Мужчина что (не) надо

Глава 9. Квартира с сюрпризом

– Кушай, зайчик любимый, кушай… – приговаривала Ангелина, глядя на то, как дочь за обе щеки уплетала только что сваренный ею борщ.

День выдался нелегкий: она собрала кое-какие вещи, приехала с ребенком в квартиру подруги, Александры. А тут… Давно не было Саши в квартире, давно. Пыль слоями и затхлый воздух. В холодильнике, понятное дело, пусто.

Хрущевская двухкомнатная квартира не отличалась свежим ремонтом – повсюду почти одинаковые обои в разнокалиберный сиреневый цветочек, даже на кухне. Старый паркет, ковры. Но комнаты обставлены современной, пусть и недорогой мебелью.

Ангелина перемыла полы, пропылесосила, сходила в магазин за продуктами. Очень старалась экономить, ведь непонятно, на сколько придется растянуть имеющуюся наличку. На десять тысяч в наше время не разгуляешься, хотя когда-то такая сумма казалась ей верхом благополучия, манной небесной и пределом мечтаний.

В магазине Ангелина снова вспомнила свой первый год в Краснодаре. Тогда она жила в общежитии и питалась тем же борщом, только без сметаны, мяса, а бывало, что и некоторых других ингредиентов. Экономить она умела – практики с избытком.

Будь она одна, сварила бы картошку, и хватит. Однако ребенку нужно нормально есть. Поэтому не поскупилась, купила овощей, мяса, пусть и немного. На десерт испекла пресное печенье. Вкусно, бюджетно, полезно – прямо три в одном. Вот такое у них с Верой теперь будет меню, по крайней мере пока они живут у Александры и не имеют никаких источников дохода.

В первый год университетской учебы Ангелина нередко бывала у подруги в гостях. Потом она познакомилась с Тимуром, забеременела, взяла академ, перевелась на заочное. На долгое время потеряла связь с некогда любимой подругой. И вот спустя почти четыре года ей снова повезло очутиться в ее доме, пусть и в совершенно новой роли.

Ангелина любила эту крохотную двушку – когда-то провела тут множество приятных вечеров в компании подружки-хохотушки. Александре квартира досталась от бабушки. И она жила здесь вольной студенческой жизнью. Родители приятельницы давно перебрались в Питер; видно, к ним она и поехала.

Ангелина не знала, что случилось у подруги и почему та предпочла так надолго перебраться в Питер. Надеялась, что у нее всё хорошо, а жизнь изменилась только к лучшему.

В ее же случае с какой стороны ни посмотри – везде паршиво. И непонятно, когда всё наладится. Вчера Тимур показал свое истинное лицо. Рассказал Ангелине, где ее место, наглядно показал, что она для него значила.

Ангелину передергивало от воспоминаний того, как муж обводил квартиру руками и твердил, что там всё принадлежит ему одному. А она, ежедневно как пчелка трудящаяся дома, оказывается ни дня не работала и не заслужила ничего.

Главное – муж позаботился обо всем: квартиру, машину на маму оформил. Будто заранее к разводу готовился! И как Ангелина этого не заметила? Не придала значения, дурочка. Наивная, влюбленная, доверчивая дурочка.

«Пусть подавится своим добром, пусть!» – причитала про себя Ангелина, заваривая для Верочки фруктовый чай.

Ангелина себе заработает, не безрукая. И дочь вытянет.

Но если уж совсем честно и откровенно, то обиднее всего было не за квартиру, джип Тимура или даже алименты. По-настоящему мерзко и гадко на душе ей за одну давнюю-давнюю историю, о которой вспомнила, пока муж на нее рычал.

Когда Ангелина только-только забеременела, нашла в его машине под сиденьем малиновую помаду «Шанель». Тогда Тимур еще ездил на пятилетней «мазде», а не как теперь – на новеньком «мерседесе».

Ангелина знала, каких денег стоил с виду неприметный черный тюбик Шанель, поскольку совсем недавно гуляла с подругами по магазину косметики и ради интереса спросила. Цена была по тем временам для нее космическая. Такую помаду просто так не бросят, как ей казалось.

