Древние узы. Пришествие

Да морозы в этом году в предгорье, где и базировалась их часть, были не шуточные и держались они уже третью неделю. Обрывов на линии связи за это время было четыре. И один из обрывов устранял как раз-таки Дилан со своим отделением. Кейла отправила его, за то, что он подлил розовую краску в ее шампунь. Неделю обер-старшина ходила словно сказочный Луп-Луп – маленькое розовое животное, похожее на дитя кролика и кошки. За то сейчас, после того как краска с кожи смылась, она щеголяла великолепной копной золотистых волос, кончики которых были окрашены в нежно розовый цвет. Правда всю эту красоту по уставу необходимо было убирать в косу, потому то Дилан и видел Кейлу с распущенными волосами всего один раз. Когда они случайно пересеклись в душе, она выходила, а он только шел мыться. И вообще, юноша не понимал, чего девушка на него взъелась, ведь получилось же очень красиво.

– В связи с чем, – Голос полковника вырвал молодого человека из размышлений. – Первая рота, выдвигается к боевым укреплениям. Вторая рота встает на боевое дежурство на территории казармы и устраняет обрыв связи. Третья рота выдвигается в сторону надвигающегося тумана. Командиры рот подойдите ко мне, для получения дальнейших инструкций. Остальные выдвигаются в оружейные, для получения личного оружия в соответствии с поставленной задачей.

– Ну конечно же опять все дерьмо разгребать нам! Дался им этот клятый туман! – Пожаловался Дилан Кейле, идущей рядом. – Да забери их бездна, почему чуть что так сразу третья рота?! Нас за спиной уже золотарями называют, за что, наверное, пояснять не надо, сама догадаешься. Тяжи из первой вообще обнаглели, эти уроды как с дерьмо с нами общаются. Сами же влезут в свои броне-костюмы, дотопают до позиций и сидят, жду пока мы в осином гнезде палкой пошерудим и к ним весь улей приведем. Элита пограничных войск тоже мне нашлась. А вторая чем лучше нас? Такая же легкая пехота, как и мы, но почему-то всегда в охранении. Похоже Полкан с их капитаншей воду мутит, вот и бережет ее. Кейла, ты вообще меня слушаешь?

Девушка шла, задумавшись и по тому, как она хмурила брови было понятно, что думы эти не самые приятные. Зеленые глаза обер-старшины были прищурены, а губы поджаты, ей что-то не нравилось во всем происходящем.

– Обер-сержант, у тебя глаза и мозг есть? – Обратила она к нему, прямо посмотрев в глаза. – Или после утреннего происшествия ты потерял связь с реальностью?

Она схватила его за локоть и оттащила в сторону, с пути движения сослуживцев, чтобы их никто не подслушал и не создавать затор в узком коридоре оружейки.

– Обер-сержант, ну ни у всех же на глазах мы обжиматься будем в уголочке! – Попытался схохмить Дилан.

– Заткнись и слушай! – Прошипела Кейла, – Ты что тупой? Не видишь, что происходит? Первая рота – это заград-отряд, а мы пушечное мясо. Полкан боится этого тумана, не исключаю что развед-отряд, который передал информацию о нем, так и не вернулся в расположение части. Пока мы отвлекаем то, что прячется в этом клятом тумане, тяжи будут следить, чтобы мы не попытались сбежать, если силы будут слишком превосходящими. Потом лягут и тяжи. Но вместе мы выиграем для Гайруса несколько часов. Это позволит ему с оставшейся ротой собрать манатки и двинуть в сторону штаба дивизии. А мы – мы это боевые потери. Объявит нас героями, посмертно. На досуге еще подумай о том, почему полковник не упомянул гвардию и их не было на построении. Слишком это все странно. Так что бери в оружейке все что можно и нельзя и отделению прикажи, а я пойду поговорю с остальными командирами отделений, хочу, чтобы наш взвод был готов ко всему, что может скрываться в этом проклятом тумане. Да и еще. Не верь во всю ту чушь что мелют эти недоумки, про нас с тобой тоже, знаешь ли, всякое говорят, только нет в этом и капли правды.

