Отчаянные попаданки, или Муж из прошлого

Глава 9

Накануне нового 1890 года. Поместье в Хрящевке

«А поутру они проснулись – кругом помятая трава…»

Катерина вспомнила строчки из русской народной песни, обнаружив смятые простыни и пустую постель. Граф уже покинул спальню, и стало как-то обидно. После бурной ночи и страстных объятий ни тебе утреннего поцелуя, ни чашечки кофе в постель. Неужели мужчина оказался актером и соблазняет всех участников игры? Вернее, глупых участниц. Смахнув одинокую слезинку, Катя с остервенением дернула за золотистый шнурок и вызвала служанку. Приняв ванну, она принарядилась в новое платье и спустилась в столовую. Увы, завтракать пришлось в одиночестве, ибо проснулась Катя поздно, а графиня дала распоряжение слугам молодую госпожу не будить.

Почему-то блюда сегодня не вызывали прежнего восторга и даже горчили. Аппетита не было.

После завтрака здоровый лохматый детина, играющий роль лакея Макара, проводил ее в библиотеку, где на цветастом диване среди многочисленных подушек устроилась графиня-мать. Ее компаньонка мисс Нора читала вслух французский роман о любви молодой дамы и хозяина поместья, который соблазнил неискушенную в подобных отношениях деву, а наутро повел себя некрасиво, то есть руку и сердце не предложил. Елизавета Андреевна утирала слезы и охала, надеясь на счастливый конец. Катя отчего-то почувствовала себя на месте героини, осознав, что ночь любви и для ее графа была всего лишь мимолетной интрижкой. Его утренний побег больно ударил по Катиному самолюбию. Все же она слишком увлеклась игрой и придумала себе невесть что. А любовник после бурной ночи даже не зашел к ней и не перемолвился словечком. Наверняка интимная сцена не была прописана в сценарии, и партнер взял инициативу на себя, о чем утром пожалел.

Катя вздохнула на том самом месте, где книжный герой сообщил девушке, что они не пара, и предложил уехать. Роман грозил закончиться трагедией, бедная девица покинула поместье с разбитым сердцем. Катя решила, что и ей пора возвращаться в гостиницу. Она все равно не понимала, в чем суть игры и какова ее роль в этом историческом квесте. Лучше оставить приятное воспоминание о чудесно проведенном отпуске и об одной прекрасной ночи с незнакомцем, чем дальше встречаться с мужчиной своей мечты, который ничего к ней не чувствует. Вероятно, за новогодним столом соберутся остальные участники представления, с которыми Кате так и не удалось познакомиться. Может, приедет та девица, за которую приняли Катерину. Вот пусть она и развлекает графа! Отчего-то эта мысль причиняла Кате боль, она прижала руку к груди и сдавленно произнесла:

– Что-то здесь душно. Пойду пройдусь по парку.

– Иди, мон шер, прогуляйся. Уверена, Томас присоединится к тебе, – с умилением произнесла пожилая женщина.

Катя очень сомневалась, что граф соблаговолит отправиться вместе с ней на прогулку. «Очевидно, продумывают с Шубариным, как вывести меня из игры», – вздохнула про себя Катя и вышла в холл. Слуга в канареечных панталонах подал ей шубку. Мантилья из сукна на рыбьем меху, предложенная хрящевской швеей, доверия не внушала. А вот от бархатной шляпки с нарядными шелковыми лентами Катя не отказалась. Потерянная и несчастная, она направилась от дома по дорожке, ведущей мимо замерзшего пруда к заброшенной часовне. А там и до села с гостиницей недалеко.

Катя уже огибала пруд, когда с другой стороны парка показались граф и его друг. Высокие, темноволосые, элегантные, как рояли, в удлиненных черных пальто с пелеринами и цилиндрах, мужчины идеально вписались в эпоху. В руке Шубарин держал трость, и Катя удивилась: «Нога у него, что ли, болит?» Но судя по тому, как прытко Алексей Петрович побежал к ней, поняла, что трость служит предметом украшения. Выпендрежник!

Шубарин уже подскочил к Кате и довольно фамильярно схватил за руку.

– Вы могли обмануть Елизавету Андреевну и слуг, – прошипел он. – Возможно, Томас сошел с ума от ваших прелестей. Но я-то вас вижу насквозь! Вы иностранная шпионка! Признавайтесь, на кого вы работаете? С какой целью проникли в дом? Что вы уже успели разнюхать про наш научный кружок?..

