Хозяйка поместья, или Отвергнутая жена дракона

12

Аргант

Магблокнот, связанный с Грайхолдом, теперь всегда был с ним. Райдель захватил его даже на встречу Стражей императора, посвящённую предстоящему визиту фалорнцев.

Вообще-то он ждал, что ответ придёт незамедлительно и немало его повеселит. Но на этот раз девчонка тянула. Не видела его посылку? Или снова его чем-то удивит?

Когда кристалл наконец-то замигал, Аргант сдержал порыв немедленно в него заглянуть. Выждал несколько секунд, лениво откинул обложку и тут же схватился за карандаш. Обсуждения, которые он слушал вполуха, перестали существовать. В проклятом поместье что-то случилось! Лили срочно требовался целитель.

– А что ты об этом думаешь, Райдель?

За круглым столом, где проходило обсуждение, воцарилась тишина. Все смотрели на Арганта. Вопрос застал его врасплох.

Один из Стражей издал смешок.

– У Райделя сейчас другие заботы, да? Ходят слухи, что нашего прославленного лорда-хранителя наконец-то окольцевала какая-то загадочная красотка.

Аргант, ни слова не говоря, одарил весельчака убийственным взглядом, от которого тот заткнулся и посерьёзнел. Обсуждение за столом продолжилось. Но дракона всё ещё отвлекали собственные соображения.

Как он ни старался, слухи о его женитьбе всё-таки просочились. Теперь пребывание Лили в Грайхолде ещё более оправдано. Как отец не понимал, что на его должности жена – это уязвимость, слабое место? Её могут похитить, соблазнить, отравить. И как бы Райдель к ней ни относился, будет обязан защитить честь фамилии.

И всё-таки, что же там случилось? Конечно, если девчонка умрёт, Аргант будет снова свободен. Но это будет ещё один камень на могиле его совести. И довольно увесистый.

С трудом включившись в обсуждение, Райдель постарался, чтобы оно завершилось как можно быстрее. Снова открыл блокнот и выдохнул с облегчением. Целитель требовался в деревне.

Совесть – та самая, давно похороненная без почестей – неприятно кольнула откуда-то из глубины. После смерти отца Аргант совсем не уделял внимания поместью. Снабжал необходимым, и только. Как именно обстоят дела в Грайхолде, он представлял себе смутно.

От неприятных мыслей отвлёк слуга, передавший еле уловимо пахнувшую духами записку. Райдель развернул и безрадостно усмехнулся.

Блондиночка Майре снова приглашала его на вечер в узком кругу, посвященный искусствам. Умная девочка – не таскалась следом с умоляющим взглядом, не намекала на то, что хочет повторить, а зашла издалека.

Вообще-то он не очень хорошо запомнил проведённую с ней ночь – настолько его выбило из колеи известие о вынужденном браке. Теперь вместо воспоминаний о блондиночке, мозг почему-то настойчиво подсовывал ему образ Лили в тех шёлковых тряпочках, которые ему показали в салоне.

Eму определённо нужна женщина. Возможно, стоит нарушить собственное правило не ложиться в одну и ту же постель дважды. Но сначала надо разобраться с делами, чтобы его больше не отвлекала эта заноза из Грайхолда.

Лили

Целитель с помощником прибыли довольно скоро – уже через час. Снэд взялся проводить их в деревню. Я хотела пойти с ними, но доктор уговорил остаться и не рисковать здоровьем.

Дожидаясь его возвращения, я отвлекала себя яростными попытками найти шкатулку. Но осмотр комнат ничего не дал, а почувствовать артефакт оказалось просто невозможно. Магический фон поместья оказался просто хаосом переплетённых друг с другом заклинаний. Некоторые были мне знакомы, например, изгоняющие грызунов. От других веяло чем-то мрачным. Почуять в этой невидимой какофонии одну единственную живую шкатулочку было не проще, чем отыскать её глазами, осмотрев весь дом.

К вечеру целитель и его помощник вернулись в Грайхолд. По случаю гостей Нейла накрыла ужин в столовой.

– Тяжёлых больных немного, – вещал доктор, методично разрезая мясо ножом на одинаковые кусочки. – Сейчас все стабильны. И они, и все остальные поправятся со временем. Я оставил старосте несколько пузырьков с эликсирами на всякий случай.

Я слушала его, одновременно прикидывая, удастся ли проскользнуть в портал следом.

– Но я вам скажу, эту деревню погубит другая болезнь. – Врач наставил на меня палец. – Алкоголизм. Удручающая картина. Нигде такого не встречал.

