Чудо на Рождество

ГЛАВА 5

Сэйр не хотел говорить довольно долгое время. Я успела успокоиться и заскучать. Привалившись к стене, кажется, даже вздремнула.

В чувство меня привели его шаги, остановившиеся в дверном проеме. Я ощущала на себе взгляд дракона еще до того, как вскинула голову.

– Можете объяснить, что произошло? – попросила я Рогнэйда. – Я сама еще Фоню не успела допросить, только сегодня его из лесу приволокла.

Рогнэйд вопросительно вскинул бровь. Щелкнул в воздухе пальцами, и когда на его ладони образовался сияющий шар, почти не отличающийся от земных светильников и такой же яркий, окинул меня тяжелым взглядом.

– Ты заняла тело моей невесты, – бросил Рогнэйд, возвращаясь в кухню.

Мы с Кондратием поползли следом, и не сразу сообразили, что надо бы встать. Я выпрямилась первой, потом домовенок. Чтобы придать себе уверенный вид, распрямила плечи и вскинула подбородок.

Дракон оставил “светильник” на столе, предварительно смахнув с него крошки, и указал мне на скамейку.

– Сядь.

Домовенок тут же растворился в воздухе, а пока я на ватных ногах опускалась за стол, он уже копошился в печной духовке.

– Зайчатинки, сэйр Рогнэйд? – взволнованно проговорил Кондратий, голыми руками удерживая тяжелый медный поднос.

А меня он заверял, что ничего тяжелого поднимать не может…

Дракон от подгоревшего угощения отказался. По его лицу невозможно было точно определить, что он чувствует. Наверное, то же, что и я? И я, и он… Мы потеряли самое ценное, что у нас было. Рогнэйд – свою невесту. Я – дом. И мужа, конечно, хоть и соскучиться по нему пока еще не успела, да и некогда.

– Алайя, – начал дракон, – моя нареченная. Наши отцы согласовали этот брак еще три сотни лет назад, когда мы только родились. Год назад должна была состояться церемония бракосочетания, но Алайя вдруг передумала. Она попросила еще один год свободной жизни вдали от Драконьего Хребта. Я позволил, и она спустилась в людское поселение. Мне не приходилось следить за невестой, я ей верил.

– Она попросила этот год, чтобы найти способ сбежать, – понимающе вздохнула я. – Поверьте, вашей невесте в моем теле ничего не угрожает, даже работа. А мой муж – самый добрый человек на свете, и очень богатый…

Рогнэйд обернулся ко мне так резко, что я подпрыгнула от неожиданности. Лед в синих глазах вспыхнул и раскололся, обдав меня холодом.

– Муж? – в голосе появились стальные нотки. – Хочешь сказать, что моя невеста сейчас с другим мужчиной?

– Ну, чисто технически… – промямлила я и вдруг поняла: а ведь он прав! – Вообще-то, да. Но не волнуйтесь! Мой супруг всё время в командировках, я его дома практически не видела. А мы сейчас быстренько нас поменяем, и я верну себе тяжкое бремя быть женой вечно занятого мужчины!

Рогнэйд о чем-то крепко задумался. Сверлил меня взглядом, не показывая ни одной эмоции. В тени у дверного проема завозился Фоня, оттаяв, и вскоре послышался его тихий умоляющий голос:

– Поменяем, обязательно поменяем. Только простите меня, сэйр Хедд! Я правда не знал, что Алайя именно ваша невеста. Мы знакомы-то всего ничего. Она уверяла, что является сиротой, просила помочь ей, дать новую жизнь. Я видел, как тяжело ей жить, и согласился.

– Чем она тебе заплатила? – прорычал Рогнэйд.

– Ничем, клянусь!

Щелчок пальцев в воздухе, синие искры, и вот уже в Фоню снова летит ледяная паутина. Колдун мигом оказался подле дракона, отскочив от заклинания.

