- -
- 100%
- +
– Дашь мне его адрес? – попросил Шин.
Шин остановил байк около такого же типового дома как тот в котором жила Рёко Саотоме. Дом этот находился буквально в пяти минутах езды от дома Рёко. Шин нашёл имя Нишида на табличках у почтовых ящиков. Он поднялся на второй этаж и позвонил в серую дверь без каких бы то ни было отличительных признаков.
– Иду! Иду! – услышал Шин из-за двери старческий голос, дверь приоткрылась ограниченная цепочкой и из-за неё глянул на Шина круглый глаз похожий на глаз большой рыбы.
– Ты кто? – спросила старуха.
– Добрый день. Я друг Нишиды-куна! – с улыбкой проговорил Шин, – я хотел бы поговорить с ним.
– Нету его! Откуда я его тебе возьму? – отвечала старуха.
– Где я могу его найти? – спросил Самеджима.
– В зале починко небось ошивается! – заявила старуха.
– А где этот зал?
– Иди к станции, не собьёшься! – дверь перед носом Шина захлопнулась. Он вышел на улицу, светило яркое Солнце. Шин сощурился и пошёл к станции, скоро он видел зал для игры в починко, около входа стоял крепкого телосложения парень в чёрной куртке с драконом на спине. Засунув руки в карманы он разговаривал с ярко накрашенной девицей в очень короткой кожаной юбке. Шин направился прямо к нему. Парень неприязненно покосился на него.
– Ты Нишида Кен? – спросил его Шин.
– И чё? – не вынимания рук из карманов отвечал Нишида.
– Это твой друг? Какой симпатяжка! Познакомишь? – спросила девица, пялясь на Шина и отчаянно строя ему глазки.
– Есть разговор! – сказал ему Шин, не обращая на девицу никакого внимания, – отойдём?
Он оглянулся по сторонам, за их спиной начинался небольшой парк.
– Можно, – отвечал Нишида, он сплюнул себе под ноги и всё также держа руки в карманах пошёл к деревьям.
– Эй! А как же я! – закричала девица им вслед, но ей никто не ответил. Пройдя немного по парку, Нишида остановился.
– Чего тебе надо? – спросил он с вызовом.
– Ты знаешь, Саотоме Рёко? – спросил Шин, он сунул руку в карман, пальцы ощутили прохладный металл кастета.
– Саотоме? Не знаю такой. Твоя подружка? – равнодушно отвечал Нишида.
– Вчера ночью её изнасиловали.
– Изнасиловали? Прискорбно! Я-то тут причём?
– Ладно, как хочешь! – пожал плечами Шин.
То, что в кармане у Нишиды нож, он понял ещё когда увидел его стоящего у зала игровых автоматов. Нишида рывком выпростал руку и одним движением привёл «бабочку» в боевое положение, но Шин был уже рядом с ним, его кулак усиленный кастетом врезался Нишиде в рёбра. Ощущение от ломающихся, вдавливаемых внутрь костей, вызвали у Шина приятное чувство удовлетворение. Он отбил в сторону руку с ножом и ещё раз ударил своего противника в ту же самую точку. На этот раз Нишида глухо вскрикнул, выронил нож, согнулся и повалился на землю.
– Ублюдок! – простонал он.
– Ты был одним из тех, кто изнасиловал Рёко? – спросил Шин.
– Пошёл ты!
Шин ударил его ногой по рёбрам, один, потом второй раз, целясь в ту же место куда до того бил кастетом. Нишида захрипел, глаза его закатились так, что стали видны белки. Шин испугался, что он сейчас потеряет сознание.
– Ну-ка, не отрубайся! – сказал он встревожено, наклоняясь к Нишиде и хлопая его по щекам, – мы с тобой ещё не договорили!
Нишида немного пришёл в себя, затравленными, полными боли глазами он смотрел на своего мучителя. Весь его гонор давно испарился, теперь перед Самеджимой был маленький испуганный школьник.
