Эра сверхлюдей. Книга 2. Эволюция

Он практически задремал, как в шатер вбежал взволнованный Заур.

– Хан, на нас напали! – прокричал он.

Хан вскочил с кровати и бросился к выходу, по пути схватив свой меч. Несмотря на наличие у них большого количества огнестрельного оружия, он предпочитал сражаться по старинке. В стане уже царила паника. Люди бежали кто куда. И тут Хан увидел налетчиков. Две огромные черные птицы парили над станом. Пикировали вниз, хватали людей и бросали их на землю. Стан был огромен, и граница, где сейчас развернулась бойня, находилась достаточно далеко, чтобы четко видеть нападающих. Но по мере их приближения Хан отчетливо разглядел людей. Двое – один человек с крыльями, другой на крылатом льве.

– Черный страж и Крылатый страж! – услышал он панические крики со стороны.

Стражи были облачены в черные одежды, чем, видно, оправдывали свое название. На их головах были надеты шлемы с конскими хвостами, на пример древнеримских, только к ним прилагалось забрало из черного непроницаемого стекла. Хан не мог отвести глаз от этих фигур. Он изучал их, пытаясь найти слабые стороны. И по мере того, как не находил, приходил в ужас.

Пока он размышлял, Крылатый страж достал меч, который тут же загорелся оранжевым пламенем. Опустив его вниз, он стал летать над шатрами, пока они все не заполыхали. Словно дракон, он жег все вокруг. А Черный страж тем временем спешился, сделав в воздухе несколько кульбитов. Приземлившись на одну ногу, он тут же поднялся и стал раскидывать всех собравшихся, орудуя своим луком. Периодически он выпускал стрелы, с разрывными наконечниками, при столкновении они взрывались и наносили сильные увечья. Ловко, кувырками и прыжками, он перебегал от одной группы к другой и, словно смерть, забирал жизни людей. Насытившись чужой кровью. он заскочил на перевернутую телегу и, прыгнув вверх, вскочил на подлетевшего верного ему льва и снова взмыл в небо.

Такого Хан никогда не видел. С одной стороны, это было невероятно, с другой, ужасающе. Но ни любоваться, ни паниковать было некогда, нужно было защищать свой народ. И Хан поднял свой меч, сбросив длинный плащ на землю. Кожаные доспехи защищали его тело, но явно были недостаточно, крепкими, чтобы противостоять такой силе, что представляли эти двое противников, но он все равно бросился в бой. Вызов Хана принял Крылатый страж, который тут же направил на него свой горящий меч. Когда их мечи встретились, раздался сильный лязг, но оба меча выдержали удар. Меч стража был сделан из того же металла, что и меч Хана. Стражу приходилось делать сложные развороты, и он в итоге приземлился. Его крылья сложились и их концы касались земле. Они сошлись в поединке.

