Адам. Ты моя тень

Рабыня

– Что ты хочешь от меня? – спрашиваю спустя несколько минут молчания, прикрывая глаза руками. – Я не понимаю, где я и что здесь делаю. Мало, что помню…

В голове полный раздрай и сумбур. Какие-то куски, вырванные из прошлого появляются передо мной многочисленными образами, но никак не могут сложиться в мозаику.

Поднос с едой все чаще притягивает мои взгляды, головокружительный запах еды отвлекает от раздумий и я уже жалею о том, что отказалась от нее. Просить не могу, гордость не позволяет.

– Ну что ты… Все-то ты помнишь, – лыбится тот. – Мию невозможно забыть.

И всего лишь одним напоминанием ему удается расставить все по местам. Словно меня электрическим разрядом прошибает, напоминая, предъявляя передо мной образ Мии. Взбалмошная надменная адамантка, которая терпеть меня не может. Точнее, не могла…

Все началось именно с нее. Зарвавшаяся выскочка, не дающая мне прохода, словно она хозяйка этого дома решила в одночасье изменить мою жизнь. И у нее это получилось.

Они с Адамом приехали на весенний клеверный праздник, чтобы провести его с семьей. И родители его прибыли в кои-то веки увидеться со своим чадом. Гоар и Вече. До этого я видела их всего пару раз, когда они приезжали буквально на сутки и также быстро уезжали. Почти не пересекалась с ними.

Отец Адама достаточно спокойный мужчина, невзирая на свою принадлежность к огненной стихии. Мать более непредсказуемая особа, позволяющая себе лишнее, но тоже держит себя в руках при необходимости.

Адам встречался с Мией уже давно, насколько я успела заметить. Их связь становилась все прочнее, а набеги в поместье все чаще. Мне не повезло столкнуться с ней нос к носу в этот приезд. Казалось, она меня запомнила еще с прошлого раза. Девушка не сказала мне ничего, но на ее мордашке отчетливо проявилось недовольное выражение… А через день у Мии пропало ожерелье, которое нашли в моих вещах.

Все произошло так быстро и без меня, что я бы не смогла ничего сделать в любом случае. Меня поставили уже перед фактом, когда найденное ими украшение нашлось в моей постели.

Как не уверяла я своих господ, что не могу быть настолько глупой, чтобы украсть ценность и спрятать ее под своим матрасом, мне никто не поверил, кроме Бенджамина.

Все взирали на меня с брезгливостью, стараясь отойти подальше, будто я еще и прокаженной была. Только Адам смотрел с полнейшим равнодушием. Ему было все равно на происходящее. Не дождавшись окончания моего задержания и передачи в руки законников, поспешил уйти на обед. Проголодался… В то время как я была напугана до смерти.

Воровство каралось. И я уверилась в том, что меня теперь ждет нехилое наказание и лишения в ближайший год. Помню, как меня погрузили в сон до решения моей дальнейшей участи высшей судебной инстанцией. И теперь я здесь.

Не донор. А кто? Что придумал этот адамант в качестве наказания для меня?

Хотя бы не тронут мою семью. Хотя бы это. Остальное я вынесу.

Легко и просто сломать жизнь человеку без связей. Достаточно лишь интереса и желания. Наш мир очень несправедлив. Зря я полезла в чужой город в чужую стихию и пыталась выжить среди нелюдей. Надо было держаться своих. Теперь я это понимаю.

– Тебя опрашивали, – говорит Адам потягиваясь и подтягиваясь к краю кровати поближе ко мне. Его рука хватает меня и тянет к себе. И я послушно повинуюсь, заползая к нему на постель.

На ковре удобно, но прохладно. От сквозняков, то и дело появляются мурашки, вызывая у меня дрожь.

– Прикройся, – бросает мне чье-то платье, которое я ловлю на лету. И я благодарна ему за такую малую милость. Быстро натягиваю на себя бежевого цвета одежду, пока адамант продолжает:

– Гибрид из Совета проводил опрос. Ты просила не налагать штрафы на семью…

Допрос происходил во сне, в который меня погрузили до решения Совета, потому как невозможно назвать ту мутную нереальность настоящей. Я плавала в каком-то бесконечном пространстве, не имея возможности даже встать на твердую поверхность. Умоляла инспектора, синеволосого гибрида, не трогать близких, трепыхаясь в свободном полете. Он рассказывал мне о моей незавидной участи, задавал попутно вопросы, удерживая стойкое положение передо мной, и я только диву давалась, как это было возможным.

Отвечала ему невпопад, пребывая в ступоре и кивала, когда мысли уплывали совсем далеко и я его не слышала.

