Древо I. Пожиратель

Глава четвёртая – Что вкусы, что нравы

И только теперь на площадь явились взрослые. Вбежали через ту самую южную арку – человек пятьдесят: в одеждах разных цветов, но с преобладанием в гамме салатного. Наверное учителя и иной персонал заведения. Небось жрали уже – со стороны столовки же прибыли.

– Ну ты выдал, братишка, – с ехидным прищуром уставилась на меня Тайре, незаметно подошедшая ко мне, пока я отвлёкся. – Я, конечно, понимаю, что с грызла силы полкапли, но чтобы ногой отбрасывать… Забыл, как по первой на шурсе кости ломал? Кулаком слишком просто для наследника Рэ? Так ты и браслеты сними, раз использовать клановый дар в полной мере не собираешься.

Не придумав ничего лучше, чем напустить на рожу загадочности и молчать, я старательно искал обоснуй своих действий. Заявить, что девчонку спасал – однозначно не вариант. На лежащую без сознания в луже крови ровесницу Тайре даже не взглянула. Очевидно одно: в этих жуках содержится какая-то сила, пусть и в малых количествах, получить которую можно через убийство насекомого штырём, или… Вот про кулак и браслет я как раз и не въехал.

– Есть! Есть! – подлетел к нам сияющий выпросившим чупа-чупс малышом Рангар. – Взял четвёртую! На шестом грызле хлопнуло! Я чуть не кончил… Прости, сестра, – стушевался он. – Ну, вы знаете, как оно бывает. Это же реально оргазм. С каждой ступенью всё круче и круче! Боюсь себе представить, что при переходе на седьмую испытываешь.

– Скоро тебе расскажу, – похлопала по плечу брата Тайре.

– Так. Ну-ка в сторону. Что у нас здесь?

Появившийся рядом с нами мужчина в зелёном склонился над лежащей девчонкой.

– Почему лекаря не зовёте? – тут же вскочил он. – Госпожа Кай-Рэ, сюда! Срочно!

На его крик из толпы вынырнула стоявшая недавно на трибуне рядом с Черханом женщина. В сопровождении двоих дам помоложе в сарафанах такого же салатного цвета она удивительно резво для своих лет подбежала к нам и тут же опустилась перед девочкой на колени.

– Потеря крови и болевой шок, – пробормотала лекарша, поднеся руки к ране.

Я с интересом наблюдал за действиями тётушки, отчего-то столь не любимой моими сестрой и братом. Ни инструментов, ни лекарств. Как вообще лечить собирается? Опять магия? Точно! Из открытых ладоней Фарты к ноге девушки потянулся какой-то зеленоватый дымок. Глубокая рана мгновенно перестала кровоточить, а дальше уже начались и вовсе настоящие чудеса. Повреждённую конечность словно засунули в некий невидимый 3D-принтер, и прорванная в плоти жвалами грызла дыра принялась заполняться био-начинкой – назвать розовую субстанцию мясом у меня даже мысленно не повернулся язык.

– Ману, – выдохнула целительница.

Одна из помощниц мгновенно протянула Фарте маленький, размером с грецкий орех, голубой камушек. Тётушка схватила его, зажала в кулак, подержала немного и отдала обратно. Потом снова вернулась к наращиванию плоти. 3D-принтер работал беззвучно. В образовавшейся вокруг нас тишине, слышалось лишь вялое перешёптывание Тайре с Рангаром. Ну и площадь фонила гулом, но за шум я эти звуки не воспринимал – настолько увлёкся процессом.

– Ещё, – потребовала магичка-врачиха новый камень, когда полностью заполненная рана начала покрываться кожей. Подпитки хватило на завершение процедуры – ножка блестела отсутствием шрама и выглядела совершенно здоровой – но силы тётушки, как оказалось, тоже имели предел.

– Всё. Откат, – поведала она уставшим голосом окружающим. – Дальше без меня. Но эта, как я понимаю, была самой тяжёлой?

– Единственной тяжёлой, – поправил мужчина в зелёном, который отходил пока шло лечение и только сейчас вернулся. – Остальные с царапинами. Уже подлатали.