Никто не уступал, их силы были равны, и тогда они перешли к сверхспособностям. Крылатый страж стал выпускать огненные шары и молнии. И Хан стал тоже стал пользоваться огненной стихией. Но их заряды не достигали цели, каждый был ловок и вовремя уворачивался от удара. Черный страж, заметив поединок решил прийти на помощь своему товарищу и направил своего верного льва на Хана, в полете соскочил и набросился сзади, умело сбив Хана с ног. Хан, ловко перевернувшись, снова встал на ноги. Теперь он был один против двоих, резким движением он вонзил свой меч в землю, намереваясь использовать только свои сверхспособности. Четкими круговым движениями он поднял с земли камни и метнул их в сторону наступающих противников, следом несколько зарядов огненных шаров. Но стражи выставили вперед энергетические щиты, которые возникали при нажатии кнопки на перчатке. И не один из камней не причинил им и малейшего вреда. Тогда Хан резко ударил кулаком в землю, и та разверзлась, образовав несколько трещин, началось землетрясение, и Черный страж упал в одну из образовавшихся расщелин. Хан тут же сложил руки лепестками и выпустил мощный столб огня в Крылатого стража. Защита выставленного щита стала трещать и страж ушел от прямого столкновения. В этот момент подоспели Заур и Камаль, автоматной очередью они отогнали стража и тот взмыл ввысь и скрылся в облаках. Тем временем из расщелины выбрался Черный страж и, прибавив скорость, побежал прямо на Хана. Хан успел ухватить неожиданно налетевшее тело противника и отбросил его в сторону, одновременно закидав сверху поднятыми камнями. Страж, быстро выбрался из под обломков и вскочил на ноги. В этот момент прилетел лев и, рыча и маша крыльями стал защищать своего всадника от очередных ударов Хана. Вовремя подоспели и другие участники, автоматные очереди и выстрелы слышались со всех сторон. Черный страж вскочил на своего льва и хотел было взмыть вместе с ним ввысь, как Хан несколькими ловкими движениям создал мощный поток ветра и, как лассо, сначала зацепил седока и сбросил его на землю. Упав, страж несколько раз перекувыркнулся, шлем в это время слетел с его головы. Копна черных волос рассыпалась по плечам. Страж тут же встал и по мере того, как выпрямлялся, махнул головой назад, уводя за спину непослушную гриву. И все присутствующие увидели его лицо.

– Томирис, – выдавил из себя Хан.

Он был ошеломлен. От неожиданности оцепенев, он не мог проронить ни слова. А та недоуменно смотрела на него, не понимая, кого он в ней узнал. Но как только он произнес это имя, она обратила внимание на его лицо. И оно тоже показалось ей удивительно знакомым. «Может быть мы уже встречались, – подумала она, – но тогда почему он называет меня другим именем?»

В эту секунду с неба на поле боя бросился Крылатый страж, проведя пылающим мечом вокруг своего товарища, он защитил его огненным кольцом. Тем временем подлетел лев, и страж запрыгнул в свое седло, после чего оба скрылись в облаках.

– Хан, это была Томирис?! – кричал Заур, и по его голосу не было понятно, утверждает он это или спрашивает.

– Не знаю, – тихо ответил тот.

Он сделал несколько шагов и поднял свой меч. Убирая его в ножны, он заметил, что его руки трясутся. Не ускользнуло это и от глаз Камаля и Заура. Они подхватили его под руки и увели в сторону.

***

До ночи стан разбирали от разрушений, тушили костры, шатры, на скорую руку возводили новые навесы. И к ночи собравшиеся смогли снова собраться на переговоры. Ряды присутствующих поредели. За столом сидели уже не пятьдесят человек, а сорок восемь. Во время налета погибли два вождя и еще десятки охранников и сопровождающих. Хан на Совет пришел последним. После сражения друзья увели его и скрыли от посторонних глаз в уцелевшем шатре. От неожиданных эмоций и последних изнурительных дней он и вовсе обессилил и уснул как убитый. Ему дали поспать пару часов, после чего разбудили и повели на Совет. Он даже не успел толком обсудить увиденное с друзьями. И в голове его сейчас бушевало не меньшее пламя, чем разжег Крылатый страж. Мозги буквально закипали от роящихся мыслей и чувств. Ему страшно хотелось поверить, что это она. Что она жива. Это не ее копия, не продукт генной инженерии, а его любящая Томирис, которая просто потеряла память, или, так же как и ему, ее стерли. Но сейчас он был председателем Совета, и от него зависело слишком многое, чтобы он мог себе позволить слабость и растерянность.

– Добрый вечер, – поприветствовал он собравшихся. – Я сожалею о вашей потере. Сегодня выдался нелегкий день. Никто не ожидал этого. Но нам надо принять важное решение. От него зависит будущее каждого из нас. От него зависит будущее наших детей и вообще выживание степняков. Мы кочевники, мы ведем традиционный образ жизни. Нам не так уж много надо, чтобы быть счастливыми. Но само наше существование всегда будет оскорблять терциев. Этих самовлюбленных снобов, привыкших считать, что мир существует только для них. Вы сами сегодня убедились, на что они способны. Они пойдут до конца, чтобы истребить нас всех до последнего. И сколько бы мы ни приходили к ним с войной и не устанавливали договорные отношения, они будут делать то, что им надо. И нам каждый раз придется приходить к ним с огнем и мечом. Они не видят в нас равных. Мы не сможем стать терциями для них… Никогда…

Он говорил проникновенно и громко. В воздухе витала абсолютная тишина, присутствующие ловили каждое слово, будто оно было на вес золота.