И не дожидаясь его ответа Кейла пошла разыскивать двух оставшихся командиров отделений, чтобы отдать им соответствующие распоряжения. Дилан же начал пробираться в сторону своей оружейки, слова девушки очень ему не нравились, но в них была доля правды, что-то происходило.

– Лан, чего хотела от тебя наша красотка? Только не говори, что близости, не поверю, – хохотнул Айрен – заместитель Дилана.

Это была обычная для него подначка. Они служили вместе уже два года и не раз выручали друг друга в разный ситуациях, так что можно было сказать, что они почти друзья. Да и не строил Дилан из себя крутого командира, куда ему с его ВЭС, удивительно, что хоть обер-сержанта присвоили, и то, наверное, потому что он иногда думал, в отличие от остальных. Но тем не менее, не смотря на шутливый тон вопроса, все десятеро повернулись к командиру и смотрели на него в ожидании ответа.

– Сказала вооружаться по максимуму и ждать дальнейших указаний. Ей сегодня словно вожжа под хвост попала, – Ответил юноша и прошел к своему оружейному ящику, который находился рядом с ящиком Айрена.

– Рен? – Обратился он, не оборачиваясь к заместителю. – Отправь кого-нибудь из ребят до казармы гвардейцев. Пусть посмотрит куда делась наша элита. А то такой праздник жизни и без них. Только тихо, чтобы никто ничего не видел и не слышал.

Айрен кивнул и ушел к одному из бойцов, которые уже были почти готовы, отдавать распоряжение.

Через пол часа от полковника вернулся капитан и вызвал к себе всех командиров вплоть до взводных командиров. Кейла ушла, а Дилан смотрел ей в след, на розовый кончик косы, и все думал над ее словами. Солдат, которого Айрен отправил к гвардейцам, вернулся десять минут назад и рассказал, что видел. Казарма гвардейцев была оцеплена солдатами второй роты. Но Вайлу, так звали бойца, удалось пробраться внутрь незамеченным. Казарма была пуста, все было перевернуто, будто там маги-воздушники порезвились. Но самое странное то, что тел или даже пятен крови нигде не было. А вот вся амуниция и оружие были на месте, будто гвардейцы покуражились, а потом в чем были куда-то ушли, да так что ни один часовой их не заметил. Вот обер-сержант сидел и прикидывал варианты того, чего им стоило ожидать в ближайшем будущем.

Кейла вернулась через пятнадцать минут и собрала всех командиров отделений в каптерке.

– Приказ такой, – начала она, глядя хмурыми глазами на подчиненных. – Взводы с первого по пятый идут к Южному утесу, остальные пять взводов к Северному пику. Идем веером, наш взвод крайний справа. Выступаем через пятнадцать минут вместе с тяжами, они нас проводят до низовья и встанут в укрепрайон за Быстрой. А еще с нами пойдут святые отцы, по одному на пять взводов. И вот это самое странное. Даже более странно чем, то, что в этом веселье не учувствует гвардия.

– Да, на счет гвардии, – Дилан не успел рассказать Кейле о том, что узнал от своего бойца. – Гвардии на территории гарнизона нет. Я отправлял одного из своих ребят посмотреть. Так вот казарма пуста, обмундирование на месте, а гвардейцы будто испарились.

– А вот это уже очень-очень плохо, – сказал Айрен. – С голой жопой против бронированного паромобиля получается идем. Нам хоть артефактные плащи, защищающие от этого сраного мороза, выдадут?

– Всё выдадут, – Ответила Кейла. – И плащи и провизию на три дня, а также артефакты-отопители и укрепленные палатки. В общем хватит лясы точить, собирайте людей и строимся у казармы.