– Единственной… – Фарта со вздохом поднялась. – И рядом юные Рэ. Почему я не удивлена? Если силара не с вашей ветви, то можно не помогать, да? Хотя, с вас станется ещё и подножку поставить. Моя записка попадёт к господину Дзон Гону на стол, не сомневайтесь. Надеюсь мастер-наказатель обойдётся с вами построже. Есть возражения?

– Нет, госпожа, – синхронно поклонились сестра с братом.

Я тут же смекнул, что оспаривать мнимую правоту тётушки глупо и тоже качнул головой. Фарта Кай-Рэ молча отвернулась от нас и в сопровождении остальных взрослых двинулась к выходу с площади. Туда, к южной арке, вовсю уже тянулся народ. Отыскав взглядом свою свиту – ребята держались кучно чуть в стороне – задал приглашающим кивком направление и первым шагнул к распахнутым настеж воротам. Пошло всё в перуанскую деревушку, а я хочу жрать. Вариант свалить под шумок я просрал. Тянемся по течению дальше.

– Старая мразота, – оповестила меня Тайре о своём отношении к тётушке. На этом разговоры закончились. Даже продолжающий сиять братец молча лыбился, не пытаясь навязывать своё счастье окружающим.

Арка, а вернее открывшееся за ней наполнило моё сердце одновременно восторгом и разочарованием. Вот это мощь! Вот это просторище! Гигантский парк, расчерченный разделяющими газоны дорожками, с редкими деревьями незнакомых мне пород и торчащими тут и там разнообразными зданиями. Разгуляться есть где, но вот дальше… Сбежать будет сложно. Примерно в полукилометре от нас поднималась на высоту метров в двадцать, не меньше, опоясывающая всю эту красотищу стена. На такую, небось, хрен заберёшься. Немедленное бегство отменяется точно, а там посмотрим.

Приземистый прямоугольный корпус из серых каменных блоков оказался той самой столовой. Теперь понятно, почему взрослые с таким запозданием явились на площадь – тут бежать метров триста. Внутри сразу же большой зал с четырьмя длинными столами и пятым, стоящим перпендикулярно им чуть поменьше. Очевидно, что дальний преподавательский, а большие ближние для нас. Интересно, садись кто где хочешь, или на стульях именные таблички?

– Гля, сидят уже, – хмыкнул брат, указывая на занявших ближнюю к преподам часть второго слева стола группу ребят.

– Ферц ваще ветки попутал? – пробасил амбал у меня за спиной. – Вершина стола наша!

– Только не смей их сейчас трамбовать, – прошипела сестра. – Слышишь, Глэй? Я серьёзно. Не при наставниках. Мы и так в наказуху вляпались. Потом с огоньком потолкуем.

Здоровяк, что-то неразборчиво промычал, а Тайре уже повернулась ко мне.

– Чего молчишь, Рей? Или я не права?

– Потому и молчу, что права. Перед ужином нужно будет послать кого-нибудь, чтобы места заняли. А с Ферцем мы поговорим, да.

Я напустил на лицо картинного гнева. Вот же ещё проблема. Какая к лешему разница, кто где сидит? Напридумывали себе негласных правил, понтарезы малолетние.

А пахнет вкусно. Разделившись на две части мы подошли к столу с двух сторон и начали рассаживаться, выдержав дистанцию в пару стульев от кампашки обнаглевшего огневика. Уронив свой упругий отныне зад на кожаную обивку, я повернул голову в сторону противников и неожиданно столкнулся взглядом с девушкой, от которой недавно Ферц отгонял жуков магическим шаром.

Мёд мне в рот! Как же хороша девка! В пылу боя я не разглядел, всех достоинств сестрички огневика. Собранные в клубок на макушке каштановые волосы рассыпались двумя ниспадающими на ключицы хвостами. Миндалевидной формы глаза блестели яркой зеленью свежей травы. Сквозь полуоткрытые пухлые губы проглядывали идеально белые зубки. Аккуратный носик слегка вздёрнут. Кожа смуглая и тоже немного блестит. Красота во плоти… Даже Тайре в пролёте. На такую и смотреть страшно.

Но отвести взгляд я не успел. Девчонка заметила мои пялки и, презрительно скривившись, демонстративно отвернулась. И ладно – мне не привыкать.

