Бухгалтер поневоле

Глава 12

Тетерев появился ровно через десять минут. Коренастая фигура, невысокий рост, лёгкая небритость — его образ не менялся никогда. Он неизменно носил тёмную кожанку поверх свитера или рубашки. Его ледяное спокойствие вызывало у меня животный страх. Я знала — с такой же невозмутимостью он мог свернуть мне шею и сразу переключиться на другие дела.

— Так, Тетерев, — начальник размахивал руками, как дирижёр, — эту пташку нужно провезти по магазинам и салонам. Сделать из неё подобие женщины. Южане уверены, что она моя любовница. Раз правда вскрылась — подтвердим их догадки. Зато теперь можно спокойно брать Мышку на встречи. Да не бледней ты...

— Родион Аркадьевич, я не думаю, что смогу соответствовать этой роли, — попыталась я возразить. — Они сами говорили, что я не подхожу на роль вашей женщины.

— Вот поэтому ты и поедешь брить все свои волосатости! — Аркадьевич взревел так, что все невольно напряглись. — Одни расходы с тобой... Теперь ещё перед женой объясняться, почему у меня три любовницы вместо двух. Всё, валите!

Его последняя ругань прозвучала как сигнал к отступлению. Мы поспешно ретировались.

— Тоша, сходи за Анжелой. Она в зелёной комнате. Ты, Мышь и она сейчас поедете со мной, — холодно распорядился Тетерев.

Тоша, сдерживая ухмылку, отправился выполнять приказ. Меня начало подташнивать от осознания, что сейчас придётся ехать к одной из любовниц начальника.

— Александр, это обязательно? У меня завтра учёба, нельзя пропускать пары, — попыталась я возразить.

— Пропустишь немного, не переживай. Но ночевать будешь у неё. У неё есть указания — введёт тебя в курс дела, пока решается вопрос с твоим жильём. Завтра поедете приводить тебя в образ. У тебя сейчас есть десять минут — поешь или выпей чего-нибудь на кухне. Потом подходи к чёрному выходу.

Он указал пальцем в сторону служебного выхода и так же бесшумно удалился, как и появился. От его присутствия у меня всегда бежали мурашки по коже.

Я прислонилась спиной к стене, понимая, что ситуация вышла из-под контроля.

— Бу-бу-бу, — пропела я тихо, пытаясь успокоить дрожь в голосе, и направилась в сторону кухни бара.

Повернув в коридор, сразу заметила неладное — камера наблюдения в углу не мигала, была отключена. В тот же миг боковая дверь распахнулась, и чьи-то сильные руки с размаху прижали меня к стене. Воздух вырвался из лёгких от неожиданности.

Надо мной навис Шаман.

— Не люблю, когда мной играют, — прошептал он, приближая лицо так, что его губы оказались в сантиметре от моих. Если бы не его железная хватка, я бы наверняка сползла по стене.

Страх смешивался с чем-то гипнотическим, парализуя волю. Я оказалась полностью во власти этого огромного мужчины. Его пальцы словно прожигали ткань моей одежды. Я чувствовала его стальные напряжённые мышцы, которыми он начал сильнее вдавливаться в меня.

Взгляд — хищный, обжигающий — заставил замереть. Он провёл костяшками пальцев от виска до подбородка, изучающе рассматривая то глаза, то губы, то волосы. Его дыхание стало прерывистым, как будто от скрытого возбуждения. Я задышала с ним в унисон.

— Ты больше похожа на девственницу, чем на чью-то любовницу, — прошептал Шаман, его губы почти касались моих. — На очень... трепетную девственницу.

Я замерла, ожидая поцелуя, который, казалось, вот-вот последует.

— Марат, здравствуйте. Нам нужно ехать с Еленой, если вы не против. — Голос прозвучал неожиданно. — Кстати, Родиону Аркадьевичу не понравится, что вы трогаете его женщину. К вашему распоряжению любая другая дама в клубе, только скажите...

Шаман резко повернул голову в сторону говорящего, но не ослабил хватку. Когда он успел обнять меня? Это было похоже на наваждение.

Мне показалось, я услышала глухой рык.

В конце коридора стоял Тетерев, спокойно ожидая. Шаман медленно, с явной неохотой отпустил меня. Его взгляд, ещё минуту назад полный вожделения, теперь пылал злостью и... было ли это ревностью? Я забыла, как дышать.

Тетерев молча указал на выход. Пришлось подчиниться. Спиной я чувствовала, как взгляд Шамана прожигает меня насквозь.

— Александр, вы вообще кого-нибудь боитесь? — прошептала я.

— Да, — ответил Тетерев невозмутимо. — Лягушек.