Дилан накинул артефактный плащ на плечи, поверх основного комплекта брони, и соединил застежки, тем самым активировав его. Двигаться так было, конечно, тяжеловато, ведь основная броня в ее зимней вариации весила порядочно. Включала она в себя броник, как называли его солдаты, а по сути броневой доспех с интегрированным артефактом усилителем. Рукавицы и сапоги тоже были снабжены активной защитой, завязанной на артефакты. А вот штаны, идущие в комплекте, были ужасны, на столько, что в них невозможно было присесть, от чего многие войны носили простые утепленные. Ведь броник доходил до колен, а сапоги закрывали ноги снизу до колен. Дилан и сам зачастую надевал неуставные порты, но сегодня он был полностью экипирован. На голову юноши был надет закрытый шлем, в котором была только прорезь для глаз, оттого голос его был тих, а звуки доходили значительно хуже. Еще в стандартный набор входил короткий клинок, артефактный стреломет с набором стрел, альпинистское снаряжение, круглый полуростовой шит, спальник, котелок, запас пищи на три дня. У рядовых солдат вместо стрелометов были арбалеты, луки не выдерживали морозов и трескали, потому северной стражей не использовались, и короткие копья. Любое дерево, используемое для древка, на морозе становилось слишком хрупким и ломалось после первой же сильной атаки. Использовать же магически укрепленные копья было слишком расточительно для прижимистых военачальников.

В дополнение к основному комплекту вооружения у Дилана был припрятан в сапоге узкий кинжал. В целом в такой амуниции любой солдат был достаточно защищен, чтобы не отправиться к Троим в первую же минуту боя. Правда был и значительный минус, лично для Дилана. Активация всей амуниции в боевой режим требовала десяти эргонов, а это был его максимум. Такой активации хватало на пол часа, а дальше юноша оставался запечатан в груду железа, которое должен был таскать только за счет физической силы в течении последующего часа, за это время резерв его восстанавливался. За два года юноша выработал тактику боя исходя из своих возможностей, он договорился с местным мастером-артефактором и тот слегка доработал броню. Теперь Дилан мог включить отдельные ее части или всю целиком, но при этом мог остановить активацию в любой момент, что позволяло тратить меньшее количество эргонов и оставляло его в бою на более длительный период времени. Правда и требовало от него большей концентрации и осторожности, но благодаря такой тактике из всего взвода только Кейла могла победить его в схватке один-на-один.

Они выдвинулись из расположения части длинной колонной. Впереди шли командиры рот, их заместители и святые отцы. За ними топали, сотрясая уплотненный до состояния камня снег, бойцы первой роты в своих паро-артефактных костюмах. При чем на одного оператора силовой брони приходились два бойца сопровождения, техник и мастер оружейник. Не смотря на огромную боевую мощь костюмов, без должного обслуживания и своевременного пополнения боезапаса через пятнадцать минут интенсивного боя броня превращалась в кусок металла массой почти в тонну. Самостоятельно на поле боя носитель брони не мог даже вылезти из костюма, не то что обслужить поврежденный узел или сменить боекомплект. Для этого и нужен был технический персонал в роте.

В итоге в состав первой роты входили двенадцать, а не десять взводов, на которые приходилось сто двадцать комплектов брони. Следом за первой шла третья рота. Их поставили после тяжей потому, что скорость легкой пехоты была выше, и чтобы они не ушли далеко вперед, им приходилось подстраиваться по черепаший темп паро-артефактных костюмов.

До реки они дошли за три часа. Это были самые скучные три часа в жизни Дилана. Тяжи двигались так, что можно было уснуть прямо на ходу, но был и плюс в движении за ними. Они проторили достаточно широкую тропу, по которой было удобно идти, в отличие от целины. У Быстрой первая рота отделилась от них и начала разворачиваться на рубеже. Третья же продолжила свое движение вдоль реки. Выше по течению, в получасе быстрого марша, было широкое место, где лед был толще, и такая толпа людей могла безбоязненно ее пересечь. Вообще Быстрая не замерзала даже зимой, но благодаря лютым морозам, в этом году ее накрыл тридцатисантиметровый слой льда, что было поистине непривычно.

Но река оказалась коварной. Почти перейдя ее, буквально в десяти метрах от берега ушел под лет седьмой взвод, в полном составе. Его командир почему-то решил вести своих людей в стороне от основной колонны, видимо побоялся, что лед не выдержит нагрузки после того, как по нему прошли уже шесть взводов. За что и поплатился, горы не прощают ошибок.

