- -
- 100%
- +
– Рубите, господин Нордвинд. Но, пожалуйста, сделайте это быстро, не хочу долго мучатся.
Дориан выхватил меч из ножен, но замахиваться не стал. Вместо этого он уставился на татуировку.
– Чего же вы ждёте, господин Нордвинд? За такого монстра, как я, вам перепадёт столько славы, сколько вы не наберёте за всю свою жизнь.
– Мы уходим от сюда немедленно.
– Что?! – вампирша выпрямилась и с вызовом посмотрела на Дориана, сжав крохотные кулачки. – Что всё это значит?! Делайте то, за чем явились.
– Дориан, ты чего? – толкнула его за плечо Мери.
– Тихо и спокойно посмотри на её татуировку на правом плече.
– Птица и птица. И что с того? – Мери оборвалась на полуслове – Да что же это! Аристократка! Я ведь говорила, что притягиваю беды…
– Жизель д’Мерле, надо полагать? Ты хоть знаешь, что сделает твой отец со всеми нами и с этим селением, когда узнает, что его дочь мертва?! Может даже случится война.
– Догадались всё-таки, – надула щечки вампирка.
– Ты сказал д’Мерле, дружище? Тот самый маркиз д’Мерле из соседнего королевства?! Советник их короля?! Узаконенная нежить?
– Он самый. А это, похоже, его младшая дочь. Попали…
– Почему же «попали», уважаемые господа? – защебетала вампирка, нервно озираясь по сторонам, – Просто подарите мне покой. Какая разница, кто я такая, если не буду сопротивляться?
– Да чего ты вдруг вообще помереть решила! – не выдержала Лили и тут же схватилась за рот.
– Нежить очень могучий, – шёпотом сказал Шрум. – И страшный очень.
– Почему?! А может я не хочу быть «могучим нежитем», и «страшным» тоже быть не хочу, – щебет Жизель теперь больше походил на визг. – Почему я такой появилась на свет? Даже укушенный может выбрать смерть, а мне даже выбора не предоставили! Я просто родилась такой!
Вампирка села на пол амбара, обхватив голову руками и заскулила.
– У моего папеньки в замке был слуга, сын горничной. Ему, как и мне, девятнадцать. Месяц назад он спас из пожара лошадь моей маменьки и папенька предложил ему укус. В знак благодарности папенька отличившимся слугам может пожаловать превращение в вампира. Марсель мог отказаться, но согласился. Папенька же не знал, что мы с ним вместе были… – вампирша замешкалась, но продолжила. – Я его уговаривала, чтобы он остался человеком, но Марсель меня не послушал и сказал, что когда-нибудь состарится и умрёт, а он хочет быть со мной всегда. А папенька потом узнал про нас и очень рассердился. По-настоящему рассердился. Он бы Марселя долго мучил и пытал. Он это умеет. И мы решили сбежать из замка, но на границе с вашим королевством люди папеньки почти нагнали нас в какой-то таверне. И в следующую ночь нас непременно бы схватили. И тогда Марсель сказал, что нужно выйти на солнце и исчезнуть, чтобы, им всем плохо было! Пусть ловят наш пепел! Мы взялись за руки и вместе шагнули на свет. Я в первый раз увидела закат! Было очень красиво, но солнце так сильно жгло и кусалось! А затем Марслеь стал рассыпаться у меня на глазах, пока весь не превратился в пепел. А всё, что от него осталось – это рука, кисть, которую я держала! Потом и она распалась. А со мной было всё в порядке! Жгло только немного кожу и всё! Почему? Ведь папенька запрещал мне выходить на солнце. Почему я не превратилась в пепел? Это я его убила, моего Марселя! А он улыбался мне до последнего, пока не развеялся по ветру…
– Ничего себе! Менестрелька, ты хоть записываешь? Баллада получится – высший сорт! – ляпнула Лили шёпотом.
– Примите наши глубочайшие соболезнования, сеньорита. Но вы хоть понимаете, что, убив вас, мы обречем себя и местных на ужасную медленную смерть? Мы в отличие от вас очень хотим жить. Я уж молчу, что может случится натуральная война между королевствами.
– И вы думаете, что я вас так просто отпущу? Чтобы вы передали всё моему папеньке? Я домой больше не вернусь! Точно, если на вас напасть, вы ведь будете вынуждены защищаться? Если атаковать в полную силу, вы ведь тоже начнёте бить по-настоящему? – голосок вампирки окончательно перешёл с щебетания на вой и скрежет.