Его ответ дал пищу для долгих размышлений.

В машине нас уже ждала Анжела, расположившаяся на заднем сиденье. Блондинка с искусно подчёркнутыми пухлыми губами была одета в элегантное красное платье, поверх которого накинула дорогое пальто. Лакированные туфли идеально дополняли образ, подчёркивая стройность ног. Длинные пальцы с безупречным маникюром быстро перебирали экран смартфона. Увидев меня, она презрительно сморщила носик.

Тоша, занявший место водителя, фыркнул, сравнивая наш контрастный внешний вид. Я молча села рядом с Анжелой.

— Подождите! — К машине подошёл один из людей Шамана. — Марат Наильевич просил передать Елене. — В его руках был пластиковый пищевой контейнер.

Тетерев на мгновение замер, затем кивком разрешил принять передачу. Когда мы тронулись, я открыла крышку. Внутри лежали два свежих ароматных бутерброда и термостакан с горячим чаем. Мой желудок отреагировал громким урчанием...

Глава 13

Мы медленно спустились на подвальный уровень парковки элитного жилого комплекса. Глаза невольно разбегались — я никогда раньше не бывала в таких местах. Внезапная вибрация телефона заставила меня вздрогнуть. На экране — имя Коли. Я машинально отклонила вызов и поспешно сунула телефон в карман. «Объяснюсь потом», — мелькнуло в голове. Сейчас никак нельзя показывать людям начальника, что у меня есть парень. Если это вообще можно так назвать... Вдруг он звонит, чтобы отчитать меня за что-то?

Анжела наконец отвлеклась от своего телефона и бросила оценивающий взгляд на мои колени, усыпанные крошками. А ведь бутерброды были просто восхитительными! Никогда бы не подумала, что кухня бара будет делать такие бутерброды. И в меню я точно не видела ничего подобного... Да и чай оказался неожиданно хорош — не сравнить с моими обычными пакетиками.

— Видел их машину? — спросил Тоша, прерывая молчание.

— Это не южане, это кто-то другой... — задумчиво протянул Тетерев.

Я украдкой осмотрелась, но так и не поняла, о ком идёт речь. Тоша припарковался, и мы высыпали из машины пёстрой разномастной компанией. Анжела, не дожидаясь остальных, направилась к лифту. Я покорно последовала за ней как тварь дрожащая, отмечая, как на каблуках она возвышалась надо мной почти на полголовы.

Мужчины проводили нас до квартиры. Тетерев медленно обошёл все помещение, с явным отвращением осматривая беспорядок, затем развернулся к нам и начал инструктировать:

— Из квартиры — ни шагу. Завтра обе отправляетесь по магазинам и в салоны. Анжела, пока объясни Лене все детали — правила, особенности, что любит Родион Аркадьевич...

— Во всех подробностях? — кривовато ухмыльнулась Анжела.

— Как хочешь. Квартирный вопрос решаем. И, Елена, — Тетерев перевёл на меня спокойный, но не терпящий возражений взгляд, — никакой учёбы и работы, пока не разберёмся с интересом южан. Покажи, что ты всё поняла.

Я встретилась с ним глазами. В его взгляде читался опыт человека, прошедшего через многое, для которого я была всего лишь очередной задачей, которую нужно решить. Очередной мухой на стекле — не более того.

— Я всё поняла, — тихо ответила я. Сопротивляться не имело смысла — все важные решения уже были приняты за меня.

Пока мы разговаривали с Тетеревым, я не могла не заметить, как Тоша и Анжела украдкой перекидывались улыбками. Похоже, между ними было что-то большее — интересно, что именно они скрывают?

Как только мужчины ушли, Анжела резко швырнула туфли в стену.

— Уф, пошли чай пить на кухню. Я уже думала, они никогда не уйдут, и мне придётся вечно изображать эту кислую мину, — затараторила она, на ходу снимая платье. Заметив моё удивление, добавила:

— Чего вылупилась? Я ж голодная как волк. Там вообще ничего не ела — думала, придётся спать с Аркадьевичем, но ты невольно меня выручила. Пока ты в машине бутерброды уплетала, у меня слюнки текли.

Последние слова она произносила уже на кухне, которая была совмещена с гостиной. Оправившись от первого шока, вызванного резкой переменой в поведении моей новой сожительницы, я последовала за ней:

— Я же тебе предлагала поделиться...

— Да-да, знаю, — махнула она рукой, — но я ведь по легенде должна быть из тех дам, что питаются шампанским да воздухом...