Так, что тут у нас с жратвой? Я перевёл взгляд на стол. Миски с какими-то овощами и фруктами. А, может, наоборот, с фруктами и овощами. Графины с разноцветным питьём, нарезки какого-то сыра, или похожей на него штуки. Здоровенные блюда с лепёшками – хлеб, он и в Африке хлеб. Решил было ухватить кусмарик, но тут же себя одёрнул. Никто за столом: ни мои прихвостни, ни соседи из Ферцевых, ни продолжающие рассаживаться дальше ребята не спешили тянуть еду к себе по тарелкам. Основных блюд что-ли ждём? Этикет, бля.

И действительно – из боковых проходов появилась обслуга с подносами, на которых покачивались прикрытые крышками посудины с чем-то наверняка горячим и вкусным. Я сглотнул слюнки. Давайте уже, тащите быстрее, Саня кушенькать хочет!

Вот засада! Первой начали накрывать ту часть стола, где расположилась шобла огневика. Теперь понятно, почему сидеть с этого края важно. На ужине сквитаемся, Ферц. Это уже не обязанность главаря шайки снобов, это личное.

Наконец, вожделенное блюдо плюхнулось между мной и сидевшей напротив Тайре. Я ликующе поднял крышку…

Что за на… Блестящие, чёрные, длинные… Суставчатые, с шипиками и обугленными волосинками. Черхан что, не шутил? Настоящие – сцуко – паучьи лапки? И они это есть собираются?

Еще как! Рангар первым, перегнувшись с тарелкой через стол, принялся спешно выдергивать из пучка постукивающие друг о друга конечности.

– Ай, горячие ещё.

– Имей совесть, братишка, – присоединилась к нему сестра. – Нам оставь.

Я на автомате тоже закинул себе несколько едко пахнущих лапок. Вернул тарелку на место. Сел, опустил глаза.

Да, ну нахер! Не буду я это жрать! Я вам не китаец какой-нибудь! Мне даже смотреть на эту дрянь тошно – блевану однозначно. А это конкретное палево. Но есть надо. Все вокруг за обе щеки паучатину уплетают, и мне одни лепешки с овощами точить не вариант.

Выдохнул, собрался с силами. Краб. Передо мной лапки дальневосточного краба. Я такие по телеку видел. Ну-ка, воображение, помогай. Деликатес, ням-ням-ням.

Нет, нифига. Не могу заставить себя поднести эту гадость ко рту. Рангар рядом вовсю наворачивает: зубами раскусит хитин и высасывает содержимое. Тайре напротив неторопливо расчехляет всю лапку, потом вынимает белую полосочку мяса и засовывает в рот целиком. А аромат… На варёных с укропчиком раков совсем не похоже. Интересно, это естественный запах продукта, или какие-то специи? Вру! Вообще не интересно. Как бы себе заткнуть нос и не чувствовать этой вонизмы?

Хватит себя обманывать, выбора у меня нет. Я как бы невзначай подхватил кусок лепешки побольше, сыпанул на него сыра из тарелки и сжамкал всё это в подобие шаурмы. Всем своим видом изображая внезапно возникшую спешку, схватил с блюда крупное яблоко-образное нечто и рывком встал со стула.

– Я в корпус. Забыл кое-что сделать. Позовёте потом.

И, не слушая удивлённых слов брата с сестрой, быстрым шагом двинулся к выходу. Вышел из столовой, окинул взглядом округу. Пробежаться по территории что ли? Нет, времени мало, а тут дня два нужно, чтобы всё осмотреть. Успеем ещё. Главное, чтобы это "ещё" наступило, а то заметут – и привет. Моя основная проблема – отсутствие информации. Боженька – или кто там меня сюда перенёс – забыл вложить мне в голову даже базисный минимум. На самой элементарной фигне могу залететь. Нужно срочно добывать знания. Библиотеку бы какую-нибудь сейчас, или хотя бы полочку с книгами. В академии я, или где? Тут этого добра должно иметься с избытком.

Я суетливо заозирался по сторонам. Не, затея дурацкая. Подходить к людям с киношным вопросом про библиотеку – как-то не айс. Начну-ка я лучше со своей так толком и не обследованной комнаты, благо дверь на ключ, ни я, ни Рангар вроде не закрывали. Возможно в том дорогом сундуке завалялась книжка-другая.