– Я знаю, что тебе очень больно! Но я не остановлюсь! Я буду бить тебя до тех пор, пока осколки твоих рёбер не наделают множество дыр в твоих лёгких. Я убивал раньше, я знаю! Когда это случится, твои лёгкие наполнятся кровью и ты умрёшь! Нишида, нет смысла запираться, ты попал на видеокамеру на входе! Я мог бы сдать тебя полиции, но я сам хочу разобраться с этим делом!
– Мы её не били! Она просила её не бить и мы не били! Коджи сказал, что её надо покалечить, но Озаму не позволил! – быстро заговорил Нишида водя глазами из стороны в сторону, как будто что-то ища.
– Мы это не сами! Нам заплатили за то, чтобы мы это сделали! Я отдам тебе деньги! – продолжал он.
– Себе оставь, они тебе на лечение понадобятся! Кто вам заплатил?
– Я не знаю! С ним только Озаму разговаривал!
– Допустим! – Шин сунул руку в карман куртки Нишиды и вытащил его телефон.
– Звони им! Тут рядом за парком есть заброшенная стройплощадка, скажи им придти туда. Скажи надо поговорить! Скажи, что к тебе домой приходила полиция! Они сразу прибегут как миленькие! И не вздумай меня злить!
Трясущимися руками Нишида взял телефон. Пока он разговаривал, Шин осматривался, появление полиции в такой момент в его планы не входило.
– Они придут! – простонал Нишида.
– Спасибо! Ты очень помог! – сказал ему Шин, забирая у него телефон.
– Озаму тебя убьёт! Он якудза! – с отчаянной злобой проговорил Нишида. Шин повернулся к нему и со всей силы ударил его ногой по рёбрам. Нишида придушенно заорал, из его рта пошла кровь, он задёргался, как будто его била падучая болезнь.
– Спасибо за предупреждение! – сказал ему Шин.
Он вернулся к своему мотоциклу. На улицах почти никого не было. Шин надел шлем и поехал в сторону стройплощадки.
Незаметно наступил вечер, Шин обратил внимание на это только сейчас, он сидел верхом на Озаму и тяжело дышал. Секунду назад он бил его кастетом по лицу и теперь половина лица противника превратилась в кровавое месиво. Озаму смотрел на Шина единственным уцелевшим глазом из его разорванного рта с проломленными внутрь челюсти зубами, текла кровь. Этот Озаму оказался и в самом деле крепким орешком! С ним Шину пришлось повозиться! Вот Коджи, тот проблем не доставил! Одного удара водопроводной трубой по голове хватило, чтобы он больше не доставлял проблем. Озаму другое дело. Шин ощущал как под курткой его футболка стала мокрой от крови. «Всё-таки он меня достал! Чёртов панк!» – подумал Шин. Следовало ожидать, что каждый из этих подонков таскает с собой нож! Однако главная проблема не была решена.
– Кто заплатил Вам за изнасилование Рёко Саотоме? – спросил он, тяжело дыша.
Озаму молчал, только таращился на него своим безумным глазом. Шин поднял руку с кастетом, угрожая ударом.
– Мы её не били! – проговорил Озаму разорванным ртом, – он приказал изуродовать её, но я не позволил!
– Я знаю! – сказал ему Шин с раздражением, – кто вам заплатил?
– Телефон! – прохрипел Озаму. Шин нашел его телефон.
– Даичи! – булькая кровавыми пузырями произнёс Озаму.
Шин нашёл это имя в списке вызовов.
– Это не его имя! Он так представился, но это не его имя! Я знаю! – хрипя и плюясь кровью говорил Озаму.
– Как его настоящее имя? Где он живёт?
– Я не знаю. Мы встречались в кафе на станции.
– Как договаривались о встрече?
– Переписывались в Лайне.
– Спасибо. Телефон я у тебя заберу!
