Рагу. Сборник рассказов на любой вкус

Решение

Сначала ты разумно принимаешь решение.

Потом ты несколько недель его придерживаешься, стараясь не завыть в голос от разрывающегося на части сердца.

После ты уничтожаешь все следы Его пребывания в твоей жизни, руководствуясь поговоркой «С глаз долой – из сердца вон».

А потом еще пару лет стараешься о Нем не вспоминать, и это вполне удается, ведь поводов говорить о нем нет, да и не с кем.

Но вся твоя выверенная тактика рушится спустя несколько лет. Рушится так легко, будто не было тех страданий, тех обкусанных от волнения губ, тех слез, будто всё это было построено из неосязаемой паутины сомнений, а не из прочнейшего бетона твоей уверенности в лучшем.

А во всем виноват сон.

Ты не можешь контролировать свое подсознание. Ты не можешь запретить себе сниться. И он взял и приснился. Впервые за восемь лет.

Нет, ты даже не видела его лица, которое уже слегка размылось в твоей памяти.

Ты услышала голос.

Ты узнала бы этот голос без особых усилий; его интонации, тембр, ты сразу поняла, что это его голос. Ты шла по улице и слышала из громкоговорителей его голос. И он говорил о тебе.

Будто включили запись во время личного разговора. Он рассказывал, как вы познакомились, грустно хмыкал, припоминая какие-то смешные моменты ваших отношений. Его рассказ был спутанным, без всякой последовательности, он то начинал тараторить, то делал паузу, будто окунаясь в воспоминания.

Мимо проезжали автомобили; безучастные люди кутались в свое безликое тряпье, пытаясь укрыться от порывов ветра; город, еще не выбрав цвета листвы, недружелюбно поглядывал на тебя серыми глазницами-окнами, а ты, позабыв о цели своей прогулки, несмотря на пронизывающий ветер и срывающийся снег, шла и слушала.

Люди тоже это слышали, но не обращали внимания. И только ты знала, кто это говорит. И о ком он говорит.

Он сожалел. Он грустно сказал что-то о том, что был не прав. И что так было вроде бы правильно. Было правильно расстаться.

Ты так давно хотела это услышать! Ты так давно хотела услышать от него хоть какое-то объяснение, хоть какие-то эмоции. И вот – услышала. А на душе стало еще хуже.

Ты проснулась и механически стала заниматься утренними делами, стараясь выкинуть из головы эту предательскую напоминалку от мозга, эту жестокую ночную фантазию. Ты даже досадливо мотнула головой, как только встала с кровати. Но в то же время ты наивно соблюдала детскую примету: ты избегала смотреть в окно, чтобы не забыть то, что только что увидела. И где-то на краю подсознания ты старалась вспомнить хоть одну фразу из его речи. И не могла.

Ты лишь помнила, что он сожалеет. И тебе было этого достаточно, чтобы снова начать забывать его.

Под фонарями

Открытое окно. Не в плане открытой форточки, а в плане отсутствия занавесок, штор или еще каких приблуд, старающихся закрыть жизнь и быт внутри тесной бетонной коробочки. Прекрасно видно блестящую бело-зеленую кухню, высокие шкафчики почти до потолка…. Видно, что на этой кухне не уместится даже два человека. Кухня для настоящей одиночки.

И вот она – та самая одиночка. С книгой в левой руке. Читает, хмуря брови и чрезмерно осторожно наливая кипяток в кружку, нехотя поглядывая, чтобы не пролить.

В этом все люди-Цезари: люди, делающие несколько дел одновременно. Вот нет, чтобы отложить эту книгу, да за пару секунд спокойно налить чай или что там она еще пьет, поставить кружку на стол, усесться и вернуться к чтению! Но нет же! Она продолжает читать и медленно берет кружку за ручку, словно в замедленной съемке движется к кухонному столу и так же медленно ставит кружку на стол. Ну, наконец-то.

Она садится на белый в тон шкафчикам стул, закидывает ноги на второй и продолжает чтение. Время от времени кладет книгу на колени – талмуд еще тот, увесистый, немаленького размера. Жаль, не видно названия. Но, судя по цветастой обложке, это явно не классика.

Сутулится, то и дело поправляет съезжающие очки, и тут же отодвигает их обратно почти на кончик носа. Зачем? Зачем поправлять и обратно их?.. Нелогично. Наверно, мешают как-то, не по размеру, видимо…

На кухне, нужно отметить, тот еще апокалипсис, если присмотреться. Тут и там куча кружек, тарелок, вилок, все понаставлено в хаотичном порядке. Словно недавно от нее ушла толпа гостей, которые славно отужинали и напились чаю.

Но я-то знаю, что никого не было. И что этот апокалипсис – дело рук одного дня. Ее собственного дня.

Она откладывает книгу и ненадолго уходит вглубь квартиры. Возвратившись, какое-то время стоит неподвижно и смотрит на стол, заваленный посудой.

Показалось бы, что она засмотрелась в телефон, так она «подвисла», но нет. Она вдруг встрепенулась, будто что-то осознала, и стала убирать посуду. Жаль, что не мыть, а просто составлять в аккуратные стопочки, поближе к раковине. Эдакое проявление ленивого перфекционизма.

Снова уселась, только отхлебнула чаю, как вдруг – встретилась со мной взглядом.

Я занервничал. Я не планировал раскрывать свое инкогнито, но вот она уже отложила книгу и медленно идет к окну.