– Откуда это? – с укоризной в голосе спросила она тогда у Тимура.

– Кто-то из друзей забыл, – пожал он плечами.

– У тебя друзья – парни… – подметила она с круглыми глазами.

– Ну значит, какая-нибудь подруга друга, что ты прицепилась к этой помаде, Лин? Ты что, мне не доверяешь? Изменять не планирую. Я тебе, вообще-то, предложение сделал, цени!

Ангелина оценила и полностью удовлетворилась этим объяснением. Но теперь поняла, что Акулов, скорее всего, еще с тех пор начал гулять. Получается, никогда ее не любил, может быть, и женился-то исключительно по залету.

Осознать, что тебя никогда не любили, и вся твоя замужняя жизнь – ложь, оказалось настолько больно, что Ангелине хотелось стонать в голос и бесконечно плакать.

«Ничего не видела, ничего не замечала, слепо верила… Как я могла так верить? Как могла считать, что мой муж никогда не изменит? Я должна была всё понять намного раньше!» – корила себя Ангелина.

– Мама, я устала, – проговорила Вера, наевшись до отвала.

– Пойдем отдыхать, – кивнула она дочери, бросив взгляд на часы: уже девять вечера.

В спальне располагалась одноместная широкая кровать, а в гостиной – большой диван, телевизор и симпатичный кофейный столик.

Вера тут же облюбовала диван – очень ей оказалось весело на нем прыгать. И Ангелина решила – спать будут в этой комнате. Разложила в шкафу то немногое, что взяла с собой. Расстелила постельное белье, и они с дочерью улеглись.

Спать на чужом диване, как и на чужом белье, было не слишком комфортно. Однако Вера уснула почти сразу. Стоило маленькой головке коснуться подушки, как глазки ее закрылись.

Ангелина же еще много часов не могла расслабиться – слишком много мыслей крутилось в голове.

Да, конечно, она подготовилась, сделала всё от нее зависящее, чтобы хотя бы в эти три дня Акулов ее не нашел. Ей просто необходимо прийти в себя, понять, как дальше жить. Обдумать разговор с будущим бывшим мужем, в конце концов. А главное – как-то уместить в голове, что Тимура в ее жизни больше не будет.

Ведь любила… все эти годы до дрожи в коленях любила, да что там, любит! Именно поэтому ей теперь было так нестерпимо больно.

Мозг бомбардировало столько мыслей, одна другой больнее и обиднее, что Ангелина даже не сразу услышала звук открывающегося замка в прихожей.

Вера спала, ей и невдомек.

Ангелина же испугалась так, что с трудом сдержала визг.

«Может, приснилось?» – промелькнуло в голове. Но вроде бы не засыпала, пусть уже и час ночи.

Звук открываемой входной двери разорвал тишину ночи.

«Он нашел меня! – охнула про себя Ангелина и заткнула рот ладонью. – Нашел, как-то раздобыл ключи… И что он сделает? Выволочет меня отсюда силой? Хотя как ему раздобыть ключи?»

А вдруг это не он?

«Вор?» – новая, еще более страшная мысль.

Вполне вероятно. Открыл дверь отмычкой и пробрался в квартиру.

Ангелина услышала звук выключателя в коридоре. Но еще вечером обнаружила – у входной двери перегорела лампочка. Стал бы вор пытаться включить свет? А может, он уверен, что дома никого, тогда почему нет?

«Точно вор!» – решила она.

И на этом мозг ее будто отключился, Ангелина начала действовать на голых инстинктах. Схватила увесистую хрустальную вазу, стоявшую на столе, встала возле двери, подняла ее над головой и приготовилась ждать.

Ждала недолго, уже через несколько секунд дверь открылась, и в комнату вошел здоровенный детина.

А потом всё пошло не по плану.

Ангелина замахнулась и от всей души треснула его вазой. Но она не рассчитала силу удара, и поскольку мужчина оказался слишком высок, попала ему не по голове, а по спине, в районе плеча. Он не упал, как ожидалось, зато тут же развернулся к ней. Несчастная не нанесла ему хоть сколь-нибудь серьезного урона, лишь разозлила.

