Служили Прометею. Премия им. Ф. М. Достоевского

Благодарности:

НП "ЛИТЕРАТУРНАЯ РЕСПУБЛИКА"

Директор издательства: Бояринова О.В.

Руководитель проекта: Крючкова А.А.

Редактор: Петрушин В.П.

Вёрстка: Измайлова Т.И.

Обложка: Дондупова С.Ж.

Книга издаётся в авторской редакции

Возрастной ценз 16+

Печать осуществляется по требованию

Шрифт Old Fashioned

ISBN 978-5-7949-0847-3

Издательство

Московской городской организации

Союза писателей России

121069

Россия, Москва

ул. Б. Никитская, дом 50А/5

2-ой этаж, каб. 4

В данной серии издаются книги

номинантов (участников)

конкурса им. Ф.М. Достоевского,

проводимого

Московской городской организацией

Союза писателей России

Электронная почта: litress@mail.ru

Тел.: + 7 (495) 691-94-51

© Тамара Рыбакова, 2022

ISBN 978-5-7949-0847-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

СЛОВО ОТ АВТОРА

книга посвящается сыну и внукам,

преданным музею коллегам

и бескорыстным помощникам,

служившим Прометею ХХ века

А. Н. Скрябину с 1984 по 2009 гг.,

а также 30-летию

Российской академии естественных наук

им. В.И Вернадского

Дорогой читатель!

Генеалогия образа Прометея известна, как и многочисленные варианты мифа. Из них наиболее известен миф о Прометее-титане, ослушавшимся могущественного Зевса и похитил огонь для людей, за что был жестоко наказан: к прикованному к скале огненосцу прилетал посланный Зевсом орел и клевал его печень, принося страдания. Печень вырастала и снова орел рвал ее на куски. Образ Прометея сохранился в сознании людей как символ благородства, самопожертвования. Он волновал немецкого писателя XVIII века Гердера, композиторов Бетховена, Листа и других. Из русских композиторов образ Прометея нашел всеобъемлющее воплощение в симфонической поэме А. Н. Скрябина «Прометей. Поэма огня» (1911), в которой композитор развивал идею об эволюции Духа творящего, после чего современники стали называть А. Н. Скрябина Прометеем, открывшим новые пути в искусстве.

Современник Скрябина Б. Асафьев писал: «В „Прометее“ развёрнут акт творения нового мира, который открывается перед духовным взором человека в экстатическом восторге… Человек… выступает как божественная личность» (Асафьев Б., «А. Н. Скрябин», Сб. статей, М., 1973, стр.53).

Из воспоминаний биографа композитора Л. Сабанеева: «Поэма объединяет программную симфонию, концерт с оркестром (по замыслу Скрябина, фортепианная партия символизирует творческую личность, а оркестр – окружающую её вселенную, космос), кантату, в которой хор выпевает в заключительном «Гимне Огню и животворящему Духу» семь гласных, составляющих заклинание древних восточных магов; солирующий, или составляющий «фон» орган. И наконец, «симфонию света» (строка Luсe). Произведение Скрябина имеет два названия и два аспекта. Первое – это символический образ Прометея (по-гречески Прометей – «провидец», «тот, кто видит будущее»), возложившего на себя миссию преображения мира. И второе – это символический образ Огня, издавна воспринимавшийся как философско-эстетическое выражение энергии космической материи… Скрябин объяснял идею «Прометея»: «Прометей – это ведь активное начало, творческий принцип… это отвлечённый символ. Ведь и тот, мифический Прометей – это только раскрытие этого символа» (Сабанеев Л. «Воспоминания о Скрябине», М., 1925, стр.44).

Наконец, мнение философа А. Ф. Лосева: «… образ Прометея даже без этой симфонической поэмы… является центральным почти для всего музыкального творчества Скрябина» (Лосев А., «Проблема символа и реалистическое искусство», М., 1976, стр.292).

