Диагноз

Часть 1: "Лунные дети"

В ночь рождения Алисы произошло редчайшее астрономическое явление – полное лунное затмение совпало с моментом её появления на свет. Местная повитуха, присутствовавшая на родах, перекрестилась при виде новорожденной – глаза младенца светились в темноте родильной палаты, словно отражая невидимую луну.

Официально врачи диагностировали у девочки окулярный альбинизм – редкое генетическое заболевание, при котором радужка лишена пигмента. Но в маленьком городке медицинские объяснения мало кого интересовали. Старожилы шептались о древнем предании про "Лунных детей" – особенных людей, рождённых под двойным знаком Луны (полнолуние и затмение), которые могут видеть то, что скрыто от обычных людей.

С возрастом странности вокруг Алисы только множились.

Она часто просыпалась с криком, рассказывая о "тёмных фигурах" в углу комнаты. Родинка на её шее иногда казалась похожей на полумесяц.

Ночью её глаза действительно начинали слабо светиться. Животные сторонились её или, наоборот, тянулись к ней

Родители пытались найти рациональное объяснение всему этому, но после ухода матери Алиса осталась практически без защиты от насмешек и суеверных страхов окружающих.

Когда Алисе исполнилось десять лет, она начала замечать странные вещи. Иногда, лёжа в постели, ей казалось, что в углах комнаты что-то движется – словно тени, которые не исчезали даже при свете ночника. Она моргала, протирала глаза, но эти ощущения не проходили. Однако на следующее утро, проснувшись, она всегда убеждала себя, что это просто игра света или усталость.

"Это просто воображение," – говорил отец, когда она пыталась рассказать ему об этих странностях. Но его голос звучал неуверенно, а взгляд был напряжённым. После её слов он начал прятать старые книги о народных поверьях, которые раньше стояли в гостиной. Особенно одну – с потрёпанной обложкой и символом полумесяца на ней. Алиса заметила это, но решила не спрашивать. Она уже знала, что любые разговоры о "странных вещах" вызывают у отца дискомфорт.

В школе ситуация становилась всё хуже. К двенадцати годам Алиса стала главной мишенью для насмешек. Одноклассники избегали её, шептались за спиной, а иногда и открыто издевались. Однажды кто-то создал фейковую страницу в социальной сети от её имени. На аватарке была обработанная фотография её лица с полностью белыми глазами, а в описании значилось: "Я ведьма Алиса, могу проклясть тебя."

Сначала Алиса старалась игнорировать всё это. Она привыкла к тому, что её сторонятся, что над ней смеются. Но однажды после уроков группа старшеклассников поджидала её у школьных ворот. Марина, лидер группы, держала в руках небольшого чёрного котёнка.

"Смотри, мы нашли твоего друга," – сказала она с издевательской улыбкой, подняв котёнка за шкирку. "Он такой же чёрный, как твоя душа."

Алиса застыла, чувствуя, как внутри поднимается волна паники. Она хотела убежать, но ноги словно приросли к земле. Котёнок жалобно мяукнул, и в этот момент что-то внутри неё дрогнуло. Ей показалось, что воздух вокруг стал плотнее, а тени от деревьев на школьном дворе начали удлиняться, хотя солнце ещё высоко стояло на небе.

Она тряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение. Тени снова стали обычными, а Марина, довольная реакцией, бросила котёнка на землю и ушла вместе со своей компанией. Котёнок быстро скрылся в кустах.

Домой Алиса шла в полном смятении. Она не могла понять, что произошло. Было ли это игрой света? Или её воображение сыграло с ней злую шутку? Всю дорогу её не покидало чувство, что за ней кто-то наблюдает, хотя вокруг никого не было.

В тот вечер, лёжа в кровати, она долго смотрела в угол комнаты. Тени там снова начали двигаться, медленно и плавно, будто живые. Она закрыла глаза, пытаясь убедить себя, что это просто усталость. Но перед тем как заснуть, она вдруг почувствовала, как что-то холодное коснулось её щеки. Это было похоже на лёгкий ветерок, но окно было закрыто.