Шин слез с Озаму и встал. Рана внизу живота отозвалась резкой болью, он с трудом сдержался, чтобы не застонать. Футболка под курткой пропиталась кровью, Самеджима подумал, что если бы не его байкерский прикид, то он был бы уже мёртв. Скривившись от боли Шин подобрал трубу и подойдя к неподвижно лежавшему Коджи несколько раз ударил его по голове. Ноги Коджи несколько раз дёрнулись, потом перестали.
– Ублюдок! Ты его убил! – простонал Озаму.
– Кто-то должен был заплатить за то, что вы сделали с Рёко! – сказал ему Шин. Он направился к своему мотоциклу.
– Зря ты меня в живых оставил! Я тебя найду! – прохрипел Озаму ему вслед.
– Желаю удачи!
Шин добрёл до своего байка, боль в животе к тому моменту стала нестерпимой. Он с трудом забрался на свой мотоцикл. Набрал номер Тайчи.
– Ты в школе был сегодня? – спросил Шин.
– Не-а! Решил забить. А что?
– Ты в мастерской? Я сейчас заеду.
– С байком что-то стряслось?
– Со мной.
– Что?
Шин прервал звонок, тряхнул головой, в глазах мутилось, он опустил забрало шлема и завёл двигатель.
– Какого хрена! А, Тайчи? Во что Вы постоянно вляпываетесь? То его трубой по голове стукнут, то вот теперь вообще ножом пырнули!
– А я то что? Это он мимо ни одной неприятности пройти не может!
– Вот я о том и говорю! Вы друзья или как? Разве ты не должен его защищать?
– Да что я-то опять?! Он ни хрена со мной не делится!
Шин открыл глаза и сел. Он лежал на полу, в мастерской на старом футоне кажется он отрубился на некоторое время. Бок болел, но уже не так сильно. Тайчи и его старшая сестра, оба в одинаковых синих комбинезонах спорили на повышенных тонах. На живот его была наложена аккуратная повязка.
– Сколько времени? – спросил Шин.
– Двенадцать, – отвечала сестра Тайчи.
– Звонила твоя девушка, я сказала, что у нас срочная работа и ты помогаешь нам в мастерской!
– Спасибо! – поблагодарил Шин.
– Она ещё сказала, что Рёко уснула. Что это значит? У тебя ребёнок есть?
– Не бери в голову! – отмахнулся Шин.
– Я могла бы в это не влезать, но ты явился, сюда истекая кровью! Во что ты опять вляпался?
– Тебе лучше не лезть в это Чиаки! – сказал ей Шин.
– Мудак! – отвечала она со злостью, – если бы не я ты истёк бы кровью и сдох под забором! Где тебе и место!
Она вышла из мастерской, хлопнув дверью.
– Отец дома? – спросил Шин.
– Нет. Сказал не придёт сегодня. Как мама ушла, он начал со всякими шлюхами путаться! Пустит он наш бизнес по ветру! – угрюмо отвечал Тайчи.
– Это хорошо. Ну что его дома нет! – поправился Шин.
– А! Чего уж там! – махнул рукой Тайчи, – рассказывай чего у тебя там происходит!
– Тебе лучше в это не влезать, Тайчи! – сказал другу Шин.
– Всё так серьёзно?
– Серьёзней чем ты думаешь! Но из-за того что я словил ножом в бок, мне нужна будет твоя помощь!
– Тогда ты должен мне рассказать что происходит! – твёрдо возразил Тайчи.
«Справедливо!» – подумал Шин.
– Один урод преследует Майю. Он заплатил троим ублюдкам и они изнасиловали её подругу Рёко. Ты её может, видел? Мне надо найти этого мудака пока он не навредил Майе. Я не относился к этому слишком серьёзно, но теперь понятно, что он на всю голову ушибленный!
– Один из этих троих тебя ножом пырнул?
– Ага.
– Как ты их нашёл?
– Долгая история.
– Может в полицию обратиться? – предложил Тайчи.
– Не выйдет. Кажется, я убил одного из них, – сказал ему Шин. «А может и двоих!» – подумал он.
– Блять! – вырвалось у Тайчи, он нервно взъерошил волосы всей пятернёй, – хреново!
Шин кивнул.
