Вслед за Бурей. Бремя сильных

В зарослях ее тоже услышали. Суета в лесу стихла, но с ответом никто не спешил. Короткая пауза – и ветви кустов вновь задвигались. Того и гляди ломанутся все разом – тогда им не сдобровать. Инга, видать, думала точно так же, так как не стала дожидаться решения «невидимок» и закричала опять:

– Эй, Тразм! Вы что, своих не признали!

– Ты чего? – удивленно уставился на подругу Кабан.

– Проверила не Варханы ли там, – буркнула в ответ девушка. – Кажись не Варханы. А то бы хоть как-то откликнулись. Приготовься, сейчас полезут.

– На, держи. – Сунув Инге копье, охотник потянулся в колчан за стрелой.

– Эй, в кустах! Я тоже с луком! – в кои-то веке проявляя инициативу, заорал Кабаз. – Первый, кто сунется – получит стрелу в кишки! Я с такой близи не промажу!

Кабан старался, чтобы голос его прозвучал как можно более грозно. Сам-то он не был уверен, что способен попасть по бегущему, стоя в воде, да еще и задрав лук над лодкой. Но мгновения шли, шли и шли. Сердце отбило едва ли не сотню ударов, а засевшие в зарослях недруги все никак не решались проверить его меткость стрельбы. Похоже, угроза сработала.

– И что дальше? – шепотом обратился к Инге Кабаз. – Отплывем потихоньку назад вместе с лодкой, ну а там уже внутрь залезем?

Ответить Инге не дали. Притаившиеся в кустах «невидимки», видно, все же решили повременить с нападением. Вылетевшие из леса слова подтвердили – атака откладывается.

– Слышь, Рыбаки. Есть предложение. – В голосе звучали презрение и уверенность в собственных силах. – Вылазьте на берег, бросайте оружие, и мы вас не тронем.

– А у нас встречное предложение, – мгновенно откликнулась Инга. – Вы спокойно сидите в кустах, а мы уплываем обратно. Все остаются целы и при своем.

– А через неделю сюда приплывут Мирты. Как же, нашли дураков. – Теперь слова неизвестного раздались ближе. – Дороги назад для вас нет. Не надейтесь. Лучше уж по добру вылезайте. Жизнь сохраним. Даю слово.

– Не отпустят, – разочарованно пробормотала Инга. – Что-то они натворили и теперь Миртов сильнее чудовищ боятся. Давай-ка и правда вылазить.

– Да ты что! Совсем сбрендила?! – не поверил Кабаз своим ушам. – Да нас же убьют!

– То еще на двое. Может и выкрутимся, – поспешно ответила девушка, выглядывая через край лодки. – А вот попробуем сдернуть – точно убьют. Два шага назад – и дно под ногами закончится. Они только того и ждут. Не успеешь ты на десять локтей отплыть, а они уже к воде выскочат и с боков зайдут. Подстрелят на раз.

На это Кабаз не нашел, что ответить. Инга же, как обычно все решив за двоих, начала торопливо давать наставления:

– Это явно какие-то пришлые. Слышал, как он нас рыбаками окликнул? Значит, сами не рыбаки стало быть. Говорить буду я. Ты запомни – мы Варханы и сюда приплыли от демонов спрятаться. Разберемся по ходу, что врать.

Инга снова высунулась из-за лодки и крикнула в сторону леса:

– Ладно, уговорил. Мы выходим. Но смотри – духи твоему слову свидетели.

– Мое слово крепкое, – донеслось из кустов. – Сказал же не убьем. Давай только шустрее, пока стрелы песком не занесло.

Парень и девушка забросили в лодку оружие и потянули челнок к берегу. Не успело суденышко оказаться на суше, как из леса выскочило несколько человек с натянутыми луками в руках. Гостей окружили, и низкорослый бородатый мужик, расплывшись в щербатой улыбке, подметил:

– А в лодке-то гостинцы для нас. Молодцы рыбаки – расстарались. А ну-ка подвинься, – отпихнул он Кабаза от челнока.