Имя А. Н. Скрябина-Прометея ХХ века носит единственный в мире музей, расположенный в Москве, в Большом Николопесковском переулке, доме №11, в котором композитор прожил три последних года жизни и которому он дал бессмертие. Кому-то посчастливилось стоять у истоков создания в этом доме музея А. Н. Скрябина, кому-то участвовать в восстановлении из руин самого здания и всех мемориальных предметов, принадлежавших Скрябину-Прометею, кому-то стать бескорыстными помощниками и защитниками музея и всей уникальной усадьбы А. А. Грушки. Эта книга о людях (имя им легион) с благородными помыслами и делами, о тех, кто самоотверженно служил Прометею и его музею в период с 1984 по 2009 годы и превратил музей А. Н. Скрябина в культурный центр мирового масштаба, а всю усадьбу и территорию в памятник истории и культуры федерального значения. Более того, вывел из небытия имена великих соотечественников, живших и посещавших эту усадьбу. По сути своей эта книга – первая летопись уникальной городской усадьбы от начала XIX века и мемориального музея А. Н. Скрябина.

Автор благодарит Тамару Васильевну Базылеву, Виктора Алексеевича Никерова, сына Виктора, внуков Николая и Никиту за помощь в работе над книгой.

ПРЕДИСЛОВИЕ

В 2007 году вышла книга автора «Дом, где собираются сердца», посвященная культуре Москвы конца XIX-нач. XX в., истории уникальной усадьбы и расположенному в ней мемориальному музею А. Н. Скрябина от его основания до дня выпуска.

Автор получил признание и был принят в Союз писателей России и в Международный Союз писателей и публицистов, а в предисловии доктором наук Рубцовой В. В. книга названа «современной Охранной грамотой музею». Публикуем ее рецензию с небольшими сокращениями:

«Книга Т. В. Рыбаковой «Дом, где собираются сердца» представляет… художественную летопись музея, написанную автором с огромным увлечением и знанием предмета.

Во всем, что касается фактов, событий, характеристик персонажей книги, Т. В. Рыбакова опирается на материалы и документы. Особенно интересны те из них, что связаны с последними годами жизни Татьяны Федоровны Шлецер, второй жены А. Н. Скрябина, с историей дома, первыми шагами по созданию музея. В первую очередь это относится к впервые публикуемым запискам Сергея Ивановича Каштанова (второго директора), сохранившего имущество и архив композитора.

Рассказывая об окружении композитора, автор привлекает выдержки из эпистолярной и мемуарной литературы, опубликованной и неопубликованной. Однако и опубликованные ранее материалы требовали труда и терпения в поисках их, поскольку судьбы многих авторов таких материалов сложились драматично (и в России, и за ее пределами), сведения о них по сию пору приходится собирать по крупицам. Не случайно на одной из страниц книги Т. В. Рыбакова восклицает: «Собрать бы эти бесценные крупицы нашей опороченной культуры, разбросанной по безымянным архивам России и вдали от нее, и причаститься к тем духовным высотам, без которых не состоится наше возрождение».

Тон авторского повествования, взволнованный, эмоционально приподнятый, пробивается и во многих других эпизодах книги, не давая равнодушно листать ее страницы. Чувствуется, что Т. В. Рыбакова пишет о предмете близком, дорогом, захватившим душу… Главное пристрастие автора – желание восстановить атмосферу искусства Серебряного века, в которой творил А. Н. Скрябин, передать читателю высокий духовный настрой той эпохи. Впечатленные рассказом об истории музея, его герое, мы с особой благодарностью вчитываемся в имена тех, кто помогал музею. Книга Тамары Викторовны Рыбаковой – современная Охранная грамота музею».

О книге автора «Дом, где собираются сердца» высказалась Ольга Михайловна Томпакова – кандидат искусствоведения, музыковед, глубокий знаток творчества композитора, автор Летописи жизни и творчества А. Н. Скрябина, служившая преданно его музею более пятнадцати лет, с именем которой началась постановка на учет и изучение фондов, научная, издательская деятельность:

Уважаемая Тамара Викторовна!

Позвольте поздравить Вас с Вашим удивительным трудом. Так горячо и вместе с тем сдержанно о Скрябине еще не писали.

Горько сожалею о том, что только нездоровье изгнало меня из музея. А Вам желаю долгих и счастливых творческих лет.

Перед нами капитальный труд, написанный настоящим ученым, в лице которого гармонично сочетаются историк, искусствовед и поэт.