– Ты мне поможешь?
Тайчи опять выругался.
– Попаду я из-за тебя в переплёт! Отец меня убьёт! – сказал он.
– Тайчи я жрать хочу! – сказал ему Шин.
– Пойду, попрошу сестру что-нибудь приготовить. Будем надеяться, что она успокоилась! Ты это, правильно решил ей ничего не рассказывать! – проговорил Тайчи смущённо и вышел из мастерской.
Шин достал телефон Озаму и открыл Лайн. Некоторое время он изучал сообщения, которые Озаму отсылал «Даичи», потом решился.
– Нужно встретиться, – написал он, – к Нишиде приходила полиция. Я не знаю, что мне делать!
– Придурок! Я же просил не писать мне больше! – ответил абонент записанный как Даичи, почти сразу. «Он всё время в телефоне сидит!» – подумал Шин
– Я хочу уехать из города! Мне нужны деньги! – написал он.
– Сколько?
– Двести тысяч.
– Увидимся на нашем месте через час.
Абонент Даичи вышел из сети.
«Попался!» – подумал Шин. В мастерскую заглянул Тайчи и позвал его в дом, Чиаки приготовила ужин.
Такаши Нобуо.
Рёко заснула, Майя лежал с ней рядом, обнимая её, голова Саотоме лежала у неё на руке. Рёко время от времени вздрагивала во сне и стонала, пальцы рук её судорожно сжимались и разжимались. Майя думала о ней, думала о том через что Рёко пришлось пройти. Мицу и правда считала, что виновата в том, что случилось с Саотоме, ведь её преследователь использовал её историю, для того чтобы надругаться над её подругой, Она потёрла щёку, щека горела, Рёко дала ей пощёчину, когда она сказала что больше никогда не будет рисовать. Потом она извинялась, целовала Майе руки, порывалась встать перед ней на колени. Засыпая, Рёко сказала:
– Я люблю Вас, Майя-сан! Больше всего на свете! Я что угодно смогу вытерпеть, потому, что Вы у меня есть!
«Глупая, глупая Рёко! Ты заставляешь меня плакать!» – думал Майя, глотая слёзы. Постепенно мысли её переключились на Шина. Ей казалось, что с ним происходит что-то страшное, что-то страшное происходит с ними обоими.
– Пусть с ним всё будет хорошо! Пусть он невредимым вернётся ко мне! – шептала Майя.
В её квартире-студии было тихо, дом спал, спали люди, уставшие после рабочего дня, и лишь одна она металась, дрожала и разрывалась на части от терзавшего её беспокойства.
Чиаки остановила старенький, трёхместный коричневый пикап в котором их семья обычно возила запчасти, в тени каких-то, неизвестных Шину деревьев. Ярко освещённое круглосуточное кафе было перед ними как на ладони. Отлично видимая отсюда, скучающая официантка, юзала свой смартфон в ожидании какого-нибудь запоздавшего посетителя. Шину казалось, что он может видеть даже родинку над губой девушки, в синем форменном платье. Он подумал, что даже если пикап и виден из кафе, сидящий за столиком человек, не сможет разглядеть их, сидящих в кабине. Подошёл поезд, и несколько припозднившихся пассажиров торопливо прошли мимо их машины. Чиаки сказала:
– Что Вы собираетесь делать?
– Не надо было тебе с нами ехать! – мрачно сказал ей Тайчи, – я и сам бы отлично с грузовичком управился!
– Чтобы я тебе, дебилу, папину машину доверила?! Мечтай! – фыркнула девушка.
Тайчи поёжился, но не стал с ней спорить. Шин не вмешивался, в спор Чиаки с братом, он не отрывал взгляд от сверкавшего холодным, белым светом маленького помещения кафе. «Что если он обо всём догадался?» – думал Шин, тревога внутри него всё росла. Рана в боку, болела дёргающей зубной болью. Весь план, который он составил, сидя на футоне в мастерской Тайчи, основывался на том, что «Даичи» придёт. Время шло, но никто не появлялся.