Секунда, и тяжеленная ваза уже валялась на ковре, даже не разбившись при этом, а Ангелина оказалась прижата к стене этим самым здоровенным детиной. Он схватил ее за горло и вдруг приставил к ее боку что-то холодное, очень похожее на дуло пистолета.

– Откуда взялась, маленькая драчливая дрянь?! – прошипел он ей в лицо.

«Лучше бы это был Тимур!» – только и успела она подумать.

И от страха хлопнулась в обморок.

Глава 10. Незваный гость

Ангелина очнулась оттого, что почувствовала брызги воды на своем лице. В полуобморочном состоянии определила, что лежала на чем-то мягком, гораздо мягче дивана, на котором пыталась заснуть. Она в спальне на кровати? Наверное.

В уши почти сразу врезался обеспокоенный бас:

– Очнись уже, малахольная! Повезло мне с тобой, ничего не скажешь…

Она тут же открыла глаза и задохнулась от ужаса, увидев перед собой огромную загорелую морду с коротко стриженными черными волосами и черными же глазами. Широкие плечи мужчины обтягивала черная футболка с короткими рукавами. При ярком свете люстры незнакомец оказался еще более устрашающим, чем еще недавно в почти полной темноте. И сидел к тому же в непосредственной близости – возле нее, на кровати.

Ангелина вся подобралась, села, поджав под себя ноги, прикрылась подушкой – почти как щитом.

– В-в-вы вор?! – пропищала с чувством.

Незнакомец усмехнулся.

– А у воров часто ключи от квартиры есть? – спросил он с издевкой, встал с края кровати и упер руки в боки.

Чтобы посмотреть ему в лицо, Ангелине пришлось запрокинуть голову.

«Он даже выше Тимура…» – промелькнуло в голове.

– Но у вас пистолет! – снова запищала она. – Я видела, чувствовала…

И пожалела, что открыла рот, ведь мужчина резко нахмурился.

– Это был травмат, если что. Я его уже убрал от греха подальше. Кто ты и как тут очутилась?

– Я – Ангелина, подруга Саши, она разрешила мне с дочкой у нее немножко пожить…

– Ангелок, значит, – прищурился мужчина.

– Ангелина, – поправила она.

– А я брат Саши, Захар. Можешь мне не «выкать» и не бояться.

– Брат? – с круглыми глазами переспросила она.

«Значит, убивать меня точно не будешь?» – это добавила уже про себя.

Чуть погодя вспомнила, что Саша действительно упоминала старшего брата когда-то давно. Вот уж точно старший – на вид ему все тридцать, а то и тридцать пять. Но по словам подруги, он служил где-то на границе и в Краснодаре никогда не появлялся. Видно, всё же появился.

«Точно, он военный, контрактник!» – окончательно вспомнила она и немного выдохнула.

– Но почему Саша не сказала мне, что ты приедешь?

– Она не знала, я не предупреждал. Я в городе ненадолго, по делам, – пожал он плечами.

– Ясно… – пробубнила она внезапно онемевшими губами.

– Ясно ей, – усмехнулся Захар и снова нахмурил свои кустистые черные брови. – Ей богу, ты так больше не делай!

– К-как? – заикаясь переспросила Ангелина.

– Если видишь, что противник больше и сильнее, ты лучше спрячься, не лезь на рожон. И тем более не пытайся вырубить вазой, даже если она тяжелая. Пойми, это только в кино так красиво: долбанул по башке, и враг валится кулем на пол. В жизни оно по-другому. Если бы и правда забрался вор, ты бы в лучшем случае отделалась избиением.

– В лучшем? – снова пискнула Ангелина.

Захар еще больше нахмурился.

– Я ж тебя прибить мог как за здрасте! Повезло тебе, что у меня реакция четкая, а то локтем дал бы по башке твоей глупой, девичьей, и ребенка бы сиротой оставил.

Ангелину будто током прошибло, как представила столкновение с локтем Захара.

– А что ж не дал? – спросила сдавленным тоном.

– Да всхлип твой услышал, понял, что девка. А девок я не обижаю, особенно таких.

Тут он красноречиво обвел взглядом ее фигуру, частично прикрытую подушкой.

