Древо IV Игрок
- -
- 100%
- +
А никак. Магическое зрение очень быстро дало мне ответ. У юнайцев теперь на одну пятёрку больше. Громобой, ещё совсем недавно бывший твёрдой четвёркой, уже щеголял пятым рангом. Понятно, куда пошла сила изверга. По крайней мере её большая часть. Мэл Жо решил заиметь себе незаменимому подмену. Отныне у Хамана имеется свой собственный охранник с защитным полем в наличии.
И увы – это только походный порядок. Стоило подняться на гряду невдалеке от места недавнего боя с магмарами, как маршал сразу же сбежал от меня на фланг. Часть силаров собралась вокруг него и Джарега, остальные держались поближе к Зи и свежеиспечённому громобою-пятёрке. Джексон тоже топтался при Хамане. Мне же и моим охранникам-скоростникам достался центр. Типа, так меньше шансов попасть в окружение. А последнее сегодня актуально как никогда. Спасибо разведке – давно знаем, с кем придётся сражаться.
Муры. Просто дохренельён муров. Цитируя левитанта – под ними земли не видно. Причём, других сектов ноль. Значит, изверг при массовых бафах – тут и гадать нечего. Не первый раз однородные стаи встречаем. Или лечить будет, или ускорять, или бронировать, или ещё что. В любом случае сегодня рулит оружие, бьющее по площадям: огнемёты, цепные молнии, вихри, торнадо. Клевцы с арбалетами тут не помогут. Простых солдат оставляем здесь стеречь харцев, а на соседний холм, где планируем встречать Рой, идём только силарами.
***Я – имба. Именно такая мысль посетила меня, когда всё закончилось. У юнитов, какими сегодня воспринимались мной фальшивые насекомые, изначально не было ни единого шанса. На бесконечной подпитке, которую я обеспечил, сидя неуязвимой статуей в эпицентре магического ада, юнайцы за полчаса сожгли перекрёстным огнём несколько тысяч сектов – конструктор невезучего изверга.
Способность лепить из тьмы муров одного гигантского мураша-колосса ничем не помогла боссу Роя. Скорее, наоборот, помешала. Такой туше бы штурмовать стены, или крушить города, а не тыкаться великанской мордой по очереди в силовые щиты, под которыми прячутся люди. Многозадачности ноль. Пока составной голем безуспешно кромсал один купол, его поливала огнём вторая группа силаров. Стоило ему сменить вектор атаки и наброситься на обидчиков, как уже те прятались за прозрачными стенами, а первый отряд, наоборот, убирал защиту и бил залпами чудище в спину. Не бой, а рутина. Мегамур таял, таял и в итоге тупо распался на сотню-другую сектов, прикончить которых хватило десятка секунд.
Я – имба. Пусть при наличии Джексона и при поддержке отряда силаров разного дара, но нынешнее могущество целого достигнуто исключительно способностью частного. Без меня вундервафля моментально развалится. Я тот болтик, без которого оружие судного дня превращается в тыкву. Я бесценен. Но вот парадокс: имба – пленник и ничего не может с этим поделать. Засада засад и обида обид.
Одно радует – избавляться от меня, как когда-то в начале нашего знакомства предлагал маршал, они точно не станут. Теперь точно. Аппетит приходит во время еды. А Джарег и в этот раз смог собрать урожай, изловив и прикончив последнего, единственного которого не брала магия мура. Вот только от смерти меня и, как следствие, моих друзей это всё равно не спасёт. Трахотар будет ждать у границы. Часики тикают.
***На обратном пути я по новой обсасывал тему побега. Чем я дольше тяну, тем сильнее становятся мои враги. Я же сам их прокачиваю, помогая брать силу у извергов. Сегодня второй громобой с куполом, завтра скоростник с телепортом, послезавтра ещё один лекарь с возможностью воскрешать.
