Маг-хранитель

– Все мы такие же, как все, – не стал спорить Вальдемар Карлович. – Просто кому-то дан от природы музыкальный слух. Кто-то способен поставить рекорд в беге. С барьерами, разумеется. Кто-то различает запахов в десять раз больше, чем усреднённый обыватель. А кто-то обладает природным даром – магией. Вот, собственно, почему вы, Дэн, смогли распознать каррохов? Как вы считаете?

– Один из них совершил неосторожный поступок и выдал себя, – твёрдо ответил Денис. – Глупо облизывать себе лицо, как собака, если ты маскируешься под человека, заведомо к этому неспособного.

– В чём-то вы правы, мой юный друг, – кивнул Носик. – Но и не правы одновременно. Вы замечаете следствие, но не ищете причину. Вернее, не хотите искать. В этом и заключается разница между настоящим магом и тем, кто может им стать, но, вполне возможно, никогда не станет в силу врождённой лени.

– При чём тут моя лень?!

– Мой коллега ошибается, – мягко вмешался Вайс. – Дело не в лени. Дело в том, что вас, нынешних студентов, не учат учиться. Пичкают информацией, но не учат рассуждать и делать выводы.

– Вы явились сюда, чтобы поиздеваться? – Денис почувствовал нешуточную обиду. Вот сейчас хорошо было бы развернуться и уйти.

Вальдемар Карлович приподнял шляпу:

– И в мыслях не было. Покорнейше прошу простить. Стариковское брюзжание.

– Я не обиделся, – соврал Денис.

– Обиделись, – возразил Вайс. – Я прекрасно вижу это по вашей ауре. А вот прямо сейчас цвет обиды замещается удивлением. Вы простили меня, и это хорошо. Пойдёмте в сторону третьего корпуса, а то стоим здесь у всех на виду.

– Как три тополя на Плющихе, – усмехнулся Носик.

Постукивая наконечником трости по тротуарной плитке, Вальдемар Карлович двинулся по бульвару. Денис и Яков Наумович, волей-неволей, потянулись следом.

– Вы смогли опознать каррохов потому, – говорил Вайс, глядя прямо перед собой, – что у вас открылось истинное зрение. Это один из признаков мага.

– Истинное зрение – это как? Как у экстрасенса?

– Можно и так сказать. Собственно, все экстрасенсы – это и есть маги. Некоторые необученные, интуиты. Некоторые обученные. Они работают под прикрытием. Маскироваться под экстрасенса проще, чем под доцента вуза, уж поверьте моему богатому опыту.

– А в техническом университете много магов работают?

– Совсем мало. Из магов-хранителей я один. Есть ещё несколько необученных. На машиностроительном факультете и на горном. Да один из вахтёров в одиннадцатом корпусе.

– А как вы их узнаёте? – Денис вначале спросил, а потом сообразил. – Истинное зрение, да?

– Можно и так сказать. Хотя не только оно…

Вайс свернул с бульвара сразу за оперным театром. Впереди маячила статуя Анатолия Соловьяненко. Несмотря на пасмурную погоду, золотой монумент сиял сквозь безлистные кроны окружающих его деревьев.

– Видите, молодой человек, этот подъезд? Белый пластик и стекло?

– Вижу. А что это?

– Ай, как плохо… Нужно знать такие места, – покачал головой Носик.

– Это – Дом работников культуры города Донецка, – назидательно произнёс Вальдемар Карлович. – А возглавляет его старейший маг-хранитель Октябрина Борисовна. Старейший и один из самых сильных. У нас всего лишь три мага-хранителя первой категории, а Октябрина Борисовна – одна из них. Именно к ней я и хотел вас пригласить. Горячий чай с вареньем – это то, что нам всем сейчас нужно. Не бойтесь потратить много времени. Рассказ о том, откуда взялась магия в нашем мире, займёт час или полтора, не больше. А потом отправитесь на кафедру начертательной геометрии.

– А рассказать о магии мне обязательно должна Октябрина Борисовна?

– Не обязательно. Мог бы и я. Просто вам обязательно нужно познакомиться со старейшей магичкой Донецка. Поверьте, Дэн. Общение с Окрябриной Борисовной стоит потраченного времени. Один мой знакомый журналист пошутил, что побаивается оставаться ней один на один.

– Она такая страшная?

– Нет, что вы… Милейшая женщина. Но силой воли превосходит большинство мужчин этого города. Так вы принимаете наше приглашение?

– Принимаю, – улыбнулся Денис.

– Тогда прошу!