Ангелина тоже себя осмотрела и только тогда поняла, что на ней, кроме белых трусиков и маечки-топа, ничего не было. Покраснела ярко и сразу, представляя, что Захар, скорее всего, осмотрел ее во всех ракурсах, пока нес и укладывал на кровать. Хотя что там смотреть?

Всё же интерес во взгляде военного углядела. Должно быть, он посчитал, что посмотреть есть на что.

– Я… я прошу прощения…

Ангелина рванула вон из комнаты, забежала в гостиную, отыскала в шкафу свой желтый шелковый халат, надела, тщательно завязав пояс.

И только когда взглянула на освещенную уличным фонарем спящую Веру, поняла, насколько сильно перенервничала. У нее вдруг застучали зубы, будто даже зазнобило, но она всё же заставила себя выйти из комнаты.

– Я…я просто хотела спросить, а вы не против, что мы с дочкой тут некоторое время побудем? – спросила она у Захара, который как раз вышел из ванной, вытирая руки ее полотенцем.

– Не «выкай» мне, сказал же. Подозреваю, что у тебя есть причины здесь находиться, – ответил он хмуро.

– Спасибо, а то так некрасиво вышло. Вы… ты наверняка приехал издалека, а тут я, да еще и с-с-с ваз-зой… – застучала она зубами.

– Э, милая, да тебе надо чаю горячего! – покачал головой Захар. – И сладкого, чтобы отпустило, а то вся трясешься.

Он взял ее под руку и повел на кухню.

Уже через пару минут Ангелина наблюдала, как он клал в ее чашку сразу три ложки сахара. Важно перемешал и приказал:

– Пей маленькими глотками. Кстати, не знаешь, здесь есть какая-то круглосуточная доставка еды?

Тут у него в желудке громко и показательно заурчало.

– А зачем доставка? Ты борщ любишь? – спросила Ангелина с надеждой.

Захар нахмурил брови.

– Борщ? Люблю.

Теперь уже Ангелина засуетилась. Достала кастрюлю, погрела порцию побольше, положила Захару. Пока старалась, ее даже знобить перестало.

Похоже, незваному гостю понравилось угощение, потому что здоровая тарелка вмиг опустела, а вместе с борщом исчезло и полбулки хлеба.

– Спасибо, – проговорил он довольным голосом.

А затем сделал то, чего Ангелина никак не ожидала: взял тарелку, поставил в раковину, а потом… еще и помыл!

Она так и сидела с открытым ртом, когда Захар убирал тарелку на место.

– Ну всё, отбой, – скомандовал он. – Да не трясись ты так. Солдат ребенка не обидит.

– Я не ребенок.

Захар еще раз с видимым удовольствием осмотрел ее с ног до головы и с усмешкой выдал:

– Тогда почему мелкая такая?

Подмигнул ей и вышел из кухни.

На следующее утро Ангелина проснулась совершенно разбитой и еще более уставшей, чем ложилась вчера. Солнечный свет и городской шум за окном на какие-то секунды заставили ее поверить, что ночное черноглазое приключение ей просто приснилось. Однако на полу по-прежнему валялась многострадальная хрустальная ваза, а на шее всё еще чувствовалась хватка медведеподобного Захара.

– Мамочка, я проснулась! – сообщила Вера с важным видом.

– Пойдем умываться, милая, – улыбнулась ей Ангелина как могла весело.

И новый день начался.

Она выглядывала в коридор с опаской, хотя гость и показал, что вроде бы мирный. Но отголоски вчерашнего безумного страха всё еще жили в теле, всё еще покрывали кожу мурашками и заставляли зубы постукивать.

Ангелина с Верой умылись. Мать заплела малышке волосы в косы – хоть что-то привычное. Потом они позавтракали и продолжили начатую еще вчера генеральную уборку.

Руки были заняты делом, а вот голову почти бывшей Акуловой занимали тяжелые мысли. Она очень жалела, что теперь никак не могла связаться с Сашей и рассказать о ситуации с ее братом. Мало ли как он это сестре преподнесет. Еще скажет, что напала как последняя истеричка.