– Ах, да. Я согласилась на все, что угодно, только без штрафов для семьи. – Заторможенно повторяю за ним, вспоминая наше общение с гибридом.

Сложно будет вспомнить этот допрос. Почти ничего не запомнилось.

Смотрю на поднос с едой. Рот наполняется слюной. Кажется, сейчас наброшусь на него. Сдерживаю себя с великим трудом.

Как же хочется есть!

Адам смотрит на меня внимательно, безотрывно, словно сканирует.

– И на что же я согласилась в итоге? – к моим коленям пододвигается злосчастный поднос, от которого я уже не в силах отказаться. Снова я испытываю благодарность к этому чудовищу.

Почти уверена, что он был в курсе подставы Мии. Возможно, они вместе это и придумали… Нашли новую забаву для себя.

Осторожно беру брускетту с красной рыбкой и откусываю ее. Голос Адама теряется на заднем фоне в миксе ярких вкусов и ощущений…

Божечки. Я никогда не ела такой вкуснотищи! Все такое свежее, поджаристое, тает во рту. Наслаждаюсь этим яством, забывая обо всем в этот момент.

Не проходит и нескольких секунд, как я теряю самоконтроль и набрасываюсь на еду, словно голодный зверь, который не ел месяцами. Животный голод, требующий срочного удовлетворения, сытости. Я не могу ему сопротивляться. Мои потребности вышли на первый план, затмив остальные…

Я уже полностью в его власти. Хотя бы поем по-человечески перед началом мучений, которые мне уготовил.

– Я тут поразмышлял, чем мне такая глупая человечка может быть интересна, – улыбается рыжий парень. – Ты так сильно не нравилась Мии… Она мне тобой всю плешь проела. Я даже удивился тому, как сильно она тебя невзлюбила. А потом я вспомнил тебя. – Его голос становится более угрожающим, что я невольно вскидываю на него свой взгляд. – Воровка.

В горле застревает ком, что приходится задержать дыхание, чтобы не закашляться.

Все же вспомнил.

Так это месть. Вот, что это такое.

А я тогда так радовалась, что осталась работать. Дурочка.

– В общем, ты сама виновата. Нельзя было обманывать меня, – с сожалением констатирует он. – Но донорство мне без надобности. Я всего лишь хочу свою личную рабыню.

Я все же начинаю кашлять от такого заявления. Сказал это так легко, будто конфету просил передать…

Уму непостижимо. Никак не могу остановиться, кашель только усиливается, в то время как монстр лишь лыбится от произведенного на меня эффекта.

Личной рабыней! ЛИЧНОЙ!

И ему меня так легко отдали?

Из легких пропадает весь воздух. Полнейшая оторопь.

Мир останавливается прямо на моих глазах в этот момент. Замирает и быстро сужается до единственной точки непередаваемой муки.

Есть уже не хочется, поэтому с трудом дожевываю остатки хлеба во рту. Смотрю на лицо адаманта, полное задора, отчетливо отмечая, что передо мной всего лишь избалованный ребенок. Он не понимает, что делает. Ему хочется играться и он играется… моей жизнью!

– Я уговорил Совет подарить тебя мне на год в качестве моей тени, – его голос раздражает слух.

Вздрагиваю. Хочется убежать. Рвануть к двери и спрятаться в каком-нибудь углу подальше. Хочется побыть в одиночестве и переосмыслить сказанные им слова. Хотя бы в ближайшие пять минут. Переварить этот ужас…

Тени… Охранники в услужении своих господ.

В случае, как и с донорством, тенями могут быть только люди. Эти расы подстраховались со всех сторон, решив нас использовать во всех сферах.

Условия прописываются на берегу до заключения контрактов. Высокая оплата позволяет потом несколько лет жить безбедно, при условии, что до них ты доживешь. А в моем случае, в качестве моей оплаты – ничего… Вероятно, свобода, если повезет.

Тени следуют за своими хозяевами незримо по пятам, их невозможно заметить. Идеальный телохранитель, идеальный защитник. Моя задача теперь защищать моего господина, быть на чеку и подставить свою спину, когда придет нужный час. Прикрыть собой при необходимости или предупредить об опасности.

Что в данном случае может сделать обычная человечка? У меня нет ни сил, ни сноровки, ни опыта. Теней выбирают из тех, кто имеет соответствующую подготовку, прошедших обучение.

– Я не смогу тебя защитить, – кошусь на мужчину. – Зачем тебе такая тень?

