На рассвете

Глава I. Неожиданная встреча.

Звуки предвечернего затишья нарушил неспешный перестук копыт. По густому лесу ехали два всадника на гнедых жеребцах, возглавляя небольшой конный отряд. Солнце клонилось к закату, освещая просеку тёплым светом. А усталость от проделанной дороги делала речь путников расслабленной и неторопливой.

– Ты думаешь, твой брат согласится на наши условия? – спросил мощный здоровяк со светлыми волосами, крупными чертами лица и небольшой аккуратной бородой.

– Надеюсь. Ему нужно время, чтобы всё обдумать, – ответил второй. По сравнению со своим спутником он выглядел не таким великаном. Но сильные руки и широкие плечи выдавали в нём опытного воина, а уверенная посадка – прекрасного наездника. Это был князь Ярослав Мстиславич. Он возвращался из Залесска, где гостил у своего двоюродного брата.

– Да, непростое наследство отец мне оставил, – продолжил он. – Давно надо было разграничить спорные земли. Не было бы причин для междоусобиц. Нам и так врагов хватает. Коли согласится князь залесский – толк будет. И его, и нашей казне польза. Не будет этих недомолвок между нами. Ты видел его дочь?

– Да, – улыбнулся здоровяк. – Княжна сейчас в самой поре! – он смачно цокнул языком.

– Э, угомонись. Ратибор, ты говоришь о моей племяннице… – осадил его князь.

– Прости, – смутился Ратибор.

Князь посмотрел на друга.

– Никогда не задумывался о женитьбе? Породнились бы.

– Э нет, – запротестовал Ратибор, – хватит и того, что ты на моей сестре женат. Все эти семейные узы не по мне…

– А кто роду продолжение даст? – спросил Ярослав.

– Неволить себя не хочу… И потом, любить всю жизнь одну бабу – это только ты так можешь, – он скептично пожал плечами.

– Ты, видно, своей единственной ещё не встретил… – улыбнулся князь.

– Единственной? – Ратибор скривился. – Это когда других не видал. А я, может, выбрать хочу. Лучшую.

Друзья расхохотались и пришпорили лошадей.

– Ростислав, не отставай! – крикнул князь своему девятилетнему сыну, ехавшему за ними. Мальчик рванулся быстрее за отцом. Охрана поспешила вслед, стараясь держать строй.

Сумерки сгустились. Путешественники выставили дозор и разбили небольшой стан в лесу. Стояла духота, и они, постелив войлоки, расположились на ночлег прямо под открытым небом. Было тихо, луна уже взошла и мягко освещала поляну. Деревья тихо шелестели листвой, убаюкивая утомлённых путников около тлеющего костра.

Сквозь сон князь услышал, как его конь нервно всхрапнул. Он открыл глаза и приподнялся на локте. Люди спали, а лошади испуганно переступали, озираясь по сторонам. Князь толкнул Ратибора, тот, поёжившись, нехотя открыл глаза.

– Лошади нервничают. Что-то не так, – сказал князь ему и тихо стал будить Ростислава.

Ратибор недовольно поднялся и сел, протирая руками глаза. Заметив одного из дозорных, который на секунду задремал, прислонившись к дереву, он нащупал под собой шишку, и кинул в него. Тот от неожиданности вздрогнул и вскочил.

– Дрыхнешь, скотина! – гневно рявкнул Ратибор. – Я тебя…

– Тихо! – зашипел на них князь.

Они замерли и впились глазами в чащу. Там, за деревьями, что-то происходило. Лошади явно чувствовали опасность. Если бы они не были привязаны, рванули бы в лес. Князь прижал к себе проснувшегося перепуганного сына и вытащил меч из ножен.

– Ратибор, буди всех. Похоже, у нас гости.

Ратибор с дозорными стали расталкивать остальных. Напряжение нарастало. Послышался шорох с одной стороны, потом с другой.

– Должно быть – кабаны, – предположил Ратибор.

– Может быть, – ответил князь. Но на всякий случай посадил сына на лошадь.

– Ростислав, оставайся пока в седле.

Люди явно ощущали чье-то присутствие, но в темноте невозможно было что-либо разглядеть. Неожиданно ко всему прочему поднялся шквалистый ветер, который с треском начал рвать кроны деревьев.

– Стоять! – крикнул Ратибор, видя как суеверный страх заставляет его людей сбиваться в кучу. – Защищать князя!

Это встряхнуло всех, и дружинники окружили Ярослава с сыном. Запалив факелы, с мечами наготове, воины всматривались в темноту.

