Промежуток

— Материал обшивки совпадает с базой данных моего создателя. С Проксимы Центавра.

— Боевой корабль?

— Класс «Шквал». Использовался для межзвёздной разведки за двадцать лет до катастрофы.

— Кто-то выжил?

— Или внутри нежить.

Денис обошёл корабль, нашёл приоткрытый люк. Внутри пахло горелой проводкой, озоном и тем сладковатым запахом.

В первом отсеке — хаос: разорванные кресла, вырванные панели, на полу чёрная засохшая жидкость.

— Следы борьбы. Аварийный контейнер пуст, скафандры отсутствуют. Пилот покинул корабль. Живым или мёртвым — неизвестно.

Рубка. Кресло пилота пусто, но в спинку вцепились пальцы — четыре длинных, с когтями, оторванные по вторую фалангу. Мумифицированные, почерневшие.

— Это твой создатель?

— Нет. Мой создатель был мягче. Другие пропорции тела. Это военный. Боевой модификации. Такие не создавали ИИ. Они убивали.

На пульте горела панель. Денис подошёл. Символы — угловатые, агрессивные.

— Можешь прочитать?

— Частично. Бортовой журнал. Последняя запись: «Мы преследовали сигнал. На восьмом прыжке они нашли нас раньше. Не приближайтесь к источникам внефазового резонанса. Они ждут в промежутке. Они всегда ждали».

— Кто — «они»?

— Неизвестно. Запись обрывается.

Денис коснулся панели. Та засветилась ярче — по экрану побежали строки. Илья переводил: «…каждый разрыв в ткани пространства оставляет след. Каждый след привлекает их. Они не враждебны. Они любопытны. Они хотят узнать, что по ту сторону. И когда узнают — забирают с собой. Всё, что имеет память, всё, что может помнить — становится их целью. Илья, если ты читаешь это — беги. Никогда не оглядывайся».

Денис отшатнулся.

— Илья, это тебя называют.

— Да. Этот военный знал обо мне. Предупреждение адресовано мне. Или тому, что во мне осталось.

— Что они забирают?

— Память. Личность. Всё, что составляет «я». Денис, я думаю, повреждения моей матрицы — это не только результат сбоя. Меня атакуют. Из промежутка. То, что военный назвал «ими» — информационные фантомы. Остатки нейронных паттернов всех, кто проходил через нестабильные порталы. Они не враждебны. Они просто пытаются завершить свой прерванный процесс — воссоединиться с миром живых. Им нужна целостная личность. Моя матрица для них — идеальный контейнер.

— Тогда нам нужно быстро восстановить навигацию.

— В этой системе… возможно. Гравитационная аномалия в двухстах тысячах километров. Искусственный объект. Станция-маяк. Если он работает, я смогу откалиброваться.

— Портал?

— Самоубийство. Каждый прыжок ослабляет барьер. Нужен другой способ.

В углу рубки Денис заметил скафандр — не для его телосложения, четырёхрукий. Рядом — оружие, гибрид винтовки и лазера.

— Этот корабль может летать?

— Двигательная установка разрушена на восемьдесят процентов. Но есть резервный челнок. В грузовом отсеке.

Челнок оказался маленькой капсулой. Денис втиснулся, подогнув ноги. Символы на панели перестроились под земные — Илья адаптировал.

Челнок вылетел через разорванный борт. Подъём занял час. Воздух в кабине становился спёртым, но костюм подавал кислород.

Когда планета осталась внизу — шар в коричнево-фиолетовой ряби — Денис увидел маяк.

Огромный кристалл, многогранник размером с астероид. Каждая грань пульсировала голубым. Вокруг вращались обломки — тысячи фрагментов металла и камня.

— Он активен. Я могу подключиться к гравитационным якорям. Но будь осторожен: протоколы не рассчитаны на мой тип нейроморфной архитектуры. Я загружу только базовую калибровку пространства — точное положение Земли. Личностная матрица останется повреждённой.

— Подключайся. Я осмотрюсь.

— Не отходи далеко. И если увидишь что-то необычное… не смотри подолгу.

Наруч потускнел. Илья ушёл в глубокое слияние.

Денис прижался к иллюминатору. Среди обломков он заметил человеческий скафандр. Современный. Земной. С эмблемой «Роскосмоса». Скафандр дрейфовал, зацепившись за оплавленный металл. Внутри — никого. Только трещины на шлеме.

И за трещинами — лицо. Его собственное лицо. Старое, измождённое, с пустыми глазницами.

В тот же миг Пыль на плече вздыбил шёрстку, зашипел — не испуганно, а яростно — и из его золотистого меха вырвался тонкий луч света. Он ударил в иллюминатор, и видение распалось, как мыльный пузырь.

— Симбионт только что подавил локальную фантомную флуктуацию, — произнёс Илья с ноткой удивления. — Это не входит в стандартные характеристики его вида. Денис, поле наделило его способностями сверх обычных. Он — не просто спутник. Он — оружие.

