Маленькая хозяйка волшебной лавки
- -
- 100%
- +
– Человеке? – грустно усмехнулась девушка. – Он никогда не был человеком.
Я в растерянности глянула на Асью. Мне-то казалось, что мы обсуждаем того мужчину, что я видела сегодня в окне, решила, что и Доран его видел, потому и завел разговор со своим другом. Но, видимо, я ошиблась.
– А кто же он?
– Дознаватель Мировой магистерии, – ответила девушка. Мне показалось, что в ее голосе мелькнуло восхищение, но она тут же скривилась в отвращении. – Он, конечно, выглядит как человек, но в душе является монстром.
– Он делает что-то плохое? – я отправила первые две лепешки в печь, и повернулась к девушке. – Убийца?
– Можно и так сказать. Он является тем, кто казнит Путешественников, когда те нарушают закон.
– Только Путешественников? – сердце екнуло. Что-то мне подсказывало, что я знаю кого ищет этот мужчина.
– Да, – Асья уверенно кивнула. – Погоди, ты разве не слышала историю о нем? Мне казалось, ее всем детям рассказывают на ночь вместо сказок.
– Не слышала.
– То есть ты вообще ничего о нем не знаешь? – Асья так удивилась, словно я была единственным в этом мире человеком, который никогда не слышал о дознавателе. Возможно, так оно и было, поэтому я решила во что бы то ни стало расспросить новую знакомую.
– Расскажи, пожалуйста. Мне правда интересно… Думаю, я его видела сегодня.
– О, тоже заметила? – хихикнула Асья. – Он заходил вон в ту лавку через дорогу, – девушка махнула рукой в сторону окна.
– Так чем он так знаменит? Только убийствами?
– Эйден Рэнольд… – задумчиво протянула Асья, глядя куда-то в пустоту. – Великий маг из другого мира. – Девушка отмерла, и дальше рассказывала уже бодрым веселым голосом с каплей восторга. – Его привели из Расстуина. Один из Путешественников отправился в тот мир, тогда еще не зная с какой периодичностью появляется портал. Прошло много времени, исследователя уже никто не ждал обратно, но он вернулся спустя семьдесят лет. Но не один. Господин Ниборг привел с собой двухлетнего мальчишку, сказал, что он необходим нашей магистерии. Просил беречь и обучать, но первым делом привел его к Просветителю. Там-то и выяснилось, что малыш Эйден обладает просто поразительной силой, и способностью видеть людей насквозь. Разумеется, такая сила Мировой магистерии была необходима, к тому же, дети Эйдена получат от отца его магию, и так же как и он станут дознавателями в магистерии.
– А что с тем Путешественником? Ну, с господином Ниборгом?
– Умер, конечно. Еще тридцать пять лет назад, сразу, как только привел Эйдена. Он вернулся из Расстуина уже дряхлым стариком, лет сто ему было…
– Все равно не понимаю, как можно было украсть чьего-то ребенка и утащить его в другой мир. Зачем?
– Господин Ниборг сказал, что такие маги, которые живут в Расстуине, нашему миру просто необходимы и он, цитирую: “Взял образец”.
– То есть он выкрал дитя ради выгоды родного мира?
– Ага, – беззаботно ответила Асья, снимая закипевший чайник с плиты. – Ну что ты так удивляешься? В магистерии творятся такие дела, до которых простому смертному дела быть не должно.
– Отвратительно, – пробормотала я, раскатывая последний пласт теста.
В голове не укладывалось все что рассказала официантка. Представила, что мою малышку кто-то заберет и утащит не пойми куда, и меня подтряхнуло от злости. Я бы уничтожила Молот на месте родителей Эйдена. А раз они такие сильные маги, то наверняка могут это сделать, разве что ждать открытия портала еще лет тридцать-сорок. Вот придут они через сорок лет, и куда все Молотцы будут бежать?
– Если ты думаешь о детях Эйдена, то у него их нет, – донесся до меня голос Асьи. – Никого нет, и неизвестно когда будут.
– Сколько ему лет?
– Тридцать семь. Как ты понимаешь, времени на то, чтобы обзавестись наследниками, остается очень мало.
– Еще совсем молодой, – пожала я плечами, а про себя добавила: “Но на его месте я бы отказалась от деторождения, чтобы не уготовить им такую же судьбу как и его собственная”.