– Отец! – крикнул мальчик.

Лошадь под маленьким княжичем заметалась из стороны в сторону. Он, как мог, пытался удержать взбесившееся под ним животное. Но она резко встала на дыбы и, сорвавшись с привязи и чуть не сбив людей, бросилась в чащу, унося на себе ребёнка.

– Ростислав! – вскричал князь и кинулся к своему коню.

Князь гнал своего коня что есть мочи, пытаясь догнать сына. Он летел сквозь чащу, не замечая, как ветки деревьев больно хлещут по его лицу. Выскочив на опушку, озираясь по сторонам, Ярослав понял, что потерял след.

– Ростислав! – закричал он. Ответа не последовало. Князь в отчаянии носился по поляне, вглядываясь в чащу. Деревья бездушно стояли, покачивая кронами, по листьям зашуршал мелкий дождь.

– Ростислав! – снова крикнул князь и прислушался.

За спиной послышался шум, он резко обернулся. На поляну выскочил Ратибор с отрядом.

– Где княжич? – крикнул запыхавшийся Ратибор.

– Я потерял его. Ростислав! – снова в отчаянии закричал князь.

Издалека донёсся еле слышный крик.

– Тихо! – рявкнул Ратибор на шумевших от возбуждения дружинников. Все прислушались.

– Это там! – князь пришпорил коня и кинулся на голос сына. Проскакав четверть версты, отряд выскочил из леса.

– Ростислав!

– Я здесь! – раздался голос мальчика откуда-то снизу.

Князь спрыгнул с лошади и пробежал вперёд. Прямо перед собой он увидел резкий и глубокий обрыв. Там, на отвесном склоне, висел Ростислав, вцепившись руками в выступающие корни. Лошадь, которая унесла его, обезумев, на полном скаку рухнула вниз. Её туша лежала теперь на дне обрыва с переломанной шеей. У князя похолодело всё внутри.

– Держись, я тебя вытащу! – крикнул ему Ярослав и начал спускаться.

Но склон обрыва был очень крутой и стал осыпаться под ним. Он чуть не полетел вниз, и только Ратибор, вовремя крепко ухватив друга, не дал ему сорваться.

– Так до него не добраться, – прокряхтел Ратибор, вытаскивая князя.

– Да есть верёвка? – спросил князь, тяжело дыша.

– Всё на поляне осталось, – чертыхнулся Ратибор. – Влас! Быстро скачи за верёвками!

– Нет времени! – крикнул князь. – Ростислав не удержится, нужно что-то найти.

Ратибор кивнул и кинулся раздавать поручения людям.

– Ростислав, ты как?

– Я держусь, – голос мальчика дрожал.

– Я сейчас спущусь за тобой.

Люди Ратибора быстро срубили длинное тонкое молодое дерево и опустили его вниз, держа за один конец.

– Дай я пойду, – сказал Ратибор, отстраняя князя.

– Держи крепче, это мой сын! – нервно ответил Ярослав и стал спускаться вниз, держась за ствол.

Спускаться было нелегко, земля постоянно осыпалась. Кроме того, усиливающийся дождь превращал рыхлую почву в жидкую кашу. Приходилось медленно, аккуратно выискивать участки, на которые можно было наступить. Князь был уже близко, когда услышал голос сына.

– Отец?!

– Сейчас, я уже рядом, – ответил он и осёкся.

На дне оврага над тушей упавшей лошади, привлеченные запахом крови, уже собирались волки.

– Ратибор, ты видишь? – крикнул князь.

– Да! – ответил тот. – Волки… Почуяли твари…

– Как только я схвачу Ростислава, тащи нас наверх!

Ратибор кивнул. Князь спешил. Земля раскисала под дождём, становясь вязкой. Он спускался, уже не разбирая, куда наступает, увязал, скользил и еле-еле удерживался, чтоб не сорваться.

– Отец! Я не могу! – мальчик из всех сил цеплялся за корни, но под дождём они стали скользкие, как будто их облили маслом. Ростислав дрожал от холода и напряжения, пальцы не слушались. Куски глины под его ногами крошились. Он старался не смотреть на дно оврага, где волки уже раздирали тушу лошади.

– А-ааа! – закричал княжич и, соскользнув, поехал по размокшей глинистой слизи вниз.

Князь обернулся.

– Ростислав! – в ужасе закричал он.

Мальчик, тщетно пытаясь за что-нибудь зацепиться, всё быстрее и быстрее скользил по склону, скатываясь в овраг. Неожиданно он почувствовал, как его кто-то резко подхватил и с силой прижал к склону.