– Что мы тут делаем? – повторила свой вопрос Чиаки.
– Ждём одного моего знакомого, – не отрывая глаз от помещения кафе, отвечал ей Шин.
Чиаки что-то пробормотала про себя, он не разобрал что.
– Сколько времени? – спросил Шин.
– Два пятнадцать, – отвечал Тайчи взглянув на часы.
Мимо них проехал небольшой грузовик, загородивший на секунду яркую витрину кафе, когда он проехал, Шин увидел сидевшего за столиком, молодого человека, в белой рубашке и тёмных мешковатых брюках. Падавшие на глаза слегка вьющиеся чёрные волосы и большие очки не давали рассмотреть его лицо, в руках он держал чёрную папку, такую в каких обычно носят документы. Он сидел за столиком у самой стеклянной стены кафе, рядом стояла официантка и что-то говорила ему, дежурно улыбаясь. Этот человек был похож на подростка, худой, довольно высокий, вся его фигура была какой-то нескладной. Шин удивился, он представлял себе «Даичи» совсем по-другому. Официантка отошла, подросток положил свою папку на стол. Он несколько раз быстро оглянулся по сторонам и посмотрел на часы, потом достал телефон и принялся что-то печатать. Телефон Озаму, лежавший у Шина в кармане едва слышно пискнул. Шин вытащил телефон и посмотрел на экран.
– Где ты придурок? У меня мало времени!
– Это он? – спросила Чиаки, – тот кого ты ждал?
– Это он, – отвечал Шин убирая телефон Озаму в карман.
– Ты не подойдёшь к нему? – спросила девушка.
– Боюсь, он мне не обрадуется, – сказал Шин, сам удивляясь своему спокойствию.
Чиаки озадачено замолчала, мимо станции пролетел поезд, деревья под которыми они стояли, дрогнули, их листва задрожала, как будто они испугались. «Даичи» несколько раз отхлебнул принесённый официанткой кофе, поставил чашку на стол, порывшись в кармане достал купюру и оставив её на столе, взял свою папку и втянув голову в плечи вышел из кафе.
– Чиаки, выходи из машины! – приказал Шин.
– Ещё чего! – отвечала девушка.
– Выходи из машины! – повторил Шин, глядя ей в глаза. Он увидел испуг в её глазах и подумал, какое у него сейчас должно быть лицо. Чиаки вылезла из-за руля и открыв дверь оказалась на улице. Она обернулась, на её лице была растерянность.
– Тайчи сядь за руль! И езжай за ним! Только не быстро!
– Понял!
Пикап тронулся с места, Шин видел метрах в тридцати пред ними быстро идущего подростка в белой рубашке, его белая спина колыхалась, словно спина призрака. «Даичи» свернул от станции направо и зашагал вдоль железнодорожных путей, по дороге, ведущей к парку. «Ночью, в парке мы его потеряем!» – подумал Шин. Их грузовичок двигался параллельно дороги, по которой шёл одинокий путник. По диагонали их разделяло примерно тридцать метров. Очевидно, что он уже заметил их машину, но до сих пор ни разу не оглянулся. До первых деревьев парка оставалось около пятидесяти метров, когда «Даичи» вдруг сорвался с места и пригнув голову побежал к рощице с неожиданной для него прытью.
– Тормози! – заорал Шин. Тайчи ещё не успел остановиться, а он уже выпрыгнул из машины и бросился бежать вслед за «Даичи». Однако тот уже успел скрыться под деревьями. Шин бежал за ним превозмогая боль в боку. В парке было темно хоть глаз выколи, Шин бежал ориентируясь на слух, того и гляди рискуя врезаться в дерево. Вдруг шаги бегущего впереди человека, его судорожное дыхание исчезло. Шин пробежал ещё пару метров и остановился беспомощно оглядываясь. Он мог различить только контуры деревьев и слышать шум подходившего к станции поезда. Сзади на него налетел Тайчи и едва не сбил с ног.
– Где он? – проговорил Тайчи задыхаясь.