А последнее мне ещё больше усложняет задачу. Сейчас для побега, или хотя бы для его не совсем уж безнадёжной попытки, мне необходимы два трупа: Зи, как тот, кто способен меня удержать без браслета, Гвидо, как тот, кто не даст сдохнуть Хаману, когда я поражу менталиста. Одного без другого убивать смысла нет. Только вместе. Как? Без понятия. Лекарь хоть и держится всегда рядом с хозяином, а подобраться мне к ним даже на один стремительный выпад без шансов. Куда уж тут говорить про два выпада.
И расправляться с ними нужно обязательно в лагере. Про нападение во время охоты я уже размышлял – последствия для Толы и ребят неминуемы. И чёртов браслет! Нужно как-то избавиться от него перед тем, как начинать действовать. Уравнение с несколькими неизвестными. Головоломка – сцуко – высшего уровня! Мне кажется, она и вообще не имеет решения.
– Молчи, мус!
Я едва не подпрыгнул от неожиданности. Охренеть! Лими! Реактивной белкой напрыгнула на меня и в мгновение ока забралась за пазуху. С какого листа, или стебля её принесло? Но раз я не заметил, то мои сторожа и тем более. Сорняк вокруг очень густой. Идём мы неплотно. До каждого из бронебоев-охранников по несколько метров. Малявка специально выбирала момент. Молодчина!
– Под хадс не смогла. Там людей слиском много. Дасе мне не пробраться, – шепчущей скороговоркой просвистела фили. – Как помочь? Могу убить обоих. У меня стрелы ядом намазаны.
Я непроизвольно напрягся. Колчан с этими самыми мини-стрелами у неё на спине. Оцарапаюсь и… Туплю. Они же вниз наконечниками.
– Не надо, – стараясь не шевелить губами, сквозь сжатые зубы процедил я. – У них наши в заложниках. На куски порежут.
– Ой! Нельзя тогда. Всё сивые?
– Да. Но всё плохо.
Сорняка перед нами на несколько минут ходу. Потом на подъёме густая растительность пропадёт, и беспалевно Лими уже не смыться. У нас мало времени, а второго такого шанса уже может не быть. Ясный хрен, что я думал про мелкую – чем и как она может помочь. Только я больше фантазировал на тему: "Чего может выкинуть оставшаяся на свободе фили самостоятельно?" и совершенно не ожидал, что нам выдастся случай вот так втихаря пообщаться. Готовых решений нет, но её стрелы с ядом натолкнули на мысль…
– А других двоих сможешь?
– Ой! Быстрей тогда надо. Как из леса выйдите, усе не смогу. Говори кого. Я попробую.
– Не сейчас. После следующей битвы с Роем. И знаешь… У тебя нет такого яда, чтобы не сразу подействовал?
– Всякий есть. И мазнуть мосно поменьсе, побольсе.
– Сможешь так, чтобы ночью подохли?
– Ооо, – восторженно протянула Лими. – Хитрый мус. Смогу! Царапну – не почувствуют дасе. Весь день хоросо, хоросо. Ночью бац – и замерло сердце.
Просто супер! Жена поняла с полуслова. Идеальный расклад!
– Силар-лекарь не сможет почувствовать? – вспомнил я про возможный прокол.
– Если только специально на яды в крови сюпать не станет. Там и ранки особо не будет.
– Убивала людей, – понял я.
– А то ты нет? Плохих людей много.
– Ладно. Слушай, которых травить.
Дальше я быстренько описал малой Зи и Гвидо. В идеале бы маршала тоже убрать, но у Лими и так сверхзадача – как бы не облажалась. Да и не такой уж дерьмо-человек мой хозяин. Гражата я бы, пожалуй, не стал убивать, если бы отыскалась возможность обойтись без этого. Но, если встанет на пути, прикончу, не моргнув глазом. Я уже не тот паренёк, что в первые дни в новом мире три раза думал, прежде чем просто дать в морду. За друзей глотку вырву любому. И рвать их, чую, придётся в ночь икс очень много.
Прости, Тола. Простите, ребята. Я слишком ценен для них, и поэтому вас не убьют. А вот пытки… Жизнь стоит мучений! А выбора у меня нет. Я не сниму сам этот проклятый браслет…
– Пока, мус! Я всё сделаю.
