Пропавшая принцесса. Реальность

У победы много отцов и лишь поражение сирота.

Эдгар распечатал конверт и быстро пробежал взглядом написанное, не поверил, перечитал ещё раз. Над ухом его захлопали крылья, и на его плечо опустился небольшой ястреб с серым невзрачным оперением. Не глядя на птицу, Эдгар взял кусочек мяса, лежавший перед ним на тарелке, и протянул его ястребу. Хищная птица, аккуратно, чтобы не задеть его пальцы взял угощение и принялся с аппетитом его заглатывать.

– Ты мне мешаешь! – хмурясь, сказал ястребу Эдгар.

Птица перешла, аккуратно переступая когтистыми лапами с плеча герцога на спинку его кресла и нахохлившись устроилась прямо над его головой. Герцог ещё раз пробежал глазами написанное, подумал, поднявшись с места, с грохотом отодвинул тяжёлый похожий на трон стул с высокой резной спинкой, заставив ястреба вспорхнуть и усесться на потолочную балку. Выйдя в коридор, Эдгар открыл уже рот дабы позвать своего секретаря, взгляд его упал на пустой стол, за которым ранее сидел Жан Ле Клерк. Поверхность стола покрылась пылью, гусиное перо упало, в загустевших чернилах плавала муха. Эдгар нахмурился, он не испытывал сочувствия к казнённому секретарю, но сейчас ему пришло в голову, что он возможно поторопился, позволив гневу взять над собой верх. Ле Клерка можно было использовать в двойной игре против Канцлера, но теперь этот шанс был бездарно упущен. Канцлер отвечал вежливыми отписками на все приказы Эдгара вернуться в столицу и за этой вежливостью герцог чувствовал скрытую издёвку. Прочитав очередной ответ мерзкого старикашки, Эдгар, бывало, впадал в такую ярость, что с трудом подавлял желание собрать отряд и лично отправиться в замок Канцлера, чтобы приволочь сюда этого низкого торгаша, по слухам сделавшего первые свои деньги на торговле гнилой рыбой. Но каждый раз благоразумие брало верх и Эдгар, скрежеща зубами оставался в своём кабинете. Брат не даст ему достаточно воинов для штурма хорошо укреплённой крепости, а Эдгару донесли, что Великий Канцлер спешно проводит работы по укреплению стен и башен. Чтобы взять замок нужны пушки и другие осадные приспособления, которые брат ему не предоставит. Денег у Канцлера сейчас было больше, чем у них с братом во много раз. Это была украденная королевская казна. И деньгами этими пользовалась сейчас армия мятежных мелких баронов, собравшихся под знамёнами Королевы Вендис Рейгарден. То, что сбежавшая Королева придёт на выручку своему содержателю в случае осады было для Эдгара ясно как день. Если бы был жив Ле Клерк, Канцлера можно было бы выманить куда-то для переговоров и там захватить, но после казни своего агента, старый пройдоха и носа не высунет из своей твердыни. Начав спускаться по лестнице, Эдгар натолкнулся на высокую, худую женщину в длинном чёрном платье. На её худом вытянутом лице как будто отпечаталось выражение скорбной муки, причудливо соединявшейся в этой представительнице рода Гавернов с крайней высокомерностью.

– Господин Герцог! – строго произнесла она, еле заметным кивком головы ответив на поклон Эдгара.

– Объясните мне что происходит в конце концов! – визгливо, почти выкрикнула она, сунув Эдгару под нос свою сухую руку для поцелуя, – сегодня на завтрак у нас был лишь хлеб и немного плохого вина! Как Вы смеете так заботиться о Вашем Короле и его матери!

– Ваше Величество, – галантно отвечал Эдгар, почтительно целуя руку регентши, – к моему великому сожалению, в столице ощущается острая нехватка продовольствия! Все мы сейчас вынуждены затянуть пояса!

Женщина вспыхнула, узкий, похожий на щель рот её приоткрылся и захлопнулась, словно мышеловка.

– Но…, пролепетала леди Гаверн растерянно.