Анжела суетилась на кухне, расхаживая босиком в одном нижнем белье. Её движения теперь были резкими и угловатыми — ни следа от прежней лебединой грации. Я села за стол, с любопытством наблюдая за ней. Она уже набила рот едой и теперь доставала из холодильника колбасу.

— Меня, кстати, Леся зовут. Давай ешь, мне рассказывали, ты тоже вечно голодная, — сказала она, швыряя на стол хлеб и мясную нарезку. Чайник на плите начинал закипать. — Приготовила бы что-нибудь или заказ сделала, но я экономлю, — призналась она, заметив моё недоумение. — Чего опять застыла?

— Леся? Не Анжела? И как это — экономишь? Ты же с самим начальником, ну это... делишь с ним постель, — растерянно пробормотала я.

— Родион сказал, что мне нужно более томное имя. А насчёт денег — я откладываю, чтобы выбраться из долгов. Не подумай, я бы не стала любовницей просто так. Год назад ошибку совершила, — объяснила Леся, с усмешкой уплетая бутерброд. — Кстати, а ты сама много мозгами у Аркадьевича заработала?

— Ни копейки, — честно призналась я.

— Ну вот. Хотя бы обновками завтра обзаведёшься, да квартиру оплатят. Но он тебе это потом в счёт выставит, имей в виду, — подвела итог Леся.

— Блин, — пробормотала я, заваривая чай. Почему-то её словам я верила безоговорочно.

— А почему у южан к тебе такой интерес? Охрана шепталась, будто они раскусили, что ты была на их встрече переодета пацаном. Думают, ты крот от госнаркоконтроля...

Тут я поперхнулась чаем. Дела принимали совсем уж неожиданный оборот. Опять завибрировал телефон. Опять звонил Николай...

Глава 14

«Надо обязательно ответить», — промелькнуло у меня в голове. Воспоминания о нашей последней встрече всплыли перед глазами, вызывая липкое чувство брезгливости. И всё же где-то внутри теплилась надежда дать Коле ещё один шанс. Под любопытным взглядом Леси я взяла телефон и вышла в ванную.

— Да, — тихо ответила я в трубку.

— Ну наконец-то, — Коля тяжело выдохнул. — Лена, куда ты пропала? Дома тебя нет, на телефон не отвечаешь...

— Зачем ты приходил ко мне домой? — насторожилась я. Внутри начало шевелиться неприятное подозрение.

— Я переживал. Мы так нехорошо расстались в последний раз. Лена, я виноват. Ты сейчас где? Я приеду, заберу тебя...

— Ты же не водишь... — вспомнила я.

В трубке повисла пятисекундная пауза, затем он ответил:

— Да, просто недавно получил права, сдал все экзамены. Тебе не говорил, хотел сюрприз сделать...

Весь этот разговор вызывал у меня глухую тревогу. Внутренний голос буквально кричал, что что-то не так, что нужно срочно положить трубку.

— Я сейчас у подруги. Вряд ли у нас получится увидеться эти два дня.

— Леночка, пожалуйста, я очень соскучился...

Я сдалась. Никогда не могла отказать, когда так искренне просят. Моё проклятие — эта дурацкая мягкость. Прикинув примерное расположение нашего дома, я отправила Коле координаты соседнего здания. Раскрывать точный адрес Лесиной квартиры я не рискнула. Надевая куртку, я заметила, как Леся насторожилась:

— Ты куда? Тетерев чётко сказал — ни шагу из квартиры. У тебя лишние кости есть что ли? Этот мастер их ломать.

— Я ненадолго. Там сейчас мой парень подъедет. Он волнуется... — сказав это, я сразу же пожалела. Кто меня за язык тянул?

Леся замерла, будто на неё вылили ушат ледяной воды.

— Дура, тебя Аркадьевич вздернёт! Какой ещё парень? Ты забыла, на кого работаешь?

— Я быстро, никто не заметит, — не дожидаясь ответа, я выскользнула в коридор.

На улице было уже очень темно, но в этом элитном районе с камерами на каждом углу я не чувствовала опасности. Коля ждал на указанном месте.

Я не бросилась ему в объятия, а остановилась в шаге от него. Мне казалось, что так правильнее.

— Леночка, как ты? — он окинул меня оценивающим взглядом с головы до ног. — Я так виноват... Не знаю, что на меня тогда нашло. Не хотел тебя пугать, тем более при тех алкашах... Давай я заглажу вину?

Его глаза, казалось, излучали искреннее раскаяние, но теперь я видела фальшь. Что-то было не так. Почему у него нервно подрагивает веко? От чего он так напряжён?

Внутренний голос, анализировавший ситуацию, завопил, чтобы я немедленно уходила. В этот момент Коля подошёл ближе и взял меня за локоть.