Жизель сделала молниеносный выпад. Её кулачек, чуть-чуть дотронулся до Альвареса, а он уже отправился в полет как тряпичная кукла. Грузный фехтовальщик отлетел к стене с дверью, попутно сшибая висевший сельский инвентарь, колесо от телеги, какие-то ящики. Всё это, утащенное за собой южанином, повалилось на него же, завалив сверху.
– [Усиленный выстрел]! – Лили как разведчица, имевшая отличную реакцию, опомнилась первая и запустила стрелу вампирше в голову. [Усиленный выстрел] позволял ценой быстрого износа лука увеличить повреждения дальнобойной атаке и добавить эффект бронебойности. Вот только плевала вампирша на стрелу, которая звякнув об голову, просто отлетела, не причинив Жизель ни капли вреда.
– [Обсидиановый шип]! – Из левой руки Дориана вырос тонкий и острый, в пол метра, каменный осколок, который вонзился в Жизель. Теперь настал её черед отлететь назад. Но прямо в воздухе она сгруппировалась, выдернула прошивший её насквозь осколок, отшвырнув его в сторону, и приземлилась в кучу зерна, на которой недавно сидела. Рана её моментально затянулась.
– Мери, Фрида, хватайте Альвареса, если ещё жив, и тащите его наружу! Лили, прикрывай их и тоже вали!
– Я тебя не брошу! – Мери, не послушав Дориана встала вперёд его, выставив меч по направлению к вампирше. – Ты, я смотрю, парень серьёзный, решил погеройствовать? Так и я не пальцем деланая. Я же авангард!
– Они его не утащат, а у тебя всё равно из брони только ватная куртка!
– Утащат, никуда не денутся. Слышали, девочки, спасайте борова!
– Вот дура! – вместо Дориана ответил Обсидиан.
– Сам дурак! А ты ещё кто такой?
– Сейчас это так важно?
– Нет, конечно.
– Вот и отлично, готовься. Она бросится на тебя. [Обсидиановая броня]!
Мери окружил целый вихрь пепла, вылетевший из левой руки Дориана. Этот вихрь мгновение кружил вокруг мечницы, а затем уплотнился, принимая форму каменной брони, которая теперь красовалась на воительнице. Вместо деревянного щита появился обсидиановый, составивший комплект с доспехами. Мери ошалело осматривала себя, но не препятствовала действию умения.
– Офигеть! Это что, вариант каменной кожи?!
– Ха! А тебе не всё равно? Она нападает!
Мери выставила вперед щит, и не зря. Вампирша дествительно бросилась на неё. Латница встала в защитную стойку и приготовилась держать удар.
– [Крепость]!
Жизель налетела на воительницу. Но не смогла ни повалить, ни даже сдвинуть её с места. Мери устояла, приняв весь удар на щит. В этом ей помогло умение [Крепость], которое придавало бонус броне, дополнительную устойчивость и иммунитет к опрокидыванию её обладателю. Взамен латник не мог сдвинуться с места какое-то время.
Вампирша, тем временем, вцепившись обеими руками в щит, пыталась его вырвать, но пока ей это не удавалось.
– Я долго не продержусь, сделай что-нибудь!
– А зачем надо было лезть вперёд? [Объятья пепла]!
Дориан превратился в серое облако, тенью переместился за спину вампирше, как он проделал до этого с Лили, и, превратившись обратно, резко горизонтально махнул мечем, сжимая его обеими руками. Удар должен был снести ей голову, но Жизель невероятно вывернулась из-под лезвия в последний момент, отскочила на стену амбара, оскалилась и зашипела.
– Она же помирать собралась, какого тролля она увернулась?!
– Ха! В этой кукле уже сознания нет. Это просто зверь на инстинктах. Очень, ОЧЕНЬ опасный зверь. Даже мне с теперешним арсеналом придётся несладко.
– Это всё моё невезение… Это точно моё невезение. А ты хоть кто такой? Как звать-то? И где Дориан?
– Обсидиан. И я всё ещё здесь, – сказал он на разные голоса.
– Вот это, офигеть, раздвоение!
– Когда ты снова сможешь двигаться?
– Обсидиан, она не успеет! – закричал Дориан.
– Без тебя знаю. Вот мелкая гадость! Она может управлять кровью!
Вокруг вампирши стала собираться красноватая дымка. Марево начало разрастаться, грозя заполонить весь сарай. На месте Жизель теперь виднелось туманное красное пятно, в котором можно было различить только горящие глаза.