Кабан отошел, а чужак по хозяйски принялся ковыряться в нежданной добыче. Мешок и корзины с едой вызвали целую бурю восторгов – видно, с пищей тут было туго. Ну а сеть, так и вовсе, заставила мужика заплясать от радости.

– Ну теперь заживем… – верещал бородатый. – Тут жрачки на месяц. А сетка – новье. Не то, что наша была. Лисек, чего стоишь? Дуй за стрелами. Потом не найдешь же.

Чужак уже вытащил шкуры из лодки и, разбирая чужое добро, казалось совсем позабыл о двоих рыбаках. Но один из мужчин, тоже низкого роста, только более хлипкий, поспешил оторвать главаря от приятного дела и напомнил о пленниках:

– Эй, Важга. Может потом с добром разберемся? Че с этими-то делать?

Щербатый на миг оторвался от своего занятия и коротко буркнул:

– Связать для начала надо, а там разберемся.

Двое Безродных побежали обратно в кусты, и пока все их ждали, Кабаз смог как следует разглядеть своих новых пленителей.

Вместе с теми, что скрылись в лесу и с парнишкой, нырявшим у берега в поисках стрел, чужаков набирался неполный десяток. Все лохматые, грязные, несмотря на обилие рядом воды, неопрятные, в подраных шкурах. Пышные косматые бороды обрамляли чумазые лица. Глаза из под нахмуренных бровей смотрели недобро. Из множества Безродных, что уже довелось повидать Кабану, эти выглядели самыми дикими. Именно такими – жуткими лохматыми нелюдями их и описывали женщины Племени, рассказывая детворе страшные сказки о заречных соседях.

Наконец, пара охотников вернулась из леса, притащив с собой связки лозы. Сведенные за спиной руки пленников тут же крепко стянули, и Кабаза окатило волной болезненных воспоминаний. Не так давно Урги точно так же связывали ему руки. Не приведи Ярад, повторять ту историю заново.

Сопротивляться Кабаз и не думал. Восемь взрослых мужчин – слишком много для одного. Или даже двоих, если Ингу считать. Хотя от нее в бою толку мало – она только болтать горазда. Наверняка удерет, реши он драку начать. Вот один на один Кабаз не убоялся бы сойтись с любым из лохматых бойцов. Явных силачей среди них не имелось. Самый рослый – не выше него. В стати же и в ширине плеч чужаки уступали Кабазу тем более. Да что там один на один! Было бы их хотя бы трое…

Забросив содержимое лодки обратно, несколько человек поволокли челнок по песку в сторону леса. Припрятав добычу, мужчины вернулись, и пришло время решать судьбу пленников. Щербатый вожак задумчиво почесал бороду и, неизвестно к кому обращаясь, пробормотал:

– И что же мне с ними делать?

– Копье в горло – и думать не о чем, – высказал свое мнение самый старый на вид охотник. – Самим жрать нечего. Куда еще лишние рты.

– Правильно Прус говорит, – поддержал кровожадного старца еще один воин. – Хоть бы кролики тут водились… Поганый остров! К зиме передохнем от голода, если ничего не изменится. Помяните мое слово, будем кору с деревьев глодать. Завалить их – и в озеро. Отпускать так и так нельзя.

– Зачем сразу в озеро? – вклинился третий. – Какое ни какое, а мясо. Я бы не побрезговал.

– Эээ, хорош нас запугивать, – не сдержался Кабаз. – Нам же слово давали.

– Это да. Вроде, слово я им свое дал, – грустно промолвил щербатый.

– Важга, полно дурачиться, – не унимался старик. – С каких пор тебя такие мелочи волновать стали. Подумаешь слово…

– Да погодите вы. Дайте подумать, – отмахнулся главарь от советчиков. – Значит так, поразмыслим. А какие у нас варианты? Вот допустим, мы их не убъем. Нужно будет держать их на привязи. Караулить, кормить, нюхать ихне сранье… Ладно, запах не в счет. Мы же терпим Маждяка, а уж он позловонней любого дерьма.

