Вслед за бурей. Тайны древних

Заминка на переправе позволила орде слегка оторваться, так что хвост армии чернюков впереди не показывался вплоть до самого поворота, где начиналось то самое узкое место с уже не отвесными склонами по бокам. Когда передовой отряд, в котором ехали и привыкшие-таки за время дороги к седлу охотники, миновал нужный изгиб, последние нелюди уже покидали ущелье. Каких-то пять миль по прямой – и откроется вид на загорье. Только сверху он лучше.

В тот раз они с Миной измыслили хитрость – подняться по склону наверх. Вот и сейчас Валай счёл не лишним подсказать тот же фокус Теннарию. Благо, тот сам все время приставал к ним с подругой с вопросами. Как-никак они двое – единственные люди, кому доводилось здесь шастать.

Поднимались все вместе. То есть сам Валай, Кант, не пожелавшая оставаться внизу Мина и еще несколько бессмертных, что всегда сопровождали Теннария, куда бы тот не отправился. Наверху-то и летом было прохладно, а теперь снег и лёд сплошной. Даже в выданной северянами тёплой одеже зуб на зуб не попадает. Зато этим двужильным всё нипочём – топают себе впереди, торят путь. Успевай только направление подсказывать.

К моменту, когда они, наконец, добрались до места, откуда можно было заглянуть за поворот, Валай весь продрог. Хорошо, хоть скалистый кряж по правую руку от ветра прикрыл, иначе бы совсем невмоготу стоять было бы. Правда, стоило Волку бросить взгляд на юг, куда убегала зажатая грядами холмов узкая долина, как про холод он и думать забыл.

– Теперь не догнать, даже если сквозь драконоводов прорвёмся, – вздохнул один из бессмертных.

– Не догнать, – согласился Теннарий. – Да и кавалерией прорываться по этой узкой канаве – бред полный. Они же на десяток миль растянулись. Ползут и ползут.

Кант не преувеличивал. Тысячи чудовищ внизу занимали своими телами приличный кусок долины – этакая многомильная гусеница: голова уже чёрт-те где, а хвост всё ещё из-за угла не весь высунулся. Но, если орда, хоть и вытянутая в длиннющую линию, отлично просматривалась на всём своём протяжении, то другое живое пятно, тоже ползущее к югу, разглядеть в деталях расстояние уже не позволяло. Но то и не требовалось – и так понятно, что сарийские недобитки идут к своей смерти. Дня два-три пути до них на глаз будет. Далеко уже забрались в Бездну.

– Не сейчас, так потом настигнем, – взял слово еще один Проклятый, чьего имени Волк не знал. – Не вечно же этому жёлобу длиться. Где-то дальше заканчивается. Как только драконоводы уберутся с дороги, ускоримся и сядем Саре на хвост.

– Это да, – Кивнул Кант. – Всё упирается в медлительность этой подыхающей падали. Думаю, настала пора их слегка подстегнуть. Пусть малость прибавят ходу.

С этими словами он достал из-за пазухи короткую серую палку с утолщением на одном из концов, что, как Валаю уже было известно, прятала в себе колдовской вихрь, и направил руку с зажатым в кулаке оружием богов на полузасыпанный снегом обломок скалы. Серый луч молнией прыгнул вперёд, и огромную каменюгу, размером с пару коней, обволокло мерцающее прозрачное облачко.

Теннарий пошевелил кистью. Валун на том конце колдовского щупальца отозвался похожим движением: качнулся из стороны в сторону, как бы выкапываясь из снега. Миг – и здоровенный камень поплыл вверх. Пока медленно, только ещё выходя на позицию. Магистр перевёл взгляд на занятую ордынцами долину внизу. Так вот, что он хочет! Валай моментально согрелся, предвкушая приятное глазу и сердцу зрелище.