Вальдемар Карлович открыл стеклянную дверь, и они вошли. Долго и тщательно вытирали ноги о коврик, потом поднялись на пять ступеней и угодили, в буквальном смысле слова, в объятья трёх старушек. Одна из них потянула Дениса смотреть картины, развешанные в огромном количестве по стенам, но Вайс решительно пресёк её поползновения, сославшись на занятость. Спросил – есть ли кто у Октябрины Борисовны? У директора никого не оказалось. Старушки пообещали принести чай, варенье и булочки прямо к ней кабинет. Яков Наумович заявил, что будет ждать на диване в холле. Похоже, он тоже побаивался старейшую магичку.

– Старайтесь использовать истинное зрение, – шепнул Вайс перед дверью.

Денис не знал, сможет ли последовать совету. Если у него и прорезаются некоторые магические способности, то совершенно непредсказуемым образом. По своей воле он не мог ими управлять.

Кабинет директора Дома работников культуры напоминал волшебную шкатулку изнутри. Книги, статуэтки, гобелены, иконы. Букет живых цветов на приставном столике. И конечно – хозяйка. Седовласая женщина с королевской осанкой и пронзительным взглядом синих глаз. Вайс, удерживая шляпу в руке, церемонно раскланялся, поцеловал Октябрине Борисовне руку. Представил Дениса.

– Я поняла, Вальдемар. Это тот самый мальчик, о котором ты мне говорил, – произнесла она глубоким голосом, на котором не сказались прожитые годы. – Присаживайтесь.

Денис «завязал» узелок на память. Выходит, о нём уже говорили. То есть, появление его здесь нельзя назвать случайным. Может, и драка на бульваре – часть большого представления, целью которого было знакомство парня с его магическим потенциалом? В книгах так часто происходит. Живёт себе главный герой, никого не трогает и вдруг появляется некий вестник, который открывает тайну происхождения или рассказывает о древнем проклятии, нависшем над миром. И оказывается, что никто, кроме избранного, не в силах спасти человечество. Не выслушает ли он сейчас такую же повесть? И что захотят от него?

– Ты всё неверно истолковал, – печально улыбнулась Октябрина Борисовна. Мысли она, что ли, читает? – Нет, я не читаю мысли, мне не нужно даже твою ауру считывать. У тебя на лице всё написано. Такая череда эмоций, что можно читать, как открытую книгу, – Денису на миг показалось, что на её плечи наброшена горностаевая мантия. – Сейчас принесут чай. А что наш друг Яков?

– Постеснялся заходить.

– Постесняется он, как же… Просто остался с моими помощницами, рассчитывая съесть побольше булочек.

Вайс развёл руками – мол, и возразить-то нечего.

– Мы, в самом деле, говорили о тебе, – Октябрина Борисовна повернулась к студенту. – Ну, не совсем о тебе. Тогда мы ещё не знали, кто ты, где живёшь, учишься… К стыду своему, вынуждена признаться, что обнаружили тебя не мы.

– А кто?

– Тёмные, – пояснил Вайс. – В Донецке их осталось мало, не все убрались восвояси. Тёмные трусливы. Как только слышат канонаду, начинают паковать чемоданы. Но это и к лучшему. Нам удаётся держать их под присмотром.

– Так себе под присмотром, – улыбнулась Октябрина Борисовна. – Вампира чуть не упустили.

– Это хороший вампир, – покачал головой Вальдемар Карлович. И, по всей видимости, для Дениса добавил. – Анджей Михал Грабовский из киевского гнезда. Конечно, кровосос, но соблюдает кодекс чести. Не убивает просто так. Не выпивает людей досуха. Ему больше шестисот лет. До инициации был польским рыцарем. Сражался при Грюнвальде.

– Хороших вампиров не бывает, – возразила хозяйка кабинета. – Порождения Великой Тьмы.

– Анджей по мере сил следит за поведением других вампиров. Не позволяет им баловать сверх меры. Поэтому нам полезнее не трогать его, но держать под присмотром. Когда он появился в Донецке, я подумал, что не все местные вампиры убрались. Вначале лета я выдвинул им жёсткий ультиматум – ноги в руки и бегом. Пообещал, что каждый из их рода-племени, кто попадётся на моём пути в сентябре, будет развоплощён быстро и почти безболезненно. Мои люди последили за ним, но Анджей не зря шестьсот лет скрывается, сумел сбросить «хвост» и приблизительно на полночи выпал из нашего поля зрения. Даже мобильный телефон отключил…

– Вампиры пользуются мобильными телефонами? – удивился Денис.

– И телефонами, и компьютерами. Двадцать первый век на дворе. Конечно, потом я до него дозвонился и сделал выговор в достаточно резкой форме. Анджей извинился и сказал, что уже уезжает. Но с кем он встречался, я так и не узнал. Это было недели две назад. Пришлось усилить бдительность. Мы начали выискивать и отслеживать остатки тёмных. И выяснили, что они тоже кого-то ищут. Оказалось, что вас, молодой человек. Вот только зачем? Этого мы не знали, да не знаем и сейчас. Конечно, мы установили наблюдение за посёлком, приставили охрану…

Кудрявая улыбчивая старушка внесла поднос с керамическим заварником, чашками, розетками с вареньем и глубокой тарелкой с булочками. Октябрина Борисовна предложила угощаться. Денис вдохнул аромат травяного чая – ромашка, чабрец, ещё что-то…

– Ополченец в белых кроссовках? – спросил он, будучи уверенным, что угадал.