Тёртен вдруг тяжело вздохнул.

– Оно понятно, – мрачно ответил он. – После смерти старого господина работы почти не стало. Нет притока новых людей, нет возможности учиться, нечем заняться. Вот и пьют от скуки.

– Да, да, – покивал целитель и встал из-за стола. – Благодарю за ужин, но нам уже пора. Мои пациенты ждут.

– Позвольте, я провожу!

Я мигом поднялась из-за стола и вышла во двор с доктором и его помощником.

– Портал доставит вас прямиком в столицу?

– Да, леди Райдель. Надеюсь, снова мои услуги вам понадобятся нескоро.

Целитель достал из кармана листок бумаги с портальной руной, и мой энтузиазм сошёл на нет. Моих поверхностных знаний хватило, чтобы понять – никто, кроме этих двоих, сегодня не покинет Грайхолд. Билет в обратный конец выписан только на них.

С унынием помахав спинам, теряющимся в круге света, я обернулась к серому дому.

О какой там работе для деревенских говорил Тёртен за ужином? Если поместье способно приносить доход, то пусть приносит его. Мне.

Ну, а Арганту для этого придётся ещё немного раскошелиться.

13

Разговор я начала, не откладывая.

– Чем занимались деревенские при Рениге Райделе?

Тёртен, испуганно оглядываясь, поставил чашку с чаем на стол.

– В Грайхолде добывали камень, госпожа. Скальт – редчайший

материал, прочный, но легко поддающийся магической обработке. Колонны из него есть даже во дворце.

Я присела за стол, слушая с интересом.

– Главный дом облицован как раз им. Скальт очень дорогой. У Райделей много раз пытались выкупить земли, но, сами понимаете, сокровище рода не продаётся.

– А как камни вывозили отсюда?

Тёртен потёр лоб. Похоже, ему было неловко обсуждать с женщиной деловые вопросы.

– Грузовые порталы действовали прямо рядом с каменоломней. В целях безопасности зачаровывал их лично господин Рениг, и с его смертью они перестали работать. Молодой Райдель решил не продолжать разработки.

Я соображала, постукивая пальцами по столу. У меня прямо под боком золотая жила. Но сначала надо договориться с Аргантом, чтобы он зачаровал чёртовы порталы. А он, конечно, не станет этого делать, чтобы я не сбежала.

Что делать? Продолжать конфронтацию? Или сделать вид, что я смирилась со своей участью? Сижу себе тихонечко, вышиваю, камень добываю. Как приличная девушка.

А что? Усыплю его бдительность. Заработаю денег. Выжду удобного момента.

Я хлопнула ладонью по столу. Тёртен вздрогнул вместе с чашечками и звякнувшими приборами.

– Я хочу посмотреть на каменоломни. Всё ли там в порядке.

– Как пожелаете, – управляющий пожал плечами. – Только господин Аргант ведь не собирался продолжать…

– Я найду способ его уговорить.

А точнее заставить. Но для этого мне нужно разобраться, кому именно Грайхолд поставлял скальт. Если этот камень такой ценный, наверняка, среди клиентов найдутся такие, кому не сможет отказать даже Аргант.

После ужина я направилась в кабинет покойного Ренига. Я уже заглядывала сюда мельком в первый день, но только сейчас зажгла свет и как следует рассмотрела обстановку.

Знакомую гнетущую атмосферу от тёмных занавесок и монументальной мебели дополняли пожелтевшие обои и огромный портрет прежнего владельца на стене напротив письменного стола.

Я прошла, села за стол и выдвинула ящики. Угрюмый немолодой Рениг Райдель следил за мной тяжёлым взглядом, как будто не одобряя, что женщина лезет в его дела.

– Не буду тебя снимать, – мстительно улыбнулась я портрету. – Раньше надо было думать. Теперь будешь смотреть, как я тут всем заправляю.

Надо отдать должное папаше Арганта, бумаги у него были в полном порядке. Большая часть нашлась в шкафу, в столе хранились лишь последние контракты. И судя по всему, они так и не были выполнены.

В пансионе нас учили не только следить за чистотой, но и вести учёт хозяйственных расходов, распределять обязанности между слугами, контролировать качество их работы, а также дипломатично улаживать возможные проблемы. Едва ли продавать скальт с уже налаженной системой добычи и сбыта сильно сложнее, чем рассчитать, сколько продуктов потребуется для ужина на двадцать персон, и сколько работников нужно, чтобы его приготовить и подать.