Катя опешила. Кажется, кое-кто переигрывает. Что-то ее утомила вся эта историческая реконструкция. И актеры, и гости, которые втягивали в безумное представление, – все стало слишком навязчивым. А особенно ей стало обидно от безучастного поведения Томаса, игравшего роль графа. Это больно било по женскому самолюбию. Она посмотрела на мужа, который позволял другу так бесцеремонно кричать на женщину, и горько усмехнулась. Нет, устраивать сцен Катя не собиралась, – лишь достойно доиграть эту партию и гордо удалиться с подмостков.

– Алексей Петрович, будьте любезны, отпустите мою руку. Вы делаете мне больно. И прекратите так кричать. Это моветон. А вы, Томас Генрихович, – обратилась она к подошедшему мужу, – даже не пытаетесь защитить меня от несправедливых нападок друга! А ведь по сценарию я ваша супруга, и мы должны действовать сообща.

Катя вырвалась из цепких рук Шубарина и с вызовом посмотрела на графа Кошкина-Стрэтмора. Она ждала от него хотя бы признаний, пусть и не действий. Но мужчина отвел взгляд. Молчание становилось тягостным. Уже не скрывая проступившие на глазах слезы, Катерина выкрикнула ему в лицо:

– Можете не переживать! Я ухожу, как вы того и желали!

– Кэтрин, послушай меня… – Томас наконец-то приблизился к девушке и приобнял за плечи.

В его взгляде Катя различила жалость. Она понимала, что пошла на поводу у собственных страстей. Но ей так хотелось любви. Так хотелось сказки. Ей казалось, что после этой волшебной ночи все ясно без слов. Глупая она, глупая. Утром предавалась несбыточным мечтам о том, как мужчина попросит ее остаться с ним, как признается в том, что он и есть организатор исторической реконструкции. А может, уговорит стать соавтором. Ведь она не лишена фантазии.

Но граф посмотрел на нее печальным взглядом и тихо прошептал, очевидно, чтобы не расслышал друг:

– Кэтрин, мне так жаль. То, что произошло между нами, было ошибкой. Я не знаю, кто ты и с какой целью проникла в поместье. Но я хочу дать тебе шанс. Уезжай! Ни я, ни граф Шубарин не станем тебя преследовать и обвинять в шпионаже. Просто позволим тихо исчезнуть. Я даже выдам тебе щедрое вознаграждение, чтобы ты больше этим не занималась…

Катя вырвалась из объятий графа и отблагодарила благодетеля громкой пощечиной.

И напоследок бросила ему в лицо хлесткие слова:

– Вы либо сумасшедший, либо глупец! Мне ничего от вас не нужно! Я ведь думала, что между нами действительно возникли чувства. Но, видимо, любовь с первого взгляда бывает только в глупых женских романах.

Катерина всхлипнула и побежала по дорожке, стараясь очутиться как можно дальше от графа и его друга. Она слышала, как Томас кричал ей вслед:

– Кэтрин!.. Подожди!.. Давай все еще раз спокойно обсудим…

Нет! Она больше не желает его видеть. И ведь она с самого начала понимала, что все это игра. Но почему-то поведение графа показалось обидным. Ночью, упиваясь поцелуями и откровенными ласками, он не считал это ошибкой. А сейчас, видите ли, решил выкинуть ее из игры и из своей жизни!

Катя добежала до конца аллеи, юркнула за ворота и, спустившись с пологого холма, тропинкой направилась к видневшимся вдали жилищам.

Странно, но в Хрящевке она ничего не узнавала. Откуда-то выросли, словно грибы после дождя, аккуратные разноцветные двух— и трехэтажные домики с железными зелеными крышами, внезапно появилась белоснежная церковь с золотым куполом, куда-то исчезли советские серые строения, а дорогу вместо асфальта покрывала брусчатка. В селе, которое теперь больше смахивало на маленький провинциальный и уютный городок, все выглядело иначе, чем она запомнила.

Наконец Катя вышла на центральную улицу и отправилась на поиски гостиницы. Она вспомнила, что оставила в музее сумку с документами, ключом от номера и телефоном, схватив из рук лакея только шубу. Прочая одежда осталась в графской спальне. Сейчас на ней было надето позаимствованное платье из тонкой шерсти и с кружевной отделкой, ботиночки на изящном каблучке, перчатки и шляпка по моде конца девятнадцатого века. Что ж, придется вернуть реквизит с запиской и попросить кого-нибудь забрать ее вещи. Но в поместье графа она больше не вернется.

