- -
- 100%
- +
– Девять преисподен! Надо было гнать болтливых старух в сельву.
– Ты часто бывал занят, Халач виник.***** Кто-то должен был укладывать меня спать.
Суровое лицо мужчины смягчилось.
– Дитя моё, ты же знаешь, тебе не стоит так называть меня. Я всего лишь слуга богов и правителя.
– Но ты – мой единственный господин, отец, и ты знаешь и умеешь куда больше нашего владыки. А теперь мне и подавно всё равно!
Она фыркнула, тряхнув головой. Чёрные волосы тяжёлым каскадом рассыпались по плечам.
– Что они сделают мне за эту вольность? Никто не станет проливать священную кровь! На исходе виналя****** мне минёт семнадцать зим, и меня торжественно предадут на милость богам. И сделает это верховный жрец. Ты, отец.
– Нет, – сказал он. – Должен быть другой выход.
Моан нежно сжала его ладони. Она всё ещё была бледной, но выплевывала слова, точно яд.
– Не говори глупостей, господин. Разве ты ожидал иного? Пророчество слишком очевидно. «Потомок священной крови, в чьём сердце сойдутся тьма и свет, – она указала на свои разноцветные радужки, – явится в мир под знаком Смерти…»
– «…И станет сильнейшим колдуном из всех, что ходили под солнцем», – закончил жрец и умолк, опустив голову. – Я надеялся, магия не проснётся в тебе.
– Но она проснулась, – мягко сказала Моан. – И с тех пор я училась принимать свою судьбу. Ведь конец пророчества тебе хорошо известен.
Они умолкли, всё ещё держась за руки. Рэй подумала, что конец пророчества наверняка был известен многим, раз наставницы не стеснялись цитировать его ребенку. Очевидно, ничего хорошего Избранной боги не уготовили.
– Это великая честь, – наконец произнес жрец. – Ты поделишься магией с богами, и боги будут милостивы к нам долгие годы. Кукулькан подарит Чаану своё благословение. Твоя кровь напитает священный алтарь, а дух вознесётся на небеса, в самый верхний из миров.
– Да, вознесётся. Только мой покровитель – Альпух*******, и меня вполне устроила бы вечность в Шибальбе.
– Моан! – Мужчина покачал головой. – Тебя стоило бы высечь за такие слова.
– Но ты ведь не станешь этого делать, отец?
– И в кого ты выросла такой… вздорной? – Взгляд жреца затуманился грустью. – Твоя мать никогда не была своенравной.
– Моя мать умерла, даруя мне жизнь. А воспитывал меня ты, отец. В кого же мне, по-твоему, быть?
– Моё драгоценное дитя. – Он раскрыл руки, и она шагнула навстречу, почти падая в его объятия. – Я не должен говорить такого, не должен думать… но боги несправедливы к нам.
– Слышал бы тебя сейчас наш правитель, господин, – пробормотала девушка, – велел бы отрезать язык, несмотря на статус.
– Правитель слишком высоко ценит мой язык, как и мои умения.
Он взял в ладони её лицо, заглянул в глаза. Прижался поцелуем к высокому лбу.
– Я уже потерял жену и сына. Я не могу потерять и тебя, Моан.
Она всхлипнула и наконец заплакала. Жрец бережно стёр мокрые дорожки с её щек.
– Я тоже не хочу этого, отец, – прошептала Моан. – И не хочу отдавать свою силу богам. Несправедливо даровать её мне от рождения, а потом отбирать!
– Завтра тебя отправят во дворец, выделят лучшие покои. До ритуала поживёшь там.
– Под охраной?
– Совет не хочет рисковать. Я в данном случае слишком пристрастен, чтобы ко мне прислушались.
– Я ещё увижу тебя?
– О да, – произнес он мрачно, – разумеется, увидишь. Я буду искать выход и найду его, Моан. Обещаю.