На следующее утро Алиса проснулась с тяжёлой головой. Всю ночь её мучили странные сны – будто она бродила по тёмным коридорам, а за спиной слышались шаги. Но стоило обернуться, как шаги затихали, а впереди появлялись новые тени. Она помнила, как просыпалась несколько раз, чувствуя, что кто-то стоит рядом с кроватью, но каждый раз это оказывалось лишь игрой света или шорохом ветра за окном.

Тем не менее, холодное прикосновение к щеке перед сном не выходило из головы. Оно было слишком реальным, чтобы списать на воображение. Когда она спустилась на кухню, отец уже ушёл на работу, оставив записку и чашку остывшего чая. Она механически позавтракала, стараясь отвлечься от мыслей о вчерашнем происшествии у школы.

В классе всё было как обычно – шёпот за спиной, насмешливые взгляды. Марина и её компания даже не пытались скрыть ухмылок, проходя мимо. Но сегодня что-то изменилось. Алиса начала замечать мелкие детали, которые раньше ускользали от её внимания. Например, как тени от парт вытягиваются в сторону, хотя солнце светило прямо в окно. Или как иногда казалось, что кто-то зовёт её по имени, хотя вокруг было полно людей.

На перемене она решила укрыться в школьной библиотеке – единственном месте, где её почти никто не трогал. Старая библиотекарша, тётя Галя, всегда относилась к ней доброжелательно, хотя и сторонилась лишних разговоров. Алиса выбрала книгу с полки и села в самый дальний угол. Там, среди запаха старой бумаги и пыли, ей становилось немного легче.

Но даже здесь тени не оставляли её в покое. Они собирались в углах, медленно ползли по стенам, словно живые существа. Она попыталась сосредоточиться на книге, но буквы начали расплываться перед глазами. В какой-то момент ей показалось, что страница стала холодной на ощупь, как лёд. Она вздрогнула и отложила книгу.

"Это просто усталость," – прошептала она себе, но голос прозвучал неубедительно даже для неё самой.

После уроков она снова услышала этот звук – лёгкий шорох за спиной, будто кто-то шёл следом, но когда она оборачивалась, там никого не было. На этот раз она была уверена, что это не игра воображения. Кто-то – или что-то – действительно следовало за ней.

Домой она вернулась в полном изнеможении. Её глаза болели от яркого света фонарей, а голова раскалывалась. Она закрыла шторы, включила ночник и легла на кровать. В комнате было тихо, только старые часы на стене тикали размеренно, как метроном.

И тогда она снова почувствовала это – холодное дыхание на своей щеке. Только теперь оно было ближе, почти осязаемым. Она затаила дыхание, боясь пошевелиться. В углу комнаты тени начали сгущаться, принимая форму чего-то знакомого. Это был силуэт человека, но его очертания постоянно менялись, будто он не мог выбрать форму.

Алиса зажмурилась, надеясь, что это исчезнет, если она не будет смотреть. Но вместо этого она услышала тихий шёпот – так тихо, что сначала подумала, будто это шум ветра за окном.

"Не бойся…" – прошептал голос, едва различимый. – "Я здесь, чтобы защитить тебя."

Она резко села на кровати, хватаясь за одеяло. В комнате было пусто, но чувство чужого присутствия не исчезло. Оно оставалось с ней до самого утра, пока первые лучи солнца не пробились сквозь шторы.

Утро началось с головной боли. Алиса чувствовала себя так, будто не спала всю ночь. Голос из теней всё ещё звучал в её памяти, хотя она пыталась убедить себя, что это был просто сон. Но холодное дыхание на щеке… оно было слишком реальным.

"Не бойся… Я здесь, чтобы защитить тебя."

Эти слова эхом отдавались в её голове. Защитить? От кого? От Марины и её компании? Или от чего-то другого? Она не знала, кому или чему принадлежит этот голос, но одно было ясно – он знал о её страхах. Он знал, каково ей жить в постоянном напряжении, каково быть изгоем, объектом насмешек и издевательств.

В школу она шла медленно, будто надеясь отсрочить неизбежное. По пути её снова начали преследовать странные ощущения. Тени от деревьев на тротуаре казались длиннее обычного, а иногда ей чудилось, что кто-то следует за ней по пятам. Она оборачивалась, но позади никого не было.

