Мир детектива Поля

Внутри сарая за широким столом сидел Поль и увлечённо возился с какими-то белыми трубами. Поэтому Кузе пришлось подавить нестерпимое желание немедля приступить к обсуждению судьбы старой двери.

– Эй, Поль, чем занимаешься? – из вежливости поинтересовался он.

– Привет, – улыбнулся Поль. – Папа придумал новую игру, вот я и помогаю её собрать.

На тот момент Кузя был знаком с папой Поля лишь поверхностно. Но даже скромных минут знакомства было достаточно для того, чтобы прочувствовать всю загадочность личности отца друга. Именно прочувствовать, потому что отец Поля был скрытным человеком – никто, кроме жены и сына, не был знаком с подробной историей его жизни. Поэтому соседям и друзьям приходилось довольствоваться скудными данными. Например, о том, что звали отца Поля Олафом, и он был норвежским инженером; что, встретив будущую маму Поля, он до беспамятства влюбился в неё и увёз в Норвегию; что три года они прожили на земле викингов, но через год после того, как у них родился Поль, вернулись в Россию. Их внезапное возвращение никто никогда не обсуждал, а Поль был слишком мал, чтобы запомнить жизнь в Норвегии, поэтому эта страница казалась ненастоящей и намерено вырванной из памяти.

Надо признать, что Олаф был необычным для России отцом – он всегда заботился о Поле наравне с женой. Когда Поль подрос, Олаф даже придумал общее увлечение, которое ещё крепче связало отца и сына. Теперь вместе они проектировали и создавали игры для узкого круга друзей.

Кузя подошёл ближе к столу и с интересом всмотрелся в чертёж, который лежал перед Полем. На нём были изображены две ножки из пластиковых труб, соединённые тремя круглыми рейками.

– И как в это играть? – тыкая в чертёж, спросил Кузя.

– Очень просто: ставишь эти ворота посередине лужайки, отходишь на десять шагов и бросаешь два шарика, соединённых верёвочкой. Они наматываются на один из уровней: первый, второй или третий. Самый верхний – это три очка, нижний – одно. Играем до двадцати очков, кто первым набрал, тот и выиграл.

– Ух ты, как интересно! – воодушевился Кузя. – А название у этой игры есть?

– Мы с папой пока ещё не придумали… – вздохнул Поль.

– А можно, я попробую? Я очень хочу помочь! – запросил Кузя.

Но Поль не успел ответить: внутрь сарая вошёл отец – высокий и статный скандинав. Он поздоровался, поставил большую коробку с инструментами на пол, затем подошёл к сыну и нежно потрепал его по волосам.

– Дядя Олаф, а что это за трубы? – спросил Кузя, стащив одну со стола и посмотрев в неё, будто та служила подзорной.

– Это сантехнические трубы, – пояснил Олаф, – такие можно увидеть под раковиной на кухне, например. Они легко соединяются между собой, поэтому что-то мастерить из них – одно удовольствие.

Олаф говорил медленно и размерено, практически без акцента. Единственное, что выдавало его происхождение, это неспособность или нежелание произносить букву «ж».

Всё утро Поль собирал игру вместе с папой, а Кузя сидел рядом и придумывал для неё название. Но ему, как назло, ничего толкового не приходило в голову.

– «Намотай шарики» – слишком очевидно, «Три рейки» – глупо, «Шарометалка» – непонятно, – Кузя зачёркивал одно название за другим.

Время близилось к обеду, когда в сарай ворвался Ванька.

– Ребята, – сбивчиво проговорил он, – я раздобыл для нас новую тайну! Скорее, поехали за мной!

Отпросившись у отца, Поль аккуратно сложил инструменты и свернул чертёж. Затем друзья выкатили велосипеды и помчались вслед за Ванькой.

– А я ему говорю… – кричал Ваня, возглавляя гонку и время от времени поворачиваясь к друзьям.

Ветер уносил его слова быстрее, чем они вылетали из его рта, поэтому Полю и Кузе удавалось расслышать лишь обрывки фраз:

– …Чего… В самом деле! Поль… Так разгадывает тайны, что … Можно!

Кузя был явно недоволен поворотом событий – гонка сбила его с творческого настроя, поэтому он с надеждой поглядывал на Поля: вдруг тот тоже не в восторге от чрезмерного энтузиазма Ваньки? Но Поль продолжал увлечённо крутить педали.

Выехав за пределы посёлка и оказавшись в деревне, Кузя внезапно остановился.