Катерина брела по улице, а навстречу ей шли мужчины и женщины, наряженные, как и она, в старинную одежду. На незнакомке, которая прошла мимо, было надето длинное приталенное пальто с меховым воротником. Шляпка, венчающая высокую прическу, напоминала по форме ту, что была на Кате. Неужели и в селе проходит исторический квест, а жители разоделись для новогоднего представления в стиле девятнадцатого века? Катерина заозиралась, разглядывая дома, и застыла на месте. Этого не может быть! Организаторы не смогли бы все перестроить за такой короткий срок. И на декорации не похоже. В доме, где еще два дня назад был магазинчик с сувенирами, сейчас находилась пекарня. Из нее вышел дородный горожанин в длинном пальто и шляпе-котелке, хрустя бумажными пакетами с ароматной выпечкой. А в лавку юркнул невзрачный тип, отчего-то показавшийся Катерине знакомым. Лица она не разглядела – мужчина в этот момент отвернулся, да еще надвинул на лоб котелок. Вроде бы они виделись в поместье. Впрочем, сейчас это неважно. Главное найти гостиницу и отправить кого-нибудь за своими вещами в музей…

Секретный агент Смит наблюдал за супругой графа и хмурился. С самого начала девушка показалась ему подозрительной. Пришла из ниоткуда, рассказав нелепую историю о нападении разбойников. Да и граф был не особо рад появлению жены. Что-то здесь нечисто. Сам Смит несколько месяцев назад устроился на работу в поместье лакеем. Увы, он не смог заполучить должность личного слуги графа, как и не сумел расположить к себе старую графиню. В результате выше первого этажа не поднимался, подслушать, о чем говорят хозяева в кабинете, библиотеке и в гостиных, не получалось, поэтому к выполнению задания не приблизился ни на шаг. Но сегодня удача повернулась к нему лицом! В парке ему удалось услышать окончание разговора графа с другом, из беседы стало ясно, что уникальная машина существует! Правда, агент пока не понял возможностей этого агрегата – печатает ли машина деньги или это секретное оружие. Но не его дело размышлять. Военное министерство великой страны заинтересовалось научными разработками аристократов из Российской империи, и специальному агенту Смиту предстояло раздобыть схемы и расчеты. Всего-то нужно было покопаться в бумагах графа, пока тот развлекался в московском особняке. Но так некстати в замке появилась супруга хозяина и спутала тайному агенту все карты. Кажется, француженка. Неужели конкурентка?

Смит решил за ней проследить. Он еле отпросился у управляющего, и теперь битый час кружил по улицам этой богом забытой Хрящевки, прячась в подворотнях и следуя за графиней. Смит догадался, что она не та, за кого себя выдает. Ни манер, ни утонченной внешности, речь странная. Да и не пристало знатной даме расхаживать по улицам одной, без экипажа и без компаньонки. Агент Смит затаился в пекарне, делая вид, что выбирает крендель, а сам наблюдал, как госпожа ищет какой-то дом. Значит, в городе у нее имеется сообщник. Агент решил без промедления связаться с начальством и обо всем доложить. Он не может упустить чертежи, тем более отдать их французам. Ведь на те деньги, что ему обещали за сведения об опытах графа, Смит предполагал купить особняк.

Катерина наконец-то обнаружила дом, где должна находиться гостиница. И замерла. Строение было то же, только в окнах первого этажа виднелись шарфы и шляпки, а на фасаде широкая маркиза сообщала, что здесь расположено модное ателье мадам Вивьен. Позади раздался грохот, и Катя отпрянула с мостовой. Обернувшись, она увидела конный экипаж. В конце улицы заметила еще одну повозку, запряженную лошадьми. А из подворотни выбежал мальчишка в сюртучке, кепке и длинном шарфе. Размахивая газетами, он выкрикивал нехитрый призыв о покупке. Катя остановила юного продавца и взглянула на газету с названием «Ставропольский вестник». А заметив дату, обомлела. 31 декабря 1889 года. Неужели весь город подрядился на такое грандиозное представление? Это ж какие расходы! Костюмы, экипажи, магазины и даже газеты? Только что делать с постройками? Не могли же организаторы за несколько дней переделать все здания в городе и построить новые?

