Искусство игры в дочки-матери

– Все ваши деньги? – переспросила она, не уверенная, что поняла правильно.

– Оказывается, он заложил дом под кредит для своего бизнеса, – ответила Амелия в своей обычной безапелляционной манере. – Он терпел убытки уже довольно долгое время, – добавила она. – И скрывал это, медленно опустошая наши счета и набирая займы под грабительские проценты. А потом лгал об этом.

Избранник дочери ей никогда не нравился; все эти дорогущие букеты и быстрые машины, от которых ее начинало мутить, и галантные поцелуи в щеку, пахнущие дорогим лосьоном после бритья. Джонатан никогда не испытывал необходимости скрывать свой натуральный запах и водил машину со скоростью, подобающей ценному грузу их семейного «Вольво».

Она прикусила язык, чтобы с него ненароком не сорвалось колючее «Я же говорила». Это было последнее, в чем сейчас нуждалась ее дочь.

Но что было первое?

Грейс прочла между строк то, чего недоговаривала Амелия.

Деньги.

Ей нужны были деньги.

– У меня есть кое-какие сбережения, – сказала она. – Воспользуйся ими.

– Ценю твою щедрость, – ответила дочка. – Но этого будет недостаточно.

– Можно перезаложить мой дом…

– Я не могу просить тебя об этом.

«Ты можешь просить меня о чем угодно, и я все для тебя сделаю», – подумала Грейс. Но слова показались ей сентиментальными и мелодраматичными, поэтому говорить их вслух она побоялась.

– А где вы будете жить? – спохватилась она, возвращаясь к практической стороне вопросам.

– Том ушел, – сказала Амелия. – Не знаю, где он остановился, но в ближайшее время жить с нами он не будет. А я найду что-нибудь на «Эйрбиэнби», – добавила она, чем сильно озадачила Грейс.

– Ну да. «Эйрбиэнби», – повторила она. Звучало как название какого-то отеля в облаках, но это не могло быть правдой. Грейс снова посмотрела на свадебную фотографию. Брак ее дочери подошел к концу. А Амелия на этом снимке выглядела такой счастливой. Грейс прикусила губу. Мало что могло сравниться с болью от потери любимого человека. Том не умер, конечно, но все же. Какой это должен быть удар. – Мне очень жаль, – сказала она, остро ощущая беспомощность своих слов.

Должен был быть какой-то способ помочь.

Она призадумалась. Амелии нужно было экономить. И в одиночку присматривать за Шарлоттой.

В голове у Грейс начала зарождаться идея…

Амелии нужно было где-то жить.

А у Грейс былогде жить.

Амелия могла работать из любого места; пандемия это доказала. Да и от дома Грейс можно было спокойно добираться в Лондон, в случае чего. Маленькая старая школа, которую посещала Амелия, никуда не делась и стояла на своем прежнем месте в нескольких минутах ходьбы от дома. Две свободные спальни в доме томились без использования, а ее дочь что-то рассказывала о небесных отелях и горах долгов?

– Приезжай домой, – предложила Грейс.

Амелия цокнула языком.

– Именно это я и пытаюсь тебе сказать. Дом забирает банк. Нет у нас больше дома. – Амелия заговорила громче и медленнее, как будто начала сомневаться в умственных способностях Грейс.

– Я имею в виду свой дом. – Теперь, когда мысль окончательно утвердилась, голос Грейс зазвучал более уверенно. – Наш дом. Поживете с Шарлоттой у меня. – Она замолчала, чуть ли не слыша ужас, льющийся из трубки. – Пока ты не встанешь на ноги, – добавила она, чтобы предложение звучало более сносно. – Съемное жилье в твоей ситуации – это деньги на ветер, – продолжила она. Именно так сказал бы Джонатан; Джонатан, который всегда ладил с дочерью намного лучше ее. – Пожалуйста, – добавила она после паузы. Но нет, это звучало плохо и сквозило отчаянием, будто она валялась у Амелии в ногах, выпрашивая ее внимания. – Просто идея, – добавила Грейс, стараясь, чтобы ее голос звучал непринужденно. – Я все равно почти не бываю дома, – солгала она. – Я очень занятая пенсионерка. Едва не пропустила ваш звонок.

Пауза.

– Это… не самая плохая идея, – сказала Амелия.

Грейс мысленно согласилась.

Идея была отнюдь не из худших.

Она пустилась в монолог о практических преимуществах, школах, комнатах, полотенцах и продуктах, но уже знала, что победила.

Ее дочь возвращалась домой – вместе с внучкой и, похоже, без зятя.

Они будут вместе обедать, жить под одной крышей, заново узнавать друг друга.

Грейс умолкла и опустилась в кресло, начав осознавать потенциальный масштаб катастрофы.

Что она натворила?