— Леночка, пойдём. Рядом есть отличное кафе, — он потянул меня за собой.

Но теперь я видела в нём совершенно другого человека — подозрительного и чужого. В моём восприятии всё резко изменилось. И тут я заметила — прямо рядом с нами стояла машина южан. Почему я не увидела её сразу? Коля резко повернул голову в ту сторону, и я воспользовалась этим моментом.

Резко вырвав руку, я пробормотала что-то о срочной необходимости вернуться к подруге и быстрым шагом удалилась, свернув за угол здания. Решила вернуться к Лесе другим путём.

«Объект удалилась, взять не удалось», — донёсся до меня тихий голос Коли.

Что происходит? Кто этот «объект»? Неужели... я?

У самого входа в холл здания, где находилась квартира, меня внезапно нагнала тонированная машина. Я инстинктивно отпрыгнула в сторону, как испуганный зверёк, ожидая, что сейчас меня схватят и втянут внутрь. Но вместо этого плавно опустилось стекло, и я увидела Шамана.

— Вы заводите странные знакомства для женщины Шеремета, Елена, — задумчиво произнёс он.

От страха и неожиданности мой разум полностью отключился. Единственное, что я смогла выдавить:

— Спасибо за бутерброды и чай... Было вкусно.

Мои слова прозвучали глупо даже для меня самой. Но Шаман даже не улыбнулся. Он лишь пристально посмотрел мне в глаза, затем кивнул водителю. Машина резко тронулась с места, оставив меня в полном недоумении.

Я стояла, пытаясь осмыслить эту странную встречу. Что он задумал? Почему так себя ведёт? При одном его взгляде мои колени подкашиваются, а разум отказывается работать. Я просто растекаюсь лужицей.

Зачем он подъехал? Зачем показался? Это был знак? Намёк? Все эти мысли крутились у меня в голове, пока я поднималась в квартиру.

Леся оказалась душевной девушкой — постелила мне на диване в гостиной.

— Так, Лена, — сказала она, — впервые у меня тут не пьяный Аркадьевич валяется. Я рада нашему знакомству, но не хотела бы, чтобы тебя прикопали сразу после начала нашей дружбы. Не провоцируй. Здесь везде глаза и уши Тетерева.

Она подняла предостерегающе палец вверх. Уже переодетая в розовую пижамку, Леся бросила мне хлопковую ночнушку.

— Ложимся спать, уже поздно. Завтра с восьми у нас записи в салоне «Ко-ко».

Я не сдержала смешка и закудахтала. Леся сначала округлила глаза, а потом рассмеялась. Она мне определённо нравилась.

Утром она разбудила меня. Мы выпили ароматный кофе и спустились вниз после звонка Тоши. Он уже ждал нас в машине.

— Ну что, цыпочки, поедем красоту наводить? — спросил он.

После слова «цыпочки» мы переглянулись с Лесей и дружно расхохотались. Тоша, конечно, ничего не понял — в наших головах уже рисовались ассоциации с курятником. А вишенкой на торте стала машина южан, которая неспешно следовала за нами в потоке...

Глава 15

«Вы что-то странно себя ведёте», — заметил Тоша, бросая на нас настороженный взгляд через зеркало заднего вида.

Я понимала его замешательство. В машине мы с Лесей без умолку болтали и смеялись, что резко контрастировало с её холодным поведением в квартире. Перед выходом она объяснила мне правила игры: при всех, кроме Тоши, она должна была демонстрировать ко мне высокомерное отношение. Ведь формально я была её конкуренткой.

Леся рассказывала, что раньше у Шеремета прям как у доминирующего самца в стае одновременно содержалось целых четыре любовницы. Между девушками постоянно вспыхивали конфликты, доходившие до откровенной вражды и даже подозрений в отравлениях. Аркадьевич, несмотря на свою криминальную бережливость, всегда выбирал в фаворитки исключительно красивых девушек, оказавшихся в трудной ситуации. Чтобы они просто так не смогли сбежать. Однако после очередного громкого скандала с женой он сократил свой «гарем», хотя ядовитая атмосфера соперничества между оставшимися девушками сохранилась.

Тоша привёз нас к элитному салону красоты «Ко-ко». Как пояснила Леся, это заведение было закреплено за любовницами начальника — все счета оплачивались напрямую им. Жена Шеремета посещала другой салон после инцидента, когда она случайно столкнулась там с одной из его фавориток. Тогда разразился громкий скандал с рукоприкладством, после чего ту девушку больше никто не видел. Что с ней произошло и какова её судьба, никто не знал. Я нервно сглотнула, слушая этот рассказ — оказывается, опасность могла подстерегать с самой неожиданной стороны...

