Ведьма и Феникс. Невеста до востребования
- -
- 100%
- +
– Ты все врешь! – асур взвился, как ужаленный. – Она моя истинная! А ты сдох от зависти! Потому что твоя ведьма тебя кинула!
Ширас смотрел строго перед собой, как будто не слышал. Поднялся настоящий гвалт.
– Твоя истинная, говоришь? – задумчиво спросил Рохас.
– Да! Я требую свое право!
– Ты требуешь право? Ты получишь, – внезапно отрезал судья.
И встал.
Воцарилась полная тишина, даже, кажется, пламя утихло.
– Ты применил силу, посмел угрожать гостье, которой была обещана безопасность, – Рохас взял паузу и обвел взглядом зал. – Ты нарушил закон гостеприимства и покрыл нас позором. Но ты претендуешь на нее по праву первого. Так слушай.
Слышалось только шумное дыхание обвиняемого.
– За это ты к ней НЕ ПРИБЛИЗИШЬСЯ.
Асур зарычал.
– Теперь вытяни руку. Раны и боль будут с тобой как напоминание.
– Я требую свое право! – взревел тот и страшно выругался, а потом выплюнул: – Я буду биться за нее через пять лет! В этот день!
– Ты можешь биться за нее в этот день через пять лет. Но девушка остается свободной, и кого выбрать, будет решать сама, – проговорил судья и повернулся к Смотрящему. – Он твой.
***
Произошедшее было так неожиданно и дико, что Амра невольно пришла в ужас. Вот уж воистину, бойся своих желаний,
Но суд был еще не окончен.
Оставались свидетели.
– Теперь вы, – проговорил Рохас. – Гир, Раго, Авит. И ты, Клайт.
Все четверо подобрались и замерли. Вид у них был настороженный и взволнованный. Бывшие друзья принца, привыкли к безнаказанности, а сейчас все внезапно переигралось.
– Это не просто лжесвидетельство. Маль-чи-ки, – он специально подчеркнул это уничижительной интонацией. – Ваши действия равнозначны измене. Вы понимаете это?
Наперебой заговорили все четверо, сбиваясь и нервно сглатывая:
– Мы не лгали…
– Мы никогда…
– Нет! Как можно!
– В мыслях не было. Все произошло случайно!
Рохас некоторое время молчал, потом выдал неприязненно:
– Обрить всех налысо. Лишаетесь привилегий. Пойдете простыми воинами.
– За что?! – громко выкрикнула одна из асур, оставшихся в зале, очевидно родственница. – Они же ничего не сделали!
– Вот именно за это, – отрезал Рохас и отошел в сторону.
Тряхнул волосами и откинул назад голову. Видно было, что ему все это не доставляло удовольствия.
***
Амра не знала, куда девать глаза. Такой осадок.
И не понять, победа или поражение.
Что через пять лет в этот день?
О чем он говорил? С кем собирался биться? А на нее смотрела вся эта толпа, она мгновенно стала тут «героиней дня». Ее оценивали, к ней приглядывались, в основном настороженно, но у кого-то в глазах даже сквозила зависть. Все это было слишком для нее! Чувствовать себя призом, добычей, куском мяса?! Хотелось крикнуть: «Диля! Как ты вообще тут живешь!»
Она вляпалась! Вот она, та экзотика, о которой предупреждала мама. И если бы не Ширас…
И надо бы выразить переполнявшую ее благодарность. Но ведь он даже не смотрел в ее сторону. А она не решалась на него смотреть, боясь выдать свои идиотские чувства. Он слишком ей нравился. И еще. Принц был бывшим женихом ее старшей сестры. От этого в груди поднималась глухая ревность. На которую она не имела права даже в мыслях.
Между тем в зале уже началось движение. По знаку Смотрящего стражи отвели Арса в сторону. А народ стал расходиться. Главное, ради чего все здесь собрались, определилось. Дальше уже должно было последовать наказание, а это не так уж интересно. Толпа сильно поредела, скоро там не осталось почти никого, кроме родственников.
Видно было, что асурам не слишком понравилось решение судьи, слышался ропот, поминали ведьм и хвостатых. Но Арс действительно зарвался.
Будь она просто свояченицей Гадеса, можно было бы списать все это на внутренние конфликты. Но Амра гостья, она здесь по личному приглашению королевы. Это безоговорочный иммунитет. И она не какая-то условно бесхозная ведьма, которую можно было прибрать к рукам, она дочь Сахи Умранова, принцесса Нагов. Хамская выходка Арса приобрела политическое значение.