Картинка схлопнулась перед ней, и Рэй вырвало в реальность. Мир вращался, точно на американских горках, желудок скрутило спазмом. Она едва успела высунуться из спального мешка, прежде чем её вывернуло вчерашним ужином.
Немного успокоившись и осознав себя здесь и сейчас, Рэй крепче сжала тёплый бок маски. Погладила шершавое дерево. Странная, уже знакомая ей щекотка расползалась по телу, а вместе с ней – липкий ужас. Хорошо, что сейчас ночь, и она, кажется, никого не разбудила.
Но что, чёрт возьми, только что произошло?
***
До самого рассвета Рэй не сомкнула глаз.
Все эти дни она пыталась спрятаться за напряженной работой, упорно игнорируя то, что с ней происходит. Но всё зашло слишком далеко.
На что она рассчитывала, приехав сюда? Следовало давно обратиться к психотерапевту, чтобы тот выписал какие-то таблетки. Посетить невролога. Сделать хоть что-нибудь, чтобы прекратить это безумие.
Сначала головные боли и сны, затем обмороки – и наконец это. Рэй почти убедила себя в том, что уснула под звёздами, но всё казалось совершенно реальным. И если хоть на секунду допустить, что увиденное – не бред больного подсознания… Она в панике схватилась за голову. Никому не нравится считать себя сумасшедшей! Но, учитывая все факторы, поразительную регулярность и связность её видений, знакомый жертвенный алтарь, многократное упоминание Кукулькана…
Если допустить, что всё это могло бы быть реально…
Рэй до крови искусала нижнюю губу. Внутренний скептик вопил, размахивая научными трудами. Кричал о невозможности существования богов и магии, скачков в прошлое, антинаучности всего сверхъестественного… Но мысль, поселившаяся в её голове, уже пустила корни и разрасталась с пугающей скоростью.
Она узнала мужчину; тот стал частым гостем её сновидений. Самое свежее – жертвенный алтарь и царь, вскрывающий чужое горло. Значит, верховный жрец… Что должен был сделать верховный жрец – второй по значимости человек в городе – чтобы его принесли в жертву? У неё не было ни малейшего понятия.
Что именно подарил Кукулькан древнему царю? За что жрецу рассекли горло на алтаре? Чем закончилась история Моан – колдуньи с разноцветными глазами? Почему Нилум («Чаану!» – поняла вдруг Рэй) оказался заброшен на пике своего могущества?
Важные вопросы. Но ведь есть ещё и другие.
Какого чёрта ей являются давно мёртвые люди? И самое главное: кто всё-таки хотел чтобы она, Рэйчел Аллен, оказалась здесь?
В совпадения Рэй больше не верила.
Без ответов она далеко не продвинется. Нужно с чего-то начать. Например, с легенды, которая как-то связана с фресками в пирамиде и которую хорошо знает Ашкий. Неплохо было бы расспросить его при встрече.
В мешанине вопросов и мыслей вдруг пришла странная: Рэй совершенно не помнит, на каком языке говорили жрец и его дочь, хоть она и понимала каждое слово.
Когда сиреневый рассвет начал заниматься на горизонте, Рэй, как в болото, провалилась в мучительную полудрёму. Чтобы вскоре подскочить от чьих-то криков и топота ног.
– Что случилось? – сонно пробормотала она, столкнувшись с Селеной у входа в палатку. Женщина казалась измождённой: под глазами залегли синеватые тени, заметные даже на её шоколадного цвета коже. Если подумать, Селена выглядела как человек, которого работа изматывает куда сильнее положенного.
– Наш раскопщик, Мартин… он пропал.
* Канульское царство – государство древних майя на территории южной части современных штатов Кампече и Кинтана-Роо, Мексика, и северной части департамента Петен, Гватемала. Существовало в I в. до н. э. – Х в. н. э.