– Если нас заденет это облако – конец. Придётся сражаться в серьёз, а это чревато…
– Всё, я могу двигаться!
– Тогда бери ноги в руки, и бегом на улицу. Остальные похоже уже выбрались.
– А ты?
– А я, – Обсидиан показал в левой руке небольшой серый шарик размером с яблоко, – кину нашей оппонентке подарочек, и сразу за тобой. Всё. Пошла, пошла!
Мери, чертыхнувшись, кинулась к выходу. Вампирша бросилась за воительницей, увлекая за собой и красный туман.
– [Обсидиановый шип]! – ещё один каменный дротик воткнулся в вампирку, останавливая её на полном ходу. Она метнулась в право, злобно шипя и извиваясь. Но на этот раз шип не получилось вынуть так просто. Он засел в правой руке Жизель, пробив кость. Вампирша, упав на пол, продолжила попытки выскрести осколок из конечности.
– Интересно, почему чем талантливее молодёжь, тем у неё более скверный характер? В любом случае – лови! [Малая пепельная бомба]!
Обсидиан сжал серый шарик, который держал всё это время в левой руке, метнул его в вампиршу и, не дожидаясь пока сфера достигнет цели, устремился к выходу. Он нагнал Мери, которая уже открывала дверь, подхватил её и выскочил наружу. Они споткнулись и покатились вниз с холма по дорожке. Обсидиан вскочил первым, помог подняться ругающейся Мери, одновременно оглядываясь по сторонам. Чуть поодаль Лили отпаивала бледного как мел Альвареса зельем лечения, а Шрум водил посохом и кастовал заклинания исцеления. На траве валялись ещё одна пустая бутылочка и снятая с южанина кираса, в центре которой зияла дыра. Живот Альвареса весь был залит кровью. Рядом стояла Фрида с коротким мечом, смотревшая то на Альвареса, то на Дориана и Мери, то на амбар.
– Пригнитесь! [Halbmond]!
Раздавшийся грохот оглушил их. Амбар затрещал и моментально разлетелся во все стороны, перестав существовать как единое целое. Какие-то брёвна улетели вертикально вверх, какие-то просто осели, откатившись по земле. Крышу вместе со стропилами вывернуло в непонятную спираль и унесло назад. Но большая часть того, что ещё недавно было строением, превратившись в мелкие острые ошметки, рассыпалась по всем сторонам света, врезаясь и сшибая всё, что встречалось на пути. Остатки бревен разметало на несколько десятков метров. Если бы кто-то живой стоял на линии атаки, его бы изрешетило словно шрапнелью. На месте амбара теперь висело облако пыли, в котором ничего было не разобрать.
Несколько больших, и куча маленьких деревянных обломков попало по волшебному щиту полумесяца, установленному Обсидианом, но не смогло сломать его, отскочив как от стенки горох.
Мери, только что вставшая на ноги, хлопнулась на колени, нервно улыбаясь. Лили замерла, вытаращив глаза на место взрыва, продолжая лить зелье, но не Альваресу в рот, а на траву. Примерно такое же лицо было и у Альвареса, который, видимо, пришёл в себя после ранения. Фрида, проигнорировавшая предостережение, так и осталась стоять. Короткий меч в её руке мелко дрожал. Обсидиан беспокойно всматривался в развалины амбара, не уверенный в окончательной победе.
– Офигеть! – опомнилась Мери – Это же «A» уровень! «A»! Понимаете?! Дориан или Обсидиан, ты же авантюрист с «A» уровнем! И это всего лишь [Малая пепельная бомба]! А что же тогда делает большая?!
– Большая? – Дориан улыбнулся совсем не свойственной ему злой улыбкой. – Да так, взрывает сразу крепость с предместьями.
– Кто ж ты такой? Ты что, из Города Богов? – Мери опять нервно засмеялась.
– Рад, что вам понравилось. Вот только наша новая знакомя так не считает. Сидите за шитом полумесяца, а мне, похоже, придётся повозиться.
– Так она не сдохла что ли?! – Лили уставилась на Дориана-Обсидиана.
– Она идёт!
Завал, образовавшийся после взрыва на месте амбара разлетелся, и появилась она. Вампирка окружила себя полупрозрачным кроваво-красным шитом, вроде кокона. Кое-где на нём виднелись трещины, но барьер устоял, приняв на себя всю силу взрыва от пепельной бомбы. Это позволило вампирше обойтись без повреждений. В обеих руках её были тёмно-красного цвета кинжалы, которые она держала обратным хватом.
