они поговорят о пустяках, и, пожелав друг другу хорошего дня, разойдутся каждый по своим делам.

– С тобой я встречалась до свадьбы четыре, и все равно… – жена осеклась, явно пожалев, что отреагировала на выпад. – О! – впервые за утро он увидел хоть какие-то живые эмоции на лице жены. – Прости, – с сожалением сказала она. – Я не хотела.

Если она думала, что обидела или задела его, то ошибалась. Уже давно миновал период взаимных упреков и обид, да если уж быть честным, то этого периода и вовсе не было, Вячеслав покачал головой и улыбнулся.

– Все в порядке, – попытался он сгладить ситуацию. – Ты права. И, конечно, ты не должна торопиться, если считаешь, что еще не готова…

– Я готова! – вдруг заявила она, и Вячеслав удивленно посмотрел на нее. – Готова! Думаю, что очень скоро я и Дима будем жить вместе. Просто я не считаю, что для меня, будет хорошей рекламой, если стану жить с мужчиной, сразу после развода.

Это заявление было довольно нелепым, учитывая, что все их окружение давно знало о реальном положении дел. Да и никто из них не прятал новые отношения. Вячеслав хотел напомнить жене об этом, но передумал. Не стоило расстраивать ее. Но он ошибался. Таня и не была расстроена. Перед ним вновь сидела спокойная, сдержанная женщина.

– Таня…

– Разве тебе не пора? – перебила она его, давая понять, что разговор закончен. – Не буду больше тебя задерживать.

Она соскользнула с табурета, и, поставив тарелку со стаканом в раковину, направилась к выходу. Вячеслав несколько секунд смотрел жену, привычно одетую в джинсы и длинную тунику. Распущенные волосы, играли с солнцем, проникающим из окна, дразня своим медовым блеском.

– Тат, – поддавшись какому-то порыву, окликнул ее Вячеслав, назвав именем, которым звал когда-то.

Она вздрогнула и повернулась, и в ее глазах застыло что-то иное, кроме приветливости и понимания, к котором уже успел привыкнуть мужчина, и приводили его в бешенство не так уж и давно. Но он не стал об этом думать.

– Когда-нибудь, хоть когда-нибудь, ты сможешь меня простить, Тат?

Она поняла. Он знал. На секунду, всего на секунду в ее глазах появилась боль. От которой у Вячеслава заломило грудь. А потом вернулась привычная Таня. Вновь доброжелательность и легкая улыбка на губах.

– Ну, что ты, – спокойно сказала она. – Все уже хорошо. Я давно тебя простила, Слав.

Она ушла, а он на минуту прикрыл глаза.

Ложь. Это была ложь. А ведь раньше, его жена никогда не лгала.

Глава 2

Посмотрев на золотые часики с кожаным ремешком, Татьяна взяла сумочку и вышла из машины. Она не любила опаздывать, а из-за того, что задержалась в издательстве, боялась не успеть побыть немного с Дмитрием перед его отлетом. Но к счастью, в субботнее утро пробок на дорогах не было, и она успела даже раньше, чем предполагала. Покинув прохладный салон автомобиля, Татьяна ощутила, как плечи обжигает солнце и пожалела, что не поискала местечко поближе к аэропорту, а решила пройтись немного пешком, нежели петлять, выискивая свободное парковочное место.

Головная боль дала о себе знать, новым резким спазмом, и Татьяна приложила прохладные пальцы к вискам, зажав сумку подмышкой. Может, надо было остановиться и проглотить таблетку из флакончика, спрятанного в сумке, но она решила, что это сделает, когда окажется в прохладном помещении здания аэропорта. К тому же, Татьяна была уверена, что как только увидит Дмитрия, то ей непременно станет лучше. Этот сильный, всегда собранный и заботливый мужчина, неизменно хорошо влиял на ее самочувствие и душевное состояние.

Надежда на скорое облегчение придала женщине сил преодолеть путь, не слишком страдая от необходимости вдыхать выхлопные газы многочисленных машин и стойкого запаха нагретого асфальта. И как она предполагала, как только ее глаза нашли Дмитрия, ей сало чуть легче. Он, не скрывая своей радости, улыбнулся и двинулся Татьяне навстречу.