– Не дёргайся, – чей-то голос прошипел ему на ухо.

Мальчик замер.

– Хватайся за верёвку!

Ростислав увидел прямо перед собой верёвку и лихорадочно вцепился в неё.

– А теперь просунь ногу в петлю.

Мальчик посмотрел вниз и увидел под ногой болтающуюся петлю. Он просунул туда ногу и опёрся на неё. После чего почувствовал, что хватка, удерживающая его, немного ослабла. Он завертел головой.

Над ним нависла чья-то фигура, прижимая его к склону и не давая сорваться вниз.

– Держись крепко, – скомандовал голос.

Княжич изо всех сил вцепился в верёвку. Незнакомец протяжно свистнул – и тут же Ростислав почувствовал, как верёвка натянулась.

– Поднимайся, – шепнул незнакомец.

Мальчик начал карабкаться по склону, упираясь в скользкие корни и валуны. Сверху кто-то рывками тянул за веревку. Рядом уверенно следовал его спаситель, ловко втыкая в землю нож и подтягиваясь.

Поднявшись на поверхность, Ростислав увидел, что выбраться ему помогла огромная лохматая собака светлого окраса, похожая на волка и медведя одновременно.

– Молодец, здоровяк! Молодец, не зря я тебя кормлю.

Незнакомец вылез вслед за Ростиславом и потрепал подбежавшего к нему пса.

Ратибор со своими людьми, увидев произошедшее, быстро вытащил князя на поверхность – в двадцати шагах от них.

Ступив на землю, князь кинулся к сыну.

– Ростислав, ты цел? – спросил он, осматривая мальчика.

– Да, – сказал тот, потирая ушибленные места и размазывая по телу липкую грязь.

Князь с облегчением обнял сына, не веря, что всё обошлось. Затем он повернулся к незнакомцу. Тот медленно отвязывал верёвку от старого поваленного дерева. Ратибор тоже с интересом наблюдал за ним.

– Благодарю тебя, – сказал князь, обращаясь к незнакомцу, – ты спас моего сына.

Услышав это, незнакомец на секунду замер. Но потом, сев на землю, так же спокойно, не проронив ни слова, принялся что-то снимать со своих ног. Друзья разглядели, что к его ступням были привязаны ледоходные шипы, они помогали сцепляться с почвой.

– Х-м, ловко придумано, – оценил Ратибор.

Незнакомец промолчал.

– Похоже, наш друг неразговорчивый, – шепнул князь Ратибору.

Они пытались разглядеть при свете луны эту странную парочку – огромного лохматого пса и его хозяина. Судя по телосложению, спаситель Ростислава был либо недомерок, либо совсем юнец.

– Лучше запалите огонь, волки близко, – наконец произнёс незнакомец. По голосу стало ясно, что перед ними юнец.

Ратибор дал команду людям, и они зажгли факелы.

Незнакомец повернулся к свету, и друзья увидели его лицо.

– Девка! – Ратибор присвистнул.

Это была девушка лет двадцати с короткими тёмными волосами. Поначалу князь подумал, что она из кочевников. Однако её одежда выглядела непривычно: на ней были мужские порты, а поверх плотной шерстяной рубахи был необычный доспех. Не привычная кольчуга и не броня русских дружинников. Её доспех был собран из множества небольших кожаных пластин, вываренных до твёрдости кости, нашитых внахлёст на толстую основу так, что напоминал чешую. Покрой был не степной, укорочённый, но ладно скроенный по фигуре. На плечах он крепился хитрыми кожаными петлями, позволяющими двигаться совершенно свободно. Такой доспех был лёгким, почти не стеснял движений, а по жёсткости немногим уступал железу.

Лицо было перепачкано грязью, и разглядеть его было трудно. Но на слова Ратибора она резко вскинула голову, отбросив мокрую чёлку, и князь увидел её цепкие проницательные глаза. Сняв шипы с ног, она молча и неторопливо сунула их в мешок, свернула верёвку и направилась в чащу леса.

– Князь, нам тоже лучше побыстрее убраться отсюда, – нервно сказал Ратибор, оглядываясь на овраг, откуда доносились звуки звериной возни.

Ярослав кивнул, и отряд двинулся в лес за незнакомкой.

Она шла твёрдым решительным шагом, легко ориентируясь в темноте. За ней по пятам шёл князь, держа сына за руку, дальше Ратибор и его люди вели лошадей под уздцы и освещали дорогу факелами.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Ярослав, разглядывая со спины незнакомку.