Читать эту книгу подряд, как обычное произведение, очень трудно. Ее надо изучать и осмысливать, она поражает новизной мысли и глубочайших знаний.

Прежде всего, книга Т. В. Рыбаковой совершенно выпадает из обширной «скрябинианы» тем, что минует общий для всех скрябиноведов стиль схоластизма, формально-аналитического начала; на первом плане в книгах о Скрябине разбираются особенности его гармонии, оркестровки, музыкальной формы, но никак ни самой музыки, ее идеи, ее философии, ее сущности… Произведения рассматриваются ими как совокупность музыкальных знаков; технология вытесняет музыку.

Т. В. Рыбакова категорически чужда подобному методу. Ее цель – восстановить атмосферу Серебряного века, в которой формировался гений Скрябина и который формировал ее сам; Скрябин стал вершиной всех художественных исканий и прозрений этого неповторимого времени. В этом смысле труд Т. В. Рыбаковой вполне может быть причислен к жанру энциклопедии, посвященной Серебряному веку; энциклопедии, в которой центральной фигурой, квинтэссенцией искусства эпохи модерн явился Скрябин.

Книга «Дом, где собираются сердца» включает четыре главы: «Культура Москвы конца XIX-начала XX в.», «История усадьбы А. А. Грушки», «Люди и судьбы», «Жемчужина России – музей А. Н. Скрябина».

Значение этих глав так велико, что каждая из них могла бы быть издана отдельной новеллой. Искусно и тонко рисует автор Серебряный век, возвышаясь в своем повествовании порой до языка самой поэзии.

Многокрасочно полотно, на котором высвечиваются фигуры деятелей культуры, окружавших Скрябина.

Глава «Из истории одной московской усадьбы» является своеобразным прологом о том уголке старой Москвы, который издавна облюбовала московская интеллигенция. Это Арбат и прилегающие к нему переулки. Именно здесь, начиная с XIV – XV веков, возникает та заповедная часть, которая с начала XIX века становится культурным центром Москвы.

С легкой грустью описывает автор поэзию тихих арбатских переулочков, застроенных уютными барскими усадьбами с окружающими их садами, где благоухали сирень и цветущие яблони. Кругом благостная тишина, и трудно было представить, что вблизи шумел огромный город. В разное время здесь жили представители Золотого и Серебряного века русской культуры.

Безжалостное время постепенно уничтожало Старый Арбат, сохранилось немного, в том числе усадьба профессора Московского университета А. А. Грушки, ставшая последним житейским приютом гения русской музыки А. Н. Скрябина, а с 1922 года – Мемориальным музеем А. Н. Скрябина. Отметим попутно, что, кроме Музея П. И. Чайковского (в Клину), Музей Скрябина – единственный подлинно мемориальный музей, ибо там сохранено все, как было при жизни Скрябина.

На последующих страницах читатель найдет новые или почти неизвестные сведения по истории возникновения Дома Скрябина (Большой Николопесковский переулок, д.11), его проектирования и строительства; сведения о владельцах, вплоть до 1905 года, когда хозяином усадьбы стал уже названный выше А. А. Грушка…

Нам представляется, что наиболее оригинальна глава «Люди и судьбы». Она состоит из цепи новелл, посвященных тому или иному деятелю искусства. Автор оперирует в основном впервые публикуемыми материалами, главным образом эпистолярного жанра, воспоминаниями, суждениями о Скрябине крупнейших музыкальных критиков, как Ю. Энгель, Л. Сабанеев, Н. Мясковский. Подробно освещены последние творения Скрябина – Шестая, Седьмая, Восьмая сонаты, поэма «К пламени», фортепианный цикл ор.74, «Прометей», с акцентом на искусство С. Кусевицкого как лучшего исполнителя «Прометея» (1911).

С истинным горем описывает Т. В. Рыбакова потерю Россией светоча музыкального искусства, бедствия и нищету, обрушившиеся на семью Скрябина после 1917 года и на представителей культуры.

Мы же, читатель, должны быть автору глубоко благодарны за то, что она с поистине неукротимой энергией восстанавливает связи с русским зарубежьем, ищет и находит людей, лично знавших Скрябина или потомков, хранящих бесценные сокровища в виде писем, воспоминаний, произведений живописи, которые не только с радостью передают музею эти материалы, но и приезжают сами. О них и об их судьбах вы прочтете на страницах прекрасной книги Т. В. Рыбаковой.