Резкий взмах – и промчавшийся у них над головами обломок скалы полетел к далекому дну долины. Плавной выверенной дугой, кувыркаясь и постепенно уменьшаясь в размерах. Валай замер, непроизвольно считая удары сердца. Один, два, три… На седьмом успевший превратиться чуть ли не в точку камень, наконец-то, достиг земли. Вернее живого настила, что её покрывал сплошным слоем.

С высоты было толком не разобрать, куда именно пришёлся удар, и скольких тварей зашибло, но то, что ордынцам досталось и весьма основательно можно было понять по мгновенно разошедшейся в стороны от места падения судорожной волне. Словно круг на воде появился и тут же пропал. Но это было только начало. Следом уже летел второй камень, а Теннарий выдергивал из снега еще один. Благо, под гребнем скалистого кряжа этих природных снарядов валялось с избытком. Швыряй – не хочу.

Огромные валуны сыпались тварям на головы смертоносным дождем. Или даже скорее градом. В свое время сарийский колдун показал, как использовать вихрь, а магистр лишь подтвердил всем известную истину: сверху вниз летит лучше, чем наоборот. Чернюкам-то и спрятаться некуда. Как на ладони между пусть уже не отвесных, но по-прежнему крутых склонов. Мечутся в западне, гибнут сотнями, а спасти может лишь расстояние. Жаль, что поздно забрались на горы – большая часть орды уже вышла из-под обстрела. Этих теперь не достать. Зато те, что остались…

Давка внизу неожиданно стала стихать. Присмотревшись, Валай понял, что происходит. Похоже, вожди чернюков догадались откуда исходит опасность, проследили полёт каменюг и поспешно принялись отводить хвост зубастой реки обратно за поворот. То есть бросились людям навстречу.

– Этак они сейчас в наших упрутся.

В голосе бессмертного из охраны магистра слышалось беспокойство. Да и Теннария проняло.

– Бегом вниз! – рявкнул он одному из Проклятых. – В ближний бой не соваться. Арбалетчикам издали бить, и всем пятиться, пока не отстанут. Я сверху прикрою.

Воин рванул выполнять поручение, да и все они поспешили назад по своим следам. Всего две пары сотен шагов – и вот уже перед глазами та часть каньона, где к повороту как раз подходит колонна всадников. У них на пути появляются первые твари. Их много: одних только гигантов больше десятка, мелкоты не счесть вовсе. А из-за угла всё выкатываются и выкатываются новые волны. Между армиями юга и севера где-то полмили, но расстояние сокращается быстро. Успеет ли посланец Теннария?

Валай перевёл взгляд на склон. Успеет. Огромными скачкам несется – грация тигра. Пока они эти двести шагов подходили он до трети пути умудрился покрыть. Нет, не люди, совсем не люди эти бессмертные. Обычный человек не способен даже близко так двигаться. Здорово все же, что собратья Яра на их стороне. Не хотелось бы ему сойтись с таким шустряком в драке. Походя к Яраду отправит и не заметит даже, что кто-то там под ногами мешался.

А Теннарий тем временем подхватил вихрем первый камень. Мелкий, всего-то с конскую голову, но других на этой стороне хребта не было – скальный кряж, под которым валялись снаряды побольше, начинался только за поворотом. Размахнулся, швырнул. Невеликий булыжник умчался к земле, мгновенно пропав из виду. Попал он там в кого, или нет – неизвестно. Оставалось только надеяться, что да. Кант выковырял из снега и бросил вниз еще несколько точно таких же камушков, после чего, видно, пришёл к выводу, что занятие сие бестолково и бросился назад к тому склону, что выходил на Бездну.

Валай хотел было последовать за магистром, но Мина удержала:

– Да стой ты. Сейчас вернется.