Плоская шутка щербатого вызвала несколько невеселых смешков. Видно, приподнятое настроение главаря мало кто разделял. Сам же Важга погоготал от души и, лишь отсмеявшись, продолжил:

– Караулить, пожалуй, несложно. Привязал к дереву – и все дела. А вот с жрачкой действительно туго. Самим не хватает.

На этом он ненадолго прервался, погрузившись в раздумья.

– Хотя, с новой сетью, может, нам больше свезет, и рыбка у нас, наконец-то, появится. Станем жрать посытней… Если опять не утопим, как старую, – осклабился щербатый.

Видать, этот Важга любил пошутить. Остальные охотники при упоминании былого промаха, наоборот, недовольно скривились.

– Погоди! – встрепенулась Инга, услышав последнюю фразу. – Не нужно нас караулить и к деревьям вязать. Мы бежать никуда не хотим. Мы уже убежали…Сюда.

– А я тебе говорил, что не одни мы такие умные, – накинулся Прус на Важгу. – Сейчас сюда все попрут. И Варханы первыми… Аукнется нам тот поселок.

– А вот и нет, – поспешила Инга развеять опасения Пруса. – Наши за озеро к Миртам отправились. Про остров никто и не вспомнил. Здесь же целому клану не прокормиться. Если надолго.

– Ну что, старый хрен, успокоился? – Теперь уже Важга не сдерживал радость. – Моя-то башка поумнее твоей. Оттого я и главный. Я же знал, что все к Одрегу сунутся. Не до нас им сейчас – надо чудищ встречать.

Старый Прус неразборчиво пробурчал что-то себе под нос. Ну а Инга немедля заполнила паузу новым враньем:

– Прав ваш вождь, охотники. Прав. Никто вас искать не будет. Не до мести сейчас. Вижу люди вы умные. Да и мы не дураки. Выслушайте мое предложение. Не губите бездумно.

– Молчи, девка! Тебе слова никто не давал. – накинулся на девушку Прус.

– Да остынь ты, ворчун. Пусть уж скажет. Куда мы торопимся? – перебил старца Важга.

– Хотя, нет! Есть куда торопиться, – поправил он сам себя. – Лисек, ну-ка бегом на ту сторону. Вдруг, пока мы болтаем с востока уже кто плывет? Совсем про дозор позабыли.

Паренек мигом скрылся в кустах, а главарь снова глянул на Ингу.

– Ну рассказывай – чего ты хотела нам предложить? Если ноги раздвинуть, так то мы и сами возьмем, если вздумаем.

Эту шутку щербатого Безродные уже оценили. Мужчины довольно заржали. Причем, судя по интонации смеха, доля правды в словах Важги крылась немалая. Кабаз еще пуще напрягся. В этот миг он твердо для себя уяснил, что убьет Важгу первым, решись чужаки на такое. Но Инга, похоже, на эту скабрезность совсем не обиделась. По крайней мере на лице девушки не дрогнул ни один мускул. Более того она еще и попробовала отшутиться.

– Да я как-то еще не выбрала, кто мне из вас больше нравится, – подмигнула девчонка щербатому. – Ну а если серьезно, хочу предложить вам помощь. Наша с Даргом подмога позволит вам дотянуть до весны. А если потребуется, то и дольше.

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Важга. – И в чем это вы помогать нам собрались?

– Мы будем вам рыбу ловить.

– Ха! – вскинулся один из охотников. – То мы и сами могем.

– Раз сеть теперь у нас есть – рыбки всяко наловим, – поддержал старый Прус.

– Чего там ловить? Кинул сеть – и тащи, – поддакнул еще один бородач.

– Слышишь, девка, что народ говорит? – Важга картинно развел руки в стороны. – Не нуждаемся мы в вашей помощи. Рыбалить и сами немного умеем.