** Панчо Клаус – мексиканский вариант Санта Клауса, частично распространенный и в США.
*** Название «Чаану́» происходит от слова «чаан» – с языка майя «небо».
**** В данном случае описывается принцип мюонной томографии, широко применяемый в археологии. С помощью правильно установленных тонких пластинок и мюонных частиц можно выяснить, есть ли на объекте скрытые помещения. Впервые метод мюонной томографии был применен для поиска пустот в египетских пирамидах в 1969 году американским физиком Луисом Альваресом.
***** Халач виник – «настоящий человек», имя, данное верховному правителю, повелителю или вождю у древних майя.
****** Виналь – месяц по календарю майя, равный 20 календарным дням.
******* Ах-Альпух – дословно «тот, кто причиняет нарывы». В мифологии майя один из владык Шибальбы, бог смерти.
Глава 4. Священный сенот
(руины города Нилум, февраль 2010)
Несмотря на нежелание Иниго разводить панику, лагерь буквально стоял на ушах. Мартин бесследно исчез посреди ночи, но большая часть его вещей осталась в палатке. Служебная машина, брошенная на стоянке неподалеку от лагеря, тоже была на месте.
– Вы точно прочесали всю территорию? – в пятый раз спрашивал Иниго у оставшихся документалистов. Те нервно переминались с ноги на ногу и отводили глаза. – Значит, проверьте еще раз! В малом храме смотрели? На площадке для игры в мяч?
Руины площадки популярной у майя игры были самым дальним объектом в западной части города, но и там следов раскопщика не обнаружилось.
С утра еще теплилась призрачная надежда, что Мартин вернётся сам, но когда тот не появился к полудню, решено было собирать поисковую группу.
– Идти всем смысла нет. Не хватало только, чтобы ещё кто-нибудь пропал или заблудился. К тому же, здесь слишком много ценных находок, чтобы оставлять их без присмотра.
– Я могу посторожить, – предложила Селена. – Всё равно от меня в джунглях толку мало.
– Тебе самой охрана не помешает, – нахмурился Иниго. – Впрочем, здесь всё же безопасней, чем за территорией. Оставим тебе троих. – Он выбрал нескольких раскопщиков-мексиканцев. – Продолжайте работу в наше отсутствие. Ну и эти, – кивок в сторону студентов, – составят вам компанию.
– Мы тоже хотим помочь, – возразила Рэй. – Разрешите пойти с вами!
– Исключено. Вы только под ногами путаться будете.
– Кхм, – Кит шагнул вперёд и деловито прокашлялся. – Вообще-то, я буду вам полезен.
– И каким же образом?
– Я неплохо разбираюсь в медицине. Дипломов не получал, но моя мама – медсестра. Мы росли в гетто, сестра часто болела. Мать учила, как ухаживать за малой в её отсутствие… – Под скептическим взглядом руководителя он стушевался, но продолжил, подпустив в голос уверенности. – У меня неплохо получалось, и я много читал на эту тему. В нашем районе такие навыки не помешают.
– И что ты умеешь? – Во взгляде Иниго мелькнула заинтересованность.
– Многое. Практические навыки оказания первой помощи, могу обработать рану, наложить жгут или шину. Пару раз доводилось кое-кого зашивать.
Рэй уставилась на Кита во все глаза. Не в первый раз мелькнула мысль, как плохо она его знает – тихий ботаник был полон сюрпризов.
– Ладно, – махнул рукой Иниго. – Чёрт с тобой, пойдешь с нами. Будем надеяться, твои навыки не пригодятся.
Рэй набрала в грудь побольше воздуха и шагнула вперед.
– Если Кит с вами, то и я иду, – сказала так твердо, как могла. – Я тоже буду полезной. Помогу, если понадобится.
Рэй смело встретила взгляд руководителя, вскинув подбородок. Она не собиралась отсиживаться в лагере, пока человек в опасности. Если она чем-то может помочь, то сделает это.