Сама Жизель уже совсем не походила на человека. Пустые глаза, звериный оскал, демонстрирующий длинные клыки. Остатки разума окончательно покинули её, предоставив место инстинктам абсолютного хищника, монстра.
Выбравшись из-под завала, вампирка, вместо того, чтобы броситься на своих врагов, остановилась, смотря в даль. Красный барьер вокруг неё стал испарятся, превращаясь в туман, медленно вращавшийся по часовой стрелке.
– Это ещё чего за магия? – Лили натянула тетиву лука, оставив лечение Альвареса на гоблина.
– Девчонка – кровавый маг, очень неприятная сила, с которой трудно бороться. А это конкретно заклинание [Кровавый туман]. Всё, что попадает под него, получает постепенное понижение жизни, и кое-чего ещё. Действует вроде яда. Кроме того, можно попасть под контроль вампира. Очень скверное заклинание, сгубившее не одного самонадеянного героя. О, решила попробовать всё же?
Послышалась странная мелодия, она то усиливалась, то утихала, то лилась ручьём, то катилась камнем с горы. Резко и плавно, и всё вместе одновременно. Мелодия подхватывала, несла как поток, бросала, потом снова несла, закручивала в спираль и вытягивала в тугую струну. Музыка словно обволакивала, убеждая следовать за ней. Вампирша, только что готовая наступать, остановилась, повернулась назад и поплелась обратно к завалу, странно раскачиваясь из стороны в сторону, неразборчиво бурча себе под нос.
– Получилось! А говорили, что звук бесполезен против вампиров! – торжествующе прокричала Фрида.
– Но… подействовало? – Мери недоверчиво смотрела то на Фриду, то на вампиршу. – Это какой-то неправильный упырь.
– Я просто подумала, раз она такая психованная, то и эффекта ясного разума у неё больше нет. А это как раз значит, что она стала восприимчива к гипнозу.
– Ха! Гениально! Прими мои поздравления, хотя сдирать пальцы в кровь о струны не самая удачная идея.
– Заживут, никуда не денутся.
– Слушайте, у меня прям мурашки от этого красного марева, – пробормотала Лили.
– Не удивительно, демоны тоже придают большое значение крови.
– Серьёзно?
– Считается, что родоначальником вампиров был божок на службе у Верховной Богини Жизни, той самой, что живёт в Храме Алого Сердца. Божок этот хотел угодить своей госпоже, создав сильных воинов-последователей. Он посоветовался с другим богом, взял нескольких… кандидатов и отобрал у них возможность умирать. А поскольку всё это было завязано на крови, получились действительно серьёзные бойцы, с возможностями управлять кровью, как частицей жизни. Так появились вампиры-аристократы. Правда, Алая энтузиазма своего подчинённого не разделяла. Более того, она пришла в ужас от подобного. И нерадивый помощник качественно получил по башке. Да так получил, что сразу обиделся, собрал свои пожитки и творения и переметнулся к демонам, научив уже их своим приёмам.
– Вы там так и будете трепаться? – нервно спросила Мери.
– Понимание способностей этой мелкой занозы сейчас очень важно.
– То же мне, понимающий нашёлся. Может лучше придумаешь, как её привести в чувство? Девчонка-то, в принципе, не злая!
– Сомневаюсь, что это возможно. Я уже говорил, теперь это просто зверь! Можно было бы оглушить её, но с вампиром это не сработает.
– Но с акустической магией прокатило.
– У Фриды высокий показатель удачи.
– А с каких пор удачу стали измерять в показателях? – прищурилась Мери.
– Да почти с самого начала.
– Я сейчас услышала что-то не для своих ушей?
– Может помолчишь уже? У меня появилась одна интересная идея, и я пытаюсь думать. Уважаемая «лучница», чувствуешь её кровь?
– Есть такое. Только там что-то не так. Не знаю, как объяснить, но тот туман – он неправильный, что ли. Исковерканный. Рваный…
– Даже так?! Интересно! Вот это уже по-настоящему интересно! Теперь и я готов рискнуть. Может проверим? Слышишь, как оно поёт? Попробуй сделать чего-нибудь похожее. Пропусти это зов через себя. Только не переусердствуй, а то второго монстра мы не потянем.
Вампирша, наконец, опомнилась. Потрясла головой, словно скидывая что-то невидимое с себя, развернулась, махнула руками с кинжалами, указывая на авантюристов и облако кровавого тумана двинулось в сторону приключенцев.