На мгновение я походя прижался к стеблю какого-то лопуха, и маленькая реактивная фили выскользнула из-под моей безрукавки. Миг – и её уже нет. Свидание завершено. Я снова в тюрьме. Своими ногами топаю в камеру.
Но это в последний раз. Следующий выход из лагеря – и обратно я уже не вернусь. В смысле с ними.
Прости, Тола. Это наш единственный шанс. Я верю, ты сможешь простить.
Глава пятая – Сак май болс!
Этим вечером мэл Жо не пришёл поболтать со своим слугой-демоном, как он это делал обычно. И хорошо. Мне сегодня было не до пустых разговоров. Сосредоточившись на деталях, я продумывал предстоящий побег шаг за шагом. Решение принято. Обратной дороги нет. На следующей охоте Лими сделает своё дело, а я должен буду сделать своё.
С браслетом я не способен помочь, ни себе, ни друзьям. Но драться с извергами я хожу без него. Как только жена подтвердит, что всё получилось, высасываю бронебоев-охранников, убиваю их и валю. Догнать меня у юнайцев без этих скоростников будет некому. От левитантов спрячет сорняк, от менталиста смола, которую фили прихватит с собой. А потом…
А потом я вернусь. В этом суть всего плана. Не брошусь сразу же в лагерь, спасать ребят, чего юнайцы от меня будут ждать, а, спрятавшись, пересижу день где-нибудь не слишком далеко от долины первого хаджа и только ночью приду за друзьями. Благо способ быстро попасть на поляну уже придумал. Тупо сигану вниз со скал, её окружающих. Залезть наверх с другой стороны – не проблема. Шмякнусь камнем о землю, вскочу, врублю шурс с пылесосом – и попробуйте меня остановить без своего читера-менталиста, который к тому времени гарантированно откинет копыта.
Хотя, они, конечно, попробуют. И возможно у них даже получится. Но шансы есть, и потому я обязан попытаться. Главное, чтобы я не ошибся в реакции маршала. Он ведь уже неплохо узнал меня и должен понимать, что я не способен бросить друзей. И потому они будут ждать. И моего возвращения, и вообще. Уверен на девяносто процентов, что истязания Толы, обещанные мне наказанием за попытку побега, юнайцы приберегут на то время, когда я снова окажусь у них в руках. Им нужен наглядный урок. Какой смысл пытать девушку в отсутствии главного зрителя? Да и маршал всё значимое всегда оставляет на утро, а Тола теперь его собственность.
Ферц с Граем тоже больше не принадлежат Хаману, но кого-то из парней Зи, или Джарег запросто могут со злости избить, или даже убить. Оживив, конечно, потом. Без последнего мэл Жо осерчает. Я тоже успел немного узнать седовласого громобоя. Он тот ещё собственник и педант. Если бы не наше с ним тесное общение последних дней, я бы вряд ли решился на такой рискованный шаг. Хотя, даже десятипроцентная вероятность знакомства Толы с Хетосом пугает невероятно. Вдруг, я ошибся в маршале? Вдруг, мелкая подведёт? Вдруг, у меня в итоге ничего не получится?
Последнее особенно страшно. Если Хаман с Гвидо умрут, а я не смогу спасти друзей… У палача затупятся ножи. Нас порежут на лоскуты и сошьют по кусочкам обратно. И наверняка не по разу. Причём, после такого меня уже точно побоятся оставлять в живых. Нас всех потом пустят на силу. Кроме Майкла, пожалуй. Америкос, в отличие от Джи и Грая, им нужен, а его "покладистость" Зи давно подтвердил.
С Джексоном, кстати, придётся особенно сложно – его держат отдельно, на другом краю лагеря. Прорываться к нему будем с боем уже всей командой. В моём случае лучше погибнуть в бою, чем повторно попасть в плен к юнайцам после попытки побега. Убийства Хамана маршал мне не простит. Зи ведь не только ценнейший кадр, но и родственник императора, пусть и дальний.