– Она подарила мне немного своей крови! – Фоня умоляюще сложил руки на груди. Таким жалким выглядел в этот момент, что я скривилась от отвращения.

– Крови? – не поняла я.

Рогнэйд отвернулся от колдуна:

– Моя невеста – последний голубокровый дракон, способный родить наследника рода. Голубокровых драконов, которые еще могут произвести на свет дитя, осталось всего двое: я и Алайя.

– Ладненько… А колдуну-то ее кровь зачем?

– На ее основе черные колдуны изготавливают зелья долголетия. Чем больше крови – тем больше лет жизни прибавит то зелье.

– Я взял совсем немного, – проблеял Фоня. – Честное слово! Литр, может, два…

– Сколько? – переспросила я ошарашенно. – Да ты ее почти опустошил! То-то я себя так плохо чувствовала, когда очнулась!

– Не лги, ты очнулась уже через три дня после того, как Алайя поделилась со мной священной жидкостью!

– Замолчите оба, – попросил Рогнэйд мягко, но твердо. Кивнул Фоне: – Когда ты сможешь поменять души местами?

– Скоро, сэйр, скоро! Я обещаю, я верну Алайю вам.

– И только это спасет тебя от смерти.

– Знаю, знаю! Я верну!

Я расслабленно улыбнулась. А все-таки какое чудесное у меня было приключение! И другой мир посмотрела, и зайчатину готовить почти научилась, и настрадалась на две жизни вперед. Вернувшись домой, я из кожи вон буду лезть, чтобы никогда и ни за что не жить так, как жила в этом мире целых две недели.

Может быть, даже признаюсь мужу в любви. Ну и что, что мы друг друга с трудом терпим? Нам жить вместе много лет, до самой старости, надо же когда-то начинать любить. Мой папочка выдавал меня замуж за богатого, а не за любящего, так что я знала, за кого шла.

– Этому недоумку, – обратилась я к Рогнэйду, кивнув на Фоню, – нужен порошок из кости голубокрового дракона, чтобы нарисовать какой-то там священный круг. Он меня сюда так и отправил. То-то, я думаю, затихарился в ванной! Вошла, а там на полу лежит коврик, который должен быть в сушке. Колдун нарисовал под ним круг, я наступила, и вот я здесь. Фоня, так всё было?

Колдун смотрел на меня не мигая.

– Как ты поняла?..

– Сам сказал – через священный круг души поменял. А я не помню ничего с того момента, как наступила на коврик в ванной комнате. Очнулась уже здесь, слабая и нищая.

Рогнэйд почему-то усмехнулся. Его взгляд потеплел, на удивление, и я насторожилась.

– Нищая? – проговорил дракон с ухмылкой.

Вместо ответа я обвела кухню рукой. Если дракон считает, что полуразваленный домик практически без мебели – роскошь, то где живет он сам? Боюсь представить.

Рогнэйд пальцем притянул к себе форму с зайчатиной, осмотрел мясо и вновь отодвинул. Скучающе вздохнул:

– Значит так: вы двое едете со мной. Ты, – он кивнул колдуну, – восстанавливаешь силы до полнолуния. Решишь колдовать и опустошать резерв – умрешь быстрее, чем успеешь извиниться…

– Не надо его убивать! – выпалила я. – Мне домой хочется, а кроме него меня некому туда вернуть.

– А ты, – Рогнэйд проигнорировал мои возмущения, – не отходишь от меня ни на шаг. Тело тебе не принадлежит, и если с ним что-то случится, а я потеряю возможность завести наследника, то отправишься к демонам вместе с колдуном.

– Вы грубый, – вырвалось у меня обиженно. Хотя я понимала Рогнэйда – у него миссия! Возможно, даже важная. И тело мое… – Говорите, тело беречь нужно?

Дракон вперил в меня внимательный взгляд. Я ехидно улыбнулась.