И теперь он стоял у стены под охраной стражей. Злой, напряженный, озирался, как затравленный зверь. Амра не могла на него смотреть. Его искалеченная рука. Кисть выглядела ужасно, эти затягивающиеся и вновь открывающиеся бескровные раны. И если так будет постоянно, как напоминание…
В тот момент она просто защищалась и никак не ожидала, что могут быть такие последствия. Чем дальше, тем больше ее мучила совесть.
Ну кто же мог знать, что так будет? Она всего лишь выглянула на улицу, ничего не предвещало беды, светило солнце. И вдруг в одночасье все стало так серьезно! Страшно и жестоко. И часть ответственности на ней. Ведь это ее мертвый дар.
Она незаметно покосилась на осужденного, а он перехватил ее взгляд и резко подался вперед, прямо как хищник сквозь прутья клетки, и выкрикнул:
– Смотри на меня! – выкрикнул. – Через пять лет! Я буду биться за тебя!
Амра отшатнулась. Ее словно кипятком ошпарило, стало неприятно.
– Заткнись, Арс.
Негромкий голос сбоку. Она резко обернулась.
Ширас так и не ушел, стоял чуть в стороне, пристально смотрел на осужденного и спокойно ронял слова:
– С кем ты хочешь биться? Ты что, не знаешь, что ведьма будет выбирать сама?
– А-ха-ха! – зло расхохотался тот и ткнул в него пальцем. – По себе знаешь?! Это ведь тебя ведьма, как тряпку, кинула! Но я не ты. Я сумею взять свое!
Амру стало душить возмущение. Да как он может! Как Ширас терпит такое?! Но тут Гадес приказал:
– Увести его.
Как бы Арс ни ярился, стражи попросту скрутили его. Он вырвался и, глядя на Шираса, крикнул:
– Ведьма! Смотри на меня! Через пять лет!
– Ты не подойдешь к ней, Арс, – глухо проговорил принц асуров.
– А ты мне не указ! – выплюнул тот. – Ты больше никто, понял! Плевал я на тебя!
– Довольно! – низко рыкнул Смотрящий, подходя к Арсу вплотную. – Ты достаточно сказал. Можно было меньше позориться.
И мотнул головой:
– Уводите.
Его наконец увели, и Гадес ушел следом.
Теперь зал был почти пуст. Кроме них, осталась только небольшая группа асуров, несколько мужчин и женщин. Они держались вместе и не уходили, как будто ждали чего-то.
А напряжение так и висело в воздухе.
Эта отвратительная сцена, развернувшаяся только что… У Амры до сих пор все дрожало внутри. Наконец она заставила себя встряхнуться. Хотела подойти к Ширасу, поблагодарить. Но в тот момент ее окликнул Рохас. Он подошел к ним и стоял сейчас рядом с ней и ее отцом. Пришлось подавить порыв, повернуться и ответить:
– Да.
– Я хочу принести извинения за то, что произошло.
– Извинения приняты, – проговорил Саха.
Рохас склонил голову и взглянул на нее.
– Я… – Амра невольно сглотнула. – Ничего. Я ведь тоже в какой-то мере виновата. Мой дар.
Говорила, а сама боковым зрением видела, что принц повернулся и медленно пошел к выходу из зала. Как будто нить из души потянулась за ним следом. И чем дальше он уходил, тем нить натягивалась больше.
По всем законам нельзя было этого делать, но она все-таки оглянулась.
– Вот о твоем даре я хотел бы поговорить, – сказал Рохас.
Чееерт…
– Да, конечно.
Она уже приготовилась к неприятному разговору. Ее мертвый дар всегда был больной темой. Но тут вмешался Саха Умранов.
– Одну минуту, – проговорил он. – Я сейчас вернусь.
Кивнул Рохасу и отошел. Амра только успела заметить, что папа тоже пошел к выходу из зала. Но что там произошло дальше, она уже не увидела.
Потому что одна из асур неожиданно подскочила к Диле. Замерла в нескольких шагах от нее и выкрикнула:
– Все из-за тебя, змеиное отродье!
***
Казалось, самый воздух зазвенел, а пространство дрогнуло.
У Амры был шок. Самый настоящий. В тот момент она перестала замечать, что происходит вокруг, видела только Дилю и ту асуру, посмевшую оскорбить ее.