Кроме того, для Иниго она по-прежнему была пустым местом. Пора начать проявлять себя, пока он не счёл её трусливой и бесполезной. В конце концов, ей всё ещё нужна блестящая характеристика по итогам практики.
– Пусть Рэй идёт с нами, – подхватил Кит. – Мы же всё время вместе… Не стоит оставлять её здесь, мало ли что?
– Как вы меня достали оба, герои малолетние! – рассвирепел Иниго. – Из-за вас, придурков, мы теряем драгоценное время!
– Да ладно, Оливер, берём с собой, и дело с концом. – Торрес незаметно подмигнул Рэй. – Времени в обрез, Мартин может быть где угодно.
– Сбор через десять минут у южного акрополя, – сдался Иниго. – Опоздавшие остаются в лагере.
Вскоре они покинули Нилум и направились в глухие джунгли. Связь здесь не ловила, так что мобильники с собой никто не носил, однако у Иниго был портативный навигатор, с которым тот поминутно сверялся. Маленькую группу сопровождало двое мексиканцев с мачете, которые о чем-то шушукались и в целом выглядели не слишком довольными происходящим. Рэй всё чаще ловила себя на том, что ей некомфортно в присутствии вечно хмурых помощников, но старалась игнорировать это чувство.
– Предлагаю разделиться, – сказал Иниго минут через десять, когда они вышли на очередную развилку. Узкая тропа раздваивалась, теряясь в густой растительности. – Без машины Мартин не мог уйти далеко, он явно где-то поблизости. Я возьму Серхио, – он кивнул одному из сопровождающих, – и пройдусь вдоль реки. В конце концов, каждому нужно пить. А ты, Радамес, бери студентов и прочешите западный квадрат вместе с пещерой.
Торрес с задумчивым видом кивнул.
– Хорошая идея. Но Мартин же вроде не из этих…
– Ты его спрашивал? Даже если не верит, вполне мог пойти поглазеть. У индейцев вроде какой-то языческий праздник, шныряют туда-сюда.
Как грубо, подумала Рэй, недовольно поджав губы. Для археолога-майяниста Иниго казался удивительно нетерпимым к чужой культуре.
– Стоит заглянуть к Ашкию, – осторожно заметил Торрес. – Он может что-то знать.
При упоминании индейца Иниго поморщился, будто проглотил маракуйю.
– Сомневаюсь.
– Да ладно тебе. Ты прекрасно знаешь, что Мартин захаживал к ним в деревню.
Рэй с Китом переглянулись. Мартин водил дружбу с потомками майя?
– Ладно, убедил. Я свяжусь с Ашкием, если в ближайшее время не найдем его. Всё, идёмте!
Условившись встретиться на этой же развилке через два часа, группа разбрелась в противоположные стороны.
Они двинулись на запад, хотя Рэй почти сразу потерялась в бесконечном окружающем их лесе. Сельва предстала перед ними во всём своём хищном великолепии, переливаясь сотнями оттенков зелёного. Огромный малахитовый океан: дышала, жила, двигалась. И словно присматривалась к своим гостям, до поры выдерживая нейтралитет.
Рэй чувствовала: всё может измениться в одно мгновение, они не в безопасности здесь.
Провожатый-мексиканец – Рэй так и не запомнила его имя – возглавлял процессию, держа наготове мачете. Следом шёл Торрес, за ним Кит и Рэй. Шагать было трудно, ноги то и дело запинались о торчащие коренья или бугристые камни. Несмотря на некоторые неудобства, девушка старалась смотреть по сторонам и вслушиваться в звуки леса, надеясь отыскать следы Мартина. Но вместо них зрение выхватило следы крупного животного, уходящие в густые заросли ротанговых пальм. Рэй вытерла взмокшие ладони о ветровку.