– Это тело, сэйр Хедд, хочет вкусно кушать и спать на мягких перинах. Знаете, как оно настрадалось за две недели?

– За год, – хрипло шепнул мне Кондратий, выглядывая из-за стола.

– За год, – поправилась я. – Алайна голодала, краюху хлеба на седмицу тянула. Вы оставили ее без поддержки и помощи.

– Я обещал ей не вмешиваться. Она хотела прожить это время вдали от своих земель и от меня. Хватит разговоров, собирайтесь.

– Угу, – согласно кивнула я.

Все равно, куда ехать, главное – ехать. Рогнэйду совесть не позволит издеваться над телом своей дражайшей невесты, и он обязательно ее вкусно накормит. Так уж вышло, что в последние дни я ни о чем, кроме еды, думать не могла.

Пока собирала скромные пожитки моей предшественницы, Фоня суетился на кухне – заворачивал кусочки мяса в бумагу, чтобы взять с собой в путь. А Кондратий ходил за мной по пятам.

– Алайя, – позвал он тихонько, когда я села на скрипучую кровать, так сказать, “на дорожку”. В темных глазках-бусинках застыла печаль. – Может быть… Может, я тоже могу поехать?

– Конечно, поедешь. Я без тебя отсюда не уйду.

– А потом ты возьмешь меня с собой на Землю?

Я глянула на него вопросительно. У Кондратия подергивались усы, маленькими ручками он теребил бороду. На меня не смотрел, прятал взгляд в пол.

– А где ты был, когда я одна встречала гостя, м?

– Прятался, – прошептал домовой. – Я чую силу ледяных драконов, когда они только собираются спуститься с гор. Я боюсь их, Алайя.

– А я, по-твоему, не боюсь? Почему не предупредил, что сюда кто-то идет?

– Прости, – в глазах духа появились слезы. – Прости, пожалуйста. Я-то могу слиться с пространством, а ты нет… Если бы драконы хотели тебя… того… ты бы все равно не смогла спрятаться.

– Прекрасно, – фыркнула я поднимаясь. – Идем, трус.

Рогнэйд не показывал нетерпения. Ему будто было все равно, как долго мы собираемся. Впрочем, если дракону сейчас три сотни лет, а он только решил обзаводиться женой и наследниками, то что для него час ожидания суетливых человечков? Секунда, не больше.

– Погодите-ка, – я схватила за локоть бегущего на выход Фоню. – Сначала мы обсудим подробности сделки.

– Сделки? – спросили Рогнэйд и Фоня одновременно. При этом, дракон – с удивлением, а колдун – с нескрываемой радостью.

– Не с тобой, – шикнула я на последнего. – Еще бы я с колдунами сделок не совершала.

– Вообще-то, уже, – хмыкнул Фоня. Перехватил в воздухе мою правую руку и указал мне на метку. – Видишь это? Это метка колдуна.

– Я в курсе, колдунишка ты недалёкий, – разозлилась я. – Мне из-за этой твоей татуировки в спину плевали!

– Это печать. Она означает, что ты уже совершила сделку с колдуном. Поэтому в тебя и плевали. Ты для людей все равно что прокаженная.

– И для драконов тоже, – пространно сказал Рогнэйд. – К моему большому сожалению, Алайя сотворила это по глупости, а отвечать будешь ты.

– Я? – не поняли мы с Фоней и переглянулись.

– Ты, – Рогнэйд посмотрел на меня. – При своих подданных ты не должна показывать голой руки. Если кто-то увидит метку, Алайю изгонят.

– При моих… ком? – мне показалось, что я ослышалась.

Дракон медленно моргнул и оставил мой вопрос без ответа, будто не считал нужным вообще что-либо объяснять какой-то там человечке.

– На выход, – рыкнул он и первым двинулся в прихожую.