Как будто какая-то гудящая тишина повисла, время растянулось до бесконечности и замерло. Очень медленно Диля повернула голову и спросила:
– Что?
– Что слышала!
– С каких пор драные подстилки подают голос? – невозмутимо осведомилась Диля.
А та вся багровыми пятнами покрылась.
– Он все равно не будет с тобой! – выплюнула, сжимая кулаки. – Скоро ты ему надоешь, и он тебя бросит!
Она злилась, а Диля слушала спокойно. Только губы кривились презрительной улыбкой. И в этом спокойствии было столько уничижительного, что та ярилась еще больше. Наконец асура выкрикнула:
– Все было хорошо, пока ты тут не появилась и не притащила сюда свою соплячку сестру! Арс ничего не сделал! Почему мой брат должен мучиться?!
– Потому что он лох.
– Ахххх…!!!
На какое-то мгновение асура лишилась дара речи и аж задохнулась. Но замешательство длилось недолго. Она страшно выругалась на непонятном языке и дернулась к ней, выкрикивая угрозы:
– Слабачка! Твое счастье, что ты спряталась за спиной Гадеса! Или…
И тут неуловимо вперед подалась Диля.
– Или что?
– Или я тебя размазала бы прямо здесь!
Диля сложила руки на груди и, словно насмехаясь над противницей, спокойно бросила:
– Попробуй.
***
Все это давно вышло за грань разумного и превратилось в абсурд!
Амра не могла понять, почему никто не вмешивается? Что происходит? Где Эрида?! Как она позволяет такое?! А Эрида уже вышла из тени. Уселась на подлокотник трона и смотрела на них с заинтересованной улыбкой.
И Амра вдруг поняла.
Сейчас будет поединок.
Это как в школе. Ты или докажешь, что с тобой надо считаться, или тебя будут гнобить. Но как же… Это же все серьезно!
Она даже не успела додумать, все произошло настолько быстро. Асура и ведьма замерли друг против друга. Асура резко вскинула руки (их у нее вдруг стало целых шесть!) и вытолкнула на Дилю волну силы, чтобы сбить с ног. А ведьма не шелохнулась, так и стояла, скрестив руки на груди, только чуть склонила голову.
И под ее взглядом все усилия шестирукой разбивались, словно о невидимую стену. Как та ни старалась ударить, не выходило ничего. Асуру стало охватывать пламя. Сначала понемногу. Вспыхнули руки, она рычала от злости, пытаясь сбить огонь. Но где там! Пламя разгоралось все больше, перекинулось на ее одежду и заполыхало. В конце концов она не выдержала, завизжала и бегом бросилась из зала прочь.
А вслед ей несся громкий смех Эриды.
Владычица асуров подошла к Диле, обняла ее одной рукой за плечи и сказала:
– Отличная работа! Теперь они крепко подумают, прежде чем вякнуть на тебя что-то.
Потом она повернулась к маме Наиле, стоявшей тут же, но чуть поодаль, и с видимым удовольствием произнесла:
– Твоими дочерями можно гордиться!
Вот теперь это была победа. Безоговорочная и полная!
Внезапно все изменилось. Ушло волнение. Остался только дикий адреналин от боя.
Черт! – подумала Амра. Это было здорово!
Глава 3
А в зале уже не осталось никого, кроме них. Все действительно закончилось.
Амра чувствовала себя так, словно ее несет потоком и кружит водоворотами. Не укладывалось в голове, столько событий за один день! Такие качели – то эмоции летели до самого дна вниз, то вверх до полной эйфории. А Эрида ей улыбнулась и зычно позвала:
– Ро! Что ты хотел сказать девочке? Это надолго?
И тут же повернулась к ней:
– Ты молодец. И помни, твой дар не проклятие, а сила! А силу уважают.
Подошел Рохас, взглянул на них и сказал:
– Нет, я просто хотел предложить Амре проходить обучение в нашем учебном заведении. Гадес сильнейший из магов смерти, но он Смотрящий, у него много обязанностей, он не всегда располагает временем. А там у нее будет еще и практика.
О-о. Амра невольно сглотнула и оглянулась на маму. У той было такое строгое лицо… И папа еще не вернулся, кстати, где он?
– Ну, вы подумайте об этом, – улыбнулась Эрида.
И вдруг оглянулась в сторону двери, в которую почти одновременно вошли Гадес и Саха Умранов. Увы, Шираса с ними не было. Амра еще некоторое время вглядывалась в проем, потом заметила, что на нее смотрит Эрида, и смутилась, как будто ее поймали на подглядывании. А та, как ни в чем не бывало, выдала, переводя на Гадеса взгляд:
– Адо, твоя жена тут, пока тебя не было, кое-кому хвост подпалила.