Лили закрыла глаза, её волосы покраснели, а черты лица ожесточились, как тогда, на ферме, но трансформация в демона остановилась на полпути. Лучница направила лук на Жизель.
– Тяжело… Как будто триста вопящих голосов разом предлагают свихнуться, – голос Лили стал ниже, в нём появилось рычание. – Но кое-что дельное они тоже говорят. [Кровавый лук]!
Лили сделала небольшой порез когтем на левом запястье. Струйка крови вместо того, чтобы упасть на землю, замерла в воздухе, а затем обмоталась вокруг лука, придавая ему причудливые очертания и бордовый оттенок.
– [Рассеивающий выстрел]!
Из лука Лили вырвалась тёмно-красная стрела. Когда она достигла тумана, произошёл всплеск. В мареве появилась прореха, которая не думала восстанавливаться снова.
– [Рассеивающий выстрел], [Рассеивающий выстрел], [Рассеивающий выстрел]!
– Вы вообще кто такие?! – ошалело спросила Мери. – Козырь, блин. Никого не смущает, что она де…
– Сделай вид, что ты это не видела.
– [Рассеивающий выстрел]!
В тумане появлялись всё новые прорехи, постепенно разрушая его. Вампирша шипела, но в ближний бой не совалась.
– [Рассеивающий выстрел]!
– Притормози, а то лишишься сил.
– Да всё в порядке! Я… – из носа Лили стекла струйка крови. Лучница пошатнулась и завалилась на бок, выронив лук, который моментально сделался обычным.
– Всё, дострелялась. Манипуляции с кровью требуют большого объема магии и многолетней подготовки. Вот только откуда у лучницы взяться большим объёмам маны? Эй гоблин, хватит лечить толстяка. Он уже вне опасности. Пригляди-ка лучше за хозяйкой.
– Госпожа помирать?!
– Да ничего с ней не будет! Просто потеряла сознание, от дефицита маны.
– Дафуцыта?
– Переколдовала.
– А! Так бы сразу говорить. Шрум присмотреть, Шрум защищать!
– Похоже, придётся, как я говорил, нам взяться за девчонку всерьёз. С папашей её как-нибудь договоримся потом… наверное. Дориан, на тебе мечи.
– Понял, остальные не вмешивайтесь. [Близнецы]! – Дориан вытащил из своего меча ещё один такой же. Заклинание-умение [Близнецы] позволяло копировать свой меч, однако второй был на самом деле слабее оригинала на треть.
– Славно. [Обсидиановые крылья]! – за спиной у Дориана появилось дюжина обсидиановых шипов, которые, сгруппировавшись, зависли в виде крыльев. – Как уже было сказано, не вмешивайтесь, а то попадёте под раздачу. Вперёд, партнёр!
– Вперед. [Gladius acutus]!
Дориан на скорости, не уступающей вампирке, ринулся на неё. Он не бежал, а парил, чуть не доставая до земли ногами. Жизель в очередной раз оскалилась, выставляя кинжалы, а затем прыгнула в ответ. Они сошлись со звоном и искрами, разлетелись, снова сошлись. Вампирша полосонула по Дориану, но он распался как дым, собрался у неё за спиной, махнул правым мечом. Достал. Жизель успела лишь выставить кисть, которая тут же отлетела в траву, отрубленная от руки. Лидер сразу отпрыгнул, избегая контратаки.
Вампирша потрясла обрубком, секунду на месте среза клубился красный дым, затем кисть отросла назад, причём вместе с кинжалом. Упыриха атаковала, но Дориан увернулся в сторону, уходя из-под удара. А вот в вампиршу полетели обсидиановые шипы, составлявшие крылья, на их месте тут же возникли новые. Вампирка отбила кинжалами почти все, но два достали её. Один краем задел правую ногу, чиркнул и пролетел дальше, второй же воткнулся в левое плечо, застряв в суставе.
Они сошлись ещё несколько раз, обмениваясь сериями быстрых ударов. Дориан теснил её, но потрясающая способность вампирши регенерировать играла ей на руку. Она могла победить, действуя измором. Несмотря на потерю способности мыслить, её инстинкты подсказывали ей самую правильную тактику против более сильного врага.