В общем, билетик у меня только в один конец, а так как первую фазу плана уже не переиграть, обратной дороги для меня нет. Остаётся только ждать, продумывать детали предстоящего и морально готовиться. А заодно отсыпаться и отъедаться. Благо и второй день после охоты на муров Гражат Жо решил сделать для меня выходным. Протоптавшись на свежем воздухе до темноты – теперь путы на ногах позволяли стоять и перемещаться походкой опытной гейши – я залез в свою простенькую палатку, где через пару часов терзаний кое-как отрубился.
***– Я на твоей стороне! Извини.
Пролетевшие тихой скороговоркой слова разделили напополам сон и явь, но тут же потонули в волне дикой боли. На раскрывшийся в вопле ужаса рот опустилась чья-то рука, не давшая звукам вырваться за пределы палатки. Кто-то сидел на мне сверху, придавливая к земле. А я… Кажется, я умирал. На грудь толчками выплёскивалась горячая кровь. Моя кровь. Я чувствовал её кожей. Темнота ночи перед глазами плыла, никак не желая складываться в картинку. Лицо. Точно лицо! Но подробностей не разобрать. Как же – мать его – больно!
– Я знаю, ты ещё слышишь меня. Когда оживлю, не ори. Хаман мёртв. Солдат, что тебя охранял, тоже. Оживить всех твоих друзей у меня маны не хватит. Только отрастить руки.
Чужой голос медленно затихал. Гвидо! Как?! Что?! Зачем?!
– Убивай всех, кого сможешь. Пожирай силаров. Нужно действовать быстро. Я…
Мир исчез, чтобы тут же опять возродиться. Немой лекарь, успевший обзавестись языком, уже не сидел на мне, а, согнувшись, стоял на коленях рядом. Руки-ноги свободны. Видимость никакая, но я и так знал, что передо мной именно итальянец. Капец! Он убил меня и потом оживил. Зачем? Ради пары десятков слов, что мой затухающий разум успел уловить?
– Где их держат, ты знаешь, – не давая мне рта открыть, принялся той же скороговоркой шептать Гвидо. – Держи нож. У солдата снаружи клевец. Я не стал брать, торопился.
В ладонь ткнулась скользкая, видимо, от моей же крови рукоять.
– Руби только на шурсе, чтобы с первого раза.
– Браслеты?! – дошло до меня.
– Твой я снял. Ножом сложно. Нужен клевец. Только не урони труп – он сейчас хорошо сидит. Светляк слабенький. Если издалека, то, вполне живым смотрится.
– Почему?
Вопрос получился коротким, но парень и так понял правильно.
– Не могу уже. Это ад, а не жизнь! А другого шанса не будет. Тебя утром убили бы. Потом все подробности.
Аргументы железные. Тьма вопросов, но сейчас не до них. Хаман мёртв, браслет снят – это всё, что мне нужно.
– Держись рядом.
Отодвинув щуплого лекаря, я осторожно выглянул наружу. В нескольких шагах от палатки охранник, уронив на грудь голову, сидит на своём стульчике. Палка с тускло светящимся камнем в навершии, заменяющая стражнику факел, прислонена к бедру. Одна из свисающих к земле рук солдата не даёт ей упасть. Другая лежит на рукояти клевца, что упирается топорищем в землю.
Подполз на четвереньках и аккуратно избавил труп от оружия. Затем быстро отпрянул назад, выходя из пятна света. Поднялся на ноги, подал знак Гвидо следовать за собой и, пригнувшись, потрусил в сторону той части лагеря, где держали ребят. Тут не больше полусотни метров. Вокруг все спят. Часовые бдят лишь на том краю поляны, что подходит к сорняку, возле строящихся укреплений. Те, кстати, до сих пор не готовы – на днях маршал жаловался. Возле палаток друзей тоже дремлет на посту солдат с магическим факелом. А нет, их там двое.