– В том-то и дело, что немного умеете, – ничуть не расстроилась Инга. – Я тут услышала, что была у вас уже сеточка. Да только вы ее утопить умудрились.

– Что было, то было, – не стал отпираться Важга. – Волна поднялась… не рассчитали малость. Но впредь такого уже не допустим. Ученые.

– А уловы богатые были? Наедались от пуза? Оставалось, что впрок запасти?

Вопросы девушки ответов не требовали. Все и так прекрасно читалось на лицах Безродных. Похоже, та короткая пора, когда украденная у Варханов сеть еще не отправилась ко дну, была для новоиспеченных островитян ненамного сытнее, чем нынешние голодные времена.

– Издеваешься? Здесь места-то не рыбные, – нахмурившись, вынес приговор прилегающим к острову водам Важга. – Жирка набрать не с чего. Но на нашу ватагу натаскать кое-как удавалось. Пусть и мало, а завсегда улов брали.

– Ну ну, – усомнилась девушка в достижениях новоявленных рыбаков. – Сразу видно, что доселе охотой вы жили. В рыбной ловле не больно-то смыслите.

И не дав бородатым себя перебить, Инга поспешно принялась развивать эту мысль:

– Рыбы здесь предостаточно. Просто ее нужно суметь поймать. А ловить сейчас надо помногу. Осень считай на носу. Похолодает – и все. Уйдет рыбка на глубину зимовать. Нынче же почитай самый сезон. Погода добрая, волны нет. Месяц, другой– и потом до весны перерыв в нашем деле рыбацком. Надо на охоту переходить. А тут уж какая охота? На мышей разве что. Вот и выходит, что если хотите до весны протянуть, надобно сейчас впрок налавливать рыбку-то. Коптить да сушить хоть умеете? Здесь, как с мясом не выйдет. Тут потоньше работа.

Выговорившись, Инга забегала взглядом от одного Безродного к другому, но отвечать ей никто не спешил. Над пляжем повисло молчание. Хмурые лица кривились под гнетом услышанного. Обрисованные девушкой перспективы будущей жизни на острове оказались не столь уж и радужными, как думалось поначалу. Даже Кабазу, который недавно отъелся в поселке Варханов от пуза, живо представился будущий голод холодной поры. Люди же, который день прозябавшие здесь без достатка еды, этот словесный посыл оценили тем более. Первым, как это не странно, сдался ворчливый старик.

– Складно девка лопочет, – пробурчал Прус. – Нужно дать им попробовать. Вдруг не врет.

– Верно. Пусть покажут, как надо ловить. И коптить тоже, – подхватили его слова другие охотники.

– Хорошо. Убедила рыбачка, – подытожил щербатый. – Будет шанс тебе подтвердить свое слово. Только, если обманешь, пеняй на себя. Легкой смерти не жди. Я помучить горазд.

На последних словах Важга скорчил свирепую рожу и, достав из-за пояса нож, покрутил им у лица Инги. Но уже миг спустя грозный лик бородатого сгладился, и он хрипло продолжил:

– Хотелось бы тебе, конечно, поверить и успеху твоему порадоваться. Ибо возвращаться обратно, туда где демоны по лесам бродят, нам ой как ни в жилу. Да только что-то мне подсказывает – привираешь ты малость. Страх тебе язык развязал, вот и пугаешь нас голодом. Ну, да ладно. Попытка – не пытка. Говори, что нам делать.

– Для начала найдите-ка мне пару палок…

***

Ближе к вечеру, когда до заката еще оставалось достаточно времени, от пляжа отчалило три челнока. В большом, на котором сегодня они и приплыли, Кабаз с Ингой везли связку длинных жердей, дрын потолще и сеть. В двух меньших, идущих с обеих сторон от загруженной лодки, с трудом разместилось по трое Безродных. Гребло из них четверо. Двое оставшихся держали в руках луки с наложенными на тетиву стрелами – эти приглядывали за рыбаками, упреждая попытки удрать.