В зале раздались громкие голоса, дверь качнулась на петлях и на кухне появился Доран.
– Асья! Выйди, у нас гости, – потом мужчина перевел взгляд на меня. Вскинул руку, останавливая уже собравшуюся идти в зал дочь, и прищурившись, произнес: – А давай-ка новенькая выйдет.
– Но… – я и отказаться не успела, как Доран тут же меня переубедил.
– Неделя проживания бесплатно.
– Уже бегу! – я подскочила к печи, достала из нее горячие ароматные лепешки. Положив их на тарелку и сглотнув слюну, поспешила в зал.
– Блокнот возьми, – Асья пихнула мне в руку тоненькую книжицу и карандаш.
Едва распахнув двери, я пожалела, что согласилась на просьбу Дорана. За столом у камина сидел тот мужчина, которого я видела в окно. Это и был Эйден Рэнольд, я даже не сомневалась. После того как Асья описала его, я не могла себе представить, что дознаватель Мировой магистерии выглядит как-то по-другому.
Только так. Его мощная энергия сбивала с ног, заставляла все мое тело дрожать и только чудом я смогла удержаться от того, чтобы не сбежать в ужасе куда глаза глядят.
Эйден терпеливо ждал, пока я соберусь с духом. Кажется, он даже наслаждался тем, какой эффект произвело на меня его присутствие. Страх. Эйден Рэнольд обязан вызывать страх у всего живого, чтобы никто не смел ослушаться и нарушить закон.
Но меня волновало другое. Если Эйден узнает, что я знакома с Путешественником, которого ищет весь этот крошечный городок, то я боюсь представить, что со мной могут сделать.
Собрав всю волю в кулак, я шагнула к столу с улыбкой.
– Добрый день! Желаете сделать заказ уже сейчас? – я приготовилась записывать. Никогда не была официанткой, но примерно представляла принцип работы.
– Стейк, – ответил гость тихо. Голос его был бархатистым, спокойным, и меня будто обволокла мягкая теплая пена.
Я улыбнулась уже искренне. Мне нравился Эйден.
– Что-нибудь еще?
– Нет, благодарю.
Мужчина едва заметно взмахнул рукой, и меня в сторону кухни будто подтолкнули невидимые руки. Стоило двери в зал остаться за спиной, как меня словно окатило ледяной водой. Я боялась Эйдена, и выходить к нему снова не хотела!
– Что-то случилось? – Асья выглядела обеспокоенной. – Кто там?
– Эйден Рэнольд, – ответила я хрипло, сжимая блокнот в руках так сильно, что костяшки пальцев побелели.
– Оу… Папа? – девушка обернулась к сидящему за столом мужчине. – Зачем ты его впустил?
– Замолчи! – Доран приподнялся с места, и добавил едва слышно: – Что я должен был сделать? Запереть дверь перед носом главного дознавателя?!
– Поест и уйдет, – буркнула я, дрожащими пальцами вырывая листок из блокнота. – Он заказал стейк.
– Мясо не прожаривай слишком сильно, – скомандовал Доран дочке, направляясь в зал. – Господин Рэнольд любит мясо с кровью.
Мы с Асьей скривились в отвращении, переглянувшись, когда дверь за Дораном закрылась.
– Ты встречала его раньше? – спросила я, наблюдая за тем, с какой любовью девушка солит и перчит кусок мяса.
– Нет, никогда. Я только слышала о нем, а еще видела портрет в одной из книг по истории Севера… Нарежь, пожалуйста, картофель, и пожарь со стручковой фасолью.
Я вытащила обозначенные продукты из кладовой, и принялась за дело, а Асья в это время уже выкладывала на тарелку ароматный стейк. Мясо едва схватилось, внутри оставаясь полностью сырым. К нему были готовы жареные овощи спустя несколько минут, и это значило, что мне снова пора в зал.
– Я бы вышла сама, но папа… – Асья поморщилась. – Он приказал вообще не показываться на глаза господину Рэнольду.
Я глубоко вздохнула, подхватывая тарелку. Улыбаться, главное, улыбаться и быть любезной, и тогда Эйден решит, что я о нем ничегошеньки не знаю.
ГЛАВА 8
В зал вышла, уже приготовившись вздрогнуть от страха, но ничего не почувствовала. За столом сидел обычный мужчина, а не страшный ужасный главный дознаватель. Никакой темной энергии вокруг него на этот раз не было, а на меня Эйден и вовсе не смотрел.