Шин не успел ему ответить, Луна вышла из-за облаков и осветила всю рощу серебряным, показавшимся Шину необыкновенно ярким светом. И в этом свете он увидел слева от себя метрах в десяти, человека в белой рубашке с вытянутой вперёд рукой и через секунду Шин понял, что в руках у «Дайчи» пистолет.
– Ложись! – заорал он Тайчи обернувшись и оттолкнув его от себя повалился в противоположенную сторону. Мимо пролетел сенкансен издавая гул, словно сверхзвуковой самолёт. Шин не услышал, а только увидел вспышку выстрела, Луна спряталась за облаками, стало темно, поезд скрылся из глаз, в роще наступила гробовая тишина.
– Тайчи, ты как? – заорал Шин прижимаясь к дереву спиной.
– В порядке! Шин у него пистолет! – отвечал Тайчи, голос его был испуганным.
«Сам знаю!» – подумал Шин.
– Держись за деревьями! – закричал он.
Ответом ему был выстрел, словно молния ударила между стволами деревьев, Шину показалось, что пуля просвистела совсем рядом. Этот выстрел был настолько громким, да ещё и отражённым эхом, что Шин подумал, что его может даже слышно на станции или в кафе, в котором сидит на высоком барном стуле официантка в синем форменном платье. Он представил себе, как она поднимает голову, прислушиваясь к необычному звуку.
– Ебать! – выругался Тайчи, – Шин, по-моему этот парень не шутит!
«Капитан очевидность!» – подумал Шин с раздражением. Впрочем он и не ожидал что всё будет легко. Сгруппировавшись он бросился к соседнему дереву, в этот момент опять появилась Луна и сразу вслед за этим грохнул третий выстрел. «Знать бы сколько у него патронов!» – думал Шин прижимаясь к дереву спиной и осматриваясь по сторонам. В роще опять потемнело, он собрался и рванул к следующему дереву. Оказавшись под сомнительной зашитой не слишком толстого ствола, Шин обхватил его руками и прислушался. Шагов его противника не было слышно. Он выглянул из-за дерева, но ничего не увидел. Повернувшись он прижался к стволу спиной, Холодный диск Луны выполз из-за облаков и Шин увидел «Дайчи» стоявшего буквально в трёх шагах от него, вытянув в его направлении руку с пистолетом. Шин зажмурился, вслед за тем раздался глухой звук удара и ругань. Шин открыл глаза.
– Вот тебе мудак! – Тайчи ударил упавшего парня кривоватой палкой по голове. Тот жалобно и как-то неприятно застонал, в его голосе слышалась обида и злость.
– Где его пистолет? – спросил Шин подходя.
– Улетел куда-то! – отвечал Тайчи тяжело дыша.
– Спасибо! – поблагодарил его Шин.
Вместо ответа Тайчи ударил ногой бывшего стрелка, свою палку он всё ещё сжимал в руках.
– Блять, Шин! Если бы я знал, что всё так будет, дома бы остался! – в сердцах проговорил он, бросив своё оружие и снова пиная лежавшего.
– Извини, но я говорил, что этот человек опасен! – Шин включил фонарик на телефоне и осветил лежавшую на земле фигуру. Человек трясся, прикрывая голову своей чёрной папкой, очки с него слетели, волосы на затылке слиплись от крови, в этой темноте его кровь показалась Шину чёрной.
– Откуда у тебя пистолет, мудила? – спросил его Тайчи и опять ударил «стрелка».
– Не бейте меня! Я нездоров! – подал голос человек в белой рубашке, его колотило, казалось он вот-вот закричит, забьётся в конвульсиях. Шин подумал, что его поведение выглядит как комедия. Никакой жалости к этому человеку он не испытывал. Наоборот, этот человек напомнил ему его покойного отца, который то впадал в состоянии бешенства и тогда он бил мать Шина и его самого, то начинал жалеть себя, причитать и плакать. Шин не знал, что в своём отце он ненавидел больше, его жестокость или эти припадки слезливого, искусственного самобичевания.