Он едва не зацепил плечами косяки, но сумел протиснуться. Фоня торопился следом за ним, Кондратий нагло сидел на шее колдуна, а мне следовало запереть входную дверь, которая чудом осталась целой. Дверь между прихожей и кухней уже никто не починит, это понятно, но это уже не моя проблема. Я запру дом на замок, чтобы его не обнесли, пока хозяев нет. Ну и… мало ли, вдруг что-то случится, и мне придется сюда вернуться?

Последняя мысль заставила меня вздрогнуть.

Рогнэйд вывел нас по сугробу за ворота. Там нас ждал экипаж… Самый обычный, как с картинок в интернете. Я посмотрела на Рогнэйда, потом на лошадей.

– Мы на этом в горы поедем? – уточнила я. – Не то чтобы я разбиралась в горных перевозках, но мне кажется, что на вот этом мы там застрянем.

– Предлагаешь отправиться пешком? – хмуро спросил Рогнэйд.

Я отрицательно мотнула головой. Карета так карета. Вообще-то, я надеялась на полет на драконе, но если такой услуги нет, то и карета сойдет.

Мы уезжали в сумрачную неизвестность. Фоня вел себя спокойно – ему даровали жизнь, он был счастлив. Кондратий в любой момент мог вернуться домой, духи на то и духи, что им колеса для передвижения не нужны.

А вот я начинала нервничать. Впереди священный круг кого-то там, который отправит меня домой, а еще подданные… Какие подданные? Кем была Алайя? Сильно сомневаюсь, что меня сейчас привезут в роскошный замок, обустроенный по последнему писку местной моды. Ни одна девушка в мире… во всех мирах не променяет комфортную жизнь в богатстве на брусчатую развалюху в лесу. Кондратий говорил, что Алайя голодала, да и я сама это поняла, когда первый раз заглянула в шкафы. Продукты в них отсутствовали. В сундуке для белья были найдены несколько простеньких платьев, подходящих скорее служанке. Валенки не по размеру, пальто, видавшее виды…

Не знаю, что там у нее за подданные имеются, но богатств точно нет.

ГЛАВА 6

Карету нещадно трясло по ухабам, увозя нас к горам. А там, я прекрасно понимала, она не проедет вовсе.

Уточняющие вопросы задавать Рогнэйду не стала. Будет хорошо, если мы полетим на драконе, а если нет, то я замерзну на первом же отрезке пути.

Меня и Фоню мотыляло по всему салону. Он явно назывался как-то иначе, но мне не пришло в голову ничего другого. Кондратий благоразумно слился с пространством, и мы его теперь не видели. Рогнэйд не шевелился вовсе, будто прирос к скамейке.

На очередной кочке колеса кареты хрустнули, она сорвалась в ямку, и меня подбросило. Я раскинула руки, чтобы в полете ухватиться хоть за что-нибудь, и попала в распростертые объятия колдуна, сидящего напротив. Фоня зашипел от боли – я уперлась коленом в его пах. От отвращения, что я снова тискаюсь с врагом, отпрянула и в тот же миг рухнула спиной на колени Рогнэйда.

Дракон посмотрел на меня без тени сожаления. Только спросил:

– Ничего не повредила?

– Цело ваше драгоценное тело, – процедила я недовольно. – Но еще с километр, и я рассыплюсь на кусочки!

– С… что?

– Километр. Это единица измерения такая.

Рогнэйд не понял. Отвернулся в окно, брезгливо спихнув меня с колен. Я обиделась, но совсем чуть-чуть. Дракон не был джентльменом. Да он и человеком-то не был, так что, кто знает, как воспитан? Может, среди представителей его расы считается нормальным не помогать девушкам. Может, именно поэтому Алайя сбежала?

Я так увлеклась своими догадками, что не заметила, как мы прибыли в срединную точку путешествия. Хотела бы я сказать, что экипаж остановился у подножия живописных заснеженных гор, но вокруг стояла темнота, в которой не видно ни зги.