– Они всегда будут смотреть на нас как на недолюдей, – продолжил он. – Мы общество изгоев. Неугодных, лишних и опасных элементов, от которых им всегда будет хотеться избавиться как от заразы. Они всегда будут тяготиться отношениями с нами. Нам ни за что не удастся подружиться, заключить вечный мир. Все это миф. И пора оставить эти надежды и решить для себя: кто вы? И для чего вы живете? От вашего решения в принципе уже мало что зависит. Война началась еще вчера. И если мы промедлим еще хоть день, мы ее проиграем. Я верю в нашу победу. У нас есть силы, способные противостоять. У нас есть свобода, есть гордость и честь, которую стоит отстаивать. За нами наши жены и матери, которых мы обязаны защищать. Я ни к чему вас не призываю. Вы уже здесь… Я прошу лишь вас ответить… Вы со мной!?

Последние слова он произнес так громогласно, насколько мог.

В воздухе на секунду повисла тишина, и вот толпа взорвалась и стала приветствовать его торжественным «Да».

После своего выступления Хан удалился, решив не принимать участие в голосовании. Всем и так была ясна его позиция. И формальностями занялись Заур и Камаль. Они завершили процедуру голосования. И позже Хану, снова оказавшемуся в постели, доложили об итогах.

– Объявить войну, – зачитывал статьи договора Камаль. – Единогласно. Создать армию – единогласно. Провести через неделю межплеменные игры баджи и определить командующих фалангами – единогласно. Назначить главнокомандующим Хана, вождя вандов – единогласно… История не знала такого единения, – добавил в конце Камаль.

– Что ж, отлично, – ответил Хан. – А сейчас можно я отдохну, завтра в путь, – пояснил он.

– Да, конечно, отдыхай, – добавил Заур, и друзья удалились, оставив Хана наедине с собой.

Утром следующего дня члены Совета стали разъезжаться. Одной из последних отбыла делегация вандов. Хан, вымотанный ночными кошмарами и произошедшим, и вовсе обессилел, его буквально погрузили на мотоцикл, за который сел Камаль, и кортеж отбыл в путь, постепенно набирая скорость. Свита Хана торопилась быстрее доставить его в стан, чтобы заняться его здоровьем и внутренним состоянием.

***

Вернувшись в Терру, стражи поспешили в штаб. Руководитель службы безопасности и главнокомандующий диверсионными операциями Сальма Теодорус встретила их в своем кабинете.

– Проходите, – поприветствовала она стражей.

Стражи прошли в комнату и заняли кресла, на которые указала начальница.

– Как все прошло? – спросила она, сама опустившись в хозяйское кресло.

– Их было больше, чем мы ожидали… – начала Черный страж. – И этот мутант, он сильный и управляет разными стихиями.

– Ларго, они же называют его Хан, – пояснила Сальма.

– Он силен, – добавил Крылатый страж.

– Вам надо убить его во что бы ни стало, – продолжила Сальма.

– Его охраняют, они бросаются на его защиту как коршуны, словно он главная ценность, – заметила Черный страж.

– Вполне ожидаемое поведение, Каллисто, – ответила начальница ей. – Он для них что-то вроде Бога. Мессия. Они так долго ждали его, что готовы жертвовать своими жизнями ради него. И безоговорочно в него верят.

– Это же он помог выиграть сражение на Синих холмах? – спросила Каллисто.

– Да, уроки истории ты помнишь. Дрэго, а ты что скажешь? – обратилась она к Крылатому стражу.