Я поставила перед ним тарелку, положила на тряпичную салфетку столовые приборы, и спокойно вернулась на кухню.
Асья пекла для меня лепешки. Когда я вошла, она вытащила из печи третью, последнюю, и положила на тарелку к тем двум что я уже испекла. Я поблагодарила девушку и отправилась к себе в спальню. Проходя через зал, зачем-то обернулась на Эйдена, и вновь столкнулась с ним взглядом. Что-то внутри меня вспыхнуло, но тут же погасло, оставляя после себя чувство опустошения.
Оно мучило меня до тех пор, пока я не скрылась за дверью, ведущей к комнатам.
Эйден Рэнольд определенно обладал очень странными магическими способностями. И желанием пугать людей, вот это уж точно.
Соня уже не спала, и я отругала себя за то что оставила дочь одну. Она сидела на кровати растерянно хлопая сонными глазками, а увидев меня расплылась в улыбке.
– Я готовила нам ужин, – виновато улыбнулась и я. Оставила тарелку на прикроватной тумбочке и чмокнула дочь в лоб. Жар не спал, кажется, наоборот усилился. – Но сначала нужно выпить таблетки, хорошо?
– Фу-у-у, – скривила она губки.
– Надо, милая. Ты заболела, а к доктору мы не попадем, понимаешь?
Соня снова скривилась. Она всегда так делала, когда ей что-то не нравилось, но выполняла просьбы беспрекословно. Таблетку я разломила на две части, и одну протянула дочери. Соня запила невкусную пилюлю остатками чая, и без аппетита покосилась на лепешки.
– Я не хочу есть, мам. Хочу спать.
Насильно кормить ее я не стала. Укутала дочку в одеяло, и легла рядом.
– Спи, я побуду с тобой пока ты не проснешься, – шепнула ей на ухо.
Что ж, сегодня на поиски работы мы не идем. Я не потащу больного ребенка на улицу, хоть там и не сильно холодно, а завтра мне уже выходить на работу на кухню. Если в “Ночлеге” всегда так мало гостей, то у меня будет время на дочь, пусть ей и придется находиться со мной на кухне, но это все же лучше чем одной в комнате, где даже мультики не посмотреть.
Пока я даже слабо не могла себе представить наше будущее. Соня заболела так не вовремя! Нет, болезнь никогда не бывает вовремя, но почему именно сегодня, когда мы только-только прибыли в Молот?
Дочь мирно сопела, иногда покашливая во сне. Я гладила ее по руке, а потом села на кровати и с жадностью вгрызлась в лепешку. Желудок тут же радостно заурчал, и свою порцию еды я проглотила буквально за минуту. Этого достаточно для того, чтобы продержаться еще день.
За окном вновь началась метель. Сквозь щели в оконной раме в комнату попадал сквозняк, так что мне пришлось надеть пальто. Одеяло было для Сони, но и оно ее не спасало от холода. Впрочем, дочка не мерзла. Она словно горела в огне из-за температуры, а я прижимала ее к себе и старалась не плакать. Так мы пролежали до самой ночи. Я и глаз сомкнуть не могла, боялась что усну, а Соне станет еще хуже. Хотя, что я могла сделать?
Ветер вдруг резко затих. Снежинки за окном застыли в воздухе, и время будто остановилось. Я попыталась повернуть голову в сторону двери, услышав скрип, но не смогла. Меня парализовало так же как уже было сегодня днем, и совсем глупой надо быть, чтобы не понять кто пришел.
– Забирай ее, – раздался в мертвой тишине уже знакомый голос.
Меня окатило волной ужаса, но я не могла пошевелить и пальцем. С паникой смотрела, как руки, обтянутые черными кожаными перчатками, вытаскивают Соню из-под одеяла, как она куксится, начинает дергаться и распахивает глаза.
– Мама! – Дочь пыталась кричать, но из-за больного горла могла только сипеть.
“Нет, нет, нет!” – орала я мысленно. Во мне бушевала ярость, я готова была разорвать Эйдена на части прямо в этой комнате, но могла только лежать, а моя рука, которой до этого я обнимала Соню, висела в воздухе недвижимо.
– А с этой что делать? – спросил тот, кто забрал девочку, явно имея в виду меня.