– Хах, а мне это и не нужно. Последишь для меня кое за кем. А то, что это такое… демон в академии, тот с тенью, а я хуже него что ли? Радуйся, крошка. Меня не нужно защищать. У меня нет врагов, желающих моей смерти. Будешь послушно себя вести, все закончится для тебя хорошо и я тебя поощрю, – усмехается тот по-доброму.

Новая жизнь в качестве тени

Моя новая жизнь ознаменовалась тем, что я теперь неусыпно ступаю за ним следом. Куда бы он ни направлялся, мне приходится идти за ним. По ощущениям, будто мой мозг принимает некоторые решения за меня, забыв поставить меня о них в известность. И я лишь слепо двигаюсь в заданном направлении, не понимая до последнего, куда же иду. Мне приходится присутствовать рядом с адамантом, пока он ест, спит, умывается и развлекается… Вынужденно наблюдаю за его игрищами с девушками, не имея возможности покинуть помещение.

Со стороны, для всех всего лишь тень от солнца или лампы, скользящая по поверхностям интерьеров, а на самом деле – живой человек, запертый в ловушку и мечтающий о свободе.

За Адамом закреплен собственный дом, созданный из специальных огнеупорных материалов, расположенный на частной огороженной территории прямо в стенах академии "Чертополох тернистый", в которой он учится. В его соседях только высшее общество: адаманты и демоны. Остальным вход разрешен, только по специальным заявкам и пропускам. Усадьбы попроще находятся в расположении гибридов и светлоликих. Они расставлены также на территории академии косым рядком без какого-либо ограждения неподалеку от главного корпуса. Для всех остальных рас предусмотрено общежитие.

За стенами академии и ее витиеватым ограждением в виде черных пик, увитых змеями с зелеными переливающимися камнями вместо глаз, расположенной в густом лесном массиве произрастает своя огромная территория. Здесь размещаются не только учебные корпуса для совместного обучения в группах и индивидуальных занятий, но и боксы для тренировок, арена для битв, площадка для игры в шохбол, и разумеется, дома для проживания и общежитие.

Его дом могу с точностью назвать роскошным. Правда, со своей удаленной от роскошной жизни точки зрения. За входной дверью начинается огромная комната – нечто вроде гибрида столовой и зала, где в глаза сразу же бросается большой кожаный диван коричневого цвета. Обычно на нем он и проводит большую часть своего времени со своими друзьями, обсуждая академическую жизнь, свои планы и дальнейшие действия. На втором этаже располагается несколько спален для тех, кто остается на ночь. Есть подвальное помещение, которое уходит под землю и имеет собственную спальню, ванную комнату, сауну с бассейном.

На первом этаже всегда стоит приятный аромат сосны, от стен идет желтоватое свечение. На полу лежит дорогой ворсистый ковер. На кухне стоит печь, которой адамант никогда не пользуется, и дубовый стол, за которым он ни разу не сидел, но, который часто использую я. На территории академии все питаются в столовой, кухни есть только у высшего класса и используются по минимуму. Северная сторона кухни представляет собой сплошное окно, выходящее в сторону маленького дворика и домов его соседей.

Адам выпускает меня в этот мир реальных красок не так часто и только для того, чтобы справить свои первичные потребности. Стоит ему только щелкнуть пальцами, как меня вытаскивает из омута серости, в котором я все время пребываю. Та сторона лишена красок и привычных ощущений. Всего лишь существование и следование за своей целью. Я не испытываю сильного голода, все мои естественные потребности притуплены и проявляются сильнее только по выходу из этого места.

Этот адамант не проявляет в мою сторону какой-либо аккуратности, когда вытягивает меня с той стороны. Естественно ни о каком предупреждении речи не идет. Обычно я плюхаюсь ему под ноги, но с каждым разом у меня получается все лучше и лучше. Полагаю, что скоро смогу удерживаться на ногах и не падать на пол.

И все равно это ужасное ощущение. Унизительное. Резкая смена окружения, дезориентация, постоянное напряжение в опасении снова быть пойманной врасплох. А ему нравится измываться надо мной. Адам поначалу такое проделывал до пяти раз на дню.

У меня нет возможности выбраться из сумрака, так я называю ту сторону, без его желания. Адам всегда запечатывает за мной проход, искореняя любое своеволие с моей стороны.