Последняя глава «Жемчужина России» посвящена жизни и деятельности музея после смерти А. Н. Скрябина. Она написана с особой теплотой, ибо повествует о людях совершенно бескорыстных, помогавших музею после тяжких лет разрухи. Впервые рассказано о втором директоре музея С. И. Каштанове – простом рабочем, но с душой истинного интеллигента.

Исключительно ценны материалы о судьбе строения 2 усадьбы А. А. Грушки, о признании всей усадьбы памятником культуры Федерального значения, о ходатайствах тысяч россиян о передаче строения 2 музею, что и произошло благодаря научным изысканиям музея, и прежде всего Т. В. Рыбаковой, и колоссальной поддержке от стенографисток, студентов, ученых Академии наук, профессоров консерватории, академика Д. С. Лихачева, Митрополита Антония Сурожского до Президента России Б. Н. Ельцина. О том, что в стадии завершения проект строения 2 под Культурный центр «А. Н. Скрябин и Серебряный век русской культуры». О том, что уже идет полным ходом подготовка содержательной части этого уникального Центра в Москве».

Основу книги «Служили Прометею» составляет материал книги «Дом, где собираются сердца» 2007 года, с изменениями, сокращениями, доработанное и дополненное документами, ранее не публиковавшимися.

В. В. Рубцова,

Заслуженный деятель искусств РФ

«Моя душа найдет твою душу»

(Б. Бенцони).

О. Томпакова,

кандидат искусствоведения,

автор более ста печатных трудов,

член Союза композиторов России

ГЛАВА 1. ИСТОРИЯ УСАДЬБЫ А. А. ГРУШКИ

«Ах, Арбат, мой Арбат,

Ты моё отечество…»

Булат Окуджава

У городов, улиц, зданий, как у людей, своя судьба. Порой она волнует, требует погружения в неё, словно в свою собственную жизнь, прошлую или настоящую.

Нас интересовал Арбат с прилегающими к нему переулками (так называемая Арбатская часть «Большой Арбат»), так как с ними связана одна из лучших и ярких страниц отечественной истории и культуры. Несмотря на почти неузнаваемый облик этих мест, на иную, чуждую этим местам духовную и культурную ауру, напоминания о прошлом живут в сохранившихся названиях улиц и переулков, в архитектуре зданий, в именах выдающихся владельцев, жильцов и посетителей. Такова власть места.

Совершим и мы небольшое путешествие в живую историю Арбата с прилегающими к нему живописными и уютными когда-то переулками, чтобы почувствовать, как веками этот район становился самым интеллигентным, духовным и культурным центром столицы.

Название улицы Арбат нам известно с XV века в связи с пожаром, от которого выгорели почти все деревянные постройки Москвы и который возник в церкви Николы на Песках в Большом Николопесковском переулке.

В XIV – XV веках Арбатом (от арабского слова, означающего пригород) называлась местность от Кремля до Садового кольца, между улицей Новый Арбат, Арбатским и Ермолаевским переулками. В XV – XVI веках по Арбату шла Смоленская дорога, по которой велась оживлённая торговля Москвы со Смоленском. Тогда на Арбате было много дворов. Кроме того, в XVI веке здесь разместились два Стрелецких полка. В XVII веке в конце улицы был построен третий Стрелецкий полк. В прилегающих переулках размещались царские слободы, по которым и были названы переулки: Плотников, Калашный, Серебряный и другие. Эти названия были и во времена А. Н. Скрябина, сохранились они до настоящего времени как память о нашей истории.

Ко второй половине XVIII века купцы и ремесленники вытеснены с Арбата дворянством. К началу XIX века район становится самым аристократическим в Москве.

В 1812 году Арбат, застроенный деревянными домами, выгорел. К счастью, возродился. Сохранился и контингент его жителей.

В первой четверти XIX века в Арбатской части возводятся преимущественно господские дома, светлые, уютные, с колоннами и мезонинами, с лепными вставками и маскаронами в замках над окнами, с флигелями, въездными воротами, оградами, с обязательным садом.

Тишина и покой, размеренный ритм жизни отделяли этот район от шумной торговой части Москвы.