Когда она вошла в школьный двор, Марина и её компания уже ждали её. Они стояли у входа, перешёптываясь и посмеиваясь. Алиса попыталась проскользнуть мимо, но Марина перегородила ей дорогу.

"Ну что, ведьма, видела своего котёнка?" – с издёвкой спросила она, глядя на Алису сверху вниз.

Алиса опустила глаза, стараясь не встречаться с ней взглядом. Она знала, что любое слово может спровоцировать новую волну насмешек. Но в этот раз что-то внутри неё дрогнуло. Она почувствовала, как воздух вокруг стал плотнее, а тени начали удлиняться, словно живые существа. Однако никто, кроме неё, этого не замечал.

"Оставь меня в покое," – прошептала она, сама удивляясь своей смелости.

Марина рассмеялась. "Или что? Ты заколдуешь меня?"

В этот момент Алиса почувствовала, как что-то холодное скользнуло по её руке. Это было похоже на лёгкое прикосновение ветра, но она знала, что это не ветер. Тени вокруг начали сгущаться, обволакивая её, как защитный кокон. Только теперь она поняла, что это происходит исключительно в её восприятии. Марина продолжала улыбаться, не подозревая о том, что творится в сознании Алисы.

Голос снова зазвучал в её голове, тихий и успокаивающий: "Я здесь. Они больше не причинят тебе вреда."

Алиса сделала шаг назад, чувствуя, как тени начинают растворяться. Её сердце колотилось, но внешне она оставалась спокойной. Марина, заметив её странное поведение, нахмурилась.

"Чего ты так смотришь?" – спросила она, слегка сбитая с толку.

"Ничего," – ответила Алиса, её голос звучал увереннее, чем обычно. Она обошла Марину и быстро направилась к входу в школу.

После уроков Алиса вернулась домой в полном смятении. Что происходит? Кто этот голос? Почему тени слушаются его? Она села за стол, положив голову на руки, и попыталась собраться с мыслями.

"Ты не одна," – прошептал голос снова, на этот раз более отчётливо. – "Я всегда был рядом. Я часть тебя."

Алиса вздрогнула. "Кто ты?" – прошептала она вслух.

"Я – то, что защищает тебя. То, что они создали своими насмешками и страхами. Я – твоя тень."

Дни начали сливаться для Алисы в одно бесконечное, туманное существование. Голос становился всё настойчивее, а тени – всё плотнее. Они больше не ограничивались её комнатой или школьным двором. Теперь они следовали за ней повсюду: скользили по стенам автобуса, прятались в углах класса, обвивали её руки, когда она пыталась сосредоточиться на уроках.

"Не бойся," – шептал голос, но его слова уже не успокаивали. Скорее, они звучали как приказ, который она не могла игнорировать. – "Я здесь, чтобы защитить тебя. Я часть тебя."

Алиса начала замечать, что её восприятие мира меняется. Цвета вокруг словно выцвели, звуки стали глухими, а люди двигались, как марионетки на невидимых нитях. Она чувствовала себя одновременно внутри и вне реальности, будто наблюдала за происходящим через толстое стекло.

Однажды вечером, сидя за столом в своей комнате, она попыталась записать всё, что происходило. Может быть, если она выразит это словами, ей станет легче? Но каждая фраза, которую она писала, казалась бессмысленной. Ручка выскальзывала из пальцев, оставляя размытые пятна чернил на бумаге. В какой-то момент она заметила, что буквы начали меняться прямо на странице – они превращались в странные символы, похожие на те, что она видела на старой книге в гостиной отца.

"Не пиши," – прошептал голос, и бумага в её руках внезапно потемнела, будто её опалило пламя. Алиса отбросила ручку и закрыла лицо руками. Её голова раскалывалась от боли.

На следующий день в школе ситуация изменилась, но не так, как она ожидала. Марина и её компания вели себя странно. Они больше не издевались над Алисой так открыто, как раньше. Вместо этого они начали сторониться её, перешёптываться за её спиной и бросать на неё осторожные взгляды.

"Что ты делаешь?" – спросила Марина однажды, когда Алиса проходила мимо. Её тон был напряжённым, почти испуганным. Это было странно – ведь раньше Марина никогда не показывала страха.