Ему не ответили. Послышались шаги, дверь хлопнула, и в этот же миг все вновь ожило. Комнату наполнил свист ветра, шум с улицы, и громкие разговоры за стеной. Оцепенение прошло, я вскочила с кровати и бросилась к двери.
– Соня! – мой крик разнесся по пустому коридору. – Эйден! Соня!
Их не было. Словно растворились в воздухе! Я бросилась в зал. Пусто. Выбежала на улицу, в лицо тут же прилетела горсть колючих снежинок, волосы растрепались от порыва ветра.
– Соня!
Из глаз брызнули слезы. Я бежала вдоль дороги, звала Эйдена, звала дочку, но их словно здесь и не было! Люди мирно спали в своих домах. Пару раз я слышала окрик из открытых форточек, но когда я спрашивала появившихся в окнах людей, видели ли они двух мужчин и девочку, мне никто не отвечал. В тот же миг люди прятались, захлопывая форточки.
Меня кто-то схватил за плечо и развернул. Доран щурился от снега, и что-то кричал мне на ухо. Я не слышала. В голове звенел колокол, заглушая все остальные звуки.
– Алена! – рявкнул наконец Доран, и я отмерла.
Схватила его за руки.
– Где Эйден? Ты видел его? Они забрали Соню!
– Живо назад!
– Доран, ты видел их?!
Мужчина схватил меня за локоть и потянул к “Ночлегу”, я пыталась вырваться, но сил не хватало. Кричала, просила сказать мне куда унесли моего ребенка, но Доран словно не слышал. Тянул меня к ночлежке, и в какой-то момент подхватил на руки и перекинул через плечо. Я больше не сопротивлялась.
Когда дверь за нами захлопнулась, мужчина усадил меня за стол и сел рядом. Из кухни выглянула взволнованная Асья.
– Принеси чай, – бросил ей Доран, и девушка тут же скрылась за дверью. Мужчина повернулся ко мне. – Я догадываюсь куда увели Соню. Он всех туда уводит. Но сейчас тебе туда не добраться, слышишь? Завтра утром встанешь и я отвезу тебя до главной дороги, дальше пешком.
– Сейчас!
– Завтра! На улице метель, ты и ста метров не пройдешь.
– Зачем она им? – я снова разревелась. Руки тряслись словно у пьяницы, я схватила Дорана за лацканы драненького пиджака и тряхнула. Попыталась тряхнуть. Мужчина даже не шелохнулся. – Ей пять лет, что они с ней сделают? Зачем она им? Он должен был забрать меня, меня!
– Не знаю я! Эйден никого не забирает просто так. Значит так было нужно. По-хорошему, я должен выгнать тебя, чтобы он снова не пришел, но твое счастье что я добрый человек. Да прекрати реветь!
Я вздрогнула, и вытерла мокрые щеки. Слезы лились сами по себе, хоть я и понимала, что плач никак не поможет. Асья принесла чай, Доран заставил меня выпить половину кружки залпом, и только тогда я немного успокоилась. Голова прояснилась, в мыслях стало появляться что-то наподобие плана.
– Куда он ее унес? Почему? – повторяла как заведенная, и Доран терпеливо отвечал.
– Почему – не знаю, но знаю куда. Успокойся, утром отвезу.
– Он будет ее пытать?.. Зачем ему Соня? Он ведь казнит только Путешественников! Он хочет знать где Балдер Нел? Я не знаю, где он, не знаю! Почему Эйден не забрал меня? Что может сказать ему маленький ребенок?
Я выдохнула последний вопрос и глаза стали слипаться. Пыталась противиться сну. Вскочила со скамейки, попрыгала, потерла лицо руками…
Меня заволокла тьма, и я отключилась. Последнее что помню, как сильные руки подхватили мое безвольное тело.
Приходила в себя постепенно. Сначала появились звуки метели за окном, потом я почувствовала запах свежего хлеба. Распахнула глаза и обвела взглядом свою комнату. Я лежала на кровати, а на стуле напротив сидела Асья. На тумбочке рядом стояла кружка молока и ломоть горячего хлеба. Девушка, увидев, что я очнулась, поднялась с места.
– Уже утро, Алена.
Я села на постели. Горло жгло словно огнем, лицо опухло от невыплаканных слез. Молоко помогло прокашляться, и я смогла заговорить.
– Доран обещал меня отвезти, – я выпуталась из одеяла и бросилась к двери.