Рогнэйд вышел первым. За локоть вытащил Фоню и не отпускал его, даже когда я неуклюже выбиралась из кареты. Мне бы помощь не помешала, но от дракона я ее точно не дождусь. Пришлось сесть на пол, свесить ноги и спрыгнуть в сугроб. Тут же утонула по колено, и в голенища валенок набился снег.

Кондратий материализовался внезапно, до чертиков напугав меня и Фоню.

– Я не могу, – сказал он, со слезами в глазах глядя на дракона. – Я думал, что мы отправимся пешком или, в крайнем случае на драконе…

– На чем? – прорычал Рогнэйд ошеломленно.

Кондратий проигнорировал его вопрос и шепотом добавил к ранее сказанному:

– Портал меня уничтожит. Я не могу пройти через него.

– Кучер отвезет тебя назад, – кивнул дракон.

Я ошарашенно взглянула на жениха моего тела. Он это серьезно? То есть, не такой уж и урод, каким казался? Предложил свой экипаж домовому, которого видит впервые в жизни!

Стоп, что?

– Я без него не поеду, – моя рука сама потянулась к Кондратию. Я схватила его подмышками и подтащила к себе. – Он мой единственный друг в этом вашем странном мире, и я не хочу оставаться без него.

Рогнэйд, наверное, закатил глаза. Точно не знаю, его лица я почти не видела в темноте, но вот тяжелый вздох расслышала хорошо.

Он пошарил рукой в кармане, вытащил оттуда небольшую склянку и сказал:

– Сюда забирайся. Драконье стекло защитит от воздействия портала.

Кондратию дважды повторять было не нужно. Он растворился и тонкой струйкой сизого дыма просочился в пузырек. Пузырек был засунут мне в руки, и я прижала его к себе бережно.

Рогнэйд потащил Фоню во тьму. Я шагала след в след, чтобы не проваливаться, пока впереди не показался просвет. Сияющая голубым арка возникла из ниоткуда, и вскоре дракон и колдун в ней исчезли.

Я стояла прямо у арки, недоуменно хлопая глазами. Даже потрогала сияние пальцем, и оно, будто играючи, встрепенулось.

– А вы… где? – негромко позвала , страшась пойти в… Как Кондратий его назвал – портал?

Решиться мне не дали. Из арки появилась крепкая мужская рука, схватила меня за локоть и втянула в портал.

Я рухнула на пол, не удержавшись на ногах, но тут же была поднята Рогнэйдом. От непривычно яркого света чуть ослепла, но, моргнув, поняла, что нахожусь в пустом каменном зале. Круглом, без окон, с одной дверью.

Рогнэйд уже шел на выход. Ни слова поддержки, ни фразочки обнадеживающей!

Я бросилась за ним. Дверь распахнулась, я выскочила на неширокую галерею и…

Мне никогда в жизни не приходилось видеть ничего подобного. Даже в музеях. Даже во дворцах давно почивших князей и графов, в которые я ходила на экскурсии. Ни в одном из тех мест не было такой роскоши, как здесь!

Позолота на балконных и лестничных перилах сверкала. Две невероятно огромные хрустальные люстры освещали просторное помещение, где могло бы поместиться не менее двух футбольных полей. Широкие окна в пол открывали вид на заснеженный сад, а сразу за ними повсюду, докуда я смогла разглядеть, простирались белоснежные облака. Или туман. Но мне хотелось думать, что облака.

Рогнэйд двинулся по галерее в сторону одной из двух лестниц, которые волной убегали наверх и вниз. По пути нам попадались стражи: высокие мужчины с платинового цвета волосами, одетые в длинные серебристые мантии с капюшонами. Мужчины недвижимо стояли у каждой двери, сканируя пространство светящимися зелеными глазами.

Слуг, кроме них, видно не было, и я решила, что полюбуюсь интерьером потом. Если отстану от Рогнэйда сейчас, то просто потеряюсь!