– Большая кошка, – констатировал Торрес, наклоняясь и прощупывая свежий след. – Ягуар или пантера. Если встретите такую, не вздумайте дёргаться: медленно и спокойно отходите прочь. Они редко нападают, если не причинять им вреда.
Он двинулся дальше, посоветовав им шагать след в след из-за слишком влажной почвы на этом участке. Рэй вдруг почувствовала осторожное прикосновение большой шершавой ладони к своей. Кит, шагающий впереди, послал ей ободряющую улыбку и крепче сжал пальцы. Рэй, поколебавшись, позволила ему вести её, радуясь тому, что не одна здесь.
Ко всеобщему облегчению они вскоре вышли на широкую, выложенную щебнем дорогу. Торрес сверился с компасом и махнул рукой.
– Ещё полчаса, и будем на месте. Смотрите по сторонам, если встретим туристов – расспросим, вдруг они что-то видели.
– Радамес, а он точно не мог уехать на другой машине? – спросил Кит, когда они зашагали вдоль дороги.
– Теоретически возможно всё что угодно. Но маловероятно: других машин у нас нет, да и вещи на месте.
– Такое уже случалось раньше? – поинтересовалась Рэй как бы между прочим. Она внимательно следила за реакцией Торреса, но ни один мускул не дрогнул на загорелом лице. Он загадочно блеснул тёмными очками.
– Если бы на экспедиции регулярно пропадали люди, её бы давно прикрыли, сечёшь? Впрочем, если с человеком что-то случилось по собственной тупости, никто другой за это отвечать не должен.
– Значит, вы всегда работали тем же составом?
Мексиканец-провожатый кинул на неё быстрый взгляд, но Рэй не была уверена, понимает ли он по-английски. Торрес недовольно цокнул языком.
– Много вопросов, ребятки. Лучше сосредоточьтесь на поисках нашего бедного Мартина.
Рэй ответ не понравился, и, судя по нахмуренным бровям Кита, не ей одной. Тот недовольно сверлил взглядом спину Торреса, но молчал.
По пути они остановили машину с туристами, но те ничего подозрительного не видели. Солнце к полудню вошло в зенит, нещадно кусая открытые участки тела, и тени от многочисленных деревьев не слишком помогали. Рэй понемногу начала уставать.
– Так что за пещеру мы ищем?
– Знаешь что-нибудь о сенотах майя, Рэйчел?
Она кивнула, припоминая. Не зря же она, в конце концов, годами просиживала штаны на лекциях.
– Что-то вроде подземных озёр естественного происхождения. Индейцы черпали из них воду и приносили там жертвы своим богам.
– Верно. Вижу, не зря тебя рекомендовали к нам в группу.
– Что?.. – Рэй запнулась о ближайшую корягу и чуть не врезалась в Кита. – Кто рекомендовал?!
Торрес выглядел так, словно уже пожалел о сказанном. Он ускорил шаг, бормоча себе под нос:
– Снова вопросы… Не твоего ума это дело, вот что. Слышала поговорку о кошке, которую сгубило любопытство?
Рэй проглотила вертевшееся на языке ругательство. Все эти тайны уже сидели у неё в печёнках.
– Так вот, сеноты… Тут рядом как раз есть один такой. Не самый большой и известный, так что туристов там не встретишь, а вот местные из окрестных деревень частенько захаживают. Сейчас увидите: он совсем близко.
Торрес не обманул – они свернули с дороги и спустя считанные минуты вышли к небольшой пещере, наполовину скрытой в зарослях. Если бы Рэй не знала, что искать, то вполне могла бы пройти мимо.
Узкий неровный проход чернел им навстречу жутковатой воронкой. Обвешанный лианами, мхом и свисающими пологом листьями, он напоминал оскаленную пасть древнего чудовища.
– Будьте осторожны, – сказал Торрес, в одно мгновение становясь серьёзным. – Снаружи остаться не предлагаю – всё равно не согласитесь, так что смотрите в оба. Есть причины, по которым туристы не жалуют эту пещеру.