Но сим-карта Ангелины осталась у Тимура, а купить новую пока не могла – это ненужный риск. Муж говорил ей как-то, что найти человека по номеру телефона проще пареной репы. Вот как раз это ей совсем не нужно. Да и сам мобильный лежал в сумке с вытащенной батарейкой, мало ли что. Ноутбука с собой нет, и у Саши дома компьютера не оказалось, так что временно они с Верочкой остались без всякой связи.

Впрочем, волновалась Ангелина зря. Захар, похоже, оказался настроен позитивно.

Он вернулся ближе к обеду, нагруженный под завязку пакетами из местного супермаркета. С важным видом прошествовал на кухню, один пакет вручил Ангелине.

– Это твоей егозе, а то у вас с провизией негусто.

Она заглянула внутрь и присвистнула. Чего тут только не было! Бананы, вишня в шоколаде, груши, конфеты – в общем, куча вкусностей.

Получив свою порцию фруктов, Вера радостно убежала в гостиную смотреть мультфильмы по телевизору. Ангелина же осталась помочь разложить продукты. Она по очереди доставала из пакетов сыр, колбасу, творог, овощи. Увидела, что Захар купил огромный шмат мяса, и с языка тут же сорвалось:

– Если хочешь, я приготовлю. Могу запечь в духовке или…

Захар жестом остановил поток ее речи и пробасил:

– Выйди из кухни, женщина. Готовить мясо – мужское дело.

Ангелина захлопала ресницами и вышла.

И правда, зачем полезла? Может быть, он это мясо исключительно себе купил. Вон какой здоровый, вполне в состоянии сам его слопать. В такого огромного детину хоть десять килограммов еды вместить можно. Теленка проглотит и не подавится! Или даже слона. А Ангелина с Верой как-нибудь без его мяса переживут.

Однако совсем скоро по квартире поплыл такой соблазнительный аромат жареных стейков, что она буквально начала захлебываться слюной.

– Мама, я есть хочу! – вдруг заявила Вера.

– Потерпи, малыш, сейчас кухня занята, – попыталась успокоить ее Ангелина. – Но попозже я тебя покормлю.

– Вам что, особое приглашение нужно? – вдруг раздался из кухни бас Захара.

Дочь тут же рванула на зов, а за ней и мать.

Через пару минут они все втроем разместились за маленьким кухонным столом и уплетали нежнейшие говяжьи стейки с таким аппетитом, что за ушами трещало.

Теперь Ангелина поглядывала на гостя не с опаской, а с восхищением.

Глава 11. Его сероглазая прелесть

Тимур познакомился с Ангелиной в клубе.

Понятия не имел, как в элитное ночное заведение попала такая девушка, как она. Ангелина пришла с подружкой, на вид совершенно такой же желторотой провинциалкой.

За километр было видно: к клубной жизни малышка никакого отношения не имела. Короткое платье-мини ей оказалось слишком непривычным и неудобным. Тимур за вечер раз сорок видел, как она отчаянно пыталась опустить подол пониже. Не привыкла оголять свои чудо-ножки. А ножки и правда были чудо как хороши. Даже спустя годы Акулов всё еще чувствовал нездоровый интерес к точеной фигуре жены.

Тогда, в клубе, он был мгновенно очарован. Смотрел, как Ангелина скромненько стояла возле барной стойки, и гадал, как такая, как она, вообще догадалась прийти в подобное место. Алкоголь ей подавай… Какой алкоголь такой малышке? Тимур угостил ее безалкогольным Мохито, и она, кажется, даже не поняла, что в коктейле ни капли рома.

Ангелина показалась ему на редкость невинной, чистой. Даже решил сразу не брать, чтобы хоть немного продлить эту иллюзию, – вот настолько она ему понравилась.

Более того – Акулов ухаживать решил, хотя уже давно ничем подобным себя не утруждал. Обычно этого не требовалось – и так получал от девчонок что хотел. Но вот Ангелину просто так взять не позволила совесть.

После концерта Тимур отвез Лину домой, взял номер телефона, а потом пригласил в кино.

Сидел с ней, как пионер, на последнем ряду, за ручку держал все полтора часа, и было ему приятно. Скромная Ангелина даже попкорн не захотела брать, чем немало его удивила.