Он мгновенно напрягся. Тут же подошел к Диле и сгреб ее в охапку. Прижал к себе и замер, закрыв глаза. Видно было, что он тихо выговаривал ей что-то, а она качала головой, а потом уткнулась ему в грудь и тихонько хрипловато засмеялась.
Тем временем Саха подошел и встал рядом с ней и мамой.
Эрида оглядела их всех и сказала:
– Сегодня у нас был хороший день! Прошу всех ко мне. Это надо отпраздновать!
***
Оказалось, что в дом к владычице асуров можно попасть прямо отсюда.
Потому что она может воздвигать и убирать стены и открывать ходы по желанию. Но это не было чем-то таким уж незнакомым. В подземном мире у Нагов тоже действовал тот же принцип. Магия замыкалась на главу рода, и он мог по желанию открывать и закрывать в пределах своей земли любые ходы. Амре не раз приходилось видеть, как это делали дядя Далгет, и дядя Захри, и папа.
Тут интересно было другое – как асуры могут преобразовывать пространство. А это явно было так. Потому что с виду их дома казались совсем небольшими, а внутри в них могли помещаться огромные залы, внутренние сады и водоемы.
И еще Амру удивило, что все было готово к приему гостей в элегантной, обставленной в минималистическом стиле столовой. Накрытый стол ровно на столько персон, сколько их было, и горячее угощение. Как будто Эрида заранее знала, чем все закончится.
За столом, естественно, поднялся разговор о том, чтобы Амра продолжила обучение здесь, у асуров. Мама хмурилась, потому что это означало окончательный переезд ее сюда.
Честно говоря, Амра сама не знала, что сказать, все это так внезапно. Но ведь Ася учится так, и ей очень нравится! И еще была тайная мысль, что здесь она сможет видеть принца. Глупость, конечно, она вовсе не собиралась ему навязываться.
В конце концов решили, что два месяца в году она будет проходить обучение здесь, а в остальное время будет жить и учиться дома. На это мама с папой дали согласие. И опять ей казалось, что ее несет каким-то потоком.
После этого все отправились смотреть дом и сад, а она, как-то так вышло, осталась с Эридой в небольшой уютной гостиной. Это было хорошо, потому что адреналин схлынул и на нее начала накатывать усталость. Амра сидела на диване, Эрида напротив, а прямо рядом на стеклянном столике в широком белом керамическом горшке росли белые цветы.
Амра помнила, что видела такие же цветы на цветочной поляне в доме у Гадеса. Но не помнила, как они называются.
– Это асфодели* – цветы смерти, – сказала Эрида, оглаживая ладонями лепестки. – В Среднем мире растут редко и как будто через силу. С ними связана одна очень интересная легенда, я тебе как-нибудь потом расскажу.
Она откинулась на спинку дивана и спросила:
– А ты ничего не хочешь рассказать, поделиться впечатлениями?
– Я? – Амра повела пальцами по шее. – Ну… я не знаю, наверное.
И так уж вышло, что сама не заметила, как рассказала ВСЕ. А когда рассказывала про Шираса, наконец заметила, что Эрида заинтересованно смотрит на нее и улыбается, и невольно смутилась.
Потом вдруг вспомнила про другое. Нахмурилась.
– Арс кричал, что через пять лет в этот день будет биться за меня. И… мне тревожно.
– Не тревожься, – сказала Эрида. – Этот день будет самым счастливым днем в твоей жизни.
Странно прозвучали эти слова, как предсказание.
Мороз по коже.
Однако не успела она осмыслить до конца, в гостиной появились мама и папа. И мама сказала, глядя на Эриду:
– Благодарю за все.
А потом перевела на Амру грозный взгляд и проговорила:
– Собирайся, нам пора.
И Амра поняла, что разноса все-таки не избежать…
Она уже приготовилась к тому, что ее сначала дома «распилят» на части, а потом еще в наказание отправят к бабушке Адиле. Учиться медитации и чистить клетку с попугайчиками. Но тут на пороге комнаты возникла Диля. Конечно же, все слышала и сразу вмешалась:
– Ма? Вы что, вот так сразу уйдете и даже к нам не заглянете?
Она стояла в дверях гостиной, а за ее спиной темной каменной стеной возвышался Гадес. И обращалась к маме, однако смотрела при этом на отца.