– Нет, – покачал головой Вайс. – Бомж.

– Ничего себе! Охрана! Да я чуть не умер от страха!

– Что же такого страшного в обычном бомже? – удивилась Октябрина Борисовна.

– Взгляд, – насупился Денис. – Он так смотрит.

– Я поговорю с ним. Больше такого не повторится.

– Кстати, он делал сегодня ошибку за ошибкой, – вздохнул Вайс. – Совершенно напрасно покинул трамвай. Из-за этого нам с Яковом пришлось прочёсывать бульвар Пушкина. И хорошо, что мы успели вовремя.

– Что ни делается, всё к лучшему, – философски заметила магичка. – А теперь позволь, Денис, я немного введу тебя в курс дела. Ты должен знать о магах и их особенностях. Готов слушать?

– Готов, конечно.

– Вот и замечательно. Открою одну маленькую… а может, и большую тайну. У всех людей есть сердца. Вот опять на твоём лице я вижу бурю эмоций. Ты, наверное, думаешь, что выжившая из ума старуха затащила тебя в своё логово, чтобы вещать очевидные истины. Но ты ошибаешься. Я говорю не о комочке мускулов величиной с кулак, которые гоняет кровь по твоим сосудам. Сердце – субстанция энергетическая. Оно управляет нашими эмоциями, придаёт нам силы или ввергает в грехи. Существуют четыре Стихии, о которых ты, очевидно, догадываешься.

– Воздух, Вода, Огонь и Земля?

– Совершенно верно. Человеческое сердце, как энергетическая субстанция, может черпать силы в одной из Стихий. Именно принадлежность к определённой Стихии и определяет черты человеческого характера, присущие ему с рождения. Огонь – холерик, Воздух – сангвиник, Вода – меланхолик, а Земля – флегматик. Но у некоторых людей от рождения бывает сразу два сердца. И тогда они становятся магами. Сочетание стихий определяет их способности в том или ином направлении. Вот у Вальдемара, к примеру, сердце Земли и сердце Огня. Поэтому ему не составляет труда кидаться магическими огненными шарами, он может придавать своей трости прочность стали. Яков носит в груди сердца Воды и Воздуха. Это самые распространённые сочетания.

– Ну, спасибо, – поклонился Вайс.

– На здоровье, – в тон ему отозвалась Октябрина Борисовна.

– А у меня? – спросил Денис. – Ведь если я – маг, то у меня тоже должно быть два сердца?

– У тебя, мальчик мой, довольно редкое сочетание. Огонь и Вода. Попадается в одном случае из сотни возможных.

– А что мне это даёт?

– Пока не знаю. В Донецке ты первый за те пятьдесят лет, как я наблюдаю магов-хранителей. Возможно, несколько уроков у опытного наставника помогут раскрыть твой потенциал…

– Что-то мне не очень хочется.

– Не хочешь, как хочешь. Я за свободный выбор. Мы не имеем права принуждать, мы лишь подсказываем и направляем. Но направлять можно мага, который добровольно избрал этот путь. Главное, что теперь ты предупреждён. Ты знаешь, где нас найти. Когда ты сделаешь свой выбор, просто зайди в гости. Попьём чаю, поговорим.

Денис испытал облегчение. Это хорошо, что маги-хранители Донецка такие терпимые и уважают ненасильственный путь. Ему с детства претило, когда кто-то указывает, как жить, чем заниматься, какой дорогой идти. Но оставались ещё вопросы без ответа.

– А тёмные, они с какими сердцами?

– Молодец, – кивнул Вайс. – Мыслишь в правильном направлении.

– У тёмных нет сердца, – покачала головой Октябрина Борисовна. – Оно выгорело. Или они сами его выжгли, благодаря злобе и ненависти ко всем у живому. Именно поэтому они живут своим отдельным мирком, не имея возможности прибиться ни к людям, ни к магам. Люди подсознательно чувствуют отвращение к бессердечным. Сторонятся их. Конечно, кроме тех, кто и сам становится на путь Тьмы. Но их судьба предрешена. Потеря сердца и вечное одиночество в мире.

– Ясно. Спасибо за разъяснения. А больше двух сердец может быть? – Денис понимал, что задаёт каверзный вопрос, но очень хотелось загнать в тупик магов-хранителей, сидевших с таким важным видом.

Октябрина Борисовна помрачнела.