Так что я решила не мелочиться и написать всем бывшим клиентам сразу. Отказать десятку предпринимателей Арганту будет сложнее, чем одной мне. Тем более, в бумагах мелькали известные названия крупных строительных компаний.

Написав с десяток однотипных писем, я подписала каждое именем Лили Райдель и задумалась. На всех контрактах сияла магическая печать хозяина Грайхолда. Похоже, что и мне нужна такая же, если я хочу возобновить договоры.

А самый главный вопрос был – как отправить эти письма адресатам. Наверняка, мне мог ответить управляющий, но уже был поздний вечер. Пришлось отложить дела до завтра.

В постель я укладывалась в новой сорочке, присланной Аргантом. Тонкая ткань оказалась приятной, а крой удобным. Пусть и совсем не то, что я имела в виду, но тоже ничего. По крайней мере эта была сшита специально для меня.

Он ведь мог вообще ничего не присылать: ни одежду, ни мебель, ни целителя. Выходит, Райдель не такой уж и подлец, как мне хотелось бы о нём думать.

Рука уже привычно потянулась к магблокноту. Помня о том, что дракон должен потерять бдительность, я написала только одно слово:

"Спасибо".

Чувствовала ли я благодарность? Нет, злость всё ещё была сильнее. Но одной злостью Арганта не победишь. Настало время использовать женскую хитрость.

14

Аргант

Райдель смотрел в блокнот и не верил своим глазам.

Слова благодарности? Что-то непривычное. Тем более от женщины. Да ещё от той, с которой он так несправедливо обошёлся. Что-то тут явно не сходилось.

А главное, за что спасибо? За целителя или бельё? Рука сама потянулась к карандашу, чтобы уточнить, но он одёрнул себя. Никаких контактов, кроме тех, которых никак не избежать. Он и так думает о мышке чаще, чем о любой женщине, что встречались на его пути за последние годы.

К Майре он в тот вечер не попал. В далёкой провинции Вальтария случился магический катаклизм, а виновником стал малец Ланвер, придушить которого мечтали все драконы империи.

Мелкий барон пытался задирать каждого встречного дракона при любом удобном случае, мечтая спровоцировать драку, вставлял палки в колёса, где надо и не надо, и наконец-то провалился на попытке присвоить себе чужую магию. Женщин в жизни Арганта ещё будет много, а удовольствие лично арестовать этого придурка – только раз. И Райдель не раздумывая шагнул в портал.

Потом была стандартная возня с бумагами, испуганный папаша Ланвер, первая магическая помощь его неудачнику-сынку. И несмотря на всё удовольствие лично связать досадливого барона, в груди Арганта зрела тяжесть.

Лорд Тейран Кайрекс*, в чьих владениях поймали гада, обзавёлся прелестной жёнушкой. Бывший Страж, тот самый, получивший проклятие из Фалорна, нашёл своё счастье. Их с супругой сияющий вид заставил Арганта испытать чувство, будто он обделён чем-то важным. Чем-то, чего в его жизни уж точно никогда не случится.

А леди Кайрекс ещё посоветовала ему познакомиться с женой поближе. Такая же тоненькая, как Лили, и такая же наивная. Любовь – это не про него. Семейное счастье – не про него. Может, когда-то в нём и было что-то хорошее, но теперь оно заброшено, как старое проклятое поместье, где на каждом шагу дурные воспоминания и призраки прошлого.

Стояла глубокая ночь, но возвращаться в свой пустой особняк Арганту не хотелось. Он по одному перелистал магблокноты, убеждаясь, что всё запланированное выполнено. Последней открыл книжечку, связанную с Грайхолдом, и нахмурился.

Лили так и не доставили её вещи. Райдель ведь сам дал указания не отправлять чемодан, пока он не просканирует его на предмет подозрительных магических артефактов.

Вздохнув, Аргант вышел из кабинета. Придётся всё-таки возвращаться домой.

Лили

Утро выдалось насыщенным. Доставать Тёртена я начала ещё за завтраком. Выяснилось, что письма из Грайхолда отправлялись почтовой шкатулкой, минуя Арганта. Эта новость была настолько прекрасна, что я в хорошем настроении умяла всё, что принесла Нейла. Кухарка была этому несказанно рада.

Печать тоже хранилась в особняке. По словам управляющего, старый Райдель держал её в сейфе в своём кабинете.

Считая, что успех задумки уже у меня в кармане, я потащила Тёртена оглядывать каменоломни.