Проводник-мексиканец первым двинулся внутрь, и остальные последовали его примеру, включив фонарики. Их тусклый свет выхватывал неровные каменные своды, облепленные растениями всевозможных оттенков, словно щупальцами диковинных моллюсков. Влажность здесь была убийственная – Киту даже пришлось снять очки, чтобы протереть. Тут и там с потолка мерно капала вода.
Они пошли глубже, стараясь ничего не касаться. После бесконечной какофонии сельвы пещера звенела тишиной, только шаги путников отражались от стен приглушённым эхом.
Грот, в который они вошли, вскоре сузился и продолжился естественным коридором, то и дело петляющим в разные стороны. В конце концов коридор закончился крошечным проходом, и каждому пришлось проявить чудеса ловкости, чтобы протиснуться внутрь. Хрупкой Рэй было проще всего; она даже не коснулась сводов, усыпанных, как шерстью, фиолетовым мхом и поганками. Киту повезло меньше; стоило им оказаться внутри, как он скривился, брезгливо отряхивая одежду.
Рэй дотронулась до его плеча:
– Смотри!
В этой части пещеры было гораздо светлее – над ними высилась естественная воронка, пропускающая солнечные лучи. Те, переплетаясь, падали в огромное круглое озеро, отливающее призрачно-голубым цветом. Сама вода в нём сияла, точно заколдованная.
– Как красиво… – прошептала Рэй, подходя ближе. Спустилась к воде, стараясь не поскользнуться на влажных камнях, с трепетом заглянула в прозрачную озёрную гладь. Вода была неподвижна и, как настоящее зеркало, отразила усталое, ещё сильнее посмуглевшее от солнца лицо Рэй и её восторженные глаза.
– Аккуратней, не упади, – предостерёг Торрес. – Ты, конечно, можешь в нём искупаться, но я бы не советовал.
– Почему?
– Во-первых, оно холодное. Во-вторых, грязное. В-третьих, майя верили, что в таких сенотах скрываются врата в царство мёртвых.
– В Шибальбу?
– Начитанная девочка. Догадаешься, что из этого следует?
– Как я и сказала: они поклоняются здесь своим богам, принося жертвы. Если речь о Шибальбе, то… богам смерти, наверное?
– Бинго! Со дна такого озера в Чичен-Ице в прошлом веке вытащили столько человеческих костей, что хватило бы на целую деревню. Я уж не говорю о животных.
– Мерзость какая, – поморщился Кит, глядя на озеро куда более настороженно, чем минуту назад.
– Это ещё полбеды. Хуже того, до сих пор находятся уникумы, желающие попасть в Подземное царство раньше срока. Не удивлюсь, если и сейчас здесь плавает парочка свежих утопленников.
– Насколько свежих?
Все четверо переглянулись, явно подумав об одном и том же.
– МАРТИН! – заорал Кит во всё горло. Отскочив от стен, крик рванулся ввысь, исчезая вверху далеким эхом.
В тот же миг камень под их ногами вздрогнул.
– Что такое? – Рэй испуганно огляделась, но дрожь уже стихла.
– Идиот! – воскликнул вдруг мексиканец на ужасном английском. – Священный место! Нельзя кричать!
– Да ладно тебе, Хьюго, ты же католик. – Торрес перевел хмурый взгляд на Кита. – Но он прав: ты идиот. Про обвалы в пещерах вам на лекциях не рассказывали?!
– Простите. – Кит закрыл руками пылающее лицо. – Я подумал, он может быть где-то здесь.
– Ну, как мы убедились, его здесь нет, – процедил Торрес, ещё раз осматривая озеро, которое теперь лениво колыхалось, будто разбуженное. – Свежий труп тут тоже не плавает, а нырять, я полагаю, желающих не найдется. Предлагаю убираться отсюда.