Я судорожно сглотнул. Стоит ли притвориться, что я тут ни при делах? Впервые ли она меня увидела? Может, она всегда знала, что я за ней наблюдаю, и все это время просто не подавала виду?

Она открыла окно и, поежившись, запахнула халат.

– Что ты тут, хороший мой? Скучно тебе? Одиноко?

Я пораженно молчал. Не ожидал я от нее такого приема. Мне казалось, что я услышу совершенно другие слова. Так, стало быть, она все же меня видела раньше?..

– Мне тоже одиноко, – вздохнула она и посмотрела на небо. Помолчав, она грустно вздохнула: – Вот город, даже звезд не видно! – она перевела взгляд на меня. – Ты-то, наверное, можешь их видеть, да? Ты же можешь за миг оказаться там, где не светят фонари?

Я бы хотел и дальше слушать ее голос и наблюдать за тем, как она то и дело заправляет за ухо слишком короткую прядь, я бы хотел остаться, но теперь это будет неправильно.

Когда я был всего лишь наблюдателем, все было гораздо проще. Но как только она повернула ручку окна и обратилась ко мне, все изменилось, и изменилось безвозвратно.

Я с горечью посмотрел ей в глаза и сорвался с места. Мне вслед донеслось ее разочарованное:

– Эй, ты куда?

Я неистово работал крыльями и сетовал на этот дурацкий городской закон, по которому обязан жить. Нерушимый закон для меня и остальных моих сородичей: «Голубям нельзя сближаться с людьми».

Ты поймешь

Нравственность, мораль, благочестие, благодетель – все эти слова в наше время связывают уже, в основном, только с религией. Никто не думает о том, чтобы жить по совести, никто не размышляет о своих неправильных поступках и о том, как их искупить.

Да, все еще есть люди, которые обо всем этом думают.

Когда маленький мальчик обидел девочку, дав ей по голове совочком в песочнице, он думает о том, что нужно попросить прощения. Но он это думает по своим причинам, в основном, «чтоб та своей маме не нажаловалась, а ее мама – моей, а то влетит».

Когда честолюбивый бухгалтер подворовывает из кассы, он думает о том, что «все воруют – и я ворую» и «в нашей стране попробуй не воруй, не выживешь!» и этими оправданиями заглушает голос совести.

Когда пожилая женщина, страдая от болей в коленях, раздраженно обрушивается в автобусе длинной матерной тирадой в сторону ни в чем невиновных подростков, она приезжает в церковь и, крестясь, думает «я живу по Божьим законам, кто ж виноват, что молодежь такая пропащая».

Мы все ищем себе оправдания. Мы все поступаем плохо и единственное, что может нас заставить исправить свой поступок – страх еще большего нагоняя.

Дети не считают зазорным обращаться к взрослым на «ты» и сквернословить, парни не считают некрасивым называть своих девушек «сука» и «шкура», жены и мужья не гнушаются измены своим партнерам, считая, что тот сам виноват в этом.

Мы любим себя. И мы не хотим сделать себе плохо. Зачем думать о чувствах других? Ведь другие о нас не больно-то задумываются! Вот и мы не станем!

«Кто много пьет – я?! Да ты видела, сколько Васька с пятой квартиры бухает? Да я по сравнению с ним вообще трезвенник!».

«Да, я опоздала, извините, а почему вы мне высказываете за десять минут опоздания, а Ивановой за час с лишним ни слова не сказали?».

«Мама, это не я разлил суп! Это Колька!»

О`кей. Ты молодец, держи шарик. В чужих глазах ты всегда можешь выглядеть хорошо, многоступенчатую подробную ложь никто не отменял.

А ты не подумал о своей душе? Почему теперь слово «душа» воспринимается только в религиозном аспекте, вместе со словами «рай» и «ад»? Неужели ты думаешь, что для тебя лично не будет никаких последствий? МОРАЛЬНЫХ последствий.

Неприятно припоминать собственные грешки. Тем более неприятно их исправлять. Но ты попробуй. Ты поймешь, почему я так настаиваю, когда тебя простят, когда ты освободишься от этого кажущегося незаметным груза вины.

Тебе станет так легко, как не было никогда до этого, как не было даже тогда, когда ты спал со своей горячей секретаршей за спиной жены.

Раз ты любишь себя, так освободи себя. Исправь испорченное, наладь сломанное, поговори с обидевшимися. И тогда ты поймешь, какую ношу ты на себе таскал все эти годы.

Ты поймешь.

Если у тебя еще осталась душа.

Напиши мне вчера

Та-дам.

Вот оно. Сообщение. Еще не видя самого содержания, ты увидел на экране телефона такое знакомое имя и тебя будто ударили по голове звонким ведром – в ушах зашумело, сердце, кажется, пропустило пару ударов.

Тебя уже, оказывается, дважды позвали, а ты не услышал.

– А?

– Кто написал? Что-то серьезное? Ты прямо в лице изменился!

Лучший друг улыбается, но глаза настороженно сканируют минимальные изменения в твоей мимике.

– Да нет, рассылка, – как можно небрежнее отвечаешь ты и суешь телефон в карман, так и не посмотрев сообщения.

Двадцать первый век – век спама, рассылок ненужных новостей и информационного мусора. Как просто можно солгать, даже ничего придумать не пришлось!.. Всем хоть раз приходило что-то подобное на телефон и все поверят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.