– Мы выполним это задание во что бы то ни стало, – ответил тот.

– Вам удалось поставить жучки?

– Да, – ответил Дрэго, – во время сражения я установил несколько на их технику, теперь мы всегда будем знать, где они находятся, и сможем обнаружить в любом районе бескрайней степи.

– А что до Соломоновой пустоши?

– Она служит у них форпостом, – ответил Дрэго. – И в тоже время, там собирается межплеменной совет. На этот раз там собрались представители всех племен. Похоже они готовятся к войне.

– Значит, охотники за головами сказали правду об этой пустоши. Может, зачистить ее? – спросила она.

– Думаю нет смысла, они завтра все разъедутся, там останется только сторожевой отряд.

– Ладно, потом решим, что желать с местом их сборищ, а пока важнее устранить Хана, пока он вновь не собрал свою армию.

– Приказывайте, мы выполним любое задание, – ответил Дрэго. – Для нас нет ничего не возможного.

– Отличный настрой, – ответила начальница. – Что ж, идите на профилактику, Зоя вас заждалась.

Стражи покинули кабинет начальницы и прямиком направились в лаборатории, расположенные в подвале здания. Лифт опустил их на нужный этаж, и они вышли в просторный холл.

– Мои стражи вернулись, – встретила их Зоя своей привычной улыбкой. – Я волновалась, – заметила она.

– Не стоит, ты же знаешь, на что мы способны, – ответил Дрэго.

– Вы мои лучшие творения, – заметила она, – я просто боюсь вас потерять.

– И не потеряешь, – вставила Каллисто.

Все трое вошли в один из просторных боксов.

– Дрэго, предлагаю тебе отдохнуть в барокамере, а я пока займусь Каллисто, – сказала Зоя.

– Хорошо, – ответил тот и прямиком отправился к барокамере.

– Я помогу тебе снять крылья, – предложила свою помощь Зоя.

Она подошла к Дрэго сзади, тот тем временем нажал несколько кнопок на груди, крылья отстегнулись, и Зоя, приподняв их, сняла со спины.

– Тяжелые, – заметила она.

– Зато меня поднимают как пушинку.

– Лучшие бионические крылья в мире. Самая современная разработка, – добавила Зоя и положила крылья на свободную кушетку.

Дрэго в это время открыл барокамеру и лег на подстилку. Зоя подошла к нему, на сенсорной панели нажала пару кнопок, выбрав режим восстановления, и закрыла стеклянный купол камеры.

– Отдыхай, мой Крылатый страж, – сказала она. – А мы с тобой проведем осмотр, – обратилась она уже к Каллисто.

Каллисто по привычке легла на кушетку, и Зоя принялась замерять разные показатели жизненной активности.

– Не заметила сегодня ничего необычного? – спросила она у своей подопечной.

– Нет, – безразлично ответила Каллисто. – Хотя…

– Что такое? – взволновалась Зоя.

– Когда мы сражались с этим Ханом, в один из моментов я увидела его лицо, оно показалось мне знакомым.

– Тебе же показывали его снимки. Ты знала, кого искала.

– Нет, это другое… Мне показалось, что я видела… Нет, встречалась когда-то с ним раньше.

– Ты не могла с ним встречаться. Сама же знаешь, ты появилась на свет после нападения степняков. Ты искусственно выращенный организм, который до выхода из лаборатории не контактировал с внешним миром. Это просто исключено, что ты могла его видеть.

– Может, я видела его во снах или своих видениях? – спросила Каллисто.

– Возможно, – ответила Зоя, – запомнила лицо по снимкам.

– Но у меня еще такое странное чувство было… – не отставала она.

– Что еще?

– Не знаю, вот тут все защемило и воздуха будто не хватало, – говоря Каллисто указала на центр грудной клетки.

– Влечение? – удивилась Зоя. – Ты знаешь, биомашинам запрещены сексуальные контакты… Я сделаю тебе укол.

– Хорошо, – согласилась та.