За рекой рота должна была разделиться по направлениям движения для определения угрозы, идущей от тумана. Взвод Дилана занял полагающееся по построению место, и они двинулись вверх по склону. В этом месте горы начинали подъем достаточно плавно на два-три километра вперед, а вот ближе к пику, склон был уже достаточно крут и пришлось бы использовать альпинистское снаряжение.

После часа подъема в гору, по все еще рыхлому насту, выше в горах он был намного плотнее, Кейла скомандовала привал. Люди повалились в снег кто где стоял. Дилану потребовалось приложить массу усилий, чтобы организовать временную стоянку, пинками и подзатыльниками он заставил людей шевелиться и начать готовить пищу. Никто не обижался на его ругать и рукоприкладство, хоть бойцы и устали, но все же осознавали, что полежи пятнадцать минут на снегу на таком морозе и обморозишься или заболеешь и никакой артефактный плащ не поможет. Обер-старшина собрала вокруг себя командиров отделений для обсуждения дальнейшего плана действий, тут же присутствовал и святой отец. Преподобный Аркаис отчего-то решил присоединиться к их взводу, что слегка нервировало бойцов.

– Для чего вы здесь преподобный? – Напрямую спросил Дилан, как только священник присоединился к собранию. – Вы не лекарь и не боец, ну по крайней мере оружия у вас при себе никакого нет. Так что повторюсь, зачем вы потащились с нами?

– Обер-сержант, заткнись, – Взвилась в ярости Кейла, прожигая взглядом юношу.

– Ничего, дорогая, все в порядке, – Покровительственным тоном ответил Аркаис, было ему около тридцати лет, но тон при этих словах был присущ семидесятилетнему старцу. – Я отвечу на твои вопросы, сын мой. Если вы здесь представляете собой глаза и уши Императора, то я здесь с той же целью только для нашей церкви в лице совета кардиналов. Плато душ не самое безопасное место в нашем мире, и то, что оттуда вышло может представлять угрозу для привычного нам мира.

– Ну что ж это хотя бы честный ответ, – Процедил сквозь зубы Дилан.

– Простите его Ваше Преподобие, – Сказала Кейла. – Лан, как и я, воспитывался в монастыре и оттого у него не самое лестное отношения к Святым Братьям.

– Понимаю, понимаю, – Ответил священник. – Трудно ожидать чего-то хорошего от тех, кто обходился с тобой не самым лучшем образом.

– Может хватит меня обсуждать и займемся уже делом? – Вспылил Дилан, ему явно не пришелся по вкусу оборот, который принимала их беседа.

– Да чего тут обсуждать, – Сказал командир первого отделения – Вот мы, вон гора. Пожрем да полезем, все просто.

– Не скажи – Возразила ему Кейла – Если лезть как бараны на убой, то да твой план хорош, но думаю все хотят вернуться в казарму. Так что давайте поступим так. Сейчас привал на час. Потом отправляем разведгруппу вперед, а остальной взвод движется с отставанием в пол часа. Если что разведчики нас предупредят об опасности. Двигаться будем до темноты, это часа два-три, а там встанем лагерем.

На том и разошлись. Дилан отправился к своему отделению, разогревать сухой паек у греющего артефакта, да и погреться немного. Несмотря на то, что плащи отлично выполняли свою функцию, мороз в тридцать градусов все равно пробирался к телу. На марше было это вполне терпимо, но на привале хотелось находиться ближе к теплу.

– Ну что тут у вас? – Спросил он, подойдя к своим людям. – Все слопали или оставили страдающему начальству пару ложек той бурды, что армейские повара почему-то называют мясным рагу?

– Извольте испробовать вкуснейшее мясное рагу на всем Орусе, от лучших поваров Масхада, – Поддержал его шуточный тон Айрен и протянул миску с коричнево-бурой бурдой. Дилан бросил шлем на снег и попытался усесться на нем, как на стуле.