Интерьер салона был выдержан в золотых тонах и цвете шампань. Везде был красивый и дорогой интерьер. Я даже не рискнула взглянуть на прайс, чтобы не получить удар от шока. Администратор встретила Лесю улыбкой:

— Анжела, как мы рады вас видеть! У нас записано, что вы с подругой? Где же она? — сладко пела та.

— Здравствуйте, — фыркнула Леся, указывая на меня. — Вот она. Будьте добры сделать для неё полный комплекс. Надо превратить эту серую мышку в конфетку.

Только теперь на меня обратили внимание, словно до этого я была невидимкой. Улыбка администратора не исчезла, но в глазах читался явный шок:

— Ох, надо же! Я думала, вы пришли на собеседование в технический персонал... — она вдруг спохватилась, осознав, что сказала это вслух. — Вам у нас очень понравится! Пойдёмте, я вам всё покажу.

Леся в этот момент едва не схватилась за живот от смеха. Её явно забавляла вся эта ситуация. Я же чувствовала себя совершенно некомфортно. Ощущение себя «тварью дрожащей» не покидало меня на протяжении всего времени в салоне. Я смиренно поплелась за администратором.

Процедуры заняли около шести часов. Казалось, что над мной специально изощрённо издевались. Особенно запомнилась депиляция — бедные женщины, как они это выдерживают. Мастера превратили мою кожу по всему телу, включая самые интимные зоны, в кожу младенца. Она стала мягкой и нежной. Количество масок, нанесённых на моё лицо, тело и волосы, я давно перестала считать. Брови, ногти на руках и ногах — специалисты обработали буквально каждый сантиметр моего тела. Меня даже не спрашивали о предпочтениях — они точно знали, что нужно делать. Зеркало мне не показывали, да я и слишком устала, чтобы интересоваться результатом.

Выйдя с последней процедуры, я чувствовала себя как после каторжных работ. Леся, облачённая в такой же белый халатик, как и я, неспешно потягивала ароматный чай.

«Тут и для тебя чашечка...» — кивнула она в сторону столика со вторым креслом.

Мне показалось, в её взгляде читалось неожиданное удивление и даже восхищение. Странное ощущение.

Мы покинули салон, погружённые в странное молчание. Я не могла понять, что происходило с Лесей. Возле машины Тоша разговаривал с Тетеревым. Они мельком взглянули в нашу сторону — и их лица вдруг изменились. Даже невозмутимый Тетерев казался поражённым. Они смотрели на меня.

«Надо же...» — произнёс Тетерев, не отрывая от меня взгляда. Его реакция показалась мне странной.

Мы направились в один из самых дорогих торговых центров. Ещё в салоне Леся вскользь упомянула, что нам разрешено посещать лишь определённые отделы, с которыми у Шеремета были договорённости. Постепенно я понимала: Леся жила в настоящей золотой клетке. Настоящих денег она почти не видела. Мне стало жалко её... и себя. Моё положение немногим лучше, особенно с учётом повышенного внимания со стороны южан.

В торговый центр мы поехали вместе с Тетеревым. В машине воцарилась гробовая тишина. Мужчины украдкой бросали на меня заинтересованные взгляды.

В торговом центре мужчины сопровождали нас как настоящая охрана. К этому времени я уже изрядно проголодалась. Прекрасно понимала, что денег на обед в местных ресторанах у меня не хватит.

— Лесь, а у Шеремета нет договорённостей с кафе здесь? — тихо спросила я, чувствуя, как урчит живот.

— Нет, сама голодная. Все деньги на вкладе. Поэтому я и просила чай в салоне, — ответила Леся.

Да, быть любовницей Шеремета — сомнительное удовольствие. В первом же бутике нас встретили улыбками. Тетерев отошёл к администратору, что-то сказал и кивнул в мою сторону. Меня проводили в примерочную, где уже ждала целая стопка одежды.

Первое время я механически переодевалась, даже не глядя в зеркало. Но когда надела трикотажное платье серо-меланжевого цвета с открытыми плечами, невольно замерла перед отражением. В зеркале стояла статная, удивительно красивая девушка. Коричневые волосы, уложенные мягкими волнами, сияли здоровьем. Кожа выглядела идеальной, будто светилась изнутри. Аккуратные брови, выразительные глаза с длинными ресницами — всё это создавало образ, достойный киноактрисы. Маникюр в стиле френч делал руки похожими на руки принцессы, никогда не знавшей домашней работы. Платье подчёркивало стройную фигуру, создавая элегантный силуэт.