Зоя тем временем набрала в шпиц желтоватую жидкость и ввела ее в руку Каллисто.

– Теперь ты хорошо поспишь, и все тревоги забудутся. Ну, а твои видения? – спросила она в конце.

– Во время боя не было, но я предвидела, незадолго до нападения, что мы не одолеем его в этот раз, и видела, как нам придется покинуть поле боя.

– Ты успела предупредить об этом Дрэго?

– Да, телепатическая связь работает, мы отчетливо слышим друг друга. Только иногда шум какой-то в наушниках появляется.

Зоя вынула из уха Каллисто маленький наушник.

– Хорошо, я посмотрю его, – ответила Зоя и отложила наушник в сторону. – Пошли, я тебя тоже помещу в барокамеру. А завтра ты узнаешь, какой у меня для тебя подарок.

– Подарок? – удивилась Каллисто.

– Да, но об этом завтра, – загадочно ответила та.

***

В лагере вандов было не спокойно. С тех пор, как делегация во главе с Ханом вернулась, все были не на шутку обеспокоены его состоянием. Его практически на руках внесли в шатер. Шаман всю ночь просидел возле Хана, наблюдая за его состоянием. Он совершил специальный обряд и призвал всех духов племени на помощь. Нужно было возродить желание жить в вожде, и к утру у собравшихся появился план.

Утро выдалось прохладным, несмотря на разыгравшуюся весну. Воздух был свеж, и трава в поле покрылась легким инеем. Хан в сопровождении своих товарищей вышел из шатра, опираясь на их плечи. В голову ударил запах весны и влажного рассвета. Он посмотрел на восток, огромный диск, переливающийся желто-красными цветами, поднимался за горизонтом, освещая золотом долину.

– Надо успеть до того, как солнце полностью встанет, – заметил шаман.

Собравшиеся поторопились в сторону реки. Сегодня они хотели провести над Ханом обряд возрождения. Такие обряды проводили над тяжело больными людьми. Он был опасен, но другого варианта не было. Хан был единственной надеждой, его нельзя было потерять. Тем более теперь, когда объявилась Томирис. Если это она, то она вернет его к жизни и ради нее он совершит невозможное. Но нужно сначала запустить его организм заново.

Делегация остановилась на берегу реки, Хана усадили на сваленное бревно, и шаман стал совершать над ним манипуляции. Прочитал несколько заклинаний, водя над его головой руками. Потом поставил свой большой палец в центр его лба и произнес:

– Подобно солнцу на рассвете, воскресни и возродись… Берите его на руки, – сказал он после.

Хана подняли на руки и понесли в воду. Вода была холодной, и вошедшие в реку товарищи тут же замерзли, но они терпели холод в надежде помочь своему предводителю. Хана опустили в воду. Несколько секунд он лежал на поверхности, но вдруг стал опускаться, и вот его лицо скрылось под водой, и обмякшее тело опустилось на дно. Никто не отходил от него. Они ждали, когда Хан сам попытается встать. Глаза Хана были закрыты, и на лице отражалось полное умиротворение, будто он достиг того, чего хотел. Но вот его глаза неожиданно распахнулись, и тело задергалось в желании подняться из воды.

– Держите его! – громко скомандовал шаман. – Он не должен встать.

Камаль и Заур, ближайшие друзья, навалились на Хана сверху и стали давить его ко дну, чтобы тот не смог вырваться и вдохнуть воздуха.

– Вода вторая его стихия. Огонь и вода рядом, – бормотал шаман. – Он выдержит.

Но Хан не собирался сдаваться и что есть сил сопротивлялся давлению.

– Держите! – кричал шаман. – Он справится!