Челноки неторопливо ползли к мели, которую Инга приметила утром напротив косы, что песчаным языком впивалась в озерную гладь на южной оконечности острова. По берегу медленно топали в ту же сторону еще двое Безродных, одним из которых был Прус. У бородатых имелся и третий челнок, спрятанный где-то в зарослях, но Важга решил, что сегодня достаточно двух, и старик был оставлен на суше. Также в плаванье не участвовал Лисек, чья работа дозорного не позволяла надолго оставить свой пост.

Солнце медленно плыло на запад. Наступало самое подходящее время для задуманного девчонкой. О том, что рыба охотней подходит к берегу на вечерней зоре знал даже далекий от тонкостей промысла Кабаз. Приближалась пора подтвердить обещания делом. Не дай Ярад, у них ничего не получится! Кабан уже начал заранее продумывать грядущую схватку. Пока руки не связаны, нужно нападать первым – не самому же послушной козой подставлять шею под нож?

Только здесь в челноке, впервые оказавшись вдвоем с глазу на глаз, пленники, наконец, смогли нормально поговорить.

– Ты действительно веришь, что мы сможем хоть что-то поймать? – шепотом обратился Кабаз к своей спутнице.

– Я на это надеюсь, – так же тихо откликнулась Инга. – Никогда бы не подумала, что моя жизнь будет зависеть от удачи в какой-то поганой рыбалке. Это ж дело такое – сегодня есть, завтра нет. Все зависит не только от нас. – Девушка тяжко вздохнула. – Слушай. А помолись-ка ты лучше Нахару, чтобы рыбки послал. Вдруг к тебе он прислушается.

– Да какие тут боги… – отмахнулся охотник. – Нам они не помогут, коль в рыбалке мы смыслим не больше, чем эти. – Кабаз мотнул головой в сторону бородатой охраны в соседнем челноке. – И зачем только палок набрали…

Инга резко вскинула голову и удивленно вытаращила глаза.

– Так ты что же, решил я все вру? – искренни возмутилась девушка. – Наш поселок стоит, или щас уж скорее стоял, возле самой Великой реки. Мой папаша был первым рыбаком на весь клан. Так что можешь немного расслабиться. Я ведь рыбку ловить-то умею.

Теперь настала пора удивляться Кабазу. Вон оно, значит, как… В Инге-то талантов и тайн еще больше, чем думалось. То и дело приходится о ней что-то новое узнавать. Но оно и к лучшему.

Девушка между тем тихонько хихикнула, на миг отвлекшись от горьких раздумий, и продолжила:

– Верно мыслил – я время тяну? Притворяюсь рыбачкой, чтоб нас не убили? А вот нет. Я рыбачка и есть. Или дочь рыбака, что вернее. Я весь план этот с бегством на остров оттого и удумала, что в рыбалке толк ведаю. Хоть целый год мы бы здесь в сытости просидели, кабы нас эти гады не опередили.

– А я тебе говорил, что затея дурацкая, – не удержался Кабаз от упрека. – Теперь надо обратно плыть и мое Племя искать. Или к Миртам прибиться, как все.

– Ладно. Позже обсудим что делать, – прервала его девушка. – Все. Считай мы приплыли. Сейчас для начала нам нужно поймать эту сраную рыбу. Планы потом строить будем. Ну-ка, дай-ка мне жердь.

Кабаз бросил грести и, достав из охапки длинную палку, протянул ее Инге. Девушка ухватила жердину за более толстый конец и направила тонким за борт. Близкое дно отыскалось на глубине трех локтей. Лодка качнулась и резко замедлила ход. Остановившись, челнок заколыхался на мелкой волне, а Инга с Кабазом уже вбивали в песок первый кол. Девушка придерживала длинную ветку, а парень лупил по верхушке прихваченным толстым дрыном. Когда жердь уверенно встала над водами озера, пришло время сети. Ее подняли со дна лодки и, аккуратно расправив, начали потихоньку нанизывать на торчащую палку.