Алиса не ответила. Она знала, что причиной их странного поведения была не она сама, а её собственное восприятие. Тени, которые она видела вокруг других людей, были лишь её воображением. Но чем больше она замечала эти тени, тем сильнее начинала верить, что окружающие тоже чувствуют что-то неладное. Возможно, дело было в её взгляде. Она больше не опускала глаза, когда на неё смотрели. Она смотрела прямо, холодно, без страха. И этот новый взгляд, полный отстранённости и уверенности, заставил их задуматься.

"Она сошла с ума," – услышала она однажды шёпот Марины, когда проходила мимо их компании. – "Вы видели, как она смотрит? Будто она… не здесь."

Алиса не обернулась. Она знала, что они правы – она действительно чувствовала себя так, будто находится где-то далеко от этого места. Но это не значило, что она сошла с ума. По крайней мере, не полностью.

Вернувшись домой, Алиса снова попыталась понять, что происходит. Она подошла к зеркалу в ванной и долго смотрела на своё отражение. Её светлые глаза казались ещё ярче, почти сверхъестественными. Но что действительно напугало её, так это тени, которые начали проступать в углах зеркала. Они медленно ползли по поверхности, искажая её отражение.

"Кто ты?" – снова спросила она, обращаясь к голосу.

"Я – твоё оружие," – ответил он. – "Твоё щит и меч. Они сделали тебя такой. Они создали меня."

Алиса закрыла глаза, пытаясь прогнать эти мысли. Но когда она снова посмотрела в зеркало, её отражение изменилось. На неё смотрела другая девушка – с тем же лицом, но с холодным, безжалостным выражением глаз. Тени вокруг неё сгустились, превратившись в чёрный плащ. Но это было лишь в её восприятии. Если бы кто-то другой вошёл в ванную, он увидел бы обычное отражение Алисы.

"Нет…" – прошептала Алиса, отступая назад.

"Да," – ответил голос, теперь более уверенно. – "Я – та, кем ты могла бы стать. Твоя тень. Твоя защита. Твой гнев."

Ночи становились всё длиннее, а сны – всё более насыщенными. Алиса больше не могла отличить реальность от галлюцинаций. Каждый раз, закрывая глаза, она оказывалась в мире, где тени были живыми существами, а голос звучал так же ясно, как если бы кто-то стоял рядом.

"Ты не должна бояться меня," – повторял он снова и снова, словно пытаясь убедить не только её, но и самого себя. – "Я здесь, чтобы защитить тебя."

Но чем больше он говорил, тем сильнее Алиса чувствовала, что теряет контроль. Она начала замечать, что её руки иногда двигаются сами по себе, будто кто-то другой управляет её телом. Однажды вечером, сидя за столом, она обнаружила, что пишет что-то на бумаге, хотя совершенно не помнила, как взяла ручку. Буквы складывались в слова, которые она не хотела произносить:

"Они заплатят."

Алиса выронила ручку и отшатнулась, будто обжегшись. Её сердце колотилось так сильно, что она едва могла дышать. Это было не просто воображение. Что-то внутри неё действительно брало верх.

На следующий день в школе она почувствовала себя ещё более чужой. Марина и её компания продолжали сторониться её, перешёптываясь за спиной. Но теперь их взгляды стали другими – не насмешливыми, а испуганными. Они словно чувствовали, что с Алисой что-то не так, хотя и не могли объяснить, что именно.

"Просто оставьте меня в покое," – прошептала она однажды, когда Марина попыталась подойти к ней. Голос прозвучал холодно и отстранённо, совсем не так, как обычно. Марина отступила, её глаза расширились от страха.

"Что с тобой происходит?" – спросила она, но в её голосе уже не было издёвки. Только страх.

Алиса не ответила. Она знала, что они видят лишь внешние изменения – её холодный взгляд, её странное поведение. Но они не могли знать, что внутри неё бушует буря. Тени, которые она видела вокруг них, становились всё плотнее, почти осязаемыми. Иногда ей казалось, что она может протянуть руку и коснуться их. Но она сдерживалась, боясь, что это станет последней чертой, которую она не сможет пересечь обратно.