Путь до них был неблизким, но весьма живописным. Мы поднимались по горной тропе, а вокруг сколько было видно глазу высились серые скалистые вершины.

– Раньше у господ был экипаж, – кряхтел Тёртен. – Сейчас без надобности, лошадей отдали в деревню, под плуг. Внизу есть старая дорога, но путь по ней будет дольше.

– Всё в порядке! Мне нравится вид.

Здесь и правда было волшебно. Я даже поймала себя на странной мысли: как можно променять этот простор на узкие столичные улицы, полные людей и карет?

Наконец мы оказались на краю огромного карьера. Стены, ступенями спускавшиеся вниз, местами поросли травой и кустарником.        В самом        низу виднелись        покрытые ржавчиной подъёмные механизмы и рельсы.

Из под моей ноги вниз покатился камешек, и эхо отразило звук его падения.

– Там дальше подъёмная кабина, – махнул рукой управляющий. – Рабочих из деревни доставляли на ней. Инструмент сложили в шахте, он должен быть в порядке. Вагонетки тоже. А вот рельсы, наверное, придётся менять.

Я закусила губу. Мне бы мои конспекты. Чистку металлических изделий мы точно проходили, но эти заклинания не были в списке приоритетных. Надо ещё раз попросить Арганта прислать мне мой чемодан. Просто вежливо попросить. Без угроз и проклятий.

На обратном пути у меня было время не только всё обдумать, но и заприметить несколько троп, уходящих высоко в горы.

– Идитё вперёд, Ламб, я ещё прогуляюсь, – непринуждённо попросила я.

Управляющий огляделся по сторонам.

– Не заблудитесь?

– Отсюда уже виден дом. Обещаю далеко не заходить.

Тёртен колебался.

– Если с вами что-то случится, господин мне голову оторвёт.

Я невольно улыбнулась. Вот уж вряд ли, скорее наградит за избавление от головной боли.

– Обещаю, что со мной и с вами всё будет в порядке. Идите.

Я пошла медленнее, а Тёртен ушёл вперёд, всё ещё недоверчиво оглядываясь.

Когда он скрылся из виду, я развернулась и отправилась обратно, к широкой тропе, уходившей в сторону. Разумеется, я не планировала идти по ней далеко, всего лишь хотела заглянуть за большой камень, закрывавший обзор. Если тропа такая широкая, значит ей часто пользовались. Кто знает, может она ведёт за перевал?

Дойдя до камня, я обогнула его и вздохнула. Тропа карабкалась куда-то вверх. Похоже, чтобы её исследовать, надо запастись едой и более удобной обувью.

– Там обрыв, – внезапно раздался откуда-то сверху приятный мужской голос.

Я запрокинула голову. На камне сидел молодой мужчина. Серые глаза смотрели из-под шляпы доброжелательно, улыбка пряталась в аккуратной тёмной бородке.

На коленях у незнакомца лежал желтоватый лист бумаги. Он скатал его в трубочку, подхватил сумку и, лихо проехав часть пути по склону, спрыгнул на тропу передо мной. За ним следом посыпались мелкие камешки.

– Эта тропа кончается живописным обрывом. Я уже всё здесь излазил. – Глаза мужчины по-прежнему улыбались, оглядывая меня. – Признаться, такой красоты я ещё не видел.

____________________

*Историю Тейрана Кайрекса и его супруги можно найти в книге “Истинная хозяйка Драконьей усадьбы”.

15

Я отступила на шаг, догадываясь, что передо мной тот самый художник, о котором мне рассказали в деревне. Он же сейчас говорит о местных видах, верно?

– Горы очень красивые, да. Мужчина усмехнулся.

– И как все красавицы, неприступны. Не стоит гулять здесь одной, леди. Позвольте, я вас провожу.

Он слегка поклонился.

– Доран Тайвел, вольный художник. Случайно оказался в этом забытом Пресветлым месте. А вы?..

– Лили Оден. То есть Райдель, – поморщившись ответила я. Доран с интересом наблюдал за мной.

– Сама хозяйка Грайхолда? Прошу простить мою неучтивость. Он снова попытался поклониться, но я остановила его жестом.

– Пожалуйста, перестаньте. Мы вполне можем говорить на равных. Так значит, через эти горы прохода нет?

Мы медленно направились по тропе обратно в сторону Грайхолда. – Нет. Будь он, местные бы точно им пользовались. Но я и своими глазами удостоверился, что ни одна из троп не ведёт к свободе. И раз уж мы говорим с вами на равных, могу я спросить…

Под моей ногой покатился камешек, и Доран подхватил меня под локоть, не давая упасть.