– Эй, ребята! – закричал он друзьям. – Мне сюда нельзя.

– Ой, да кто узнает, что мы сюда ездили? – вызывающе спросил Ванька.

– Мама, – уверенно ответил Кузя.

– И каким же образом? Она за тобой через подзорную трубу наблюдает, что ли?

– Нет, конечно! – оскорбился Кузя. – Она следит за мной через спутник.

Ванька так и покатился со смеху:

– Ха-ха-ха! Ты слышал, Поль: «через спутник»! Прямо спецоперация какая-то! Она у тебя что, шпион?

– Ничего мама не шпион. Я не так выразился: не она за мной следит, а часы. Внутри них установлен специальный датчик…

– Да, знаю я, знаю, – перебил его Ванька. – Помнишь, когда я Джексона потерял? Так вот, когда его нашли, мама хотела на него такой же датчик повесить, – на этих словах Ванька снова начал смеяться. – Ха-ха-ха! Ну и чем ты лучше моего хомяка, Кузя?

– Всё смеёшься, а спорим, даже не представляешь, какое это технически сложное устройство?

– Ой, да что там представлять?

– Значит, не знаешь, – пристыдил его Кузя и с терпеливостью учителя продолжил. – А это всё космические технологии, между прочим! В часы встроен специальный датчик, который отслеживает моё местоположение. Датчик отправляет сигнал спутнику, чтобы выяснить координаты того места, где я нахожусь. Спутник принимает этот сигнал и отправляет им в ответ мои координаты. Часы перенаправляют полученные данные вышке сотовой связи, и уже вышка отправляет информацию о том, где я нахожусь, маме на телефон5.

– То есть твои часы работают, как навигационная система подводных лодок, что ли? – с видом знатока уточнил Ванька, который не хотел проиграть в этой интеллектуальной борьбе.

Конечно, он неспроста сравнил датчик часов Кузи с навигационной системой. В последней Ванька неплохо разбирался благодаря своему дяде, который служил на подводной лодке. Кстати, об этом факте из биографии героического родственника Ваньки знали все, даже поселковая сторожевая собака, которая получила своё прозвище в честь локатора подводной лодки дяди.

Громкий и продолжительный лай пса изводил соседей, поэтому Ваня прозвал его Радаром. Он говорил, что гавканье Радара отражается от объектов и, возвращаясь, позволяет мозгу собаки выстраивать карту той местности, которая недоступна для обзора. Только это, по мнению Ваньки, могло объяснить тот факт, что, срываясь с цепи, Радар всегда удирает в правильном направлении. «Конечно, – с видом эксперта заявлял Ванька, – ведь только с подробной картой можно так хорошо ориентироваться на незнакомой местности!»

И пусть Ванька был неправ, и пёс лаял не по этой причине, прозвище прижилось, и Радаром пушистого поселкового сторожа стали называть все. Ванька невероятно гордился этим.

– Если тебе так проще, то почти как навигационная система подводных лодок, – снисходительно согласился Кузя.

– Глупости всё это. Петькин дом совсем близко, твоя мама не заметит разницы в несколько метров, – начал уговаривать Ванька.

– Дело не в метрах, а в обещании. Я обещал маме, а это главное, – Кузя развернул велосипед и поехал обратно ко въезду в посёлок. – Я подожду вас здесь! – прокричал он друзьям.

– Обещал… Трусишка. Посмотрел бы я, как он запел, если бы к его руке не был примотан этот датчик, – презрительно заметил Ванька, а затем обернулся к Полю. – Только не говори, что тебе тоже мама не разрешает.

– Мне можно ездить до вон того дома, – невозмутимо ответил Поль и указал на аккуратный светлый коттедж с коричневой крышей.

– Фух, – с облегчением выдохнул Ваня, – это как раз дом Петьки. Погнали! – скомандовал он.

Друзья подъехали к калитке и, припарковав велосипеды, нажали на кнопку звонка. Прозвучало несколько гудков, затем они прервались странным шорохом, и следом наступила тишина.

– Спит, наверное, – предположил Ванька, ещё раз нажав на кнопку вызова.

– Кто там? – из динамика домофона послышался звонкий мальчишеский голос.

– Петька, привет! Это я, Иван. Я привёл Поля. Он поможет нам разгадать тайну твоего страшилища.

– Кого?! – вдруг пошатнулся Поль и вытаращил глаза. – Какого такого страшилища?!