Неважно. Ныряю в шурс и две секунды спустя вгоняю жало клевца одному куда-то под шлем, в район лба, и нож в глаз другому. Сработано тихо. Трупы медленно и почти беззвучно опускаются на землю. Я придерживаю палку со светляком. Решившие поменять сидячее положение на лежачее воины не будут замечены, пока кто-нибудь специально не глянет, а дёрнувшийся в ночи огонёк вполне может привлечь внимание. Лагерь велик – неспящие могут найтись.
Но пока пронесло. Начинаю с ближней палатки. Один в один моя – настолько маленькая, что втроём уже при всём желании не поместиться. Не то, что солдатские – под все десять метров в длину, куда их две дюжины набивается. Про шатры офицеров-силаров молчу. А у шишкарей, вроде маршала, или Зи, так вообще из двух комнат. Умеют в империи Юнай шить походные домики. Но эти отвлечённые мысли сейчас страх принёс. Не о том нужно думать.
– Так и понял, что ты.
Грая явно разбудила моя казалось бы тихая возня со стражниками.
– Всё потом. Набей чем-нибудь рот, чтобы даже мычать не смог. Буду тебе руку рубить.
– Э.., – застыл в непонимании успевший наполовину подняться дикий.
– Со мной Гвидо. Он новую отрастит. Браслет нужно снять.
– Кусья срань, – сквозь зубы ругнулся Грай, но тем не менее тут же принялся запихивать себе в рот край грубой тканевой подстилки, на которой он только что лежал.
Я в то же самое время вовсю пилил ножом верёвки на конечностях друга.
– Прижми к земле.
Грай уткнулся лицом в утоптанную на входе в палатку траву и отставил в сторону руку с браслетом. Господи! Лишь бы вышло с первого раза! Клевец вскинут в замахе. Вдох. Шурс. Выдох. Бью!
– Ыыы!
Кисть дикого отделилась от предплечья. Кровь льёт ручьём. Грай мычит и трясётся. Смотреть страшно и мерзко до жути.
– Гвидо!
Выскакиваю из палатки. Туда тут же ныряет лекарь. Зеленоватое свечение – и через миг шёпот Грая:
– Ферц не вытерпит. Нужно держать.
Джи, в отличие от дикого, спал сном младенца. Перед тем, как будить, я зажал ему рот. Отпустил, только после всех объяснений. Огневик принял свою судьбу мужественно, но от помощи Грая отказываться не стал, в связи с чем операцию по удалению браслета пришлось перенести за пределы палатки. Пока дикий прижимал Ферца к земле, затыкая рот кляпом, я второй раз сыграл в мясника.
Чёртов мир! Ко всему привыкаешь. Когда Гвидо, отрастив огневику новую кисть, стянул с окровавленной старой стальное кольцо и спрятал его в карман, я даже не поморщился.
Но стоило мне увидеть Толу, как вся решимость сразу куда-то исчезла. Пришлось передать клевец Граю, а самому помогать Ферцу держать сестру. Рубить руку девушке, которую – не буду себя обманывать – я люблю, выше моих сил. Не видя, как опустилось оружие, я почувствовал, как содрогнулась от удара земля и как дёрнулась Тола. Стон боли даже несмотря на зажатый рот прозвучал слишком громко. На этом наша удача закончилась!
– Тревога! – раздалось совсем близко.
Всё! Больше можно уже не таиться.
– Лечи! – крикнул я Гвидо и, вскакивая, проорал уже Ферцу:
– Жги!
Огневика не нужно было упрашивать. Поднявший тревогу юнаец мгновенно превратился в пылающий факел. Но этого Джи было мало. Он правильно истолковал моё "жги" и в ярости поливал пламенем всё вокруг. Солдатские палатки вспыхивали одна за одной. При дальности поражения своего огнемёта в сто с лишним метров, Ферц всего за несколько секунд успел превратить ближнюю к нам часть лагеря в ад. И это было только начало.
– Где держат нашего друга?! – перекрикивая вопли боли и ужаса сгорающих заживо воинов, обратился я к лекарю.
– Он у ствола, с офицерами. Нам в обратную сторону. Нужно выбираться из лагеря, пока они не пришли в себя.