И она не ошиблась. Теннарий уже возвращался, таща за собой по воздуху здоровенный обломок скалы. Вот это другое дело. Каменюга, вращаясь, полетела к земле, где шмякнулась прямо на одного из гигантов. Там внизу чудища уже хорошенько продвинулись. Оттесненные назад люди, удерживая безопасную дистанцию, пятились всё дальше и дальше. Непонятно, то ли посланец магистра, которого Валай давно потерял из виду, так быстро успел передать приказ, то ли кавалерийские командиры сами приняли решение: не вступать в ближний бой. В любом случае желание Теннария исполнялось – солдаты организованно отступали, постепенно смещаясь к началу узкой части разлома.

Пока бессмертный бегал за новыми снарядами армия внизу отошла еще дальше. Теперь под ними, что по эту сторону хребта, что по ту остались одни чернюки. Так они же сейчас… Не успел Валай додумать неожиданно пришедшую мысль, как Мина дёрнула его за плечо.

– Смотри, лезут!

Охотник проследил взгляд подруги. И точно! Сразу несколько дюжин нелюдей поднималось по склону в их сторону.

– Господин! К нам гости! – звонко крикнула Мина несущему очередной обломок скалы Теннарию.

–С той стороны тоже ползут, – мотнул тот головой себе за спину. – Ничего. У нас хорошая позиция. Пусть попробуют взять.

И гигантский валун, подпрыгивая на кочках, покатился по склону. В этот раз Кант целился уже в отправившихся за их головами чернюков. Но бросок получился так себе – одного раздавило, двое отпрыгнуло в стороны, третий успел заскочить в какую-то неприметную выемку и уже ползет дальше. Тут одним швырянием камней не отделаешься – слишком уж растянулись мишени по склону и больно их много. Валай, давно уже позабывший о холоде, неожиданно ощутил себя голым. Зарбагово семя! Ну почему он не прихватил с собой лук?

Они с Миной специально оставили перед подъемом всё казалось бы лишнее: колчаны, луки, пики. Эх! Хотел же еще копье с собой взять, вместо посоха опираться. Сейчас бы, ох как пригодилось.

Пока он мысленно ругал себя за беспечность, Теннарий снова побежал к выходящему на Бездну краю. В этот раз прихватив с собой половину из четверки оставшихся с ними бессмертных. У этих, кстати, с оружием было всё хорошо – сразу по два меча сидели в наспинных ножнах крест на крест. У Валая даже родилась было идея: попросить орденцев поделиться, но он её сразу отмёл. В руках охранников Канта сталь лучше послужит общему делу. И ведь уже совсем скоро клинки доставать – чернюки большую часть пути одолели.

– На, держи, – распознавший мольбу в глазах охотника воин протянул ему извлечённый из-под плаща кинжал.

– От души, – кивнул Волк, принимая оружие. Увесистый, таким и рубануть можно. Лезвие в две ладони длиной, обоюдоострое. Рукоять рифленая – в руку сел, как влитой. На сердце мигом разлилась теплотой уверенность – отобьются. С такими-то бойцами и не отбиться? Да бессмертные сейчас нелюдей в козий корм покрошат!

– И тебе пригодится, – вручил Мине второй Проклятый точно такой же кинжал. – Только вперёд не лезьте, держитесь у нас за спинами. По возможности прикрывайте с боков.

По тону бессмертного было понятно, что на помощь охотников воин особо не рассчитывает, но Валай за это обиды на него не держал. Они с Миной рядом с этими северянами, словно малые дети. Осталось проверить, чего будут стоит против Проклятых чернюки. Те тоже силушкой не обижены, да и быстрые для своих размеров.

Вон до ближнего уже всего ничего – может, камнем в него швырнуть? Нет, не стоит. Ну, чего же так долго? Всё никак не поднимутся. Пересчитать их что ли пока? Валай принялся судорожно считать ползущих к ним нелюдей, но на пятом десятке бросил. Слишком много. О чём же Кант думал? Загнали сами себя в ловушку. Тут и бежать-то некуда – справа кряж, слева склон постепенно превращается в отвесную кручу. Значит, драться! Драться и ни о чём не думать. Ну, давайте уже быстрее, зарбагово племя!