Отказавшись от газеты, Катя зашла в ателье. Вместо стойки администратора гостиницы и дивана в помещении находились прилавки с тканями, лентами, платками и перчатками. Пока она пыталась разгадать тайну исчезнувшего отеля, швея, которая три дня назад помогала мадам подгонять платья по фигуре, поинтересовалась у графини, что бы ей хотелось примерить. Катерина уже собиралась спросить девушку о том, куда перенесли гостиницу, как из соседней с залом комнаты вышла мадам Вивьен. Дама, может, и удивилась внезапному визиту молодой графини, но вида не подала.

– Рада вас видеть! Я могу вам помочь? – обратилась мадам.

– Я зашла… зашла поинтересоваться… – промямлила Катя, обмахиваясь шляпкой. И решилась: – Скажите правду! Здесь снимают кино? Или проходит историческая реконструкция?

– Кино? – искренне удивилась мадам Вивьен, а затем приложила ладонь к Катиному лбу. – Дорогуша, вы бредите! У вас горячка!

– Где мы? Какой сейчас год? – не сдавалась Катя.

– Вы в селе Хрящевка Самарской губернии, рядом поместье Кошкиных-Стрэтморов, в котором вы проживаете. Мон шер, неужели вы потеряли память? – охнула мадам. – Графиня, позвольте, я вызову лекаря и пошлю за вашим мужем…

– Нет-нет, мне нужно в гостиницу, – возразила Катя, поймав на себе жалостливый взгляд женщины. Та, наверное, приняла ее за сумасшедшую.

– Гостиница через два дома, – подсказала мадам. – Вас проводить?

– Я сама… – Катя направилась к выходу, но ее окликнули?

– Вы же прибыли в экипаже? Я распоряжусь, чтобы вам отдали картонки с обувью, что вы заказали по каталогу, – предложила хозяйка салона.

Катя не могла признаться, что пришла пешком, и рассеянно пробормотала:

– Позже… Я вернусь за покупками позже…

Удивленная подобным поведением, мадам проводила графиню к выходу, напомнив о растрепавшейся прическе и шляпке в руках. Но Катерине было не до приличий. Она выбежала на улицу растрепанная, с жадностью глотала свежий морозный воздух и пыталась прийти в себя.

Как и сказала мадам, через два дома Катя обнаружила в краснокирпичном особняке постоялый двор. Но ничего общего с тем местом, где она сняла номер несколько дней назад, это заведение не имело. А когда очередной конный экипаж пронесся мимо, Катя вдруг осознала – это не историческая реконструкция и не игра! Это реальность, в которую она попала каким-то непостижимым мистическим образом.

Глава 10

Накануне Нового 1890 года. Хрящевка

Катерина потерянно брела по дороге, всматривалась в незнакомые жилища, разглядывала наряды сельчан: от элегантных до самых простых. Заметив деревянный помост, на котором разворачивалось потешное представление, от неожиданности споткнулась. От падения ее удержали.

Граф Кошкин-Стрэтмор подхватил девушку на руки и, не терпя возражений, понес к экипажу, который ожидал их неподалеку.

– Прости меня, Катя. Я виноват перед тобой. Это я довел тебя до такого состояния. Ты даже экипаж не взяла, не потребовала вознаграждения, предпочла сбежать от меня. Опытные шпионки так себя не ведут.

– А я неопытная… – огрызнулась Катерина и всхлипнула.

В тепле салона, прижавшись к широкому плечу графа, она вдруг горько разрыдалась. В голове все смешалось: будущее, прошлое, воспоминания, рассказы Елизаветы Андреевны… Томас, по всей видимости, оказался настоящим графом, а она попала в девятнадцатый век. Что же ей теперь делать и как вернуться домой?

Мужчина прижимал девушку к себе, утирая слезы и целуя щеки. А Катя, всхлипывая, призналась:

– Я ведь думала, что это представление, а вы актеры… А ты… Кто ты?

– Тринадцатый граф Стрэтмор к твоим услугам. – Мужчина обхватил Катино лицо ладонями и спросил: – А кто ты? Прошу, только не лги! Скажи мне правду, какой бы горькой или странной она не была!

– Я Катя Круглова. Из Москвы. Не знаю, как тебе объяснить… И не понимаю, как такое могло произойти… – Катерина запнулась, но все же решилась на откровенность: – Кажется, я попала…

– Куда попала? – уточнил граф.