Вернувшись домой, она снова подошла к зеркалу. Её отражение теперь всегда казалось искажённым. Тени вокруг неё сгущались, превращаясь в чёрный плащ, который она видела раньше. На этот раз она решила не отворачиваться. Она долго смотрела на своё отражение, пытаясь понять, где заканчивается она сама и начинается тьма.

"Ты боишься меня," – сказал голос. – "Но ты не должна. Я – часть тебя. Я – то, что они создали."

"Нет," – прошептала она, сжимая края раковины так сильно, что костяшки пальцев побелели. – "Ты не я. Ты… что-то другое."

"Я – твой гнев," – ответил голос, и в его тоне появились металлические нотки. – "Твой страх. Твоя боль. Они сделали меня сильнее. И теперь я могу защитить тебя."

"Защитить?" – переспросила она, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. – "Или уничтожить?"

Голос замолчал. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только тиканьем старых часов на стене. Алиса закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Но когда она снова посмотрела в зеркало, её отражение изменилось. Теперь на неё смотрела девушка с холодным, безжалостным выражением глаз. Её губы шевельнулись, но звук исходил не от неё:

"Они заплатят."

Алиса отшатнулась, ударившись спиной о стену. Зеркало снова показало её обычное отражение, но она знала, что это ненадолго. Тьма внутри неё становилась всё сильнее, и она больше не была уверена, что сможет сопротивляться.

Позже той ночью она проснулась от странного шороха. Тени в углах комнаты начали двигаться, медленно ползти к её кровати. Она попыталась включить свет, но лампа не работала. Воздух стал тяжёлым, почти осязаемым.

"Не бойся," – прошептал голос, но теперь он звучал иначе. Не успокаивающе, а требовательно. – "Ты готова."

"К чему?" – спросила она, её голос дрожал.

"К справедливости," – ответил голос. – "Они причинили тебе боль. Теперь их очередь."

Алиса закрыла глаза, пытаясь прогнать эти мысли. Но когда она снова открыла их, тени уже окружали её, словно живые существа. Они шептали что-то, чего она не могла разобрать. Она чувствовала, как её сознание начинает растворяться, уступая место чему-то другому.

"Нет…" – прошептала она, но её голос был едва слышен.

Алиса стояла на перепутье. Внутри неё бушевала буря – голос требовал мести, а её собственное "я" искало способ сохранить себя. Она знала, что больше не может игнорировать происходящее. Тени становились всё плотнее, почти осязаемыми, а её сны превращались в настоящие кошмары. Каждую ночь она видела лица своих обидчиков, искажённые страхом, и слышала их крики. Но каждый раз, просыпаясь, она понимала, что это лишь отражение её собственной боли.

Однажды вечером, сидя за столом, она решила начать писать дневник. Это была попытка разобраться в себе, понять, где заканчивается реальность и начинается галлюцинация. Сначала слова выходили короткими и рваными, но постепенно она начала находить утешение в этом процессе. Письмо стало для неё способом выразить то, что она не могла сказать вслух.

"Я боюсь," – написала она однажды. – "Я боюсь того, что со мной происходит. Я боюсь потерять себя."

На следующий день она заметила, что тени стали менее плотными, а голос звучал тише. Это дало ей надежду. Она решила поговорить с отцом, хотя раньше избегала любых разговоров о своей жизни. К её удивлению, он выслушал её внимательно и предложил обратиться за помощью.

"Может быть, тебе стоит поговорить с кем-то? Специалистом?" – спросил он, его голос был полон тревоги, но в то же время тепла.

Алиса согласилась. Она начала ходить к психотерапевту, который помогал ей разбираться в её чувствах. Хотя процесс был долгим и болезненным, она постепенно начала понимать, что голос и тени – это проявление её травмы. Они были частью её, но не всей её.

Однако чем больше она исцелялась, тем сильнее становилось чувство вины. Её обидчики продолжали сторониться её, но теперь она видела их страх. Марина и её компания вели себя так, будто ожидали чего-то ужасного. Алиса знала, что это её тени влияют на них, даже если они этого не осознают.

"Ты можешь заставить их заплатить," – шептал голос, но теперь он звучал слабее. – "Ты можешь показать им, что значит боль."

Алиса закрыла глаза, пытаясь прогнать эти мысли. Она знала, что месть не принесёт ей покоя. Но одна часть её, тёмная и холодная, всё ещё хотела справедливости.