– Он ждет на улице в повозке! – крикнула Асья, когда я была уже в коридоре.
Вылетела на улицу, схватила ртом обжигающий холодом воздух и осмотрелась. Повозка, запряженная черным жеребцом, стояла справа от ночлежки. Когда я подбежала к ней, Доран открыл дверцу.
– Залезай, давай.
Повозка сорвалась с места, едва я успела упасть на сиденье. Голова еще была туманной ото сна, желудок урчал, переваривая молоко, и меня затошнило. Плохое самочувствие последнее время часто преследовало меня, когда мне приходилось после сна резко встать. Высокое давление и тошнота это еще не самое худшее, и через какое-то время меня снова поклонит в сон.
Я стискивала зубы, и молча смотрела в окно. За ним мелькали дома, узкие улочки, магазинчики украшенные сотнями разноцветных огоньков. Вскоре городок остался позади, и повозка покатилась по широкой расчищенной дороге.
– Алена, слушай меня и запоминай, – Доран повернул меня к себе, ухватив за плечо. – Я высажу тебя у подножия горы, дальше лошадь не пройдет. Поднимешься до середины, там увидишь дорогу ведущую направо. Эйден Рэнольд живет недалеко от поселения дроу… Ты меня слушаешь?
Я кивнула. Кажется, я даже не мигала все то время пока Доран говорил.
– Не сворачивай с пути! Темные эльфы не любят гостей, и лучше к их домам не приближаться.
– Эйден – дроу? – спросила я, даже не понимая значения этого слова.
– Нет, но близок им по духу. Его замок стоит на отвесной скале, дорога к нему свободная и не охраняется.
– Эйден настолько бесстрашен? – грустно усмехнулась я, в душе радуясь, что меня не схватят стражи.
– Он настолько в себе уверен, – сквозь зубы ответил Доран. – Ты увидишь замок издалека. Пустят ли тебя внутрь, я не знаю, но все что я могу – это отвезти тебя к горе. Мне тебя жаль, но не настолько чтобы переходить дорогу главному дознавателю.
Я вновь отвернулась к окну. Вскоре, горы, виднеющиеся на горизонте, стали увеличиваться на глазах, и вот уж не было видно их вершин. Лошадь остановилась возле узкой тропинки, ведущей наверх.
– Удача тебе понадобится, – пробормотал Доран, когда я вылезла из повозки.
Захлопнув дверцу, развернулась лицом к горе, и мысленно прикинула, сколько времени займет подъем. Слишком много, решила я, но как оказалось, я еще и приуменьшила.
ГЛАВА 9
Солнца на небе не было видно, да и в целом, в Вивлонде словно всегда был ранний вечер. Когда еще не темно, но и не светло, и определить время суток было просто невозможно.
Какое-то время я пыталась считать минуты, но когда они стали складываться в часы, плюнула на это дело. Ноги меня уже не слушались от усталости, а лицо и руки от холода заледенели так, что я их почти не чувствовала. Нос и щеки чесались, кажется, начинается обморожение.
Дорога уводила далеко наверх, но она и не думала заканчиваться. Когда сумрак сменился темнотой, а пурга усилилась, я была практически без сил. Несколько раз думала развернуться и пойти назад, потому что мне упорно казалось, что я пропустила тропинку ведущую к замку Эйдена, но когда я на это решилась, дорожка вдруг свернула вправо.
Я потерялась во времени, знала только, что уже наступила ночь. Каждый шаг отдавался болью в пятках и коленях, дважды я падала на снег и просто лежала несколько минут, собираясь с духом. Я больше не плакала. Слезы застыли бы тут же, и тогда с кожей на моем лице можно было смело попрощаться.
Сколько еще идти до замка я даже не представляла, потому что дальше, чем на расстоянии вытянутой руки, ничего не было видно. Ветер свистел в ушах, задувал под воротник, кусал голые руки. Тропинка же оставалась чистой, снег ее не заметал, но я обратила на это внимание, только когда порывы ветра вдруг стихли.
Вокруг наступила такая тишина, в которой отчетливо был слышен стук моего сердца и как течет по венам кровь. Эта тишина оглушала, пугала, но заставляла идти вперед еще быстрее.
Не знаю, сколько времени я бы еще продержалась, но прямо передо мной вдруг выросла стена. Я моргнула, но преграда не исчезла, зато я смогла рассмотреть небольшие ворота. Они были распахнуты настежь, словно меня ждали.