На ходу в несколько жадных укусов проглотил свою импровизированную шаурму. Хорошо, но мало. Десяток таких бы сожрал. Яблоко оказалось не яблоком, но – спасибо моей интуиции – и не безвкусной картошкой. С кислинкой и в меру сладенькая – самое то. До ужина дотянуть теперь должен. Знакомым маршрутом быстро проскочил через арку и фонтанную площадь. На лестнице и на этаже пустота. Похоже, я один такой "не голодный".

В комнате первым делом проверил куда ведёт боковая дверь. Вполне себе приличный сан.узел. Душ с каменным поддоном, умывальник, стул с дыркой в сидалище – а-ля трон-унитаз. И даже водичка горячая есть. Надо же, доросли технологии до обеспечения настоящей комфортности. В таком сортире отлить одно удовольствие.

Причём, чуть ли не впервые в жизни – далёкое детство не в счёт – писал стоя. Прощай зеркальная болезнь! Здравствую младший Санёк! Вернее Рейчик, или Рейсанчик – это же сгинувшего барчука, а не меня природа одарила таким солидным хозяйством. Хотя, о чём я? Теперь всё его – моё. Санёк – и точка! Боюсь себе даже представить, как выглядит эта колбаса в состоянии боевой готовности.

Теперь к сундуку. Что-то подсказывало мне, что небольшой ключик, висящий у меня на шее на тонкой цепочке, как раз от него. Так и есть. Крышка древнего чемодана с щелчком приоткрылась. Тоху, тоху, ещё одно тоху. Какой-то нарядный костюм с золотой вышивкой. И снова чёрное тоху. Трусы, носки, майки – фасон почти наш, только швы погрубее. Запасной пояс, точь в точь, как тот, что на мне. На дне интереснее: несколько разноразмерных мешочков из плотной бархатистой ткани. В одном металлические кругляши с номиналом на решке, все серебристые, никаких тебе медяков, золотых. Продвинутое, однако, общество. Так скоро и до банкнот додумаются. Но пока бумажного бабла нет. Зато есть какие-то камушки: с десяток голубеньких в одном мешочке и пара жёлтых в другом. В последнем – прямоугольный, похожий на кусок мыла булыжник, в полладони размером. Гладенький, матовый, в крапинку, словно чёрный гранит. По краям золочёное тиснение, этакая окантовка. Назначение кирпича непонятно, но явно создан не орехи колоть.

И главное – ни одной – сцуко – книги! Проклятый неуч! Плакали мои планы – хапнуть знаний стандартным путём. Хоть бы художку какую с собой притащил. По крайней мере я бы удостоверился, что въезжаю в местные буковки. А то вдруг у меня тут засада засад – говорить, понимать речь могу, а читать – нифига. Закрыв сундук, я плюхнулся на кровать. Нужно срочно обдумать свои дальнейшие действия.

И тут входная дверь стремительно распахнулась. Бросив последний быстрый взгляд в коридор, в комнату бесшумно проскользнула гостья, тут же задвинувшая за собой внутренний засовчик, на который я как раз сдуру внимание и не обратил. Вот бля! Очевидно же, что нужно было закрыться.

– Похотливая тварь! – прошипела зеленоглазая сестра Ферца и бросилась ко мне.

Сказать, что я охренел, значит ничего не сказать. Соображалку отбило мгновенно – я даже с кровати вскочить не успел. Напрыгнувшая на меня сверху девушка вцепилась в подставленные в непроизвольном защитном жесте руки и мигом раздвинула их. Мелькнула неприятная мысль: – Сейчас мне засадят по морде! Я даже зажмурился.

Но вместо этого к моим губам прижалось нечто тёплое, мягкое, влажное, а в нос ворвался сладкий цветочный запах. Я дёрнулся и распахнул глаза. Поцелуй! Так вот он какой…

– Какого хрена, Рэ?

Не дав мне в полной мере осознать весь ужас и весь кайф происходящего, девушка вскочила с моего одеревеневшего тела.

– Как это понимать? Выдернул меня с обеда и… Что происходит?

Хороший вопрос. Хотел бы я тоже знать, что это сейчас было. Вот только язык, ещё помнящий вкус её губ застрял в горле, и озвучить сейчас что-либо сложнее мычания я физически не смогу.