– Ну что за бесполезная железяка, видимости в нем ноль, слышимость аналогичная, даже как стул не использовать, – Посетовал он и бросив бесполезные попытки уместиться на головном уборе, сел как все, прямо на снег.

– Ну если бы северную стражу снабжали последними моделями вооружения, то Империя бы давно разорилась, с учетом то нашей смертности. Только наше отделение за последний год на треть обновилось, – Айрен печально переводил взгляд с одного бойца на другого. – А после сегодняшней вылазки, хоть кого бы сохранить. Что сказала Красотка?

– Отдыхаем час, потом выдвигаем дозор и с шагом в полчаса двигаем основной состав, – Ответил Дилан, через силу впихивая в себя «рагу». – Рен можешь поставить в дозор Вайла, он вроде толковый парень, а я хочу быть уверен в наших «глазах».

– Жалко парня, – С сомнением ответил заместитель. – Но ты прав, лучше потерять одного чем всех. Глядишь и пронесет.

На удивление Вайл спокойно, без споров, воспринял приказ командира и через час в компании двух бойцов из других отделений отправился в дозор.

– Ну что, готова? – Спросил Дилан Кейлу, стоя рядом с ней во главе отряда.

– Знать бы еще к чему, – С сомнением ответила она. – Еще погода как на зло стала портиться.

И действительно небо уже затянули тяжелые серые тучи, из которых начали свой хоровод первые снежинки. Это было странно, обычно при таком морозе снегопадов не было, но видимо сегодняшний день еще не исчерпал запас странностей. Ко всему прочему начал задувать ветер, который поднимал уже выпавший снег в безумную круговерть.

Примерно через час, трудного и изнурительного подъема, практически уже при нулевой видимости на них вышел Вайл. Без плаща, копья и арбалета, с одним только коротким клинком в руках, с которого капала толи черная кровь толи слизь. Парень припадал на правую ногу, а левое плече его было разодрано будто когтями зверя.

Кейла приказала взводу занять круговую оборону, а все командиры собрались около бойца. Медик начал обрабатывать его раны, а парень рассказывал, что с ними произошло.

Через час подъема они увидели туман, о котором говорил полковник. Это был ледяной туман. Ледяной, потому что деревья, которых он касался, тут же обращаются в лед, и от внутреннего напряжения взрываются россыпью искристых осколков. Воздух рядом с туманом становится на столько холодным, что даже дышать было больно. Но пострадал боец не от тумана, а от тварей, которые в нем прячутся. Их было несколько, при чем нападали они одновременно с двух сторон. Так что двое других бойцов умерли практически мгновенно, от того, что им разодрали глотки. Вайл оказался немного расторопнее товарищей и разрядил арбалет в третью тварь, после чего сразу двинулся в сторону основного отряда. Твари сначала не преследовали его, занятый расчленением трупов неудачливых бойцов, но одна не отставала. Та, в которую он всадил болт. Она атаковала его еще дважды. Первый раз Вайл встретил ее ударом копья, но в цель не попал. А вот тварь умудрилась перебить древко одним мощным ударом когтистой лапы, а вторым ударом разодрала ему плечо. Потом парень встретил ее на клинок меча. Обмен был равнозначный – раненая нога на отсеченную лапу. После чего тварь больше не нападала, толи бойцы успел уйти от тумана достаточно далеко, и она вернулась, толи ушла залечивать раны, толи еще по какой-то неведомой причине. На этих словах силы оставили парня, и он отключился.

– В целом ранения не смертельные, если не будет заражения, – Сказал медик, оттирая снегом с рук кровь. – А сейчас пусть отсыпается, это ускорит процесс восстановления.

– Туман из леса вышел! – Раздался крик одного из бойцов.

– Первая линия копья! Вторая арбалеты на плечо! – Скомандовала Кейла – Формация обратный серп! И медленно отступаем вниз по склону!