Я шагнула за ворота, остановилась и осмотрелась. Пустой двор перед небольшим, но все же, замком, был чист от снега. Землю сковал прозрачный лед, сверкающий и чистый, а посреди этого импровизированного катка была выложена каменная дорожка ведущая к главному входу.
Я ступала осторожно, постоянно оглядываясь, хотя очень хотелось бежать. Меня настораживала тишина и покой, царивший здесь. Дознаватель не ждал меня? Наверняка нет.
Но стоило мне подойти к двери, как она тут же распахнулась. Я шагнула за порог, и снова настороженно осмотрелась. В холле отсутствовала мебель, стены были голые, а пол, выложенный мрамором, сверкал в свете сотен свечей висящих в воздухе под потолком.
Мое внимание привлекла лестница, волной уходящая наверх, и так как других выходов я не видела, то двинулась к ней. Ступенька за ступенькой преодолела ее, и наверху снова остановилась, прислушиваясь к тишине. На втором этаже был широкий коридор с потолками не меньше пяти метров. Дверей не было видно ни одной. Просто голые ровные стены. В любой другой момент меня бы уже накрыла паника, но все нервы были потрачены там, на той узкой горной тропе.
Я собрала остатки сил и во весь голос закричала.
– Эйден Рэнольд!
Мой голос прозвучал слишком громко в огромном пустом помещении, отразился эхом от стен и еще несколько секунд я слышала свой крик. Что-то где-то звякнуло. Я завертела головой, напрягла слух, но в замке вновь повисла тишина. Я уже готова была сдаться, сесть на ступеньки и просто ждать, но тут вдруг в стене напротив меня, камни стали растворяться в воздухе, образовав проход в стене.
Мне не нужно было особого приглашения, я рванула в проход в ту же секунду, и уже за порогом упала на пол. Перед глазами потемнело, вновь вернулось головокружение. А вокруг появились звуки. Я слышала ветер, чьи-то тихие голоса, и…
– Мамочка!
Соня? Соня! Новый прилив сил позволил мне подняться на ноги. Мне пришлось постоять несколько секунд с закрытыми глазами, чтобы не свалиться в обморок, и только потом я смогла увидеть, где нахожусь.
С небольшого возвышения в конце круглого зала спрыгнула Сонька и уже бежала ко мне. Она махала ручками, и улыбалась. Ее радость повергла меня в ступор. Дочка не была напугана, а я ведь ожидала… да чего я только себе не напредставляла за то время, пока шла сюда!
Соня с разбегу запрыгнула мне на руки, и их тут же свело, но я еще крепче прижала дочку к себе. От усталости не могла ясно мыслить, и находилась словно в бреду. Только вдохнув запах волосиков ребенка, пришла в себя.
На возвышении стояло деревянное кресло с высокой спинкой, в нем сидел дознаватель, а рядом с ним по левую и по правую руку находились двое мужчин.
Один из них был одет в синюю мантию, усыпанную сверкающими камнями, второй был полностью облачен в черный плащ с широким капюшоном, закрывающим половину лица.
Эйден Рэнольд смотрел на меня задумчиво. Не будь в моих руках Сони, я бы вцепилась ему в горло, но могла только стоять на одном месте, в ярости стискивая зубы.
– Мам, мы играли. Дядя сказал, что ты сегодня не придешь и меня уже хотели уложить спать. Но как спать без твоей песенки? Дядя отказался петь. Я его учила, учила, но он не запомнил ни слова!
До меня не сразу дошло, что лепетала Соня, а когда поняла, то взглянула на нее растерянно. Она… что делала? Учила Эйдена петь?
– Подойди, – раздался громкий голос в наступившей тишине.
Я двинулась к возвышению, остановилась напротив него и попыталась взглядом испепелить дознавателя. Жаль, что во мне не было магии, позволяющей убивать людей на расстоянии, не касаясь их.
– Думаю, и так все видно, – мужчина, тот что был в синей мантии, повернулся к Эйдену. – Она пришла, значит связь есть.
Дознаватель отмахнулся, скучающе глядя на меня.
– Кто помог тебе?
– Никто.
– Лгать в этих стенах не принято.
– Я забираю своего ребенка и ухожу, – мне было страшно говорить это, кто знает, что в голове у чокнутого мага. – Не знаю, что за розыгрыш вы устроили, но он мне не понравился.