Любовница королевских кровей

Рауль Вега наклонился к Антонелле. В последний момент она ловко повернула голову, и его поцелуй пришелся ей в щеку. Интересно.

Кристиано сделал глоток вина. Принцесса уверена, что крепко держит Рауля Вегу в своих прелестных ручках, но она ошибается. Он слишком хороший бизнесмен, чтобы позволить женщине, какой бы соблазнительной та ни была, отвлечь его от интересов дела.

Впервые с тех пор, как они сели за стол, взгляд Антонеллы остановился на нем. Принц чуть не задохнулся, и это разозлило его. Он не отведет глаз первым. Легкий румянец окрасил ее щеки. Ему и в голову не могло прийти, что она еще в состоянии смущаться. Но возможно, сидеть рядом со своим теперешним любовником и думать о другом мужчине – немного слишком даже для такой пресыщенной штучки, как она. Рука Рауля легла на руку Антонеллы, и она вздрогнула. Румянец стал интенсивнее, и Кристиано испытал триумф. Она хочет его, что бы ни говорила на палубе. Это старт в нужном направлении.

Рауль озабоченно поглядел на принцессу.

– Ты хорошо себя чувствуешь, дорогая? – спросил он. – Ты вся горишь.

– Что? А, нет, нет, все нормально. Просто здесь немного жарко. В тропиках довольно жарко, вы не находите? – обратилась она к остальным гостям.

Все пустились в обсуждение тропического климата, приятной погоды и того факта, что сейчас сезон ураганов. Пустая болтовня, которая действовала Кристиано на нервы, заставляла его еще больше презирать принцессу.

Когда обед наконец закончился, гости перешли на палубу, чтобы полюбоваться фейерверком над Санта-Парадизо. Антонелла, как отметил Кристиано, льнула к Раулю, словно боялась выпустить его из виду. Слишком поздно, дорогуша!

– А, Кристиано, – сказал Рауль, подводя Антонеллу к принцу, – наслаждаешься в этом чудесном раю?

– Да. Вид просто замечательный.

Антонелла опустила взгляд, когда его глаза скользнули по ней. Неужели снова покраснела?

Рауль ничего не заметил.

– Я все никак не могу поверить, что мы целых пять лет не виделись.

Антонелла уставилась на Рауля Вегу:

– Ты знаешь принца?

– Мы вместе учились в Гарварде, – ответил Рауль, улыбнувшись и хлопнув Кристиано по спине.

– Вообще-то мы виделись в последний раз четыре года назад, – уточнил принц.

– Ах да, – согласился Рауль.

Они оба не забыли, что Кристиано был отнюдь не лучшим собеседником после смерти Джулианны. Он стал злым, ожесточенным. И отталкивал от себя друзей и родных.

– Мы не должны позволять делам надолго разводить нас, – заметил Кристиано.

Рауль кивнул:

– Как скажешь, дружище.

Антонелла покусывала нижнюю губу, на лбу ее образовалась хмурая морщинка. Стрела жара неожиданно поразила Кристиано, когда он ощутил ее соблазнительный запах. Лаванда и ваниль? С примесью лимона? Ему хотелось утонуть в этом аромате, хотелось вдыхать его как можно дольше. Эта мысль и разозлила, и заинтриговала его. Почему он столь бурно реагирует на эту женщину? У него нет намерения соблазнять ее. Он не сомневается, что все можно будет уладить с помощью кругленькой суммы и лести. Парочки пустых обещаний должно хватить. Однако его инстинкты настаивали на идее соблазнения.

Но пора решить вопрос с Вегой окончательно.

– Рауль, я бы хотел закончить наше обсуждение. Боюсь, утром мне придется возвращаться в Монтероссо.

Рауль кивнул:

– Да, конечно. С твоего позволения, моя дорогая? – обратился он к Антонелле.

– Мне тоже надо поговорить с тобой, – нервно бросила она. – И я предпочла бы сделать это сейчас.

Принцесса выглядела грозной, как амазонка.

Рауль был озадачен. И возможно, чуточку раздражен. Кристиано про себя улыбнулся. Она облегчает ему задачу. Ни один мужчина не станет выслушивать капризные требования своей любовницы, тем более при свидетелях. Мудрая женщина сделала бы это в постели. Впрочем, это не его проблема.

– Давай, Рауль, – согласился Кристиано. – Я буду ждать тебя здесь, когда ты закончишь.

Он мог позволить себе быть великодушным. Антонелла Романелли уже проиграла.

Антонелле хотелось закричать. Рауль и Кристиано беседуют уже больше часа. Что происходит? Неужели Рауль решит строить свои заводы в Монтероссо? Она из кожи вон лезла, пытаясь склонить его на свою сторону, но не была уверена, что добилась своего. Что Монтеверде может сделать для «Стали Вега»? У них богатые месторождения железной руды, необходимого ингредиента для выплавки стали, и все.