Первый чернюк закинул ногу на относительную ровнь заснеженного гребня, где ждали люди. Ближний к нему бессмертный отреагировал парой стремительных шагов и одним выверенным взмахом меча. Труп с раскроенным черепом покатился по склону, а следующий змеелюд уже высовывался чуть правее. Зря они так рядышком. Воину даже перебегать не пришлось – достал в выпаде и тут же бросился к новому противнику. Его напарник не отставал – чернюки лезли кучно. Блестящие росчерки стали заполнили пространство у края откоса. Свист молниеносных ударов заглушал звуки частых падений. Зашипела паром льющаяся на снег кровь.

Чернюки шли в бой молча. Горящие злобой глаза, распахнутые капюшоны, раззявленные пасти. Тех, что выползали прямо на них воины магистра мгновенно срубали, но дальше по склону с обеих сторон от людей постепенно начали скапливаться взобравшиеся на гребень змеелюды. Вон один, еще двое немного за ним, рядом еще пара вылезла. Собираются с силами, ждут, когда их совсем много станет. С копьями в основном, но нет-нет и с мечами проскакивают: у одних людские трофейные, у других свои костяные. Две дюжины, три… Всё! Рванули в атаку!

Валай выдвинулся чуть вперёд Мины. Погибать, так хоть раньше любимой. Но сначала он выпустит кишки паре-тройке врагов.

Над головой просвистело, волосы дёрнуло налетевшим порывом ветра. Быстрая тень промелькнула, закрыв на мгновение небо и врезалась в набегающих нелюдей. Раздался звук удара камня о камень, разбавленный чавканьем, словно кто раздавил ногой спелую сливу. Скала размером с землянку проехалась по гребню гряды, сметая зазевавшихся змеелюдов и снова рванула вверх.

Выдохнув, Валай резко обернулся. Укоротив колдовской вихрь до полусотни шагов, вернувшийся с того края Теннарий старался успеть, и туда, и сюда. Влупил каменюгой по тем чернюкам, что слева и тут же перемещает свою булаву на другую сторону. У него за спиной пара воинов с трудом сдерживают наступающую толпу врагов. Видно, по склону, что выходит на Бездну, их поднялось ещё больше. Но что же им теперь делать? На что рассчитывать, если даже всесильный магистр с оружием Великих в руках не может остановить слуг Зарбага?

Одно хорошо – мороз на стороне людей в этой битве. По чернюкам видно, как тяжело им здесь наверху. Двигаются не так проворно, как те, что пытались открыть по ночи ворота Синара. Вытягивает из них силы холод. Быстро вытягивает. И так ослабленные приходом зимы и долгой дорогой, а тут ещё и подъём.

Первый чернюк, проскочивший мимо, и летающей скалы, и казалось бы вездесущих мечей бессмертных появился перед Валаем. Копьё с костяным наконечником смотрит в грудь, в жёлтых глазах горит пламя. От выпада приходится падать на снег – поднырнуть и сблизиться для удара кинжалом не вышло.

Но это у него. Мина сбоку от нелюдя, и её клинок входит под чёрные ребра по самую рукоять. Миг – и копьё поменяло хозяина. Теперь у подруги с оружием всё хорошо. Надо бы добыть и себе.

Не успел он додумать мысль, как сразу два змеелюда бросились на него с разных сторон. Один с костяным мечом, то есть более сильный воин – Валай уже давно успел понять, что с копьями у них кто попроще. А этот вдобавок ко всему ещё и в полосатой юбке – значит, вождь, или командир. Такого одолеть будет сложно.

Только не Проклятому! Спасибо бессмертному воину – вмешался. Подлетел орлом и в два быстрых удара разделал обоих нелюдей. Валай тут же бросился подбирать упавшее в снег копьё.