Сеть была просто огромной: десять локтей в ширину и в длину все полсотни. По нижней кайме, с равными промежутками, шли привязанные камни-грузила. В центре невода имелся глубокий карман, отведенный назад здоровенным мешком – туда по задумке должна набиваться рыба. При желании массивное орудие лова можно было волочь, словно бредень, по дну, но для этого требовалось не менее дюжины человек. Причем, не абы кого, а людей со сноровкой и опытом, понимающих толк в этом деле. Рыбаков – одним словом. Но чего не было, того не было. Приходилось рассчитывать только на себя и оттого искать другой способ лова, какой смогут осилить и двое. Слава Яраду, такой тоже имелся.

Закрепив край сети на палке, Кабаз повел челнок дальше. Полдюжины локтей – и еще одна жердь, проскользнув сквозь ячейки, поднялась над водами озера. Лодка продвинулась еще раз на такое же расстояние. Третий колышек накрепко впился в песок, натянув невод, словно прозрачную стену. В этом месте челнок совершил поворот, и теперь сеть ложилась камнями на дно уже параллельно видневшейся в сумраке линии пляжа. Этот курс не менялся какое-то время, но пройдя локтей двадцать лодка снова свернула, поплыв теперь в сторону берега. Дальше все повторилось в обратном порядке, и еще три жердины вознесли над водой продолжение гнутой ячейчатой стенки.

Получившийся из натянутой на столбах сети трехсторонний загон смотрел раструбом в сторону берега, и теперь оставалось только расправить карман, именовавшийся меж рыбаков странным словом – мотня.

Об этой мотне и о многом другом, что касалось проделанной ими работы, Инга успела поведать Кабазу во время короткого плавания к берегу. Обойдя отмель сбоку, все три лодки вернулись на пляж. На этом первая часть необычной рыбалки закончилась. Теперь следовало немного подождать.

Красный блин солнца почти утонул на западе в водах Великого озера, когда Инга взмахом руки подала знак Кабазу. Кабан уже знал, что ему нужно делать и, ухватив поудобней весло, двинулся мелководьем от берега. Забирая правее от края косы, парень брел по колено в воде, поднимая волну. Слева, напротив него, то же самое делала Инга, только двигалась девушка значительно грациозней: высоко поднимала ноги и опускала ступни обратно почти без брызг. Багряные отголоски заката плясали по зеркалу вод, освещая ту сотню-другую локтей озерной поверхности, что еще оставалось пройти рыбакам до загона. Парень и девушка с двух сторон подбирались к сети, шумно хлопая веслами по воде. Постепенно они забирались все глубже. Идти получалось медленнее, но до жердей уже было рукой подать.

Участвуй в рыбалке побольше народу, шанс взять хороший улов сильно вырос бы, но Инга специально решила не звать бородатых в подмогу, чтоб и заслуги потом не делить пополам, коли выгорит дело.

Когда Кабаз добрался до первого справа столба, вода поднялась уже выше пупка. Инге на той стороне было еще сложнее. Тем не менее, ненамного отстав от товарища, девушка ухватилась за палку на левом краю и немедленно крикнула:

– Давай!

Жерди синхронно покинули донный песок и, увлекая сеть за собой, рыбаки бросились к следующим палкам. Там все повторилось по новой. А вот у третьих опор вышланебольшая заминка. Инга, которой вода подобралась под грудь, чуть замешкалась, и Кабаз раньше времени стал заворачивать невод. Натяжение спало, сеть тотчас завалилась, и центр провис. Палка в руках у Кабаза задергалась – рыба попала в ловушку и стала метаться, пытаясь найти путь на волю. Выход нашелся. В месте, где верхняя кромка сети погрузилась под воду, крупные рыбины, вспенив озерную гладь, поверху ринулись наутек.