– Могу я спросить, отчего леди Райдель, законная хозяйка этих мест, так интересуется способами их покинуть?

Я снова поморщилась. Не жаловаться же на судьбу первому встречному.

– Можно сказать, знакомлюсь с владениями. Давно вы здесь?

– Пару месяцев. Я пытался обратиться за помощью к лорду Райделю, но ответа от него не пришло.

Я невесело усмехнулась.

– Это вполне в его духе.

Серые глаза Дорана вновь внимательно следили за мной. На очередном крутом спуске художник подставил руку, чтобы я могла о неё опереться. Пресветлый, как я соскучилась по банальным вежливым знакам внимания!

– Мне повезло. – Доран легко рассмеялся. – Вольным художникам совершенно всё равно, где жить. Лишь бы было чем рисовать и на чём рисовать. Правда, краски я уже извёл, перешёл на уголь. Зато невероятных видов здесь столько, что хватит на всю жизнь.

Спуск закончился, но он не убирал руку, позволяя мне держаться за неё на каменистой тропе.

– Рано или поздно мне представится шанс покинуть это место, – продолжал художник. – А пока что хочу насладиться всем, что оно может мне предложить.

Я невольно начала улыбаться, заражаясь его лёгким настроением. Рядом с таким человеком было просто поверить в то, что жизнь – это приятная прогулка, и шанс сделать её ещё лучше обязательно представится каждому из нас.

На последнем отрезке пути до дома я с сожалением отпустила его руку.

– Вы уже видели наш сад? Мне кажется, вы могли бы найти в нём что-то интересное, когда надоест писать горы.

– Будем считать, мне уже надоело, – сверкнул зубами Доран. – Я был бы признателен за экскурсию по Грайхолду.

– Ну, в доме смотреть особенно нечего. Но сад – это нечто! Зайдёте?

Доран явно колебался.

– Боюсь, я не захватил с собой достаточно бумаги. А ведь первое впечатление – самое яркое. Позвольте, я навещу вас завтра.

– Отлично! Значит, завтра утром.

Мы обменялись улыбками на прощание. Домой я вернулась в приподнятом настроении. Хотелось петь и танцевать, но пора было возвращаться к делам. Так всегда – только захочешь побыть девочкой, а уже надо идти вскрывать сейф.

Обнаружился он легко – тайник скрывался за портретом Ренига. А вот с металлической дверцей за ним было сложнее. Само собой, шифр от замка нигде не был записан. И ни одно из известных мне заклинаний, отпирающих запертое, не сработало. Оставалось только одно.

Сначала я проверила, нет ли на сейфе магической защиты от банального взлома. А потом крепко призадумалась. Нас, бытовых магов, больше учили чинить, чем ломать.

Поразмыслив, я решила использовать заклинание нагрева. Самое обычное, которым можно быстро подогреть еду или высушить одежду. Сосредоточив силу посередине дверцы, я зажмурилась и направила туда максимум энергии. Одежда от такого бы точно сгорела. Да и еда тоже. На дверце же появилась красная раскалённая точка.

Магия на удивление легко и мощно отзывалась. В пансионе от таких усилий меня бы уже трясло, но видимо, тогда у меня просто не было хорошей мотивации. Сейчас у меня лишь выступила испарина на лбу. Но это скорее от жара, который заставлял красную точку на дверце разрастаться.

В какой-то момент она начала белеть, и металл с тихим шипением вдруг полился вниз по стене, прожигая обои и пол. Я отскочила подальше, ругая себя за беспорядок, а потом рассмеялась. Этому склепу всё равно нужен основательный ремонт.

Теперь в дверце сейфа зияла дыра. Подождав, пока остынут оплавленные края, я просунула туда руку и нашарила внутри твёрдый круглый предмет. Вскоре печать была у меня в руках.

Конечно, предметы такого рода созданы так, чтобы работать только в руках членов семьи. Но у меня-то магия Арганта Райделя! И печать практически мгновенно вспыхнула в моих руках мягким сиянием.

Радостно ухмыляясь, я заверила письма прежним клиентам, запечатала их в конверты и одно за другим положила в почтовую шкатулку. Дело сделано!

Когда с этим было покончено, я попыталась набросать список того, что надо изменить в кабинете. Но меня отвлекали воспоминания о неожиданной встрече с Дораном. Улыбка то и дело сама возникала на лице. Хотелось как-то отблагодарить художника за тепло и лёгкость, которыми он поделился со мной.