– Я болен! – повторил лежавший на земле сталкер.
– Чего?! – возмутился Тайчи.
– В папке документы! – простонал «Дайчи», протягивая Шину свою чёрную папочку.
– Тайчи посмотри! – попросил Шин.
Тот взял папку и стал разбирать бумаги, в его неловких руках они рассыпались по земле.
– Не потеряйте! Там медицинские документы! – забеспокоился «Дайчи», чуть приподнимаясь.
– Лежать, сука! – рявкнул, на него Тайчи.
Шин посветил ему.
– Нобуо Такаши, – прочёл Тайчи, – проживает по адресу…Блять! Шин! Он дипломированный псих! Он бы нас ухлопал и отделался лёгким испугом! И кстати тут написано, что ему тридцать восемь лет!
Шин забрал у друга папку и бросил её на землю.
– Не потеряйте! – канючил Такаши, он то и дело трогал рану на голове и смотрел на пальцы, выпачканные в своей крови. Пару раз он их даже лизнул.
– Вставай! – приказал ему Шин.
Такаши всё ныл и ныл. Шин почти перестал его слушать.
– Я больной. Очень больной человек. У меня есть деньги, много денег. Я отдам их вам. Сейчас пойдём в банкомат и снимем. Два миллиона йен. И я уеду отсюда. Уеду далеко. Вы меня больше не увидите.
Всё это он повторял однообразно, точно заезженная пластинка, в его голосе не было никаких эмоций. Это был словно голос робота. Тайчи остановил машину.
– Приехали, – сказал он.
– Посидите здесь! Я схожу, посмотрю. И глаз с него не спускай! – кивнул Шин в сторону Нобуо.
– Давай ключи! – приказал он.
Забрав связку ключей у Такаши, он вылез из машины и пошёл к темневшему невдалеке одноэтажному строению. Тайчи поёжился, фонари на улице почему-то не горели и из кабины пикапа, этот дом показался ему похожим на могильный склеп.
– Как Вас зовут? – спросил у него Такаши доверительным шёпотом. Тайчи поразило, как мгновенно он переменился едва Шин ушёл. В голосе его появилась энергия и эмоции, от былой равнодушной монотонности не осталось и следа.
– Тебе зачем? – спросил он у Нобуо с неприязнью.
– Твой друг убьёт меня! Я знаю! – продолжал шептать Нобуо, как будто Шин мог подслушать их разговор.
– Я знаю таких, как он! Думаешь, я безумен, а он нет?! Да он ещё более сумасшедший, чем я!
Тайчи вцепился в руль обеими руками и сжал зубы, мысли его были далеко, он слушал Такеши, так как будто тот обращался к кому-то постороннему. Ободрённый его молчанием Нобуо продолжал:
– У меня есть деньги! Много денег! Я отдам их тебе! Отвези меня на станцию и я уеду отсюда навсегда! Ты хороший, добрый мальчик, не такой, как твой друг! По дороге в банкомате снимем деньги! Два миллиона йен!
Тайчи только сейчас услышал, что говорит ему Нобуо, коротким резким движением, он ударил Такеши локтем в переносицу. Нобуо взвыл от боли и схватился обеими руками за лицо, на секунду выпустив из рук свою драгоценную папку с помятыми медицинскими документами. Из под его пальцев потекла кровь. Тайчи увидел как Шин возвращается. Самеджима залез в машину, лицо его хранило всё тоже равнодушное непроницаемое выражение. Едва Шин залез в кабину, Нобуо принялся придурковато, страшно хохотать размазывая кровь по лицу.
– Я болен! Я болен! – повторял он.
Шин ударил Такеши кулаком в бок, Нобуо скрючился и затих, только всхлипывал и что-то шептал. Тайчи подумал, что Нобуо и в самом деле выглядит как хилый школьник, такой же худой и слабый. Самеджима не спросил у Тайчи почему у «сталкера» разбит нос.
– Поехали к Чёрному оврагу! – сказал он.