– Собиралась лечь спать, пока вы не всполошили весь лес, – буркнула она.

– Ты одна в лесу? – снова спросил князь.

Встретить ночью в лесу человека, а тем более девчонку, было более чем странно. Незнакомка кивнула, не оборачиваясь.

– Но это опасно, – недоверчиво сказал князь.

– Точно, опасно, – хмуро произнесла она, – для тех, кто решил заночевать на звериной тропе. Ростом удался, а ума не набрался. Чего в лес суёшься, коли законов его не знаешь, – негромко ворчала незнакомка себе под нос, явно не испытывая удовольствия от того, что они за ней увязались.

– Но-но, следи за языком, ты разговариваешь с князем! – осадил её Ратибор.

Девчонка резко остановилась и окинула их оценивающим взглядом. Вид путешественников не произвёл на неё должного впечатления. В темноте, по перепачканной в грязи, промокшей насквозь одежде невозможно было определить их сословие. В таком виде они скорее были похожи на разбойников с большака. И только добротное дорогое оружие, сверкнувшее в свете факелов, выдало в них знатных вельмож.

– Зверю-то, поди, без разницы, Князь ты или простолюдин, – уже более сдержанным тоном сказала она и нырнула в темноту.

– Да ты… – Ратибор уже хотел ответить что-то грубое, но князь остановил его жестом.

– К слову сказать, место для ночлега ты выбирал, – шепнул он Ратибору. Тот досадно сплюнул и недовольно побрёл за князем.

– Твоя правда, Ростислав чуть не погиб, – согласился князь, догоняя девчонку. – Но ты помогла нам, я в долгу перед тобой. Назови, чем я могу тебя отблагодарить…

– Мне ничего не нужно, – отмахнулась она, явно не желая продлевать их знакомство. Князь и Ратибор переглянулись.

– Скажи хоть, как звать тебя, за кого Богу молиться? – напоследок спросил Ярослав.

– Ирджи, – буркнула она.

– Как? – удивлённо переспросил князь.

Она остановилась.

– Моё имя Ирджи, этого довольно? – нетерпеливо ответила она.

Князь растерянно кивнул – имя было странным, неславянским. Девчонка развернулась и вышла на поляну. Там под сосной, они увидели небольшой шалаш – это было место её ночлега. Дождь давно затушил костёр, и у потухшего костровища стояла лиса, подъедая остатки приготовленной пищи. Вероятно, Ирджи пришлось прервать свою трапезу, когда она поспешила им на помощь.

– А ну, пошла прочь! – сердито крикнула Ирджи, запустив в лису палкой. Та дёрнулась и рванула в чащу. Девчонка подошла к шалашу, огляделась и досадно выругалась. Все вещи были растасканы животным по поляне, а еда разбросана и обглодана. Пёс с удовольствием принялся доедать с земли то, что осталось после лисы. Ирджи раздражённо стала собирать вещи в мешок.

Князь с людьми стоял на краю поляны, наблюдая за ней.

– Мы возвращаемся в город. Можешь пойти с нами, – предложил он.

Девчонка мотнула головой. Собирая вещи, она подняла с земли кожаный бурдюк для воды.

– Вот шельма, – досадно проворчала она. Бурдюк был погрызен лисой и пришёл в негодность. – Ещё и воды теперь нет! – Ирджи отбросила его в сторону.

– В городе ты сможешь пополнить свои запасы, – вновь предложил князь.

После недолгой паузы девчонка обернулась к ним.

– Сколько до вашего города отсюда?

– Часа четыре пути, – ответил князь.

Она уложила вещи, закрепила мешок на поняге и взвалила её на плечи. Подойдя к лошадям, она остановилась.

– Ты предлагал выбрать награду? – уточнила она, повернувшись к князю.

Он кивнул.

– Я поеду на этом коне.

Девчонка неожиданно легко вскочила на гнедого жеребца. Тот повёл мордой, но она уверенно тронула повод, успокаивая его.

– Э-э… – Ратибор застыл от возмущения.

Наглость девчонки буквально лишила его дара речи.

– Это мой конь! – наконец взорвался он, багровея от гнева.

– Ты же предлагал награду? – Ирджи снова вопросительно взглянула на князя.

– Ты что, оглохла?! – взревел Ратибор, бросаясь к ней

 и хватая коня под уздцы. – Слезай, пока цела!

Ярослав усмехнулся её дерзости, но признал: она была права, ведь он сам предложил выбрать награду.