И тут тело Хана обмякло. Камаль и Заур выпрямились, а Хан так и остался лежать на дне. На их лицах отразилось переживание. А что, если не получится? Они оба не на шутку перепугались, что сами убили своего вождя и друга. Но вот воды закипели, поднимая вверх бурлящую пену. Вода стала закручиваться в воронку и столбом подниматься вверх, формируя своеобразный кубок. И она вынесла Хана, вознеся его над водой и волной обрушилась на берег, выбросив его тело на сушу. Ответная ударная волна сбила стоящих в воде Камаля и Заура. Они не сразу поднялись на ноги. Когда же им это удалось сделать, они увидели лежащего на берегу Хана. И волнение снова охватило их. Но тут Хан зашевелился и, откашливаясь, поднялся на ноги. Его тело словно обновилось. И уже не казалось таким согбенным и истощенным. Словно в него вернулась сила. Сейчас он походил на царя морей, вышедшего из воды на берег и величественно озирающего свои владения. Несколько минут Хан приходил в себя и пристально смотрел по сторонам. Но его друзья уже не в силах были сдерживаться.

– Хан, ты жив, мы так перепугались!

Камаль и Заур бросились к нему и стиснули его в объятиях. Но не увидев ответной реакции, тут же отпрянули и настороженно на него посмотрели.

– Только сначала вы пытались меня убить, – заявил Хан.

– Это же для дела, посмотри, как ты стоишь, – заметил Камаль.

Хан посмотрел на свои руки, потом на ноги и попытался понять свои ощущения. В конечностях действительно будто стало больше силы. Ноги уверенно держали его над землей, а в руках появилась мощь, он почувствовал, что истосковался по своему мечу.

– Ты обновился, – наконец в разговор вступил шаман, – и наладил свою связь со стихиями. Теперь, что бы ни случилось, они сами будут тебя защищать.

– И что теперь? – спросил Хан.

– А теперь надо поесть и вернуться к ежедневным тренировкам, – заметил Заур.

– Тебе бы только поесть, – пошутил Хан, вспомним особенность своего друга.

– Ты прям как Томирис заговорил, – заметил тот в ответ.

Хан нахмурился, воспоминания о Томирис были болезненными. Он снова вспомнил недавнее сражение и недоумение, и вопрос отпечатался на его лице.

– Нам кажется, они стерли ей память, – заметил Камаль. – Мы отыщем ее и вернем ей память, – уверенно заявил он.

Хан вопросительно на него посмотрел.

– Не сомневайся, – ответил Камаль.

Вечером того же дня Хан попросил устроить еще одно камлание. Он хотел знать, Томирис ли он видел в тот раз, или же это искусственно созданный на основе ее ДНК человек. Шаман задал только один вопрос. И все собравшиеся, коих было опять немного, с нетерпением ждали этого ответа. Ведь от него зависело их будущее и желание Хана жить и сражаться.

– Духи говорят, это она, – ответил шаман, открыв глаза и уверенно посмотрев в лицо Хана.

Их глаза встретились, Хану было необходимо знать, говорят ли они правду. И глаза шамана ни чуточку не дрогнули. Он был уверен в том, что говорил. Напряжение с лица Хана стало уходить.

– Значит, нам надо найти ее и выкрасть, – уверенно заявил он и откинулся на спинку своего кресла.

– Только сначала надо хорошо восстановиться и подготовиться, – заметил Камаль.

– С завтрашнего дня возобновляем тренировки, – сказал Хан и встал с кресла.

Уверенной походкой он отправился к выходу.

***

Каждый день Камаль, как только просыпался, спешил в шатер Хана. Последние дни он больше обычного переживал за его состояние. Он отправлялся с ним на тренировки или прогулки. На этот раз в шатре Хана не оказалось. И взволнованный Камаль отправился на берег реки, подумав, что Хан мог решить искупаться, он любил утренние купания, они смывали ночные кошмары, которые последнее время мучали Хана. И действительно уже на подходе к реке он заметил Хана, только то, что он увидел, вызвало у Камаля большое удивление. Хан скрутил из воды что-то вроде кокона и приподнялся в нем над гладью, зависнув над рекой как в ледяной глыбе. Заметив Камаля он подался вперед, и водяное покрывало сползло к его ногам и подтолкнуло к берегу. Через несколько секунд Хан ступил на прибрежный песок.