Представим себе: Утро. Тишина. Благоухают сады. К полудню выходят на прогулку по цветущим бульварам дети в сопровождении гувернёров. Позже появляются барыни в каретах. А по вечерам в домах зажигают многочисленные свечи, звучит музыка, кавалеры приглашают дам к мазурке. А так как ставни не запирались, то с улицы можно было любоваться на чужую красивую жизнь.

Во второй половине XIX века дворянский район меняет свой облик. Его заселяют новые слои московского общества: профессура Московского Университета, адвокаты, врачи, художники, артисты, музыканты.

В 1880-м году по Арбату прозвенела первая конка, уступившая в 1904 году дорогу трамваю. И хотя менялся внешний облик этих мест, обитатели оставались прежними, только теперь они жили не в уютных домах с мезонинами, а в огромных доходных домах «со всеми удобствами», которые росли как грибы после дождя, вырастают и особняки банкиров, фабрикантов.

Арбат становится центром культурной жизни Москвы. Филологи утверждают, что исконно русский и прекрасный литературный язык можно услышать именно на Арбате.

И нет другого уголка в Москве, с которым было бы связано столько имён литературной, художественной, театральной, музыкальной России. Подсчитано, что число их превышает 500. В разное время здесь жили в творчестве и в духе Державин, Пушкин, Лермонтов, Аксаков, Бунин, Бальмонт, Булгаков, Кусевицкий, Цветаева, Танеев, Скрябин, Игумнов, Суриков, П. Кузнецов, Левитан, Мельников, Врубель, Вахтангов, Щукин и другие представители Золотого и Серебряного века русской культуры – наш золотой генофонд.

За последние девяносто лет дивный Арбат – одно из самых поэтических мест столицы – был полностью перестроен. В арбатских переулках выросли 12-14-этажные здания, а построенный в 1960-х годах проспект Калинина (ныне Новый Арбат) полностью изменил весь облик и характер этого района. Духовная, культурная аура Арбата (имеется в виду то, что считалось районом Арбата раньше, то есть территория от Кремля до Новинского бульвара) складывалась веками, но разрушена была в одночасье. Видимо, навсегда исчезли с лица этой земли фруктовые сады, душистые сирени, алые рябины, которые так завораживали прохожих и вызывали трепетное чувство к этим местам. Почти исчезли и архитектурные достопримечательности. Арбат, как Новый, так и Старый, превращается на наших глазах, как, впрочем, и вся Москва, в каменный город, по асфальту которого снуют машины разных мастей, да спешащие по своим делам люди двенадцатимиллионного города. Невольно думается: неужели ради этого были вырублены сады, снесены церкви, дома, в которых жили люди, составившие гордость России? И среди всего этого каким-то чудом сохранились, не подвергались радикальным изменениям несколько архитектурных зданий, хранящих память о великих людях. К ним относится дом №51 на Арбате, в который молодой Александр Пушкин ввёл юную московскую красавицу Натали Гончарову.

Это и дом №15 по Большому Николопесковскому переулку. Кого только не видели и не слышали стены старого ампирного особняка! Когда-то он принадлежал князьям Щербатовым. В конце 1830-х годов дом снимал декабрист М. Ф. Орлов, которому было разрешено жить в Москве под надзором полиции.

В 1840-1860-х годах здесь проходили популярные литературные салоны, душой которого был Дмитрий Николаевич Свербеев – хозяин дома, личность незаурядная. В молодые годы он служил в Министерстве иностранных дел. Дружил с крупными писателями и поэтами. Известно, что в 1857 году свербеевские салоны посещал Л. Н. Толстой. В 1900-м году на этом месте был построен новый дом, в котором с 1910 по 1913 годы жила старшая дочь А. С. Пушкина – Мария Александровна (в замужестве Гартунг). Здесь жил один из ярчайших представителей русского символизма Константин Бальмонт, ближайший друг А. Н. Скрябина. Этот дом был последней квартирой поэта, вплоть до его эмиграции в 1920-х годах. В этом доме из-под его вдохновенного пера выходили стихи, вошедшие в золотой фонд русской поэзии.