В какой-то момент Жизель удалось зажать правый меч Дориана кинжалами и вывернуть его из рук. Левый клинок моментально растаял в воздухе, оставив Дориана безоружным. Ещё один недостаток умения [Близнецы]. Второй меч существует, пока ты держишь в руке первый. Обсидиан оценил ситуацию и разорвал контакт с вампиркой, отскочив от неё на десять метров. Жизель тем временем избавилась от осколка, торчащего из её плеча.
– Вот ведь, мелкая пакость! Всё, мне это надоело. Ты как?
– На пределе.
– Тогда выхода нет. Эта ненормальная получит, чего хотела. [Неумолимое течение времени]! – Обсидиан сложил ладони вместе. А затем быстро развел их в стороны. Между ними появился абсолютно чёрный клинок в форме фалькаты, только с более длинной рукоятью, как у двуручного меча. Он был матовый и совсем не блестел на солнце, как будто сам свет, падая на клинок, растворялся в нём. От меча исходил слабый свист. – Доигралась!
– Подожди! – к Обсидиану со всех ног неслась Мери. – Это глупость конечно, но вдруг её ещё можно привести в чувства? В конце концов может её просто захватила боль от потери. Её возлюбленный умер у неё на глазах. Дай мне последнюю попытку.
– Не говори ерунды! Если тело Дориана сейчас откажет, вы все трупы! Без вариантов. А тебя она просто размажет, – голос Дориана окончательно изменился, скрежетая металлом и мощью.
– А я всегда дурой была и никого не слушала! – закричала Мери. – Просто свали в сторону. [Таран]!
Мери выставила вперёд щит и ломанулась на вампиршу. Та не ожидала такого, а может и ожидала, но недооценила угрозу. Воительница сбила её с ног, протащила несколько метров и прижала к развалинам сарая. Затем, закричав, занесла вверх меч:
– [Молот] и [Наковальня]!
[Молот] – умение, что придавало дробящий удар режущему и рубящему оружию, а [Наковальня] увеличивала вес этого оружия в несколько раз. Клинок обрушился с верху вниз на голову Жизель. Она пыталась увернуться, но не смогла, прижатая щитом.
– Да приди ж ты в себя, дурёха!
На Жизель обрушилось ещё несколько ударов. Мери хотела вырубить её, но упырихе было всё нипочем. Она бросила кинжалы и завопила, щит в руках Мери дрогнул. Вампирша сразу воспользовалась этим, выбив его. Закричала уже Мери, потому что её левая рука, державшая щит, вывернулась из сустава. Следующий выпад вампирки был страшным. Она ударила в открывшееся пространство, в левый бок. Мери отшвырнуло. Она упала на траву. Попыталась встать и не смогла. Из левого бока на месте отлетевшего куска обсидиановой брони торчали два обломка ребра. Мери попробовала встать снова, но у неё опять ничего не получилось. Было видно, что ей даже дыхание причиняет нестерпимую боль. А вампирша уже летела к ней, замахнувшись, чтобы добить.
– [Remote control]!
Вампирша застыла в полуметре от Мери уже с занесённой рукой для решающего удара. Она пыталась двигаться, но не могла пошевелить даже бровью. Попыталась заорать, но не произвела ни звука. Все уставились на Обсидиана, который протянул правую руку в сторону вампирши. Перед его кистью сияла небольшая сине-зелёная полупрозрачная рамка, со светящимися внутри неё непонятными символами.
– Это уже никуда не годится. Позорище на мою голову! Меня вынудил использовать ЭТО несносный ребёнок. [Status]! – по светящемуся прямоугольнику побежал набор символов и диаграмм, которые просматривал Обсидиан, явно понимая, что они все значат. – Какой идиот поигрался с твоими настройками? Добавить вампиру атрибут «неуравновешенный разум», он что, псих? Ладно, всё будет не так уж плохо, если исправить огрехи, этих криворуков. Вот так! А теперь – [Reboot]!
Вампирка закрыла глаза и отключилась, плавно осев на траву перед ошарашенной Мери. Красные кинжалы и остатки тумана развеялись. Жизель поджала ноги под себя, приняв позу эмбриона и больше не шевелилась, лежа на правом боку.
– Она… всё?
– Есть силы на удивление? Похвально. Не двигайся, сейчас и тебя проверим, за компанию. – Обсидиан снова забарабанил пальцами по рамке, всматриваясь в непонятную писанину. – Хм? Интересно. Очень интересно. Похоже с контролем нынче совсем плохо стало. Эй, чего уставились? Помогите этой ошибке природы зельем, а то с проткнутым лёгким ей недолго осталось!