– А… – сощурила она глаза понимающе. – Мы сели на ваши места. Наказываешь так? Ну-ну… Пошёл ты, Рэ, знаешь куда! Ферц, может и перегнул палку, но у моего брата тоже есть яйца. Разбирайтесь друг с другом сами, а меня сюда не приклеивай. Не хочешь трахаться, сиди и дрочи! Ещё на коленях ко мне приползёшь, древнекровка!

Последнее она прошептала мне в ухо, резко нагнувшись. Пышные хвостики упали мне на шею и щёку, голова закружилась от вновь накативших: тепла и аромата красотки. Пальчик с остреньким ноготком прочертил по груди нисходящую линию, напоследок задев невзначай Санька младшего, и так вздыбившегося под тоху Александром Великим.

– Приползёшь, – томным голосом пророчицы-обольстительницы повторила она, отпирая дверь и красной бабочкой выпорхнула из комнаты.

Я лежал, ни жив ни мёртв. Ну у них тут – сцуко – и нравы!

Глава пятая – Давайте знакомиться

Кое-как придя в себя, я поднялся и закрыл-таки проклятую дверь на засов. В жопу незваных визитёров, даже таких, как недавняя красотка. Кстати, надо бы узнать её имя – чую, придётся в скором времени отношения выяснять. Я снова плюхнулся на кровать. Штирлиц никогда не был так близок к провалу. Ни внуши девчонка себе мысль про обиду вставшего якобы в позу Рейсана, и хрен бы я выкрутился. Реально хожу по краю. Рано, или поздно, но меня по-любому раскусят. Задача – максимально оттянуть этот миг. Сейчас в своём неведении я наиболее уязвим, значит тянем время и тянемся к знаниям. Поменьше контактов с роднёй, рот на замке. Моё дело – молчать и слушать.

Кажется, я придумал, каким будет мой следующий шаг. Но, как всё-таки клёво пахла эта девчонка… Её губы касались моих! Охренеть! Охренеть! Охренеть! Такой шанс был лишиться, наконец, девственности, и я его просрал. Лох в квадрате.

Да ладно, кого я обманываю? Не было у меня никаких шансов. Секс – штука слишком интимная. Запалился бы моментально. Тут нужно досконально знать все привычки и предпочтения обоих партнёров – мало ли, какой колобобрик у них за любимую позу? Ничего, до девятнадцати как-то дожил без сакрального знания – каковы сиськи на ощупь, потерплю и дальше.

Интересно, у них здесь трах в этом возрасте – дело обычное, или это только Рейсан такой ранний? У нас-то в восемнадцать, конечно, перепихон существует, как вид, но в большинстве случаев этот этап взросления смещён на попозже. Поживём, увидим. Пока понятно одно: если я хочу остаться не разоблачённым, придётся предельно убедительно играть роль барчука-мудака. Угораздило же попасть в местного Драко Малфоя. Ходи теперь с перекошенной от чувства собственной важности рожей и пинай лохов. Лишь бы у них только тут своего Гарри Поттера не нашлось. Надо глянуть, нет ли у этого Ферца шрама на лбу, а то мало ли.

Минут через двадцать в дверь вежливо постучали, предварительно толкнув её пару раз. Похоже, братец с обеда притопал. Я отодвинул засов и впустил его. Рангар был один.

– Повели всех осматривать форт, – сообщил он, перед тем, как скрыться в сортире.

– Я Фо с Вларом на всякий случай послал – пусть осмотрятся, запомнят, где тут чё, – добавил Рангар, отжурчавшись и выйдя обратно. – Что случилось-то, старший брат? Ушёл не пожравши. Как я понял, нас тут такой вкуснотой баловать не собираются. С завтрашнего дня какая-нибудь белуха пойдёт. Я тебе прихватил пару лапок – держи вот.

И он достал из-за пазухи свёрток, в котором под салфетками легко угадывались очертаниями знакомого деликатеса.

– Тебе бы только пожрать, – скривился я. – Спасибо, но я сейчас не хочу. Настроения нет. К обнаглевшему Ферцу прибавились проблемы посерьёзнее. Я хочу знать всё про этого сраного левитанта. Кто мне может рассказать про Фалко Краса что-нибудь, чего я не знаю?

– Да, хрен его? – почесал затылок Рангар. – Махавай наверное. За что мы держим этого умника?

– Зови его.

– Так он это, – замялся брат. – Тоже пошёл со всеми.

– И? – решил я потренироваться играть мудака.