С этим особняком связан один курьёзный эпизод начала 1990-х годов. Восторженные посетители музея, узнав о том, что совсем рядом сохранился дом, в котором жил ближайший друг А. Н. Скрябина, их любимый поэт К. Бальмонт, поспешили к этому месту. Это естественное желание узнать, что теперь в этом доме, войти в дом, наполненный когда-то высоким творческим накалом, чтобы почувствовать и зарядиться атмосферой дома великого поэта. Их встретили швейцар и охранник, которые никак не могли взять в толк суть задаваемых вопросов о Гартунг и Бальмонте, принимая эти имена за названия заморских блюд (там в те годы находился ресторан какой-то восточной кухни). Об этом курьёзе автор этих строк узнал от ошеломлённых следопытов. Но есть понятие «власть места». И хотя ничто уже не напоминает о былой атмосфере, кажется, в эти намоленные места возвращаются души ушедших. Не потому ли так неотвратимо, какой-то необъяснимой силой влекут они к себе?

Но ещё более удивительна судьба дошедшей до наших дней усадьбы по Большому Николопесковскому переулку.

Ансамбль зданий, сформировавший владение по Большому Николопесковскому переулку дом №11 (строения №№1,2,3), окончательно сложился к 1907 году. Он полностью сохранился и состоит из трёх строений: двухэтажного жилого каменного дома по «красной линии» (бывший главный жилой дом, а ныне Государственный мемориальный музей А. Н. Скрябина), трёхэтажного дома в глубине владения (бывший доходный дом) и каменного одноэтажного строения вдоль западной границы участка (бывшее строение служб).

Но так было не всегда. Перенесёмся мысленным взором в эти места начала XIX века, когда земля современного квартала №189 была в основном не застроена. Большую часть участков в глубине квартала занимали сады, среди которых располагались деревянные одноэтажные дома с немногочисленными службами.

Вместе с читателем мы проследим за главными этапами формирования усадьбы. Возможно, здесь жили когда-то или бывали наши предки. Как знать…

Удивительная тишина, размеренная жизнь этих мест, аромат садов, пьянящих яблоневым и сиреневым ароматом, манящих полыхающими огненно-жгучими гроздьями рябин. Над ними вьётся дымок, ощущается тепло домашнего очага. Яркое солнце шаловливо играет в ажурной листве рябин, в нежных шапках сирени. И вся эта красота – на фоне высокого чистого неба. Умерив шаг, завороженный прохожий с наслаждением вбирал в себя пьянящий аромат и красоту здешних садов. Согласитесь, уважаемый читатель, современному москвичу трудно это представить, но так было. Сады высаживали при всех без исключения особняках.

История этой небольшой городской усадьбы оказалась забытой настолько, что даже в середине 1980-х годов, несмотря на «поднятые» музеем А. Н. Скрябина архивные документы, свидетельства людей, живших в этой усадьбе, публикации, многие наши современники воспринимали три строения как самостоятельные здания старой Москвы. Поэтому мы попытались приоткрыть читателю одну из ярких, интересных, полных трагизма и творческих взлётов страницу жизни одной из чудом сохранившихся московских городских усадеб начала XIX-начала XX в. в сердце «Большого Арбата», как в давние времена называли Арбат с прилегающими уютными переулками.

Уже не секрет, что московских городских усадеб начала XIX века сохранилось меньше, чем пальцев на одной руке. Среди них усадьба по Большому Николопесковскому переулку, дом №11.

Этот адрес – предмет нашего повышенного, но заслуженного внимания. Здесь и «власть места» и гораздо большее – здесь сохранена материальная и духовная культура. Здесь словно целебный родник, который врачевал души людей, наполнял смыслом их жизнь, давал понятие о высоком предназначении человека, о чистоте помыслов, о величии Духа Творящего и о многом другом, что в наше время почти утрачено, а зачастую изъято из понятий об истинной ценности.

Но прежде хотим обратить внимание читателя вот на что: на самом деле Большой Николопесковский переулок маленький, но вмещающий в себя значимые культурные центры: театр им. Е. Вахтангова (в начале переулка), Высшее театральное училище им. Б. Щукина, замыкающее правую сторону переулка, и на противоположной стороне эти две живые нити ведут к музею А. Н. Скрябина, составляя классический творческий треугольник.