Он пошел вниз, и я следом за ним. Там, вдалеке у стены стоял такой же страж, как остальные, но в синей накидке. Дракон передал меня ему со словами:

– Отвести в покои. Накормить.

Зеленые глаза на миг вспыхнули, что означало: “Сделаю”. Страж взмахом руки попросил меня следовать за ним, и мы снова двинулись по лестнице наверх. Уставшая, я проклинала десятки ступеней, пока поднималась по ним.

По дороге обернулась: Рогнэйд завел Фоню в один из широких арочных коридоров, и они скрылись из виду.

Интересно, куда дракон поселит колдуна? Вряд ли выделит ему целые покои.

Пока страж вел меня, я всё думала: насколько много должно быть денег, чтобы отгрохать такой замок? О, а это определенно был замок! Покои, которые мне полагались, находились в одной из башен на пятом этаже. Коттеджа или особняка такого размера просто не может быть. Да если тут поселить всех жителей Саратова, они не будут пересекаться друг с другом неделями!

Я уже думала, что мое восхищение угасло, но тут страж завел меня в мои покои. Я чуть не передумала возвращаться на Землю. Захотелось запереться изнутри на все пять засовов и под страхом смерти не возвращать тело Алайе.

Нет, ну что за дурочка откажется от такого красавчика-мужа, и замка размером с мегаполис? Думаю, Алайя не дурочка… Но что-то заставило ее бежать отсюда так далеко, где ее никогда не найдут.

Жизнь моя, длительностью в двадцать девять лет, была насыщенной. Наполненная самыми разными яркими событиями от рождения и до последнего дня моего пребывания на Земле. Мне посчастливилось родиться в настолько обеспеченной семье, что до самого замужества я представления не имела, как и откуда в нашем доме появляются новые красивые вещи. Слуги, охрана, несколько автомобилей и роскошных вилл. Это было привычным делом.

А потом я вышла замуж за не менее богатого человека, чем мой отец. Я не пищала от восторга, видя драгоценности и одежду от-кутюр. Не употребляла слов “кредит” и “ипотека”. Никогда не думала выйти на работу… Фу, даже слово противное: “работа”. Вы только послушайте, как звучит!

В общем, богатство меня не могло удивить.

Но то, что я увидела, войдя в покои Алайи, поразило меня настолько, что я с открытым ртом застыла на пороге. Провожающий меня стражник захлопнул за моей спиной дверь с тихим хрустом ключа в замке, и я осталась одна. Я поняла, что меня заперли, но зацикливать на этом внимание не стала.

Передо мной раскинулось просторное светлое помещение. Повсюду стояли ледяные скульптуры, с потолка свисали тяжелые сосульки, а окна в пол по краям были подернуты инеем. За ними всё те же облака.

И это еще была не спальня. Даже не гостиная. Просто… прихожая.

На негнущихся ногах я прошла до первой арки. За ней, в комнате изо льда обнаружились белоснежные диван, кресла, по полу раскиданы светлые пушистые подушечки, а по центру – огромный костер из ледяных бревен и такого же ледяного пламени. Синее пламя плясало, играло, искры взметались под потолок.

Повсюду пахло кристальной свежестью. И совсем не холодно. Будто весь лед, что я видела, искусственный.

Я дотронулась до фигурки оленя, погладила его мордочку, кончиками пальцев коснулась рога. Лед не таял от тепла моих рук. Точно ненастоящий.

Стоило признать, что я еще никогда в своей жизни не была богатой. Да по сравнению с Рогнэйдом я нищенка даже на Земле.

Вход в гардеробную был из светлой спальни, в которой одна только кровать могла с легкостью вместить в себя двадцать человек, и они бы друг друга не касались. И повсюду окна, окна, окна… Замок словно из стекла.

В гардеробной я задержалась. Провела ладонью по теплому меху, шелкам, а когда добралась до стены с полками, сплошь заставленными открытыми коробочками с украшениями, завистливо вздохнула.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».