– Подождите, а это что такое? – Рэй посветила фонарем на ближайший к ней камень. – Иероглифы?
Приблизившись, Торрес внимательно изучил нацарапанные на стене символы и рисунки, которые при наличии фантазии можно было принять за пляшущих людей.
– Скорее, любительская наскальная живопись. К нашему Нилуму, как и к пропаже Мартина, она отношения не имеет.
– Но они совсем свежие! – Рэй потянулась к рюкзаку, торопливо шаря в поисках своего блокнота. – И иероглифы напоминают майяские, это наверняка часть какого-то ритуала.
Ей подумалось, что иероглифы, написанные потомками майя, могут иметь прямое или косвенное отношение к происходящему. Может, даже пролить свет на некоторые её вопросы. Снова закружилась голова, но Рэй отмахнулась от своей слабости, как от досадного москита. Не время и не место раскисать; она больше не грохнется в обморок, как изнеженная девица!
– Нам пора, Рэйчел. – Торрес направился к проходу, мазнув тревожным взглядом по солнечным лучам, дрожащим на водной глади.
– Секунду!.. – Рэй торопливо водила карандашом, зарисовывая символы в блокнот. – Идите, я догоню, мне очень нужно переписать их!
– Упрямая девчонка! – Торрес нетерпеливо подтолкнул Кита. – Если через минуту тебя не будет, я испорчу твою характеристику.
– Рэйч… – Кит бросил на неё беспокойный взгляд, но сдался под напором Торреса. – Давай скорее, ладно?
Мгновение – и они скрылись в узком проходе. Рэй быстро зарисовала несколько иероглифов, с грустью вспомнив давно разряженный телефон с камерой, сунула блокнот в рюкзак. И земля вздрогнула снова.
Оглушительный треск заставил её вскинуть голову и в ужасе застыть. Огромный кусок известняка, отколовшись от края подземного колодца, спикировал вниз, в озеро.
А только что переписанные ей символы вдруг вспыхнули на камне голубоватым светом.
– Нет! – Рэй бросилась к выходу. Но новый толчок земли сшиб её с ног, швырнув лбом о камень.
На мгновение сознание померкло. Сквозь нарастающий гул в ушах пробивался треск рушащихся камней, далекий крик Кита, пытавшегося влезть обратно… Приоткрыв слезящиеся глаза, Рэй увидела кровь. И поползла.
Чтобы через несколько томительных секунд боли и борьбы упереться в заваленный гигантским валуном проход.
***
– Рэйчел?! Рэйч? Ты меня слышишь?
– Да, – выдохнула Рэй и не узнала собственный голос.
– Слава богу, жива!
– Рэйчел, ты не пострадала? – Торрес впервые звучал испуганно.
Она вытерла кровь, стекающую со лба, тыльной стороной ладони и посмотрела на покрасневшую руку. Камни за спиной больше не падали, а значит, обвал она пережила… То есть переживёт, если выберется отсюда.
– Почти нет. Немного рассекла лоб о камень.
С другой стороны прохода послышались витиеватые ругательства.
– Не паникуй, – приказал Торрес, успокоившись. – И ты тоже, Стивенсон!
– Это я во всём виноват. Заорал, как дебил…
– Я сказал, заткнись! Рэйчел, слушай меня. Обвал продолжается?
– Кажется, всё. – Рэй ещё раз осмотрела озеро, в которое рухнул гигантский валун. Вода дрожала, расползаясь широкими змеиными кольцами, словно возмущалась такому обращению. Да, это вам не блинчики по реке пускать.
– Осторожно отходи назад, – велел Торрес. – Мы попробуем сдвинуть камень.
Рэй отползла в сторону, не рискуя подниматься на ноги. Голова ещё гудела, а рассеченный лоб начал пульсировать и саднить. «Надо остановить кровь», – подумала Рэй отстраненно. Мысли ворочались в голове пугающе медленно, будто подстраиваясь под её движения.