– Ваше Величество, – продолжал Эдгар с очаровательной улыбкой, – но я всё же постараюсь помочь Вам всем чем смогу! Мы возьмём для Короля и Вашей милости продукты из наших неприкосновенных запасов! Прошу меня простить!

Эдгар поклонился и поспешил прочь от этой приставучей женщины, едва ли не перепрыгивая через три ступеньки. Леди Гаверн осталась стоять на лестнице с бледным, растерянным лицом. «Она всё отлично понимает!» – подумал Эдгар. Их дело было практически провалено, всё на что они рассчитывали не удалось осуществить. Даже блестящая победа над мятежницей не принесла им ровным счётом ничего! Эх если бы обеих Рейгарден удалось захватить в плен или убить, всё тогда было бы кончено! Но мятежница ускользнула. А что касается её старшей сестры, то по всей видимости её даже не было в лагере под Карсом. Если бы Лалатина пала в битве, мятежники объединились бы вокруг Вендис, как они делали это уже однажды. Но не неполный успех в битве под Карсом стал причиной их дальнейших неудач. Предательство Канцлера и деньги этих выродков ишвантов, вот то, что перевернуло доску, на которой у них с братом было очевидное преимущество! Ишванты! Мерзкие торгаши! Враги рода человеческого! Сколько не давишь их, они словно тараканы, тут же разводятся в другом месте. И везде тащат они за собой свои деньги! Когда они с братом вырезали всех их от реки до моря, Эдгару казалось, что эти выродки больше никогда уже не будут создавать им проблемы. Но они опять здесь! И самое главное здесь их деньги! Деньги, на которые Лалатина Рейгарден возродила свою армию. Армию, которая стала сильнее, чем когда-либо прежде. Перед тем как оказаться на улице, Эдгар хотел захватить с собой двух или трёх солдат, несмотря на подавление мятежа черни, в столице было неспокойно, но в караульном помещении никого не было. Эдгар прождал около десяти минут, потом плюнул и отправился во дворец Канцлера, в котором разместился его брат в одиночестве. Едва Эдгар вышел на площадь, его неприятно поразило поведение солдат. В городе вообще царил хаос и беспорядок, словно войска только что взяли его штурмом.  Большие дома знати бессовестно разграблялись, двери были всюду распахнуты, из окон на брусчатку летели предметы мебели, солдаты тащили всё что могли унести. Большинство домов были пустые, их владельцы благоразумно оставили столицу, но из некоторых доносились женские крики и мольбы о помощи. Эдгар быстро продвигался вперёд, сжимая под плащом рукоять своего длинного меча. Он ловко лавировал, между разбитыми стульями и прочим хламом, стараясь не встречаться взглядом с солдатнёй, почти все из которых были пьяны и вряд ли в состоянии узнать одного из своих командиров. В городе творился полный бедлам. Когда Эдгар наконец ступил под сень канцлерского дома он испытал некоторое облегчение. Не то чтобы это пьяное быдло сильно его напугало, но всё же…

– Где мой брат! – спросил Эдгар, схватив за плечо неспешно тащившегося мимо слугу.

– Его милость в бани направились, – угрюмо отвечал тот.

Выругавшись про себя, Эдгар спустился вниз и прошёл через круглый дворик к низкому одноэтажному зданию, от которого поднимался пар, точно от загнанной лошади. Почти весь дворик дома канцлера перегораживала монструозная телега на таких огромных колёсах, что Эдгар даже удивился как её сюда затащили. Латники нагружали телегу всяким барахлом, который спешно выносили из дома.

– Что вы делаете олухи! – набросился на них младший Де Бош.

– Выполняем приказ его милости! – равнодушно ответствовал латник.

По лицу его было заметно, что он жаждет присоединиться к мародёрам на городских улицах. Эдгар оставил его в покое и пошёл разыскивать брата. У входа в термы стояли двое латников в кольчугах, с мечами на поясе. Пройдя мимо них, Эдгар толкнул низкую круглую дверь и оказался во власти жаркого, липкого пара. В этом пару слышался беззаботный женский смех, из него появлялись обнажённые девушки, молодые и прекрасные. Одна из них заметив Эдгара принялась разглядывать его, не мало не смущаясь своей наготы. Молодой герцог подумал, что ей, пожалуй, нечего стыдиться, стройная, смуглая, с гладкими бёдрами и крупной, красивой грудью, она напомнила ему изображение богини плодородия в языческих храмах. Её длинные, чёрные, чуть вьющиеся от влажности волосы ниспадали ей на грудь почти достигая бёдер. Эти волосы и были единственным её одеянием.