Обычно более сдержанный, в этот раз он порывисто обнял ее, прижав к груди и уткнувшись в ее волосы на макушке. Татьяна с радостью позволила ему это и даже сама, немного отстранившись и привстав на цыпочки, коснулась его губ своими. Мужчина ласково погладил ее по щеке и поцеловал более решительно и страстно. Конечно, такие сцены не были такими уж необычными

для данного места, но все же это немного смутило Татьяну, и она прервала поцелуй, но не покинула объятий Дмитрия.

– Я знаю, что говорил, будто тебе не надо меня провожать. И настаивал, чтобы ты подольше поспала, но я все же рад, что ты здесь, – еще раз коснувшись губами ее щеки, сказал Дмитрий.

– Говорил, – подтвердила Татьяна. – Но я же обещала, что приеду.

– Спасибо, – спокойным голосом сказал мужчина, но его серые глаза, рассказали ей, что он счастлив видеть ее. – Пойдем. Посидим где-нибудь, еще есть время.

Дмитрий взял Татьяну за руку и повел к маленькому кафе. Для себя он заказал кофе, а для нее стакан сока. Оказавшись в прохладе и увидев Дмитрия, девушка чувствовала себя гораздо лучше, и все же боль в висках не проходила, но Татьяна решила, что не будет пить таблетку при Дмитрии. Она не хотела, чтобы он беспокоился о ней. К тому же, он и так не хотел уезжать один, оставляя ее почти на неделю, а узнав о ее плохом самочувствии, совсем расстроится. Поэтому она улыбнулась Дмитрию, может быть немного лучезарнее, чем следовало бы для правдоподобности. И словно почувствовав ее состояние, мужчина нахмурился.

– Ты в порядке, Танюш? Может и в самом деле не стоило тебе ехать в такую даль? Тем более, я знаю, что вчера был непростой день. Да и сегодня… – на секунду замешкался он, но потом продолжил: – И сегодня у тебя день не лучше.

– Дим, все в порядке. Просто это жара так на меня действует. Не волнуйся. Просто лягу сегодня пораньше, – и желая перевести разговор на другую тему, достала из сумки книгу, в красивой обложке. – Вот. Возьми это. Сигнальный экземпляр. Передай Марине, я обещала ей. Кстати, я разговаривала с ней сегодня утром, пока собиралась в издательство. Она чуть ли не повизгивает от нетерпения тебя увидеть. Так что, постарайся получше использовать то время, пока я к вам не присоединюсь. И еще, пожалуйста, не читай ей лекций о мальчиках. Ее мама сама прекрасно с этим справляется, о чем свидетельствуют ее жалобы на занудные разговоры о «этом самом» с мамой.

С минуту мужчина молчал, внимательно вглядываясь в ее глаза. Потом кивнул, то ли ей, обещая, что выполнит все ее наказа, то ли себе. Но прошла еще секунда и он, с ласковой улыбкой на губах, тихо произнес:

– Я люблю тебя.

Татьяна замерла от потрясения. Она смотрела на сидящего напротив Дмитрия, и чувство сожаления охватывало ее с каждой минутой собственного молчания. Понимала, что должна ответить ему тем же. Она могла бы. Конечно, она любила его. Как можно было его не любить. Дмитрий, на ее взгляд, был просто идеальным мужчиной. Красивый, хоть и не модельной внешности, что было его достоинством, а не недостатком. Сильный и подтянутый, благодаря регулярным спортивным тренировкам и их совместным утренним пробежкам. Умный, добившийся успешного карьерного роста, став руководителем одной их престижных заграничных фирм. Но больше всего ее восхищали в нем другие качества. Чуткость, так редко свойственная мужчинам и доброта. Дмитрий был самым ласковым и добрым мужчиной, которого она встречала. А еще он был терпелив по отношению к тем, кто ему дорог, и ни когда не пытался давить на нее. Когда-то Татьяне казалось, что она не сможет вновь довериться мужчине, открыться ему и открыть свое сердце, но Дмитрий смог достучаться до нее. Именно он убедить ее попробовать все сначала. И все было прекрасно. За два года, что они провели вместе, Татьяна ни разу не пожалела о том, что сблизилась с этим мужчиной. Но сейчас, впервые, она сожалела. Нет. Не о себе. А о нем.