Следовать за ним по пятам было непросто. Пока он ступал по ровной тропинке, мне приходилось перепрыгивать с одного строения на другое, или убегать далеко назад или вперед, в зависимости от наложения светотени. Это со стороны кажется, что тень легко и плавно скользит по разным поверхностям, а на самом деле, это очень сложная задача, требующая выверенных действий. Я часто соскальзывала с гладких объектов, на которых должна была закрепиться. Не имея достаточного опыта и подручных средств для быстрого передвижения, я срывалась вниз, пару раз упала прямо ему под ноги, как куль с мукой, выдав себя с головой перед его друзьями. Тогда Волен с Истоком узнали обо мне. Благо, Адам воспринял это с юмором и не ругался.

У этого адаманта насыщенная жизнь. Он учится в академии, постоянно участвует в каких-то стычках, играет в шохбол и является местной звездой. Он на хорошем счету у руководства академии, его уважают среди адамантов, гибридов и демонов. И терпеть не могут остальные. Боятся.

Этот рыжий притесняет всех подряд, не трогая только себе подобных и тех, кто сильнее его. Особая любовь – человечки.

Я попала в руки к монстру. Это я поняла после его нескольких столкновений с новенькими девушками.

Самое ужасное – все сходит ему с рук. Руководство академии идет ему на поблажки.

Почти что ежедневно этот парень вылавливает одну и ту же жертву и измывается над ней различными способами. С учетом того, что это запрещено на территории академии способы его изощренные и незаметные.

Со стороны создается впечатление, будто адамант успокаивает плачущую девушку, поглаживая ее за руку, успокаивая. На самом деле его огненные жала, терзающие ее нежную кожу, и вызывают всю ту боль и слезы. Новенькие, как самые нерешительные и неспособные дать отпор часто теряются, молча сносят издевательства, ожидая, когда же с ними наиграются и отпустят… Неверное мышление.

К Адаму часто присоединяются его друзья и это перерастает во всеобщее издевательство. Ужасные, грубые баловни судьбы могут позволить себе многое в своих жестоких играх. Раз раздели девушку донага под покровом ночи. Конечно, Адам постарался, сжег ее одежду за секунды, – его любимая игра.

К счастью, история дошла до деканата и зверские игры прекратились. Одного адаманта даже отчислили, свалив всю вину на его плечи.

Большую часть своего времени Адам проводит со своим близким другом Истоком, светлоликим, который носит только белую одежду и выбирает все такое же органичное в цвет. Пьет молочные коктейли, ест творог… По мне, так это расстройство личности, но не мне судить. Иногда он помогает Адаму обездвижить жертву с помощью своей способности. Особо не вовлекается в процесс, предпочитая занимать нейтральную позицию во всем. Слишком равнодушный ко всему и совершенно неэмоциональный он не испытывает ни к кому особой привязанности, кроме своих друзей.

Волен, гибрид. Такой же безэмоциональный, равнодушный. Он питается эмоциями. И, насколько я поняла, любит находиться рядом с жертвами адаманта. Подпитывается эмоциями, но сам не участвует. Предпочитает отрицательные: страх, боль, подавленность, беспомощность. Они дружат с Адамом. Берут самых легкодоступных девочек, в основном новеньких, заостряя внимание только одной, чтобы не было много недовольных… Иногда ставят на них метки, чтобы оградить от остальных свой лакомый кусочек. С учетом того, что метка наносится только с согласия двух существ, того, кто ее накладывает и того, кто ее принимает, они обычно добиваются их нанесения обманным путем.

По мне так Волен и Адам – два монстра, которых нужно ликвидировать или держать изолированно от общества. Два сорняка, которые способны заполонить своим негативным влиянием все окружение и лишить его гармонии.

Есть у Адама и недруги. Особенно запомнился демон, который частенько Адама оставляет в дураках, забирая у него жертв прямо из-под носа… В частности, девушек.

Правда, он недалеко ушел от Волена с Адамом в вопросах этики и морали, и поступает со спасенными еще хуже. Раз я проследила за ним, когда выполняла поставленную Адамом задачу рассказать о местоположении его очередной жертвы, которая как раз находилась в объятиях демона…

Но это их игры. Вовлекаться в них я не намерена.

В целом за пару месяцев я сумела приспособиться к своей новой жизни доносчицы. От меня требуется только быстрое предоставление информации по тому или иному объекту на территории. За это Адам идет мне на уступки.

Насчет коварного обмана Мии и Адама, я думаю, что судьба нас еще столкнет в будущем, где я смогу ей вернуть все в том же размере. А вообще, для меня это урок на будущее – держаться от буйных подальше.

Сломалась ли я, став тенью? Нет. Наоборот, я приобрела множество навыков, которые планирую приспособить в своей дальнейшей жизни.

Задание

– Ты переходишь на индивидуальную слежку, – встретил меня радостным событием мой хозяин с горящими глазами.