– К вам попала. В прошлое! Из своего двадцать первого века в ваш девятнадцатый. Понимаешь, я гуляла по территории музея, а потом вошла в заброшенную часовню… – Катя говорила сбивчиво, но граф ее внимательно слушал и не перебивал. – Там была маленькая комнатенка, а на стене висела астролябия или похожий механизм с колесиками и стрелками… Я точно не знаю, что именно произошло. Я увидела странное свечение, потом был туман, стало душно… А когда вышла из комнаты, то обнаружила сундуки и провода. И все вокруг выглядело иначе. Но я не сразу это осознала. Я ведь предположила, что началось представление, то есть историческая реконструкция. У нас есть такая игра в двадцать первом веке: с переодеваниями в костюмы согласно исторической эпохе. Я приняла тебя за актера, который решил поразвлечься…

– Неужели я похож на актера? – недовольно нахмурился граф.

Катя пожала плечами, а про себя подумала, что на актера, который снимался в ее любимом сериале, очень даже похож.

– Ну, актер всяко лучше, чем шпионка или сумасшедшая. Понимаю, тебе в это трудно поверить, но я, как бы это лучше сказать… Путешественница во времени.

Граф порывисто прижал Катю к себе, а в его голосе она уловила восторг:

– Я тебе верю! Ты – моя… моя путешественница, которую доставила ко мне машина времени… Нет! Сама судьба!

Катя счастливо хихикнула. Кажется, ей повстречался романтик и такой же сумасшедший, как и она сама. Ну кто еще поверит в ее россказни?

– Звучит привлекательно. Только машина времени – это из области фантастики.

– Нет, Кэтрин, это из области науки, – обиженно заметил граф. – Мы с друзьями изобрели волновую машину перемещений во времени. Просто не думали, что наш эксперимент даст такой результат.

И Томас, лаская Катю взглядом, нежно коснулся ее щеки.

– Так вы на самом деле проводили в той часовне эксперимент с перемещением во времени? – удивилась Катерина, припоминая откровения Елизаветы Андреевны. – Значит, это не случайность?

– Это научный опыт. Мы давно его задумали, работали над расчетами, а несколько месяцев назад начали эксперименты по перемещению объектов… – терпеливо объяснял граф.

– Так твоя мать говорила правду? Ваша безумная троица: ты, Шубарин и какой-то Давыдов – ученые? И вы намеренно вытаскиваете порядочных девушек из своего времени, а потом сами же обвиняете их в шпионаже?! – Катя надула губы и попыталась вырваться из объятий графа.

Но Томас не отпустил. Этот экспериментатор довольно улыбался.

– Чему ты радуешься? – возмущалась Катя. – Я тут застряла! Одна, в чужом времени, без средств к существованию! А ну-ка, живо возвращай меня домой!

– Не получится, – покачал головой граф, но сожаления в его голосе Катерина не уловила.

– Почему это не получится? – удивилась она, но тактику сменила: от угроз перешла к уговорам: – Тошечка, родненький, ну пожалуйста, верни меня в двадцать первый век!

Она прильнула к широкой мужской груди. Граф лишь сильнее прижал девушку к себе, но на уговоры не поддался:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Наводнения в Москве 1855 г. и 1879 г., когда вода достигала отметки более 8 м. – Здесь и далее примеч. авт.

2

S'il vous plait (фр.) – пожалуйста, будь любезна.

3

Сertificate (англ.) – свидетельство.

4

Wedding ceremony (англ.) – свадебная церемония.

5

Ambassade en France (фр.) – посольство во Франции.

6

That’s her! (англ.) – Это она!

7

Mon cher (фр.) – моя дорогая.

8

Agréable surprise (фр.) – приятный сюрприз.

9

Le bandit (фр.) – разбойники.

10

Le meilleur de la province! (фр.) – Лучшее в провинции!

11

Magnifique (фр.) – Шикарно!

12

À la mode et elegant (фр.) – Модно и элегантно!

13

Quel cauchemard! (фр.) – Какой кошмар!

14

Je suis sûr (фр.) – я уверена.

15

Très épicé! (фр.) – Очень пикантно!

16

Have you been to London? (англ.) – Вы бывали в Лондоне?

17

Calmez vous s'il vous plait! (фр.) – прошу, успокойтесь!

18

Le caprice des garcons. (фр.) – Прихоть мальчишек.

19

La belle (фр.) – красавица.

20

Из романа Н. Чернышевского «Что делать?»