– Русские своих не бросают!
– Какой свой?! Он отрёкся от вас!
– Джексон – трус. Он скажет всё, что от него захотят услышать. И он нам нужен.
– Но там Гражат! И остальные! Со всеми разом даже тебе не справиться.
– Я тоже не один! Веди давай!
– Ты не понимаешь! Его возвы…
Свист ветра заглушил слова итальянца. Воздушная волна тряхнула нас с лекарем и сбила с ног Ферца с Толой, которая успела присоединиться к брату со своим огнемётом.
– Некогда спорить! За мной!
Я уже отыскал воздушника магическим зрением, и его ресурс с маной стремительно несутся по наброшенному мной шлангу к обоим Джи. Выхваченный из руки объятого пламенем солдата клевец крушит кости черепа вражеского мага, а я на шурсе уже лечу дальше. Направление – на ствол хаджа. Темнота мне лишь помогает – по светящимся шарикам маны и стержням ресурса я издали замечаю силаров. Юнайцы даже не успевают шарахнуть атакующим заклинанием. Ферц с Толой так быстро расходуют топливо, поливая огнём всё вокруг, что у меня постоянно есть куда скидывать высосанную из врагов силу.
Периферическим зрением подмечаю, что друзья бегут следом за мной. Грай занят главным – прикрывает Гвидо. Джи чуть позади – продолжают превращать лагерь юнайцев в огненный ад. На мгновение обдаёт стыдом мысль: "Простые солдаты не виноваты. За что мы их так?". Но тут же на смену ей приходит другая – злая и чёткая: "Мы на войне. Людей вокруг нет. Только враги. И не важно, при магии они, или без.".
Водник, манник, взраститель, две женщины-лекарши. Без жалости и сомнений я опустошал и убивал всех, кто попадался мне на пути. Солдатами тоже не брезговал. В каждой руке привычно лежат по клевцу. Из шурса не выхожу. Мечусь влево-вправо, чтобы друзья не отстали. До ствола уже всего ничего.
То и дело с той стороны, не щадя своих, преграждающих заклинаниям путь, прилетают, то молнии, то огненные шары, то ледяные, то воздушные копья. Вражеские силары бьют тупо на свет и звук, вслепую. Пока мимо, но рано или поздно какой-нибудь удачливый гад попадёт. Лишь бы только не в Гвидо. Без лекаря мы уже бы несли потери. Дважды арбалетные болты находили путь, то к плечу, то к спине Ферца. Недобитый обгоревший солдат достал Толу алебардой в бедро. Сам итальянец тоже получил несерьёзную рану. Но Грай вовремя прикрыл, а Гвидо не менее вовремя, а главное: быстро излечил, что себя, что Джи.
Ага! Вот и маршал нашёлся! Пущенная вперёд струя Толы на излёте растекается пламенем по проявившемуся таким образом силовому куполу. А может это их второй громобой-пятёрка. Неважно! До защитного поля всего сотня метров. Кто бы его не создал, сейчас высосу и убью, как и всех остальных. Сейчас я самый настоящий демон. Пожиратель! И я пожираю!
Наплевав на риск, отрываюсь от друзей и за пару секунд долетаю до купола. Всё же маршал. И не только он. Тут и Джарег, и оба скоростника, и физик, что снимал мой браслет, и пара летунов. Больше дюжины силаров различного дара. Даже менталист есть. Но не Хаман. Зи мёртв, и поэтому вы все сейчас отправитесь его догонять. Кроме Джексона, прячущегося за спину Гражата. Ублюдки решили прикрыться не только защитным полем, но и заложником. И пусть. Перережут глотку, так мы оживим.
Не раздумывая, я вцепился невидимым шлангом в маршала. Высосу главного, потом в камень, чтобы скоростники не добрались, пока буду их обнулять – и вперёд на сбор урожая. Боитесь, ублюдки?! Очень правильно. Это вам не пытать беззащитных пленников. Это вам не отрезать пальцы. Это вам не запугивать связанных по рукам и ногам. Сейчас Пожиратель будет вас истреблять, кусьи твари!