– Где герцог? – осведомился Эдгар, невольно покраснев под бесстыдным взглядом девушки.

В этот момент до них долетел взрыв женского смеха.

– Там, – равнодушно проговорила красавица, махнув рукой в направлении откуда раздавался плеск воды и радостный женский визг. Девица повернулась и скрылась в облаках пара бесстыдно покачивая крутыми бёдрами. Эдгар невольно уставился на её подтянутую, упругую попку. «Что за хрень здесь творится?!» – подумал он с раздражением. Эдгар двинулся вперёд и скоро наткнулся на огромный деревянный бассейн, в котором лениво возлежал его брат в окружении пяти или шести обнажённых девиц. Эдгар поискал глазами темноволосую и к своему облегчению не увидел её среди них.

– О! Эдгар! Присоединяйся к нам! – радушно предложил герцог, его покрытый шрамами могучий торс по грудь торчал из воды, от которой поднимался пар.

– Брат, что происходит? – спросил Эдгар, – ты знаешь, что творится на улицах?

– А что там творится? – равнодушно спросил герцог.

– Солдаты грабят дома!

– А это! Это я разрешил! – герцог зевнул, какая-то девица с белой точно снег кожей обвила руками его шею и попыталась поцеловать, но он грубо отпихнул её.

– Не лезь ко мне с поцелуями шлюха! Если хочешь что-то поцеловать, поцелуй мой член!

Схватив несчастную девушку за волосы, герцог погрузил её голову под воду на уровне своего паха. Тщетно девица билась пытаясь вырваться, она брыкалась, но ничего не могла сделать.

– Отпусти её, – холодно проговорил Эдгар, видя, что девица сейчас захлебнётся.

Остальные девушки испуганно сбились в кучу подальше от герцога, улыбки сползли с их лиц. Герцог выругался и отпустив волосы блондинки отшвырнул её от себя. Девушка, задыхаясь отплёвывалась, хватая воздух ртом словно рыба, выброшенная на берег.

– Пошли прочь шлюхи! – рявкнул герцог и девушки поспешно полезли из бадьи помогая своей едва только что не утопленной Де Бошем товарке, которая едва держалась на ногах. Герцог встал во весь свой немалый рост, вода текла по чёрной шерсти на его груди.

– Это я разрешил, – равнодушно повторил он, принимая поспешно поданное Эдгаром полотенце.

– Мы не платим им жалование три месяца! Надо же дать им хоть что-то!

– Но они грабят и насилуют! – возмутился Эдгар, – мне плевать на местных, но, если Лалатина подойдёт к городу, нам придётся отбиваться не только от её диких горцев снаружи, но и от ненавидящих нас жителей внутри городских стен!

– Эдгар! – герцог рассмеялся, – это уже неважно! У Лалатины Рейгарден тридцать больших пушек! Пару дней ей понадобится, чтобы разнести эти стены вдребезги! Карс сдался без боя едва завидев её армию! Наш гарнизон бежал в Либек не дожидаясь первого выстрела её пушек! Эта самопровозглашённая Королева отправила вслед за ними своих гонцов с требованием прислать ей ключи от города! Короче гавань Либек перейдёт к ней в руки со дня на день. Она двинется на столицу и будет здесь самое позднее через десять-одиннадцать дней!

Герцог облачился в свой походный камзол и пригладил рукой мокрые чёрные волосы. Эдгар опустился на скамью, он уже всё понял.

– Эта наша авантюра провалилась! А ведь все так хорошо начиналось! – герцог беззаботно рассмеялся.

– Эдгар, мальчик мой, нам пора сваливать из этой помойки! Кстати, что у тебя за бумага в руках?

– Это уже неважно! – отвечал Эдгар, скомкав пергамент, который держал в руке, – я собирался попросить у тебя солдат, чтобы вернуть Канцлера и королевскую казну в столицу! Тогда у нас появились бы деньги!