– Страшилища, которое… – начал было пояснять Ванька, как вдруг его слова прервались пиликаньем, и дверь открылась. – Заходи. Сейчас Петька сам тебе всё объяснит.

– Было бы неплохо, – буркнул Поль и проследовал за Ванькой.

Друзья зашли внутрь благоухающего сада, в нём росли розы всевозможных оттенков. Сквозь густые заросли из соцветий сновали пчёлы, шмели и бабочки. Они безостановочно трудились, стараясь наполниться нектаром и пыльцой, словно предчувствуя вечернее угасание чар дразнящего ароматами цветника.

Поль остановился и принялся разглядывать маленького шмеля, который копошился внутри пахучей розы. Заметив это, Ванька замедлил шаг.

– Эх, вот бы и я мог так летать целый день, пить нектар и жить в своё удовольствие, – мечтательно произнёс Ванька.

– Зря ты предполагаешь, что шмели такие же, как мухи – заботятся только о себе.

– На что это ты намекаешь, Поль? Я что, по-твоему, больше похож на муху? – оскорбился Ванька.

– Нет, я хотел сказать, что мухи пьют нектар, чтобы насытить себя, а шмели, чтобы накормить других! Большую часть собранного нектара они запасают в специальном зобике под носиком и относят в улей. Там из него шмели делают мёд, которым кормят своих деток. А ещё они собирают пыльцу. Смотри, – шмель, за которым наблюдали мальчишки, перелетел с цветка на цветок. – Видишь, у него на задних лапках жёлтенькие мешочки? Это специальные корзиночки, куда они её складывают.

– Я и не знал, что шмели такие заботливые. Давай возьмём себе одного? Пусть он нам нектар приносит? – сообразил Ванька.

– Нет, так не получится. Ты же не личинка шмеля, он не станет просто так тебя кормить. И потом шмели нужны на свободе, потому что без них многие растения не смогут расти6.

Внезапно входная дверь дома открылась, и русый мальчик небольшого роста взволнованно выкрикнул:

– Ну, где вы там ходите? Я вас уже потерял!

Они вошли в идеально чистую светлую гостиную, единственным ярким пятном которой был большой диван оливкового цвета. Всё остальное – ковёр, стены, мебель, шторы – было бежевого или молочного цветов.

– К сожалению, вы опоздали: привидение уже побывало здесь, —вздохнул Петька, – но я могу подробно про него рассказать.

Петька стоял посередине идеальной комнаты: причёсанный и опрятный. Он был противоположностью хулиганистого Ваньки. Казалось, что где-то в доме непременно должен стоять рояль, на котором юный хозяин просто обязан уметь играть. Розовощёкий и лоснящийся – вероятно, Петька был любимчиком мамы. «Как только они смогли подружиться?» – недоумевал Поль, переводя взгляд с Ваньки на Петьку.

– Давай рассказывай уже! Не тяни, Пётр, – Ванька бухнулся на диван и обнял подушку. – У нас тут есть человек, который всё знает и может разгадать любую тайну, – и Ванька указал на Поля.

– А я про тебя слышал! Ты же Поль? – радостно заговорил Петя. – Мне про тебя Лу рассказывала. Она уверяла, что ты настоящий детектив!

Полю польстил тот факт, что о нём говорили, и он даже немного зарделся от смущения. Ванька ещё раз выразительно взглянул на Петьку, и тот перешёл к сути:

– Дело вот в чём: каждый день в одно и то же время сюда приходит привидение и издаёт жуткий вопль.

– Почему ты решил, что это именно привидение? – спросил Поль, который не верил в мистику.

– Ну а что же ещё может издавать столь страшный и потусторонний звук? Вот такой вот, – Петя набрал в лёгкие побольше воздуха и выдал странную звуковую смесь из крика попугая и тирольского пения.

– Очень похоже на раненого енота, – с видом эксперта заключил Ваня.

– Интересно, – задумчиво проговорил Поль, – а в какое время приходит это привидение?

– Каждый день в обед. Моя мама как раз уходит на работу в три часа дня – я в это время из школы возвращаюсь, а через пятнадцать минут на втором этаже кричит привидение. Я поэтому туда не поднимаюсь до тех пор, пока мама не вернётся.

– Действительно, странно. Определённо, этому должно быть какое-то объяснение, – задумчиво проговорил Поль.

– Я подозреваю, что причина в маме, – поделился размышлениями Петька, – привидение её боится. Пока она собирается на работу и в выходные, когда она дома, оно же не кричит.