Мимо визжащим мешком пронесло Мину. Один из вновь прибывших чернюков отбросил её ударом ноги. Оружие девушки осталось торчать у демона в пузе. Жива? Вскочила уже.

Пока смотрел, что с любимой, проморгал появление очередного противника. Еле успел убрать горло с пути длинного обоюдоострого наконечника. Сам в обратку ткнул чернюка копьем в бедро и тут же непроизвольно пригнулся, ощутив встрепенувшимися волосами пролетающую сверху скалу.

Очередной удар колдовской булавы смёл врагов на этом краю, и огромный камень снова куда-то унёсся. Рано! На месте только что сброшенных вниз змеелюдов уже стояли новые. Такими темпами их задавят числом в самое ближайшее время. Не успевает Теннрий! Не успевает! Даже с колдовским вихрем им не отбиться. Валай бросил быстрый взгляд в сторону.

Зарбаг! Магистр и его пара воинов уже в десятке шагов. Их полностью окружили, и кольцо сжимается всё быстрее и быстрее. Все восемь мечей мечутся из стороны в сторону, как стрижи перед бурей. Вернее, девять – в левой руке Канта тоже блестит клинок. Он как-то умудряется одновременно махать, и сталью, и обломком скалы, что летает на конце еще сильнее укоротившегося луча.

Отпрыгнув от очередного тычка, Валай чуть не врезался спиной в успевшую подняться подругу. Всё! Отступать больше некуда. Прощай, любимая! Подумал, а хотел крикнуть. Удар в грудь вышиб воздух и все слова, что застряли в горле. Отброшенный одним из Проклятых змеелюд, падая, саданул в ребра своим каменным лбом. Вот теперь уже достал Мину, сбил с ног – оба рухнули в снег. Голова долбанулась о твёрдое. Искры из глаз. Подруга под ним, Валай сверху – к врагам открытой спиной. Сейчас между лопаток войдет острое и холодное…

– Вцепитесь друг в друга!

Крик прилетел словно из другого мира. Приготовившийся достойно встретить смерть Волк слабо соображал, но руки сами собой стиснули извивающуюся под ним Мину. И вовремя. Перед глазами растеклась серая мерцающая пелена, и заснеженный гребень холма резко рванулся вниз, словно падая. Но падала не земля, а сердце охотника, что умчалось в сторону пяток. Их с Миной схватило вихрем!

– Аааа! – взревел он.

– Держи меня! Держи! Держи! – не своим голосом завизжала любимая.

Валай, позабыв обо всём, вцепился в подругу изо всех сил. Та точно так же стиснула его всеми конечностями. Он почувствовал, как хрустнули ребра. Не важно – сейчас их Теннарий так и так расшибет о врагов. Глаза сами собой зажмурились. В ушах свист и крик Мины, в волосах ветер, в животе неприятное ощущение затянувшегося прыжка с высоты. Вот сейчас! Вот сейчас! Сейчас…

Но удара всё не было. Считать бой яростно тарахтящего сердца нет смысла, но и так ясно, что болтаются они в воздухе слишком долго. Валай резко открыл глаза. Большую часть обзора занимает красное лицо Мины. Слева сквозь серую пелену виднеется серое же, затянутое зимними тучами небо. Справа пляшет каменистый с белыми снеговыми пятнами склон. Странно пляшет, неправильно.

Да он вверх ногами! Вон мелькнул перевёрнутый чернюк, машущий пикой. Вон большой камень, что торчит не в ту сторону. И всё прыгает, прыгает, прыгает.

– Ты, жи-и-и-ва? – с трудом вытолкнул он ком из горла.

– Да, – почему-то шёпотом отозвалась девушка. – Он нас тащит на вихре!

– Тебе видно что там?

– По склону наискось чешут. От чернюков оторвались. Хотят к нашим успеть, пока их ордынцы обратно в каньон не вытеснили.

– И что, успеваем?

– Погоди. Отпусти чуть-чуть.