Незримые трубы, накачивающие топливом оставшихся позади друзей, на месте – мана и ресурс маршала мчатся к ним. В пятёрке запасов прилично, но на четверых мы их выжжем легко. Шар и столбик в груди мэла Жо уменьшаются на глазах. Сейчас, сейчас, сейчас…
Мёд мне в рот! Увеличиваются! Я что, реверс врубил? Нет же – качаю, как и качал. Это…
– Цветочные мухи отложат в тебя личинки, Саша.
В голосе маршала гнева как будто нет. Только разочарование и обида.
– Я прослежу, чтобы ты не сдох раньше, чем они начнут выбираться наружу.
– Зи меня уже пытался пугать!
– Парней отдам Хетосу, девчонку – солдатам. После сегодняшнего, её затрахают до смерти. Оживлю и повторю всё по новой.
– Сначала попробуй себя оживить, мразота! Майк, не бойся! Гвидо за нас. Мы тебя оживим! Прекращай его накачивать!
Вот, значит, что хотел сказать Гвидо. Джексон возвышен до пятого ранга. И его новая способность сопоставима с моей – точно так же накачивает ресурсом и маной, кого пожелает. Наверное, высасывать, как я, не умеет, зато у него бесконечный запас обоих видов энергии. Получается, я им теперь нахрен не нужен. Понятно, почему приняли решение избавиться. Но хорошо смеётся тот, кто смеётся последним. Сейчас Майк закрутит вентиль на своей бездонной трубе, и кобзда вам, юнайские суки!
Но почему-то америкос медлил.
– Майк, хватит! Всё, что они тебе наговорили – херня! Я их всех перебью. Недолгая боль – очень малая плата за свободу.
Гражат Жо повернулся к Джексону и что-то ему прошептал. Лапа Джарега легла на плечо манника с другой стороны. Сборщик нечто добавил к словам маршала, и американец согласно кивнул. Расплывшись в улыбке, Майк резко вскинул вверх руку и из пальцев сложил узнаваемый в обоих земных полушариях знак.
– Фак ю!
Что?! Я выпал в осадок.
– Я имел тебя в зад, снежок! Тебя и твоих усосков! А твоей рыжей шлюхе на прощание прочищу все дырочки! Перед солдатами мэл Жо отдаст её мне. Фак ю, жирдяй! Сак май болс!
Глава шестая – Борьба умов
Вот ушлёпок! Чернильница заморская! Чертила папуасская! Педри… Мысли без мата закончились. Предатель! Я его суку спасать пришёл, а он меня в Перу посылает! Завистливый тупой урод! Раздавлю гниду!
– Ты сделал свой выбор, Джексон! И ты пожалеешь!
– Этот демон оказался умнее тебя, Пожиратель! – ответил вместо америкоса Джарег. – Жалеть будешь здесь только ты. Ты и Гвидо! За Хамана я ему устрою ооочень долгую смерть.
Сборщик что-то шепнул Майку и они оба двинулись мне навстречу.
– Я вашей дружбы уже наелся, жирдяй. Хватит с меня! Я лучше с правильными людьми правильно поживу. Видел, что я теперь могу, Белоснежка? Ты больше никому не нужен! Ты – отработанный материал!
И, не давая мне вставить слова, оскорбительную речь америкоса подхватил Джарег:
– Глупец поверил в свою всесильность. Думаешь, без Зи мы тебя испугаемся? Что, выкусил? Попробуй теперь достать нас, ублюдок!
Достать их… Издевается гад. Спрятались от меня под силовым куполом и будут сидеть там, благодаря новым способностям Джексона, до японской пасхи. Вон, маршал спокойный какой – шепчется о чём-то с остальными силарами. Посовещались и начали расходиться в стороны. Бля! Так эти же двое мне тупо зубы сейчас заговаривают! Тянут время. Ждут, когда мои друзья окажутся рядом, чтобы атаковать, не переживая, что кто-то из нас сбежит.