– Я бы на его месте тоже помалкивал, пока твоя мама дома, – подтвердил Ванька, покосившись на боксёрскую грушу, подвешенную под потолком в соседней комнате.

– Давайте тогда я всё маме расскажу? – простодушно предложил Петька. – Пусть она его выпроводит отсюда…

– Нет-нет! – спохватился Ванька. – Предоставь это дело профессионалам. Так, Поль?

– Да-да! Нам обязательно нужно понаблюдать за твоим привидением, – согласился Поль, которому было интересно разгадать эту тайну самостоятельно. – Ты не против, если мы придём к тебе завтра и попробуем найти источник этого странного звука?

Конечно, Петька был не против, поэтому на следующий день, в назначенный час друзья снова встретились у Петькиного дома.

– И чем ты собираешься отбиваться от привидения? – ухмыльнулся Ванька, внимательно разглядывая Поля. Тот был налегке в отличие от Ваньки, который предусмотрительно прихватил из дома каску и два пистолета с резиновыми пульками.

– Головой, – ответил Поль, нескромно подразумевая свой блестящий ум.

Ванька с сомнением взглянул на друга. Будучи сыном врача и племянником подводника, он отлично знал, что голова – это довольно хрупкая и крайне ценная часть тела.

– Ладно, – сжалился он над Полем и протянул пистолет, – держи, у меня их два. Вдруг это привидение агрессивное и откусит тебе что-нибудь?

Поль не испытывал необходимость в защите от несуществующего привидения, однако пистолет всё-таки взял.

Внутри Петькиного дома всё было по-старому: чистота и порядок.

– У вас дома кто-то убирается? – спросил Поль разуваясь.

– Только я и мама, а что? – ответил Петька, аккуратно расставляя ботинки друзей в обувнице.

– Петенька, кто там пришёл? – донёсся голос мамы со второго этажа.

– Это мои друзья, Ваня и Поль. Можно, мы поиграем чуть-чуть?

– Конечно, – ответила мама, спускаясь по белой лестнице. – Только потом не забудь сделать уроки.

Спустившись, она надела туфли, набросила на плечи белый пиджак, взяла сумочку и погладила Петю по голове:

– Ведите себя хорошо, мальчики. Из дома никуда, – обратилась она к сыну и в шутку погрозила ему пальцем. Браслеты на её руке зазвенели лёгкими колокольчиками.

– Хорошо, мам, – пообещал Петя, приторно улыбнувшись. Ванька осуждающе закатил глаза.

После ухода мамы мальчишки поднялись на второй этаж и взялись за сооружение засады для злополучного привидения: Ванька растянул леску в коридоре, чтобы оно споткнулось и упало, а Петька рассыпал возле неё гвоздики. Вооружившись игрушечными пистолетами и, чуть не повздорив из-за единственной каски, друзья принялись ждать. Спустя несколько минут раздался негромкий, но пугающий звук. Словно кто-то тихо выл или стонал.

– Ага! Попалось! – закричал Ванька и выбежал из комнаты. Но вместо того, чтобы наброситься на привидение, он нелепо запрыгал на месте, высоко поднимая то правую, то левую ногу. – Ай-яй-яй! – завопил он, стряхивая гвоздики со своих ступней.

Поль и Петька бросились в коридор вслед за Ванькой. Минуя гвоздики, они добежали до источника звука в гардеробной комнате. Но к тому моменту стон стих, а в помещении было пусто.

– Упустили, – расстроился Ванька, – всё из-за твоих гвоздей, Петька!

– Ты же знал, что они там лежат, что ж не перепрыгнул? – возразил Петя, но Ванька ничего не ответил.

Ребята принялись за обыск. Они надеялись найти хоть какую-то улику, которую могло оставить привидение, но, к их сожалению, всё выглядело более чем обыденным. Посередине комнаты стояли утюг и гладильная доска. Вдоль стен во множестве квадратных полочек красовались мамины сумки и туфли; на штангах висели платья, пиджаки, брюки, а на противоположной стороне гардеробной точно так же была развешана Петькина одежда.

– Вы храните вещи в отдельной комнате? – удивился Ванька.

– Ну да! А у вас разве не так?

– Нет. Вот у меня и у мамы, например, раздельные шкафы.

– А где же ваш папа хранит свои вещи? – спросил Поль.

– Он живёт в другом городе, – сухо проговорил Петька, но, заметив удивление друзей, добавил: – Я люблю папу, а он меня. Мы часто встречаемся, вместе ходим на рыбалку.

Примечания