В одну из ночей она снова проснулась от странного шороха. Тени в углах комнаты начали двигаться, медленно ползти к её кровати. Она попыталась включить свет, но лампа не работала. Воздух стал тяжёлым, почти осязаемым.

"Не бойся," – прошептал голос, теперь более требовательно. – "Ты готова."

"Нет," – прошептала она, её голос дрожал. – "Я не хочу быть такой, как ты."

В этот момент она почувствовала, как что-то внутри неё дрогнуло. Тени замерли, а голос затих. Она поняла, что сделала выбор – она больше не позволит тьме контролировать её.

На следующий день в школе произошло нечто странное. Марина и её компания собрались в классе после уроков, чтобы обсудить вечеринку. Но внезапно свет погас, а в воздухе появились странные тени. Все начали паниковать, кричать, но через несколько минут свет вернулся, и ничего необычного не осталось. Только Алиса знала, что это были её тени, её гнев, который она больше не могла сдерживать.

После этого случая её обидчики исчезли из школы. Никто не знал, куда они делись. Алиса никогда не рассказывала об этом никому, но иногда, когда она смотрела в зеркало, её глаза светились белым светом, напоминая ей о том, через что она прошла.

Прошло несколько недель после того странного вечера в школе. Алиса чувствовала себя… легче. Голос почти замолчал, тени больше не ползли по стенам её комнаты. Она начала верить, что смогла взять под контроль свою жизнь. Её сеансы с психотерапевтом помогали ей осознать, что травмы прошлого не должны определять её будущее.

Но город был охвачен страхом. После исчезновения Марины и её компании начались слухи. Кто-то видел странные тени в школе. Кто-то говорил о девушке с белыми глазами, которая бродит по ночам. Полиция безуспешно пыталась найти хоть какие-то зацепки, но следы обрывались слишком внезапно.

Алиса старалась не думать об этом. Она убеждала себя, что это просто совпадение, что её тени не могли быть причастны к чему-то настолько ужасному. Но иногда, просыпаясь среди ночи, она ловила себя на мысли, что не помнит, что делала последние несколько часов. Её руки были чистыми, но в голове звенела тревога.

Однажды вечером, когда она возвращалась домой из школы, её окликнул отец. Он выглядел бледным и встревоженным.

"Алиса… нам нужно поговорить," – сказал он, его голос дрожал. Он протянул ей газету. На первой странице было напечатано: "Таинственная находка в заброшенном здании: тела пропавших школьников обнаружены".

Под статьёй была фотография места происшествия. Заброшенный склад на окраине города. Алиса почувствовала, как холодное прикосновение страха скользнуло по её спине. Она знала это место. Она видела его во сне.

"Полиция хочет поговорить со всеми учениками," – продолжил отец. – "Они проверяют всех."

Алиса кивнула, но её сердце колотилось так сильно, что она едва могла дышать. В ту ночь она снова услышала шёпот.

"Ты сделала это ради нас," – прошептал голос, теперь более мягко, почти успокаивающе. – "Ты освободила нас."

"Нет…" – прошептала она, сжимая голову руками. – "Я не могла…"

Но воспоминания начали всплывать, словно осколки разбитого стекла. Тёмная ночь. Холодный воздух. Шаги, эхом раздающиеся в пустом здании. И её руки, покрытые чем-то тёплым и липким.

На следующий день полиция пришла к ней домой. Они нашли её отпечатки пальцев на месте преступления. Её дневник, полный записей о тенях и голосах, стал ключевым уликой. Когда они задавали ей вопросы, она не могла ответить. Её разум отказывался принимать реальность.

"Я… я не помню," – повторяла она снова и снова, пока слёзы текли по её щекам.

Всё указывало на то, что она была в состоянии невменяемости. Судебные эксперты диагностировали у неё острую форму шизофрении, спровоцированную годами травли и психологического давления. Её признали невиновной в юридическом смысле, но это не избавило её от чувства вины.

Финал:

Алиса очнулась в больничной палате. Белые стены, мягкое освещение. Её глаза больше не светились. Она чувствовала себя пустой, будто кто-то вырезал часть её души.