– Прошу вас быть в нашем доме гостями, – склонив голову, проговорил Смотрящий.
Амра в очередной раз поразилась, как по-разному может звучать его низкий, задевающий что-то глубинное в душе голос. Повисла короткая пауза.
Но отказаться от приглашения было бы невежливо.
И разумеется, они остались. Диля потом незаметно подмигнула ей, а Амра прониклась гордостью и восхищением. Какой маневр! Ну ее старшая сестра крута-а-а. Вот это пример для подражания!
Потом они еще долго прощались с Эридой, и почему-то Амре казалось, что теперь у нее с владычицей асуров есть общая тайна. А дальше Гадес перенес их всех к своему дому – знаменитой черной башне.
***
Саха с Наилей стояли перед крыльцом. Смотрели на дом, в котором теперь живет их старшая дочь, и недоумевали.
Откровенно говоря, с точки зрения любого Нага, дом выглядел ужасно. Высокая квадратная башня из гладкотесаного черного камня. То, что на отшибе и обособленно, – Бог с ним. Наги предпочитают селиться в обособленных жилищах. Но у них огромные подземные дворцы из теплого розоватого мрамора, и в этих дворцах может проживать чуть ли не половина клана.
А тут… Ни единого окна! Глухие черные стены. Самая настоящая тюрьма, каменный мешок. Для стихийной ведьмы – смертельно.
– Нравится? – спросила Диля. – Красиво, правда?
Саха потер подбородок, а Наиля заставила себя улыбнуться дочери и сказала:
– Да, конечно.
– Кхммм… – прочистил горло Саха. – Красиво, да. А главное – целесообразно.
Диля хитро улыбнулась, а ее муж первым поднялся на невысокое крыльцо перед каменной дверью и проговорил:
– Добро пожаловать в мой дом.
Стоило сделать первый шаг за порог, и впечатление о доме поменялось кардинально.
Потому что внутри все было пронизано солнцем и светом, а пространство раздвинуто и преобразовано. Фактически это был другой мир. Несколько уровней, атриум.
Но больше всего поразил цветущий луг в самом сердце дома.
– Покажешь, как это сделал? – спросил Саха, пока Наиля ходила по лугу и дивилась.
У Нагов тоже есть сады в их подземных дворцах. Великолепные, сказочно красивые. Его отец, Мехидар, даже насадил для своей ИматАани особый ее личный сад. Но. Эти сады освещались магическим светом, и в них никогда не было неба.
А здесь все настоящее! Ветерок колышет травы, чуть пригибаются и дрожат венчики цветов. Ему захотелось сделать такое в своем подземном дворце для Наили.
– Покажу, – кивнул Гадес. – Но для этого тебе придется попрактиковаться в преобразовании пространства. Пробовал?
Саха криво усмехнулся и честно сказал:
– Ни-ког-да.
Потому что из трех братьев он самый профан в магии. Другое дело Захри или Далгет. Захри мог.
– Ничего, никогда не поздно начать, – утешил его Гадес и оглянулся на женщин.
Саха оглянулся тоже. Амра бродила, а Наиля с Дилей сидели на лугу и о чем-то тихо секретничали.
– Мы… – начал асур и запнулся, а потом выдохнул как-то разом: – Одиль беременна.
– Да ты что?!
Вот так была новость. Его дочь?! Саха сначала даже поперхнулся, а потом вытаращил на асура свои ярко-голубые глаза. И вдруг рассмеялся, чувствуя необыкновенный прилив радости. Так и становятся дедом, да?
Но он был бы не он, если бы не подколол Смотрящего. Похлопал его по плечу и глубокомысленно выдал:
– Вот и узнаешь, каково это – быть отцом ведьмы, брат.
А тот потер глаза и тихо засмеялся, потом бросил острый взгляд на женщин и проговорил:
– Отойдем, дело есть. И позови Амру.
Сразу исчезла веселость. Саха понял, что сейчас разговор пойдет о чем-то важном.
***
Мама с Дилей засели обсуждать свои женские тайны, а ее спровадили. Ну и ладно, она все равно слушать не могла все это сиропно-розовое. Очень кстати ее позвал папа.
Они втроем обосновались в огромной кухне. Гадес развел огонь в камине. И тут началось.
На суде ее ни о чем не спрашивали, думала – обойдется, зато все пришлось в малейших подробностях рассказывать сейчас. Как бродила по дому, как нашла ту дверь, как вышла на улицу. И дальше.