За исключением титула. Да, она выложила на стол и это, почувствовав нежелание Рауля связывать себя обязательством с ее страной. А почему нет? Принцесса должна выйти замуж ради интересов Монтеверде. И не имеет значения, что это злит ее. Не имеет значения, что она чувствует себя беспомощной, бесполезной. Почему отец не мог позволить ей учиться в университете? Она умеет разливать чай и быть прекрасной хозяйкой светского приема. И какой ей прок от этих навыков?

Рауль благосклонно отнесся к ее предложению, но пока не дал согласия. Он вышел из низов. Его можно соблазнить титулом. А если у нее ничего не выйдет, это станет еще одним унижением, список которых и так весьма обширен.

Машина, которую вел ее первый жених, упала с обрыва. Второй женился на своей любимой девушке вскоре после того, как Паоло Романелли заставил его обручиться с Антонеллой.

Похоже, ей не везет в любви. Не то чтобы она когда-то была влюблена, но ей очень хотелось испытать это чувство. Вот, например, ее подруга Лили. Именно на ней женился обручившийся с Антонеллой юноша. Каково это, когда мужчина смотрит на тебя так, как Нико Кавелли смотрит на Лили? Когда он жертвует всем, чтобы быть с любимой? Этого Антонелла, похоже, никогда не узнает. Ей не суждено найти любовь.

Данте говорил, что ей необязательно выходить замуж ради Монтеверде, но она считает, что это ее долг. Ради блага своей страны она готова на все. И не важно, что это вызывает в ее душе отчаяние и печаль. Не все мужчины такие, как ее отец. Не все распускают руки, когда разозлятся.

Антонелла потрясла головой, чтобы прийти в себя. Пока Рауль еще не объявил о своем решении. Еще есть шанс, что ее титул и железная руда окажутся более соблазнительными, чем все, что может предложить Кристиано ди Саваре.

Антонелла продолжала мерить шагами палубу. В гавани стояли на якоре яхты, круизный лайнер и рыбацкие шхуны, и звуки смеха и музыки разносились над водой.

Девушка покусала ноготь, затем, чертыхнувшись, отдернула руку, осознав, что делает. Она не кусала ногти с двенадцати лет, когда отец заставил ее выпить полбутылки острого соуса, чтобы покончить с дурной привычкой. Это определенно помогло – два дня ей было очень плохо, а после она не могла смотреть на свои ногти без содрогания.

Но Кристиано выбил девушку из колеи. Он монтероссец, что является в ее глазах большим недостатком. Он будущий король Монтероссо – еще больший минус. Он высокий, невероятно притягательный и надменный сверх всякой меры. И тем не менее трепет возбуждения пробегает по ней всякий раз, когда она оказывается рядом с ним.

Хватит! Он ей совсем не нравится, и она ему ни капли не доверяет.

– Возможно, вам не следовало пить так много кофе на ночь, дорогая.

Антонелла развернулась и обнаружила рядом с собой Кристиано. Сердце ее подпрыгнуло, но не от страха. Почему он приводит ее в такое замешательство?

– О чем вы говорите?

– Вы нервно вышагиваете.

Антонелла закрыла глаза и сосчитала до пяти. Он знает, что раздражает ее. Хуже того, он, похоже, находит в этом удовольствие. Она не должна позволять ему делать это. Она в состоянии контролировать свои эмоции. Она возьмет себя в руки.

– Я выпила всего одну чашку кофе. Благодарю. Ваша забота трогает.

Он подошел ближе и оперся о поручень, наблюдая за Антонеллой. Глаза его опустились на ее грудь, затем вернулись к лицу. Как типично! Половину времени мужчины разговаривают исключительно с ее грудью. Она уже привыкла к этому.

– Вам не терпится узнать, о чем мы беседовали с Раулем, ведь так?

Антонелла пожала плечами:

– Вы ошибаетесь. Я здесь совсем не по делам.

Он рассмеялся:

– Вы уже говорили. Но сейчас то, чем вы занимаетесь, называют древнейшей профессией, верно?

Она не будет реагировать. Не будет! Неужели Рауль рассказал этому наглецу, что она предложила ему себя в обмен на строительство заводов? Или он просто подначивает ее?

Антонелла с трудом сдерживалась. Она порывалась объяснить, что ни с кем не спала. Но он ни за что ей не поверит, разумеется. Да и не заслуживает он объяснения. Ну почему у мужчин двойные стандарты, если дело касается секса? Он может спать с бесчисленным количеством женщин, и это лишь добавляет ему привлекательности.

– Обиделись?

– Вовсе нет. Просто вы мне не нравитесь. Не нравится ваше лицемерие.

– Я оскорблен. – Кристиано усмехнулся.