– Мальчик мой! – бесцеремонно перебил его герцог, – ты всё ещё хочешь поступать правильно, но до сих пор не понял, что мы давно уже не в церковно-приходской школе! Замок Канцлера стоит на высокой скале! Даже если ты сможешь затащить туда пушки и тараны, ты думаешь Вендис Рейгарден будет спокойно смотреть как ты пытаешься украсть кошелёк, из которого она черпает средства, чтобы платить своим мелким прихвостням?! Пока она всего лишь перерезала дороги, ведущие на Юг. У неё недостаточно войска чтобы штурмовать столицу. И у неё всего три пушки! Но знаешь откуда они у неё? Лалатина прислала ей! Эти сёстры с самого начала действовали заодно. Пока Вендис только лишила город продовольствия. Эта горская шлюха ожидает, что мы двинемся на Юг, где есть провиант и фураж для наших коней! Если мы так поступим, Вендис будет атаковать наши обозы и всячески замедлять наше движение, пока её сестра со своими головорезами не настигнет нас! И тогда нас всех просто пе-ре-режут как свиней!

Герцог засмеялся.

– Но я не намерен доставить этой шлюхе такую радость! Эдгар, война проиграна! Чем раньше мы это признаем, тем целее будем! – продолжал он весело, – время сваливать с этой помойки! Сейчас мы ещё успеем сесть в Харборе на корабль и отплыть домой! Жаль, что не получилось здесь хорошо заработать, но в накладе мы в любом случае не останемся!

Герцог похлопал Эдгара по плечу.

– Я пришлю тебе воинов и повозку! Не тяни со сборами! Мы отправляемся завтра на рассвете!

– А как же Гаверны? – спросил Эдгар, он вспомнил растерянное лицо пожилой женщины.

– Старая шлюха и её выблядок? Понятия не имею! Мне они больше не нужны! И тебе я не советую возиться с ними!

Громко, рассмеявшись Де Бош-старший, не торопясь покинул купальню. Эдгар вышел на улицу, постепенно темнело, там и сям бродили пьяные солдаты группами по двое или трое. Нужно было возвращаться к себе. Эдгар хотел уже идти, но в этот момент кто-то тронул его за плечо. Обернувшись, он увидел перед собой темноволосую красавицу. Сейчас на ней был тёмный плащ с капюшоном, боле-менее скрывавший лицо, в руке она держала маленький узелок.

– Сир Де Бош, – проговорила она, пристально глядя на него большими чёрными глазами, – мне недостойной померещилось, что я глянулась Вашей милости! Да и Вы, по правде сказать, куда симпатичнее своего брата!

Её нахальный тон резко контрастировал со смыслом слов, которые она произносила своими по-детски пухлыми губами.

– Это потому, что мы сводные братья, – отвечал ей Эдгар.

Он почему-то опять смутился под напором этой девицы. «Она шлюха! Просто шлюха!» – твердил он себе.

– Это сразу видно! Вы мне приглянулись сир Де Бош! Я больше не хочу быть с Вашим дорогим братом!

Эдгар с ужасом ощутил, что краснеет. Брюнетка подошла вплотную и заглянула ему в глаза, она была высокой для женщины, но Де Боши отличались высоким ростом, и она едва достигала Эдгару до плеча.

– Хотите владеть мной, Ваша милость? – спросила она, продемонстрировав Эдгару два ряда ровных белых зубов.

– Иди за мной! – процедил он ей.

Девушка улыбнулась, Эдгар пошёл вперёд, совершенно позабыв о пьяной солдатне. Бронзовая кожа, алые губы, то, как она пахла, впервые женщина так сильно взволновала его.

– Стой! Куда прёшь! – вывел Эдгара из задумчивости пьяный окрик.

Перед ним стоял солдат покачиваясь словно матрос на палубе корабля в сильный шторм. Эдгар быстро оглянулся, девушка спряталась за его спиной.

– Отдавай свою девку! И вали к ебеням! – проорал солдат, хватаясь за меч.

Эдгар отодвинул полу своего плаща, открывая рукоять меча.