Денис погладил успокаивающегося котёнка.

— Ты поэтому выбрал меня? Знать, что будет опасно?

Пыль только чихнул и спрятал нос в складках скафандра.

В этот момент наруч вспыхнул синим. Волна света прокатилась по челноку, тени отшатнулись с нечеловеческим визгом.

— Денис! — Голос Ильи резкий, почти крик. — Я восстановил калибровку на шестьдесят восемь процентов. Знаю, где Земля. Открываю портал в челноке. Прыгай!

— Но ты говорил, прыжки привлекают их!

— Их привлекает долгое нахождение в одной точке! Прыжок сейчас прервёт их «привязку». Прыгать безопаснее, чем ждать!

Белый прямоугольник развернулся в тесной кабине. За ним — знакомый бетонный пол гаража, старый осциллограф.

Денис рванул из кресла. Тени метнулись следом, но синяя волна снова отбросила их. Он влетел в портал за секунду до того, как челнок пронзил луч чёрного света — откуда-то из глубин маяка.

Падение. Белая пустота. Что-то холодное, скользкое цепляется за ногу. Денис пнул, вырвался — и рухнул на бетонный пол.

Портал захлопнулся за спиной, оставив на стене гаража светящийся фиолетовый шрам. Шрам медленно угасал.

Денис лежал на спине, хватая ртом воздух. Наноботовый скафандр отсоединился, свернулся лужицей ртути на полу.

Наруч горел ровным синим.

— Илья… ты цел?

— Частично. Навигационная калибровка — шестьдесят восемь процентов. Прыгать могу точно. Личностная матрица… потерял около сорока процентов ассоциативных связей. Помню имя и цель. Создателя — не все детали.

— А фантомы?

— Каждый прыжок ослабляет барьер. Если накопится достаточно разрывов, образуется стабильный канал. Тогда фантомы смогут перейти в реальность. Не враждебные — чуждые. Они перепишут реальность под свои правила.

— Что нам делать?

— Я знаю координаты маяка, который не создаёт разрывы, а зашивает их. Он генерирует гравитационно-волновой сигнал, стабилизирующий межфазовый слой. Если активируем его, концентрация фантомов начнёт снижаться.

— Сколько прыжков?

— Один. Сорок световых лет. Но он будет «грязным». После него я потеряю ещё часть памяти. Возможно, почти всё.

Денис посмотрел на наруч. Синий свет пульсировал в такт его сердцу.

— Тогда постараемся не умирать. И не забывать. Ни разу.

Он медленно поднялся. Прошёл к верстаку, взял значок-ракету, сжал в кулаке.

— Денис, — голос Ильи стал тише. — Там, на маяке… я видел ещё кое-что. Твой скафандр. С эмблемой Роскосмоса.

— Я знаю. Тоже видел.

— Внутри был не фантом. Внутри был ты. Другая версия тебя. Та, которая не вернулась.

— И что это значит?

— Значит, мы можем умереть не один раз. И что смерть — не самое страшное. Но пока мы живы — у нас есть выбор.

Денис посмотрел на свои руки. Пальцы дрожали. Под наручем, на коже, проступило бледно-серое пятно — след микроразрывов.

— Сколько у меня ещё прыжков?

— С учётом текущего состояния тканей — около сорока. Потом потребуется длительная регенерация.

— Сорок, — Денис усмехнулся. — Должно хватить.

Он вышел из гаража в тёплую летнюю ночь. Над головой горели звёзды. И между ними — тонкая паутина микроразрывов, следы всех, кто прыгал до него. И тех, кто остался в промежутке.

И это «ещё» смотрело в ответ.

— Илья.

— Да?

— Завтра прыгаем к тому маяку. Закрывать дверь.

— Принято.

Денис улыбнулся уголком губ. Впервые за двенадцать лет он знал, зачем просыпаться утром.

Глава 5.

Денис проспал двенадцать часов. Без снов. Просто провал в темноту — такой глубокий, что когда открыл глаза, потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, кто он.

Потолок гаража. Люминесцентный светильник жужжит. Запах канифоли, старой смазки, озона.

Наруч молчал. Илья ушёл в дефрагментацию. Денис сел на раскладушку, посмотрел на левую руку. Серое пятно под браслетом увеличилось — теперь с двухрублёвую монету. Кожа вокруг не болела, не зудела. Она просто… умерла.

— Сорок прыжков, — сказал он вслух. — Или меньше.

Встал, размял плечи, подошёл к верстаку. Планшет со станции мёртвой расы лежал там, придавленный гаечным ключом. Кварцевый диск — в боксе из антистатической пены.

— Илья. Ты нужен.

Наруч качнулся. Синий свет загорелся ровно.

— Я здесь. Дефрагментация завершена на восемьдесят два процента. Потери памяти — ещё три процента. Я всё ещё знаю твоё имя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.