– Ладно, остынь, – сказал князь, останавливая Ратибора, пока тот силой не выкинул девчонку из седла. – Пусть это будет платой за спасение Ростислава.

Ратибор кипел от ярости. Лишь то, что эта девчонка спасла княжича, удержало его от немедленной расправы над ней. Князь повернулся к Ирджи.

– Можешь ехать на этом коне, но только до города, не больше, – подчеркнул он.

Ирджи кивнула и позвала собаку:

– Чон, рядом.

– Ведьма! – зло процедил Ратибор.

Сжав зубы, он резко отпустил уздечку.

 —Влас, я возьму твою кобылу, а ты с княжичем поезжай на вороном, – распорядился он.

Кое-как распределившись по оставшимся лошадям, отряд двинулся в путь.

Глава II. Велицк.

Солнце уже высоко взошло, когда князь со своими спутниками подходил к большому городу. Велицк раскинулся среди холмов, поросших лесами, на внутренней стороне широкой излучины реки Велицы. Высокая крепостная стена опоясывала город, защищая его от неприятеля. За стеной торчали резные башенки теремов местной знати. Чернявые деревенские дома усыпали собой всё свободное пространство. Единственное место, где не было основательных строений, – это была большая торговая площадь, которая располагалась в центре города. За ней, на холме, возвышались княжеские хоромы, окружённые всевозможными хозяйственными домиками, сарайчиками и амбарами.

Перейдя по массивному деревянному мосту довольно широкую реку с быстрым течением – не замерзающую даже зимой из-за порогов и подводных родников – отряд вошёл в город.

Город ещё спал, однако ворота были открыты, дозорные вяло прохаживались по стенам, изредка кидая взгляд на въезжающих.

– Живём нараспашку, Князь, – заметил Ратибор.

– Обленились, давно войны ни с кем не было, страх потеряли, – досадуя, ответил Ярослав.

Ратибор, озираясь по сторонам, увидел двоих караульных, которые, сидя около крепостной стены, играли в кости на бочке, не обращая внимания на ворота. Остальные спали: кто на сеновале, кто в телеге.

– Да, постарел наш Воевода, хватку теряет. Нужна свежая кровь, чтоб дружину в кулаке держать, – сказал Ратибор.

– Свежая кровь, где же её взять, – ответил князь. – При отце за мирные-то годы сотники да десятники ратное дело забросили, в торгашей переродились, барыши теперь считают.

Он раздражённо подхлестнул коня, и они направились к княжеским хоромам.

Ирджи поселили в жилой деревянной пристройке рядом с хозяйственными избами. Горница была небольшая, но светлая и уютная: стол, лавки, сундук, домашняя утварь – всё было на своих местах. Окна выходили на княжеский и конный двор. Чон сразу облюбовал себе место в углу у окна и залёг там спать. Ирджи, умывшись с дороги и скинув верхнюю одежду, тоже с удовольствием растянулась на широкой лавке, устланной мягким тюфяком, и мгновенно заснула.

В княжеской опочивальне царил полумрак. Окна были прикрыты ставнями, и свет от игривых огоньков свечей, отражаясь от резных сводов, падал на убранство ложа. Несмотря на знойные дни, в комнате стояла приятная прохлада.

Князь с любовью смотрел на лицо Анны, нежно проводя пальцами по её шее.

– Ты такая красивая. Ты как река, освежаешь и даёшь силы. – Ярослав поцеловал жену и вдохнул запах её волос.

– Я люблю тебя, – Анна прижалась к его груди. – Но у меня на сердце неспокойно.

– Отчего?

– С тех пор как ты взошёл на отцовское княжение, мы стали часто расставаться.

Ярослав обнял молодую княгиню.

– Не тревожься. Это княжьи заботы. Отец много сил положил на то, чтобы разрешить все споры с соседями. А на внутреннее устройство времени у него не хватило. Многое нынче предстоит сделать. Нелегко заскорузлое боярство с места сдвинуть, – задумчиво произнёс Ярослав.

– Будь осторожен. Если с тобой или с детьми что-то случится, не будет мне жизни, – Анна провела по ссадинам, оставленным ветками деревьев на лице мужа после ночного происшествия.

Князь пристально посмотрел на неё.

– Я знаю, что произошло на обратном пути в лесу, – созналась княгиня.

Ярослав досадно вздохнул и встал с постели.

– Ратибор всё же рассказал тебе?

– Нет, Ростислав. Ему не терпелось похвастаться перед сестрой, я услышала.