Как ей хотелось, чтобы он оставил ее в покое!

– Где Рауль? – спросила она.

– Я не ваш секретарь, принцесса. Если он вам нужен, пойдите и найдите его. – Он произнес это почти издевательски. – И что заставляет вас считать меня лицемером? Мне нравится, что у вас были любовники. Это означает, что вы научились доставлять мужчине удовольствие. Это означает, что нам не придется терять время, когда мы окажемся в одной постели.

– Я не собираюсь спать с вами, Кристиано.

– Вы уверены? – отозвался он с чувственными нотками в голосе, которые царапнули по ее нервным окончаниям и вызвали трепет.

– Я знаю себя и знаю, чего не хочу. Вас я не хочу.

Кристиано протянул руку, сплел ее пальцы со своими и поднес к губам. Она попыталась вырвать руку, но он держал крепко.

– А знаете ли вы свое тело, Антонелла? Часто наше сознание и наше тело воюют. Разве вам это не известно?

Прежде чем она успела сформулировать ответ, он коснулся кончиком языка середины ее ладони.

Антонелла резко выдохнула, словно поток лавы потек по ее позвоночнику, по чреслам, в самую сердцевину женственности.

Почему? Ну почему? Мужчины пытаются затащить ее в постель столько, сколько она себя помнит, однако Антонелла никогда не испытывала ничего хотя бы отдаленно напоминающего то, что она чувствует, когда к ней прикасается Кристиано. Какая жалость, что он – неподходящий мужчина.

Ей надо было вырвать руку, надо было увеличить расстояние между ними и никогда больше не оставаться с ним наедине. Но она не могла. Антонелла словно угодила в ловушку.

– Прекрати, – с трудом выдавила она.

– Ты уверена? – пробормотал он. – Твое тело говорит другое.

– Ты этого не знаешь.

– Знаю. Ты пылаешь…

– Здесь просто жарко.

Кристиано рассмеялся низким смехом, поцеловал пальцы девушки и положил ее руку себе на плечо, прежде чем привлечь ближе. Его ладони легли на ее бедра.

– И вот-вот станет еще жарче. Зачем отрицать это влечение? Нам будет хорошо вместе.

– Я…

Какая-то тень упала на них, затем послышался возглас:

– Прошу прощения!

Антонелла вырвалась из объятий Кристиано и увидела, как Рауль повернулся и исчез за дверью. О боже! Слезы ярости защипали глаза, но она сдержалась. Она же только что предложила Веге жениться на ней!

Она сумеет исправить ситуацию. Конечно же сумеет. Должна суметь. Ради будущего Монтеверде. Но не раньше, чем выскажет этому самовлюбленному типу, причинившему ей столько неприятностей за такое короткое время, все, что она о нем думает.

– Ты сделал это нарочно!

Следовало прислушаться к голосу разума, советующему ей держаться от него подальше. Ее привлекли красивая внешность и обжигающие прикосновения, и она поставила под угрозу будущее целого народа. И ради чего? Ради поцелуя? Поцелуя мужчины, которого презирает? Это не он безумец, а она.

– Что заставляет вас так считать, принцесса? – холодно поинтересовался он с выражением самодовольным и насмешливым.

Антонелла сжала кулаки, стук сердца отдавался у нее в ушах. Она дура, безнадежная дура. Кристиано ди Саваре – враг. И он ни на мгновение не забывал об этом, в отличие от нее.

– Ты эгоист. Тебе наплевать, кому ты причинишь боль или что ты уничтожишь, добиваясь своего.

Один уголок его рта приподнялся, но это едва ли можно было назвать улыбкой.

– Значит, мы родственные души.

– Нет. Мне небезразличны чувства людей. А сейчас я пойду и извинюсь перед Раулем.

– Это лишнее.

– Разумеется, нет.

– Ты была частью сделки.

– Сделки?

Ее сердце замерло, пока она ждала его ответа. Как мужчины могут заключать сделки, касающиеся ее? Это невозможно! Она не принадлежит ни одному, ни второму, и никто не имеет права принимать решения за нее.

– Вега построит сталелитейный завод в Монтероссо. А Монтеверде будет поставлять руду.

– Никогда! – выпалила Антонелла. Это немыслимо! Продавать руду Монтероссо? Чтобы враги могли производить больше танков и оружия для уничтожения ее народа? Монтеверде отчаянно нуждается в деньгах, но не такой ценой!

– Возможно, ты захочешь пересмотреть свою позицию. – В голосе Кристиано слышалось дружелюбие, хотя она знала, что дружелюбием тут и не пахнет.

Антонелла вздернула подбородок:

– Не вижу, с чего бы.

– Одно слово, – отозвался он, и глаза его были пустыми, невыразительными. И холодными. – Одно очень важное слово: выживание.