– Приготовься бежать! – шепнул он своей спутнице.

Эдгар был уверен, что после того, как он убьёт солдата на шум, сбегутся его товарищи и придётся делать ноги.

– Придурок! Ты что не видишь, это брат нашего герцога! – подошедший товарищ, схватил пьянчугу за плечо.

– Простите его Ваша милость! – смиренно обратился он к Эдгару, – пьяный дурак не понимает, что творит!

Эдгар взял свою спутницу за руку и повёл её за собой.

– Кажется, Вы не собиралась меня ему отдавать? – улыбнулась девушка, когда они отошли достаточно далеко.

– Меня зовут Сафия, – добавила она, сжимая руку Эдгара.

Марионетка.

В Харборе творилось чёрт знает что. Когда конвой, в котором ехала телега с пожитками Эдгара проехал под аркой каменных ворот и оказался на улицах, Де Бош подумал, что найти для Сафии лошадь было хорошей идеей. Он оглянулся и встретившись глазами с этой девушкой тут же отвёл взгляд. Кажется, он опять покраснел. Это было стыдно, но Эдгар постепенно начал привыкать к этому. Сафия выглядела прекрасно, мужской костюм не мог скрыть того, что она женщина, да она и не стремилась к этому. Длинные чёрные волосы разметались по плечам, из-за крупной груди Сафия расстегнула две верхних застёжки своего камзола. Стоявшие у ворот латники уставились на неё. Прыщавый юнец с лошадиным вытянутым лицом даже приоткрыл рот от удивления. Эдгар ощутил одновременно гордость и укол ревности. Поравнявшись с девушкой, он проговорил с плохо скрываемым раздражением:

– Прикройся! Ты привлекаешь слишком много внимания!

Сафия загадочно улыбнулась.

– Как прикажете, мой принц! – проворковала она, закутываясь в свой длинный красный плащ.

Её томный бесстыдный взгляд снова смутил Эдгара. Он раздражённо ударил вздрогнувшую лошадь хлыстом опередив свою спутницу на целый корпус. Де Бошу показалось, что Сафия тихонько рассмеялась. Ей нравилось дразнить его, нравилось видеть, как он смущается. Почему Эдгар не мог даже разозлиться на неё?! Он поймал себя на том, что перестал называть Сафию шлюхой даже в своих мыслях. Хотя она, конечно, была шлюхой. И всё же Эдгар никогда ещё так сильно не увлекался женщиной. Он давно уже решил для себя, что ему это просто не нужно. Теперь же он думал, что просто до сих пор не встречал такую как Сафия! Это было глупо, но он по-настоящему увлёкся этой девушкой с пониженной социальной ответственностью. Когда Эдгар увидел её в первый раз в купальне своего брата и она неожиданно взволновала его, он решил, что это просто зов плоти. Хоть ранее он и не чувствовал такого, но думал, что, удовлетворив свою страсть потеряет интерес к этой девушке. Но этого не случилось. Наоборот, с каждым днём он всё сильнее привязывался к Сафии. Кажется, впервые у него появился человек, которым он дорожил. Эдгару приходило в голову, что она может быть шпионкой или даже наёмной убийцей, ждущей только подходящего момента, чтобы подсыпать яд в его пищу, но он быстро понял, что прогнать Сафию он не в силах. Даже если это будет стоить ему жизни. Когда она засыпала, он подолгу смотрел на её спящее лицо. Не потому, что опасался того, что она перережет ему горло во сне. Впервые в жизни, в душе Эдгара родилось смутное приятное чувство. Теплота в груди возникала, когда он смотрел на неё, занимался с ней любовью или просто касался её руки. Это было очень необычно для него и в тоже время Эдгар почему-то бережно лелеял эти глупые чувства, словно это был красивый цветок или пушистый котёнок, нуждающийся в заботе. Поначалу поведение Сафии только усилило его подозрения. Она была грамотной, похоже говорила на нескольких языках. Обнаружив у Эдгара книги, она читала почти всё время. Когда она не потрудившись прикрыть свою наготу, лежала на животе, болтая ногами и перелистывала страницу за страницей тяжёлого фолианта, Эдгар украдкой любовался ею.