Никогда не смогу привыкнуть к этой склере, меняющей цвет от его настроения. Его глаза могут быть полностью багряно-красными, и это значит, что Адам страшно зол и лучше прятаться, как можно скорее. Ужасно неприятно на него смотреть в такие моменты. Кажется, что еще секунда и пламя с них перекинется прямо на меня и сожжет заживо.

Иногда в белой склере могут проявиться ожившие языки пламени, словно в камине с потрескивающими дровами, и это говорит о его задорном настроении. Равнодушно-отстраненное состояние – самое безопасное. Тогда его глаза никак не выдают себя, похож на обычного человека.

Но, к сожалению, чаще всего я вижу его с красными пугающими зрачками. Это говорит о том, что он на грани и в любой момент может эту грань перейти. Его вспыльчивый характер лишь усугубляет положение вещей и жизнь окружающих.

Уже два месяца я постоянно отслеживаю его сокурсников, докладывая о каждом их шаге. Выполненные задачи слегка ослабили его бдительность и дали мне немного свободы. Адам больше не призывает меня к себе по каждому поводу, разрешает самостоятельно гулять под покровом ночи в качестве тени, не требуя от меня постоянного присутствия поблизости. Убедился в моей верности и чуть ослабил контроль.

Я и не знала, что когда-нибудь буду радоваться такой мелочи: перемещаться по территории академии в предрассветных сумерках, пока все спят и наслаждаться ароматами травы, звуками разбуженных птиц, треском сучьев деревьев на ветру…

На днях он приоткрыл мне доступ в этот мир, разрешив выходить сюда самостоятельно дважды в сутки. Теперь могу кушать при желании, принимать душ и даже спать в кровати несколько часов, будучи человеком. Это самое восхитительное, что могло случиться со мной. Даже не мечтала о таком послаблении с его стороны. Я впервые выспалась, почувствовав себя настоящей, а не какой-то жалкой рабыней.

– Ария. Ее так зовут.

Ария. Мое новое задание. Какая-то новенькая девчонка, за которой мне предстояло следить. И которая изменила жизнь Адама. Круто, лихо, моментально.

Остальные жертвы ушли на второй план. Только она стала его видением.

Такая же бедная человечка, как и я. В ее арсенале был никчемный талант, способность к расщеплению на самом низком уровне, благодаря которому она и попала в академию на бюджетную основу. Эта девушка отличалась от остальных. Не такая, как все. Слишком упертая, своевольная. Было до безумия жаль ее. Пыталась дать отпор Адаму всегда и везде, не желая смиряться со своей участью. Получала больше издевательств, чем все вместе взятые до этого девушки, которых коснулся горячий взгляд адаманта.

Ария привлекала его, как вода в пустыне. Безудержно, невыносимо, что дрожал от восторга при виде нее. Хотел ее до безумия, даже во сне иногда проговаривал ее имя. И не только. Упоминал еще одно имя. Кьяру.

И это навевало на мысли, что была девушка, которая, возможно, была похожа на Арию? Причинила ему боль, а он вымещал свою злость таким образом?

У Адама не было подобного интереса более ни к кому другому. Рыженькая девушка была иной, не показывала своих страхов, старалась держаться в своем упрямом сопротивлении до последнего. Думаю, именно поэтому он заинтересовался ею. Мы с ней чем-то похожи…

Достаточно было схватить адаманту ее за руку, как его цепкое пламя переползало на нее, жаля своим огненным жалом сильнее и больнее, чем самая большая пчела. Он поджидал ее везде, у выхода из академии, около ее комнаты, по утрам по дороге на обучение. Ария, эта невысокая рыженькая девушка, худенькая, как тростинка, буквально стала его наваждением.

Все адамантки сместились в сторону, сморщив носики от упущенного внимания к своим персонам, а прежние жертвы выдохнули с облегчением, – о них позабыли… Только Ария. По пятьдесят раз на дню он спрашивал меня о ее местоположении, гоняя за ней по пятам.

Адаму доставляло бесконечное удовольствие преследовать ее, пугать, дразнить, причинять дискомфорт и боль. Садист. Настоящий садист.

Только девчонка не из тех, кто терпит, она давала ему отпор. Каждый раз оставляла его с носом.

Позднее Ария нашла место не только в его душе, но и его друга. Умудрилась собрать вокруг себя целый круг лиц разных рас… Расположилась в сердцах трех парней, которые старались не показать своего интереса, но и выпустить ее из своего поля зрения уже не могли. И я даже в какой-то момент позавидовала ей. Она имела возможность попросить о помощи, которой я была лишена.