Мина ослабила хватку и немного отодвинулась от него.

– Кажись да. Бессмертные, что твои лошади скачут. Как еще сапоги не истерли о камни и ноги не переломали?

– Кровь богов, – промычал Валай, чувствуя, что от болтанки его сейчас вывернет наизнанку.

– И не говори. Братья нашего Яра. С такими не пропадём!

– Угу, – только и смог выдохнуть он. Содержимое желудка резко полезло наружу. В глазах всё стремительно завращалось. Лицо Мины поплыло, размазалось…

***

– Волчик, очнись! Очнись!

Валай кое-как разомкнул тяжеленные веки. Он лежал на спине. Рядом на коленях стояла Мина, только что плеснувшая ему в лицо жменьку воды из бурдюка, что держала в руке.

– Ну, наконец-то! Я уже думала в зимнюю спячку впал. Полдня в беспамятстве провалялся. Сначала там в вихре, потом на спине коня. Страшно же. Боялась блевотиной захлебнулся. Теннарий меня только-только к тебе пустил.

– Где мы?

Язык в пересохшем рту еле ворочается. В голове гул. В уши пробивается ржание лошадей и людской бубнёж.

– Стоим лагерем чуть назад по разлому. Ордынцы отстали. Обратно в Бездну ушли. Говорят, нам теперь тут дня три куковать. Ждём, когда пехота подтянется. И еще знаешь что…

Мина запнулась.

– Ой, ты как хоть? А то я тараторю и тараторю. Болит где? Пить, есть хочешь? Сейчас лекаря позову.

– Да погоди ты, – скривился Валай, вдруг понявший, что за глоток воды лук и стрелы отдаст. – Что там еще? И бурдюк же давай. Давай, чего ждёшь?

– На, пей-пей, мой Волчик, – засуетилась девушка, подсовывая горлышко к его пересохшим губам. – Руки ноги шевелятся – и слава Яраду. Остальное пройдёт. Так вот. Посланец второго магистра нагнал нас. Хорошие новости. Большой силой в Бездну пойдём. Такой, что точно орду одолеем. Имперцы с нами отправятся. Смогли орденцы с ними договориться. Расширили союз на радость богам.

"Сомнительная радость", – мысленно хмыкнул Валай, которого новость совершенно не вдохновила. От имперцев он, конечно, успел и немало добра повидать, но старший Монк – ещё той падалью оказался, да и Альберт их, помнится, под какой-то там трибутал собирался отдать. Настоящая дружба и преданность проверяются делом. Теннарий, вон запросто мог их с Миной оставить на гребне, ан нет – вытащил из лап чернюков, рискуя своими людьми, собственной "проклятой" шкурой и, что главное: бесценным оружием богов. Зарбаговы дети – так их в Империи называют? Ну-ну. Яра тоже схватили тогда. Подмяли под себя Племя, зная, что у родичей выбора нет. Потом в битве охотниками и прикрылись. Благодетели липовые.

– Давай, зови лекаря. Пусть глянет, и я снова спать. Что-то сил совсем нет.

Мина бросилась выполнять его просьбу, и Валай остался наедине со своими тревожными мыслями. Стоит ли считать имперцев врагами, или пусть обретаются между белым и чёрным, предстояло ещё разобраться. Друзей же, настоящих друзей он для себя уже выбрал. Перед бессмертными и Теннарием лично у него теперь такой долг, что вовек не отдать.

Глава пятая – Новая тактика

Вечером третьего дня своего пути по разлому они вышли к лагерю Мудрецов, как Яр почему-то называл союзников Империи, пришедших из восточных земель. То есть той половины их армии, что ехала на лошадях. Эти торопыги существенно вырвались вперёд и теперь ждали всех остальных возле горлышка, где широкий каньон заканчивался дырой, ведущей в узкий проход. За ним, вроде как, начиналась уже сама Бездна. По крайней мере, так запомнил Мудрейший рассказ Мины с Валаем, побывавших здесь в своё время.