И ещё он теперь спал в постели с женщиной. Спал с ней в одной постели. Никогда прежде он не мог заснуть если в комнате находился ещё кто-то, это у началось у него в раннем детстве. После того как зарезали его мать. Зарезали во сне. С тех пор он мог заснуть только накрепко заперев дверь. А теперь он не мог уснуть без её тепла, без её запаха, без того чтобы она тихо сопела, уткнувшись мордочкой в его плечо.  Эдгару страшно было думать о своих чувствах к Сафии, страшно и сладко одновременно. Засыпая с ней рядом, он мечтал о том, что увезёт её далеко отсюда, за Тихое море и там, где никто не знает их они будут жить, наслаждаясь друг другом. Проснувшись утром, Эдгар понимал, насколько глупы его мечты, насколько они детские и наивные. Но стоило ему взглянуть на Сафию, он тут же обо всём забывал. Старший брат уехал раньше, бросив в столице всех своих шлюх. Де Бош со страхом ожидал что скажет его брат, когда узнает, что Эдгар потащил за собой её из столицы? Он опять поймал себя на том, что даже про себя не называет её шлюхой. Только теперь Эдгар осознал, что боится и ненавидит своего старшего брата. Осознал со всей очевидностью. Он чувствовал себя счастливым, когда вспоминал, что Сафия предпочла его брату. Впервые он в чём-то превзошёл его. В тайне Эдгар всегда считал себя умнее и талантливее, но похоже никто этого не замечал. Только Сафия увидела это, только она одна. Эдгар взглянул на неё благодарным, влюблённым взглядом. Сафия держалась в седле уверенно, с любопытством оглядываясь по сторонам. Эдгар подумал, что совсем ничего о ней не знает. Даже её фамилии. Сафия обладала определённым уровнем воспитания и образования свойственным выходцам из высших слоёв. И в тоже время Эдгар подозревал, что она из народа ишвантов. Как-то раз она сказала ему:

– Я пала так низко, что падать ещё ниже мне уже некуда. Я не боюсь смерти. Для своей семьи я давно уже умерла. Вернись я сейчас к ним, они даже на порог меня не пустят. У меня нет ни семьи, ни моего народа. Каждый из них плюнет мне в лицо при встрече!

Эдгар впервые услышал в её голосе настоящую боль. Он привык что Сафия постоянно смеётся ни к чему не относясь серьёзно. Такая её реакция удивила Эдгара. Отвернувшись Сафия, смахнула непрошенную слезу. Эдгар хотел ей сказать, что он всегда примет её такой какая она есть, но не решился. Глядя на неё сейчас, он подумал, что она наверняка ишвантка. Ишвантов он всегда глубоко презирал. Нация грязных торгашей! Это он предложил брату отобрать у них имущество и деньги. Это была его идей за которую герцог Де Бош радостно ухватился. Солдат никто не собирался останавливать, а они всегда были готовы убивать и грабить тех, кто не способен толком сопротивляться. Эдгару было неприятно думать, что кто-то из родных Сафии мог погибнуть во время организованной им резни. Сафия почувствовала его взгляд и улыбнулась, как будто даже застенчиво. Эдгар подумал, что она невероятно милая. Узкая улица вздыбилась и оседлав её Эдгар и Сафия увидели гавань. Им открылась бухта, усеянная множеством кораблей, которые качались на волнах словно игрушечные. Яркое Солнце отражалась от поверхности воды окрашивая и воздух, и само море золотыми блёстками. Разноцветные паруса, корабли разных размеров, маленькие и большие богато украшенные и совсем простые, создавали яркую радостную картину. Небольшие волны казались посеребрёнными, свежий морской ветер донёс до них аромат дальних странствий и у Эдгара захватило дыхание, словно он опять стал одиннадцатилетним мальчишкой. Он ощутил робкое прикосновение руки Сафии к своей руке и сжал её, переплетя свои пальцы с нежными пальцами девушки. Взглянув на неё, Эдгар увидел, что Сафия испытывает те же чувства, что и он. Большие тёмные глаза её возбуждённо блестели, на губах застыла детская полуулыбка улыбка и Эдгар осознал, что любит эту женщину.