– Сгоняю, приведу, – кивнул Рангар и выскочил за дверь.

Я перевёл дух. Еще немного времени выиграно. Как я понял, завтра начнутся занятия, и станет полегче. Безделье – мой враг. На уроке болтать, и сложнее, и головы другим буду заняты. Сегодня продержаться, а дальше, глядишь, втянусь. По крайней мере я на это надеялся.

В этот раз моё одиночество продлилось и того меньше. Протиснувшийся в приоткрытую дверь Рангар предупредительно спросил: – Звать? – И только дождавшись моего утвердительного кивка, поманил кого-то из коридора.

Кто-то, предположительно упомянутый ранее Махавай, робко заглянул в комнату.

– Давай, давай, – втянул его целиком здоровяк. – Старший брат, я тебе ещё нужен? У меня там дельце одно.

– Иди, – милостиво отпустил я "ненужные уши". – Не забудь отправить кого-нибудь – занять места к ужину. Позовёте, как время придёт.

– Ага, сделаем, – кивнул брат и выскочил за дверь.

Я перевёл взгляд на Махавая. Невысокий, слегка толстоват, покатые узкие плечи, большая лобастая голова, тёмно-русые кучеряшки, кое-как собранные на затылке в косичку, маленькие серые глазки, пухлые щёки, нос чуть приплюснут – типичный заучка-тюфяк. Родственная душа, можно сказать. Ботан ботана сразу узнает. И как такой вообще в кампашку к Рэ угодил? Этакий затюканный гений на службе у зла.

Глаза потупил, ссутулился весь – стоит трясётся. Не, в родственные души я его рано записал – труслив больно. Я при всех своих недостатках ссыклом никогда не был. Ну что же, не будем разочаровывать парня. Боится меня, значит есть за что.

– Запри дверь и садись, – указал я на одну из свободных кроватей, сам вальяжно заваливаясь спиной на подушку.

– Рассказывай, – велел я, когда парень аккуратно примостился на край заправленной койки.

– Что рассказывать, босс? – испуганно уточнил он.

Босс, надо же. Хорошо хоть, что не хозяин. Похоже, Рангар не удосужился сообщить пацану цель вызова. Небось думает, что собираюсь отчитывать за какую-нибудь провинность. Может оно и к лучшему – не обратит со страху внимание на мои тупняки.

– Фалко Крас. Для начала хочу знать про него. Давай всё в подробностях. Даже на очевидные вещи можно смотреть под разным углом. Знаком с темой?

– А, Фалко… – с облегчением протянул Махавай. – Как же, как же – известная личность. Средний сын главы клана Крас, второй в очереди наследования. Подающий большие надежды силар, уже седьмая ступень. По моим данным только у вас троих с ним и Яхо Гором такой уровень силы из всех пришедших в академию в этом году.

– Дальше, – холодно бросил я, заметив, что парень замялся.

– Э… Сейчас, сейчас, босс. Сказали же всё подряд. Клан один из самых сильных на ветви. Листьев двадцать имеют. Под влиянием большой город на поперечке. Мощный форт, дружина в три тысячи воинов, до полсотни взрослых силаров. Пятеро, или уже шестеро третье-ранговых. Извиняюсь, дорога сюда кучу времени сожрала. Неделю уже не общался с нужными людьми, а в "Имперском вестнике", сами понимаете, такие данные с запозданием появляются. В любом случае второй ярус им пока не светит, да и за всю историю клана больше семи трёшек у них никогда не было.

Держать равнодушное выражение лица становилось всё труднее. Трёшки, ранги, ступени, ярусы, листья… Я нихрена не понимал. Что за хитрожопый табель о рангах? Справочник! Мне нужен справочник! И толковый словарь.

– Зато денег полно, – продолжал немного раскрепостившийся знаток местной знати. – На ветви Красы, конечно, ни единственные левитанты, но именно силары их клана обслуживают западный лифт. Сами понимаете, какие там доходы. Даже манники отдыхают. Фалко, как вы уже могли убедиться, цены себе не сложит. Сам боец средненький, но при нём всегда ошивается пара неслабых ребят из физиков. Но про эти дела вам Рангар больше расскажет. На счёт характера, кроме того, что чванлив и тщеславен, тоже ничего не скажу. Сами знаете – я по циферкам больше.