Князь кивнул.

– Это моя вина. На нашей земле нам ничего не угрожает. Но в лесу… – он нервно задул свечи. – Там свои законы.

Князь толкнул ставни, впуская дневной свет в опочивальню.

Анна подошла к мужу.

– Почему ты мне не рассказал?

Ярослав повернулся.

– Не хотел тебя пугать. Бог миловал, всё ведь обошлось.

Анна укоризненно смотрела на него.

– Тебе не о чем тревожиться… – князь прижал её к себе. – Я сделаю всё, чтоб вы были счастливы. – Он нежно поцеловал жену.

Княгиня пожелала увидеть спасительницу Ростислава, и вечером все собрались в обеденном зале. Вечерний солнечный свет лился через окна, освещая витиеватые золотистые узоры на расписных стенах. Деревянная резьба со всевозможными шишечками и головами причудливых животных дополняла собой убранство семейной трапезной. Большой стол, накрытый скатертью с вышитыми на ней узорами, был уставлен разноцветной посудой с различными лакомствами и напитками.

Ирджи с интересом разглядывала всех присутствующих. Князь сидел рядом с супругой. На вид ему было немногим меньше тридцати лет. Теперь при свете вечерних лучей солнца его невозможно было принять за простолюдина. Гордая осанка, уверенные чёткие жесты, открытое лицо, умные живые глаза – вся манера его поведения была присуща человеку, привыкшему принимать решения и повелевать.

Княгиня была молода и невероятно красива, её лицо было приветливо и улыбчиво. Лёгкий румянец на щеках, ясные внимательные, искрящиеся глаза цвета неба, длинные ресницы – её облик излучал тепло и уют. По другую сторону сидел Ратибор, брат княгини Анны – светловолосый, как варяжский богатырь, с суровым взглядом и огромными сильными руками. Дети князя – Ростислав и младшая сестра Млада – сидели напротив под присмотром няньки.

Разглядывая окружающих, Ирджи невольно встретилась взглядом с Ратибором и поняла, что её тоже пристально изучают. Отвернувшись, она подпёрла подбородок рукой и уставилась в окно. Пока слуги сновали туда-сюда, расставляя блюда на столе и наполняя кубки, тишину прервала княгиня:

– Князь рассказал мне, что произошло в лесу, я очень благодарна тебе за то, что ты спасла нашего сына, – обратилась она к Ирджи.

Ирджи сдержанно кивнула и, не дожидаясь остальных, принялась за еду. Вытащила небольшой нож из-за пояса и стала ловко расправляться с мясом. Княгиня переглянулась с мужем.

– Прости, я не запомнила твоё имя.

– Нашу гостью зовут Ирджи, – поспешил напомнить князь.

– Какое необычное имя… – продолжила княгиня.

Повисла неловкая пауза. Ирджи ела с аппетитом. Еда была как нельзя кстати: после вчерашнего неудачного ужина в лесу ей так и не удалось ничего перекусить. Она была порядком голодна. К тому же вся эта торжественная обстановка её нервировала, и она не желала растягивать обед долгими разговорами.

Но княгиня снова попробовала наладить диалог.

– Ирджи, а чем ты живёшь? – спросила она.

На этот раз отмалчиваться было невежливо.

– Помогаю купцам перегонять обозы, – откусывая большой кусок отменной оленины, ответила Ирджи.

– Ты охраняешь купеческие обозы? – удивился князь.

Ирджи кивнула.

– Но это совсем не женское ремесло, – недоуменно воскликнул он.

Ирджи равнодушно пожала плечами.

– И давно ты этим промышляешь? – спросил Ярослав.

– Сколько себя помню, – буркнула Ирджи, не отрываясь от еды.

– Но это опасно, – посетовала княгиня, она пыталась разговорить гостью, чтобы разрядить обстановку. – На обозы часто нападают?

– Случается, – нехотя кивнула Ирджи.

– А что твоя родня?

– Я сирота, – ответила Ирджи.

Расспросы её утомляли, она решила побыстрее разделаться со своей порцией и удалиться. Но тут перед ней поставили блюдо чего-то странного. По виду это было похоже на густую кашу золотисто-розового цвета.

– Что это? – спросила Ирджи, разглядывая свою порцию.

– Это кулага, – ответила княгиня. – Ты что, никогда не пробовала кулагу?

Ирджи немного смутилась, заметив устремлённые на себя взгляды всех присутствующих.

– Э-э, просто в тех местах, где я росла, еда была скудной… – ответила она.