Татьяна знала, что это несправедливо по отношению к нему, но никогда не лгала Дмитрию о своих чувствах. Да, она была очень привязана к нему, и с ним было очень хорошо. И Дмитрий был превосходным любовником, нежным и страстным. И он дарил ей все и даже больше, чтобы почувствовать себя лелеемой им. И Татьяне часто казалось, что она любит его. Но она знала, что такое любовь. Как это бывает и насколько это чувство может захватывать человека, не давая вздохнуть, не позволяя забыть, доводя до безумия. И тогда она понимала, то, что она испытывает к Дмитрию, не так сильно, чтобы облечь это в слова «я тебя люблю». И она знала, что он это понимает. Пусть и не гласное, но между ними было соглашение. Это была черта, которую они не могли переступить. Может быть, ей надо было больше времени, а может, больше близости, чего и хотел добиться Дмитрий, предлагая им жить вместе. Но своим неожиданным признанием он нарушил ее равновесие, словно вступил в ту зону личного пространства, которую она не хотела пока открывать. Это было глупо, если учесть, что она делила с этим мужчиной постель, и они были так близки, как только могли быть любовники и друзья одновременно.

Татьяне показалось, что прошла вечность с того момента, как Дмитрий произнес эти три слова, но на самом деле она замешкалась на несколько секунд. Но даже в эти секунды она успела увидеть, как Дмитрий пожалел, о поспешно произнесенном признании. И не потому что был не искренен. А потому что понял, что поторопился.

– Не надо, – сказал Дмитрий, продолжая с нежностью смотреть на нее. – Не смотри так на меня, Танюш. Я сказал это, потому что хочу, чтобы ты знала. Вот и все. Мне захотелось это сказать, и я это сделал. Это не значит, что я жду от тебя того же.

Мужчина встал, провел рукой по темным, чуть длинноватым волосам, а потом подошел к ней и забрал стакан с соком из ее судорожно сжатых пальцев. Помог ей подняться и успокаивающе погладил ладонью по спине. От мысленного сравнения себя с кошкой, Татьяна улыбнулась. Увидев ее улыбку, мужчина немного расслабился.

– Все хорошо. Теперь ты знаешь, но это ничего не меняет. Все по-прежнему, ты можешь не волноваться. Скоро объявят посадку, и я полечу проводить время со своей немного сумасшедшей дочерью. Я каждый день буду тебе звонить, и ждать, когда ты присоединишься к нам. А когда мы увидимся, ты уже будешь свободной женщиной. Но ты не впадай в панику, моя хорошая. Я не собираюсь хватать тебя и тащить в ЗАГС. – и опять он не дал вымолвить ни слова, приложив указательный палец к ее губам, и лукаво подмигнул. – Подожду, когда высохнет печать.

Она сердито дернулась из его объятий, на деле вовсе не сердясь, и у нее отлегло от сердца, когда Дмитрий засмеялся. И потом, через десять минут, поцеловавшись на прощание, она обняла его, с несвойственным для нее, пылом. И поцелуи ее были чуть горячее, чем обычно. Где-то в душе, она понимала, что пытается загладить вину перед Дмитрием, но предпочитала думать, что просто не хочет с ним расставаться.

И только вновь очутившись в салоне своего автомобиля, наконец-то, выпила сразу две таблетки обезболивающего, потому что голова ее словно раскалывалась надвое. Опустил голову на сложенные на руле руки, Татьяна несколько минут пыталась справиться с болью. Она не хотела трогаться с места, пока таблетки хоть немного не подействуют. Но времени у нее было в обрез. Нужно было выезжать сейчас, чтобы вовремя успеть на встречу с адвокатами. Радовало только то, что она не продлится долго. Копии документов она прочитала еще вчера утром, оставалось только подписать их в присутствии адвоката. А через час… Через час предстоит поездка в органы ЗАГСа, где и будет официально расторгнут их с Вячеславом брак.