И вот тут, пересказывая все заново, Амра вдруг поняла, что это была не та дверь. В смысле, улица, дома вокруг, место, куда она вышла днем, оно не там, где главный вход. Просто удивительно, как она не подумала об этом раньше.
Гадес подтвердил:
– Таких выходов четыре, по одному с каждой стороны башни. Но все они открываются только изнутри. Я виноват, должен был предупредить, что одной выходить не стоит. Но я не ожидал. Прости.
– Опустим это, всякое бывает, – сказал Саха. – Я тоже Асю тогда упустил, прямо на глазах потерял. Давай о другом. У тебя была какая-то мысль?
– Да, – Гадес кивнул и замолчал.
Некоторое время висела пауза, он смотрел на огонь. Пламя освещало резкий профиль и отражалось в его черных глазах, похожих на блестящие капли нефти. Наконец он сказал:
– Я думаю, что Арс и его команда оказались там не случайно.
– Откуда такой вывод? – подался вперед Саха.
А Гадес прищурился, глядя на огонь. Потом стал ронять слова. Медленно, негромко.
– Ты, наверное, сам успел заметить, что мой дом находится не в самом оживленном месте.
– Допустим.
– Никто не ходит сюда просто так. Здесь не бывает туристов, нет ни одного развлекательного заведения. Ничего такого, что могло бы привлечь сюда бездельников, привыкших ошиваться по кабакам.
Он замолчал, отведя прядь волос со лба.
– Арс мог торчать здесь только с какой-то определенной целью.
Саха шумно выдохнул и подался вперед, уперев локти в колени.
– Это первое, – проговорил Смотрящий. – Второе – поведение. Они вели себя так, как будто были уверены в своей безнаказанности. И выбрали момент, когда меня не было.
Несмотря на то что в камине горел огонь, в помещении неуловимо повеяло холодом и опасностью. Амра невольно вздрогнула, до нее начало доходить, о чем говорил Гадес. Выходит, их подкарауливали специально? Ее или… Дилю?
Она вдруг вспомнила свои ощущения.
Солнце, слепящее после темноты. Она щурится, силясь разглядеть что-то. Палящий зной…
Но подождите? После темноты? Амра отчетливо помнила, что в холле было вовсе не темно, там горели факелы и еще была мягкая магическая подсветка. Значит, такого резкого контраста, чтобы она прямо ослепла на несколько секунд, просто не могло быть.
И дальше. Она стояла на узкой полосочке отмостки перед дверью, а перед ней была городская улица. И пока она там стояла, ничего не происходило. Арс и остальные появились только после того, как она сошла на мостовую.
Еще заметила тогда, что они появились одновременно с двух сторон улицы. Но откуда им было знать, когда она выйдет из дома? И вдруг мелькнула догадка.
И им и не надо было знать, они пришли, потому что получили сигнал.
А как же Ширас?
Ведь он буквально ворвался туда на своем байке и помешал им. Как он узнал?
– Понял тебя, – вскинул ладонь Саха. – Я попробую пробить по своим каналам, кто заказчик.
– Да, об этом я и хотел просить тебя.
– Охрану из наших прислать?
– Нет. Этим займусь я сам.
Низко и страшно пророкотал голос Смотрящего. Мороз по коже…
Некоторое время царило молчание, потом Саха спросил:
– Ты не рассматривал мотив мести? Сестра Арса и ты? Мог он затеять это ради сестры?
Гадес мрачно усмехнулся и покачал головой.
– Мстить сейчас за то, что закончилось пять лет назад?
– Ясно.
Мужчины переглянулись, как будто существовало еще что-то, о чем ей не дано было знать. И ей ничего не было ясно!
– Надеюсь, вы ночуете у нас сегодня? – спросил Гадес.
– Так получается.
– Хорошо, – асур как-то разом расслабился. – И да.
Он повернулся к Амре, которая тоже обрадовалась, что никуда сегодня они не уедут, и проговорил:
– О том, что ты здесь услышала, я прошу молчать.
– Ну конечно!
Как будто она прямо собиралась сразу же побежать и растрепать Диле и маме!
– Тогда идем к нашим…
– А мы идем к ва-а-аам, – раздался голос Дили.
Как они вовремя прервались!
Хорошо, что Амра сидела, а то так бы и присела от неожиданности. Гадес застыл, глядя на дверной проем, а Саха закатил глаза. Воистину от ведьм невозможно что-то утаить.