– Маги с тремя сердцами известны. Правда, появляются они раз в столетие. Им тесно в нашем мире. Сила распирает их, не даёт покоя, стремится выплеснуться. Нелегко управлять двумя сердцами, тебе ещё предстоит это узнать. А уж тремя – и подавно. Они уходят в другие миры.

– Умирают, что ли?

– Не совсем. Существует несколько слоёв реальности, отличных от нашей. Там другие законы мироздания, другие обитатели, там по-другому течёт время. Тебе ещё рано о них знать, но когда-нибудь позже…

– То есть, это секретная информация и, если я не вступлю в ваше сообщество, то я недостоин ею воспользоваться?

– Нет. Дело не в закрытости, – возразил Вальдемар Карлович. – Просто у тебя не хватит базовых знаний, чтобы понять. Следовательно, ты или не поверишь в наш рассказ, или воспримешь всё исключительно на веру, как античный первохристианин. А оно нам надо? Мы стремимся к осознанности в словах, в поступках и в понимании мира. Иначе какие же мы магии-хранители?

– Ясно. А четыре сердца? Бывает четыре сердца?

И тут маги замолчали. Растерянно переглянулись. Повисла тяжёлая тишина. По взгляду Октябрины Борисовны Денис понял – она уже пожалела, что связалась с любознательным студентом.

– Нет, если это знание тоже запретное, – сказал он, виновато разводя руками, – то я снимаю вопрос.

– Не запретное, – ответил Вайс, с трудом подбирая слова. – Оно неизведанное. Мы не можем с уверенностью сказать, существовали маги с четырьмя сердцами или нет.

– Их сила бы сравнялась с божественной, а это – большой грех, – добавила магичка.

– Но есть мнение, – продолжал Вальдемар Карлович. – И не только моё… Раз мы допускаем существование высших сил, то мы должны допустить существование магов с четырьмя сердцами, – признание давалось ему очень тяжело. Наверное, сковывал немигающий взгляд Октябрины Борисовны. Казалось, её синие глаза, высверлят дырку на безупречном чёрном пиджаке мага-хранителя. – Но знание это столь страшно, что никто не решился к нему подступиться, опасаясь утратить разум. Так что не спрашивай нас о четырёх сердцах.

После этих слов общение как-то скомкалось. Чай показался остывшим и невкусным. Варенье – приторным, а булочки застревали в горле. Парень отставил чашку, вежливо поблагодарил за угощение и напомнил, что торопится проконсультироваться по курсовому по инженерной графике. Его не задерживали. Вайс проводил до проспекта Богдана Хмельницкого и сунул в руки визитку со своим телефоном и электронной почтой.

– На всякий случай, – сказал он. – Надумаешь получить пару уроков, дай знать. И внимательно смотри по сторонам. Тёмные не дремлют. Если что, наблюдение я не снимаю.

Денис умчался в третий корпус, где пожилой преподаватель долго придирался к размерным цепочкам на деталировке и обозначениям шероховатости поверхностей. Зато теперь, после долгой беседы, чертежи нуждались в самой небольшой доработке. Прождав ещё минут сорок маршрутку, парень добрался домой. Наскоро перекусил, включил телевизор. Там рассказывали об обстрелах Горловки, Докучаевска, Макеевки. Отдалённая канонада за окном подтверждала правдивость слов диктора. С выходом ополчения Донецкой Народной Республики к Азовскому морю, Пролетарский район Донецка превратился в глубокий тыл, хотя когда-то прорыва украинской армии ждали и здесь. Теперь войну только слушали.

Отец ещё не вернулся с работы – в его университете тоже на несколько дней отменили дистанционное обучение. У мамы суточное дежурство в больнице. Опять привезут раненных с Трудовских и с Октябрьского. Денис попытался включить интернет – может, удастся скачать триллер Вайса «Эльфы приходят в полночь» или «Последний вампир Ойкумены»? Вряд ли такое чтиво может понравиться нормальному человеку, но хотя бы в следующий раз на вопрос Вайса не придётся смущённо отводить взгляд и пожимать плечами. А будет ли он – следующий раз? Доводы магов не убедили Дениса. Скорее создали ощущение большого сумасшедшего дома, в котором живёт весь Донецк. Впрочем, если задуматься, последние полгода у слишком многих людей возникают подобные мысли. Или даже раньше, начиная с киевского бунта – бессмысленного и беспощадного, несмотря на отрицание всего русского.

Увы, интернет не работал. Перезагрузка роутера не помогла. Очевидно, что-то случилось у провайдера.

От скуки Денис решил заняться курсовым по начерталке. Если исправить все замечания, то можно попробовать сдать работу на середине семестра. Мало ли что… Вдруг ВСУ пойдут на штурм, начнутся уличные бои, а курсовой сдан. Очень полезное дело. Даже в мировом масштабе, не говоря уже об отдельно взятой республике.

И тут зазвонил телефон.