Все произошло так, как и описывал Вайл. Туман рвал в ледяные клочья деревья и когда до него оставалось метров сто на них напали твари. Злую шутку с ними сыграли закрытые шлемы, созданные для максимальной защиты бойцов. В безумном танце снежинок и завывании ветра бойцы были просто не способны отследить тварей стужи. Разглядеть их было очень трудно, движения их были молниеносны, выпад за ним удар и стремительное возвращение в туман. Расстояние это они преодолевали за три четыре секунды. Сначала атаки осуществлялись парами и выстрелами из арбалетов удавалось их отсекать. Но потом терпение существ стужи лопнуло, и они хлынули потоком.

На вскидку было их штук двадцать – двадцать пять. Передвигались они при помощи четырех лап, при чем передние были значительно длиннее задних. Лысые, голые с буграми мышц под черной гладкой кожей и паутиной белых вен, они внушали страх.

Именно страх и победил их, так потом считал Дилан. Бойцы побежали и организованное отступление, при котором у них были шансы спастись практически всем взводом рухнули. Твари начали выбивать солдат по одному, пользуясь превосходством в физической силе.

И вот две из них добрались до Дилана. Мощнейший удар слева парень принял на активированный щит и попытался достать уродца клинком, но тот был слишком проворен. Вторая тварь бросилась в ноги. Но Боец вместо того, чтобы уйти с линии атаки, без затей впечатал ей активированный ботинком прямо в клыкастую морду. Нога от удара потеряла чувствительность сразу же, но и твари досталось. Сила его была такова, что ее контузило на пару мгновений. Хотя будь на ее месте обычное животное, голову бы ему расплющило точно. Дилан заваливаясь на колено, потерявшей чувствительность ноги, воспользовался инерцией и вогнал клинок в основание черепа твари.

Тем временем второе порождение холода не собиралось отказываться от законной добычи и бросилось с дерева бойцу на спину. И когда оно только успело туда залезть. Но думать об этом было некогда, потому что тварь целенаправленно пыталась разодрать доспех в районе лопаток и перебить позвоночник жертве. Юноше пришлось активировать весь комплект брони, чтобы выиграть время и попытаться сбить с себя тварь. Он припечатал ее о ствол стоящего рядом дерева. Лишь с пятой попытки ему удалось сбить существо с себя. На этом же закончилась и активная защита брони. Видимо натиск твари был столь силен, что весь запас эргонов потратился за тридцать секунд, вместо тридцати минут. Либо ей удалось добраться до одного из управляющих камней и разрушить его.

– Твою мать! – Выругался Дилан стоя на коленях напротив оскалившейся твари. – Как же не хочется подыхать в этом сраном холоде!

Его клинок застрял между позвонками первой твари. Стреломет и щит валялись на снегу в нескольких шагах, он выронил их, пытаясь сбросить с себя этого уродца. Остался только кинжал в голенище сапога, его то Дилан и пытался вытащить незаметно для твари. Она бросилась молниеносно, хоть юноша и ожидал этого, исчадие стужи оказалось быстрее.

Сначала боец почувствовал лишь удар, который опрокинул его на спину, а потом пришла адская боль в правой части груди. Тварь склонилась над ним. Какой же мерзкой она была. Обтянутый кожей череп, с большими белыми глазами без зрачков. Паутина белых вен, опутывающих мерзкую морду. Увеличенные и заострённые ушные раковины, которые приросли к черепу. Вместо носа два отверстия и безгубый рот с оскаленными акульими зубами, из которого стекала капля тягучей зловонной слюны, прямо на лицо Дилану.

Он вогнал ей кинжал прямо в висок. Четко и резко. Тварь как была, так и упала на него, придавив всем весом и окончательно выбив воздух и растерзанной груди.

– Ну вот и отпрыгался, – Пронеслась на границе угасающего сознания, не такая уж и оригинальная мысль. Юноша повернул голову на бок, чтобы в последние мгновения жизни не ощущать смрада, идущего от нее. Сквозь пелену снега он заметил недалеко от себя зарождающийся белый огонек, который с каждым мгновение набирал все больше силы. И когда огонек стал размером с тыкву, он взорвался, выпустив из себя волну белого пламени, вместе с которым шел поток магических ионов.

На этом сознание покинуло Дилана, и он погрузился во мрак.