– Пойдем, поужинаем где-нибудь? – пригласил сразу после кино.

Помнил, как округлились ее глаза, – явно приглашения не ожидала.

Тимур отвел Ангелину в свой любимый ресторан европейской кухни. Заказал чуть ли не половину меню и угощал, любуясь милой мордашкой.

Он всё смотрел и смотрел в ее глаза, пытаясь понять, какого же они цвета. В одно время они казались ему зелеными, в другое – зелено-голубыми или даже дымчатыми. Совершенно необычный цвет. Кроме того, у нее яркие, выразительные черты лица. Тимуру нравились ее пухлые губки бантиком, бровки домиком, прямо как в песне. Хотелось укусить ее маленький аккуратный нос. Малышка вся целиком вызывала в нем целую гамму желаний. Сжать в объятиях, зацеловать, легонько искусать ее белую кожу и, наконец, взять. Последовательность можно и поменять.

Тимур не спешил. Хотелось продлить прелюдию, чтобы потом получить еще больше удовольствия во время главного процесса. Неделю он возил ее по разным местам, предвкушая момент «икс». Чинно-благородно целовал в машине у входа в общежитие, где она жила, предвкушая, как малышка ему отдастся.

В первые свободные выходные Тимур пригласил ее в небольшое путешествие в горы. На ночь остановились в красивом отеле с видом на горный лес. Там-то Акулов и убедился в том, насколько Ангелина чиста и невинна.

Он оказался у нее первым.

Поначалу даже не поверил, когда она, опустив взгляд в пол, призналась ему в полнейшем отсутствии сексуального опыта. Решил: она с ним играет, расстроился даже, ведь женских игр и манипуляций терпеть не мог. Оказалось – правда. Тимур потом даже пожалел, что не поверил, что был с ней грубоват и не сдержан.

После той злосчастной поездки Ангелина почти неделю не выходила на связь. А когда он подкараулил ее у общежития, огорошила признанием, что она себе всё представляла по-другому и видеть его больше не хочет.

Ему бы на этом и успокоиться… Что хотел получил, поиграл с ней по своему сценарию. Кроме того, Ангелина ведь абсолютно ему не подходила! Он – подающий надежды адвокат, она – никто. Где он и где она? Желторотая первокурсница не слишком престижного вуза, за душой ни гроша, жизненного опыта ноль, сама из крошечного городка, даже обтесаться еще не успела.

А поди ж ты, проживи без ее зелено-голубо-серых глазищ… Малышка слишком ему понравилась, чтобы так просто от нее отступиться.

Тимур появился возле ее общежития на следующий же день с охапкой роз, и Ангелина растаяла. Он привез ее к себе этим же вечером. Любил так нежно и страстно, как только мог. А на утро она приготовила ему тот самый завтрак, после которого захотел жениться.

После той ночи Тимур неожиданно понял, что все минусы Ангелины – на самом деле ее плюсы.

Из провинции? Отлично! Значит, не будет гнуть пальцы и по определению более выносливая, домашнему хозяйству обученная.

В городе у нее никого из родных? Супер, Ангелина будет всё свое время посвящать именно ему.

За душой нет ни гроша? Великолепно, значит, оценит те блага, которые он ей предоставит, порадуется даже мелочи, будет благодарна за то, что поселил у себя.

Мать живет за тридевять земель? Лучшая теща – та, которую не видишь.

А всё же что-то она собой представляла, ведь не каждая сможет поступить в краснодарский вуз и перебраться из маленького городка с дырой в кармане. Тут характер нужен, терпение, упорство – вещи для брака тоже ценные.

В общем, Акулов решил: будет брать в жены.

Когда решился, перво-наперво стал проверять, способна ли Ангелина родить ему наследника. Такое лучше знать до того, как сводишь девушку в загс. Спасибо, набрался негативного опыта с первой супругой.

Беременность Ангелины стала сюрпризом лишь для нее, Тимур же, наоборот, этого очень ждал. Два месяца старательно делал ей ребенка, пока она наконец не осчастливила его боязливым признанием, что носит под сердцем его первенца. Наивная любовница даже не поняла, что он намеренно нарушал элементарные правила контрацепции.