– Натягивай, дурень! – крикнула Инга. Сама девушка, выдрав последнюю жердь, уже тянула край невода в сторону берега. Недавний охотник, превратившийся нынче по воле судьбы в рыбака, спешно рванулся назад, поднимая край сети. Несколько серебристых теней, подняв кучу брызг, напоследок выскочили наружу. Но на этом лазейка закрылась, и еще пара рыбин, недопрыгнув до верхнего края сети, плюхнулись обратно в загон.

– Все! Теперь дуй ко мне! – достигла ушей Кабана очередная команда. Парень и девушка, преодолевая сопротивление вод, ринулись навстречу друг другу. Край сети снова резко провис, и повальное рыбное бегство продолжилось. Долгие десять ударов сердца, что ловушка смыкалась в кольцо, показались Кабазу вечностью. Дальше окружность загона уже превратилась в овал, и верхний край сети сложился в единое целое – лазейка для бегства закрылась.

То что часть рыбы осталась в мотне, Кабаз почувствовал сразу. Сеть мелко дергалась. Тяжесть добычи давила на онемевшие руки. Как Инга справляется с ношей – вообще не понятно. Несмотря на прохладу воды, с Кабаза сошло семь потов, пока возле самого берега бородатые зрители не пришли к рыбакам на подмогу. Оголодавшие Безродные с криками и улюлюканьем бросились к неводу, и уже всей гурьбой сеть выволокли на песок.

Улов оказался богатым: в свете поднявшихся звезд блестели чешуйками, трепыхаясь в мотне, два десятка немаленьких рыбин. Кабаз облегчено вздохнул – смогли, сдюжили! Правда, он настолько устал, что сейчас ему все было побоку. Сил совсем не осталось. Хотелось лишь одного – лечь и уснуть. Тем не менее, взяв себя в руки, он отыскал взглядом Ингу. Девушка лежала на самой границе прибоя, опустив лицо на сведенные руки. Кабаз на карачках кое-как подполз к ней и рухнул рядом.

– Ну как ты? Жива? – продышал он подруге в ухо.

В ответ утвердительно буркнули, и Кабан, растянувшись в улыбке, радостно возвестил:

– А ведь у нас получилось! Ты видела сколько там рыбы? – И не дождавшись ответа Кабаз поспешил сделать выводы: – Теперь-то уж нас не убьют. Мы свое слово сдержали. Осталось лишь коптить научиться… Но ты же покажешь?

Голова девушки оторвалась от рук. Измученное, покрытое налипшими песчинками лицо повернулось к Кабазу. Сквозь спутанные мокрые волосы на него с грустью смотрели полные слез глаза.

– Дурень… Какой же ты все-таки дурень, – прошептали дрожащие губы. – Как только я научу их всему, что умею… нас тут же убьют.

Глава вторая – Догнали!

Глубокий каньон еще заполняла непроглядная тьма, а в лагере беженцев вовсю уже шла подготовка к новому походному дню. Разбившись на группы, народ спешно завтракал. Сухая холодная пища с трудом лезла в рот – мало того, что костры разводить было не из чего, так еще и нельзя. Запрет на огонь, утвержденный Драгомиром еще в начале пути, никто не снимал и сейчас. По крайней мере от Монков подобных приказов не поступало.

Мина грызла сушеное мясо вприкуску с не менее черствой лепешкой, а трое мужчин, развалившихся на земле вокруг девушки, свой паек уже стрескали и сейчас ожидали команды – отправляться в дорогу.

– Эй, Валай. Ну ка, дай мне запить, – протянула охотница руку.

– На. Держи, – сунул Волк исхудавший бурдюк. – Здесь как раз тебе хватит. А у меня еще есть. Но последний.

– Ты богат. У меня вообще пусто. Вечером последние капли выжала, – скривилась Мина. – Слышь, Ралат. А у тебя как с водой?

– Да никак. У меня ее и держать-то не в чем, – откликнулся лучник.

– Ну и ладно, – ничуть не расстроилась охотница. – Если что, у Джейка одолжим. Да и сушь эта думаю скоро закончится. Эй, северянин. Долго нам еще этой щелью ползти? Где там ваша Империя?