Этих двоих Арил с Троем и бросились первым делом разыскивать, как только Яр, который вместе с госпожой Аникой и генералом Монком отправился на встречу с главами орденцев, их отпустил. Имперцам давно уже было известно, что несколько лесников ушли в Долину с союзниками, а после переправы через Великую и объединения армий до парней дошёл слушок о присутствии среди тех добровольцев одной крепкой молодой бабы. Кому, как не Мине ей быть? А при Оленихе, коли жив до сих пор, наверняка и Валай отыщется. Осталось их только найти в этой людском муравейнике.

Впрочем, оказалось, что это не так уж и сложно, если язык за зубами не прячешь. Несколько нужных вопросов – и вот они уже в той части лагеря, где обретаются местные лекари. Здесь пока не особо-то многолюдно – в основном повозки и лошади. Раненых у конных орденцев нет почти – больше хворые. Все, кто в битве с сарийцами пострадал, там и остались за северными горами.

Пока шли вдоль обоза, Арил заинтересованно пялился по сторонам. Лису ни в первый раз было смотреть на всяческие повозки, но тут прямо глаза разбегались от разнообразия. И длинные, и короткие, и с высокими откидными бортами, и без бортов вовсе. Открытые, или, наоборот, с крышами: как дощатыми, так и мягкими матерчатыми. На двух парах колёс, на трёх, на шести даже встретилась здоровенная. Чего только на них ни везли: оружие, еду, инструменты, запасы одежды, стрел, упряжи, камней для дальнобойных машин – на это чудо Арил прежде тоже успел насмотреться.

Да, выдумка здоровская – это их колесо. Вроде проще простого, а в Долине так никто и не догадался, что круглое катить легче, чем прямое тащить. Наверное в инструменте все дело. Железом-то оно раз – и готово. А ты попробуй каменным топором чурку в колесо обтесать. Теперь-то по-новому заживём – будет куда думалку направить, кому это дело любо. Арил тут же вообразил себя мастером по повозкам и прочим полезным штуковинам. Такого в Племени уважать станут не меньше, чем самого сильного и удачливого охотника. Только сначала было бы неплохо у северных умельцев годик-другой подучиться. Зачем новое выдумывать, когда у соседей столько всего уже премудрого наготовлено? Приходи и бери.

Замечтавшись, Лис чуть не прошёл мимо искомой подводы с красным крестом на боку.

– Смотри, – пихнул Трой. – Наши вроде.

И действительно, толстую косу Оленихи, сидевшей к ним спиной внутри открытой повозки, было ни с чем не спутать. Охотница что-то говорила кому-то лежащему и потому не видимому парням.

– Мина! – заорал Арил, бросаясь к повозке.

Девушка вскочила, словно укушенная змеёй, мгновенно обернувшись на голос.

– Лисёнок! – протянула она удивлённо. – Великие боги! Мы думали ты давно мёртв!

– Не дождётесь! Мы с Троем живучие, что бурьян!

Ловко спрыгнув на землю, Олениха рванула навстречу родичу. Заключив Арила в не по-женски крепких объятиях, она на радостях приподняла того вверх и крутнулась на месте.

– Тише, тише! – расхохотался Лис. – Валай заревнует.

Довольная рожа Волка как раз высунулась из-за борта повозки. Охотник начал подниматься на ноги, но лёгкостью подруги в его движениях и не пахло.

– Ну-ка отлепись от него, – весело прикрикнул он на охотницу, подыгрывая Арилу. – Иди уже сюда, иди. Дай обнять братика.

Арил в два шага залетел на подводу, где у Валая была обустроена лежанка, и стиснул подставленную ладонь великана, второй рукой обнимая его за плечи.

– Я чертовски рад, что вы живы, брат-Волк, – проговорил Лис сквозь выступившую слезу. – В битве у разлома наших слышал полегло очень много.