Закат сотворения. Книга первая: исчезающий свет

Глава 4. Испытание на везение

– Ты сошел с ума, друг! Точно тебе говорю. Лисса, скажи хоть ты ему!

Арио, только что рассказавший о своем безумном плане по спасению Земли и всех ее обитателей, пристально смотрел на жену, пытаясь уловить всегда поддерживающий его любящий взгляд. Но в этот раз он читал в ее васильковых глазах, кроме чистой любви и доверия, испуг за любимого человека. Она всегда и во всем его поддерживала. Принимала все его выдумки и авантюры, потому что любила его и знала, что Арио Стигортон упрямец, который всегда доводит дело до конца. Он ни разу еще не брался за идею, которую не смог бы выполнить. Лисса всегда была на его стороне: когда он хитростью предложил вывести на чистую воду ее дядю, когда ворвался к ней в спальню посреди ночи и предложил сбежать от всех, и даже когда принял решение убить родного отца во имя спасения всех остальных. Лисса верила в своего мужа, несмотря ни на какие очевидные препятствия для этого, но даже ей сейчас стало страшно. Однако, лишь мгновение постояв в замешательстве, она уверенным звонким голосом, с улыбкой на прекрасном лице, снова сказала слова поддержки.

– Тайрон, я верю в Ари, ты это знаешь. И сейчас я понимаю, что все это безнадежно и безрассудно. Но не думаю, что Ари поставил бы на изначальный провал.

– Так именно, что все безрассудно, да еще как! – горячо перебил ее Тайрон. – К тому же и решение есть, мы можем сохранить нашего короля, твоего мужа и моего друга в целости. Черт его знает, что случилось с гребаным Алманиром! Да и вообще, на месте ли еще Эвроэстия! Поэтому, я считаю и буду считать, что пока хотя бы один правитель жив, то эта планета не обрече…

– И что дальше, друг? Мы скроемся в «бункере» и будем радостно наблюдать, как планету уничтожают? – спокойным голосом перебил Арио.

– Ну, мы не будем сидеть. Можно улететь на другую планету, благо «Санктуарий» уже в финальной стадии. Ты же в курсе, что места хватит большему количеству полезного населения…

– Тайрон, послушай себя со стороны! – раздраженно перебил Арио. – Полезного? Мы теперь будем вершить судьбы? Решать, кто достоин, а кто нет? Извини, но это цена, которую я отказываюсь платить. Я спасу всех!

На лице Тайрона отразилось отчаяние. Он закрыл лицо ладонями, после чего сел и уже спокойным голосом продолжил беседу.

– Ты пойми, Ари, мне не плевать на остальных, но мертвые мы в разы менее полезны, чем живые. И если исследования госпожи Флеймер успеют увенчаться успехом, то у нас еще будет шанс вернуть все обратно. Но уже не на этой планете, – чуть успокоившись, начал быстро пояснять Тайрон. – Ты подумай, сколько у нас осталось дней? А может даже, счет идет на часы.

Арио спокойно смотрел на своего лучшего друга и единственного человека, которому без сомнения доверил бы свою жизнь. Тайрон, высокий и статный полукровка расы малесфи и людей, словно сошедший со страниц античной мифологии, сильный и ловкий, обладающий великолепной смекалкой, никогда не унывающий – сейчас выглядел не на шутку встревоженным. Сколько раз они в детстве попадали в опасные и безвыходные ситуации, но всегда плечом к плечу встречали любые препятствия и выручали друг друга из самой глубокой западни, на какую была способна жизнь. Ари не мог даже близко принять мысль о том, что перед лицом Армагеддона его друг сдался.

– Именно из-за нехватки времени мой план – это самое подходящее решение в этой ситуации, – не меняя спокойного тона, сказал Арио.

– Ладно, – в примирительном жесте поднял руки Тайрон. – Давай-ка повторим еще раз. У нас, по прогнозам советника Аскона, остались сутки до пролома «Софии». И где-то столько же до кончины «Каина». То есть, времени на приготовления практически нет, – начал подводить итог Тайрон.

– Верно, и поэтому…

– И поэтому, – нетерпеливо перебил Литтс, – ты решил сходить к гадалке…

– К провидице, вообще-то. И ты знаешь, что она не просто существо, а…

– Очень древнее существо, единственное выжившее из пятого слоя Земли, которое видит все нити времени, – нетерпеливо закончил мысль Арио его друг.

– Точно запомнил, Тайрон. Я восхищен.

При этих словах Лисса, которая до этого безмолвно стояла поодаль и игралась с виртуальным помощником, тихонько прыснула со смеху.

– Издевайся, друг, ни в чем себе не отказывай, – смешно скривил гримасу Тайрон. – В общем, ты сходил к провидице Фэйе, которая рассказала тебе о некоем чудном месте между мирами, где время остановилось.

– Это не «некое чудное место», друг. Ты знаешь, что оно существует, ведь тоже читал те книги.

– А, ты про те еретические писания на древнем материале, за которые на автора этих трудов начал охоту твой родной отец?

– Он был не в себе. Кому, как не тебе знать.

Лисса заметила, как поначалу ехидный огонек в изумрудных глазах ее мужа сменился холодным безразличием. Так было всегда, когда при нем вспоминали его отца.

– Тайрон! – грозно посмотрев на забывшегося друга, окликнула она.

– Да, Лисса. Прости, Ари, – немного поумерив пыл, Тайрон уже более спокойным голосом продолжил. – И твой план в том, чтобы самостоятельно пройти по этому «безвременному» слою в другое королевство, найти приятеля твоего отца и разобраться в ситуации? И все это потому, что по уникальной «королевской почте» ты получил просьбу о помощи от Алманира, который не то, чтобы в восторге от всех нас? Я ничего не упустил?

– Все верно, Тай. Ну и делать это будем не только мы с тобой.

– Ах да, забыл про команду мечты. Про «везучих» членов нашего будущего отважного отряда тебе тоже Фэйя поведала? То есть, нам нужен: последний выживший солдат, – начал загибать пальцы Тайрон, – «жрица душ», некий гениальный юнец, что всегда рядом, а также..

– Проводник, который это место знает.

– Точно. И вся наша веселая компания пойдет по чудному миру между мирами прямиком в другую часть планеты.

– Точно, таков план. Фэйя сказала, что будут еще спутники, но они не с нами ни разумом, ни духом. Знать бы, что это все означает.

– Арио… Лисса, ну хоть ты скажи, неужели тебя ничего не смущает? – с мольбой в глазах Тайрон безнадежно посмотрел на жену друга. – Арио, а почему нельзя отправить кого-то? Отправь меня, в конце концов!

– Исключено. Мы уже отправляли людей, но никто не вернулся. Все виртуальные разведчики уничтожаются. Связи нет. Мы пойдем все вместе, потому что я взял на себя ответственность защищать эту планету. Я доберусь до Алманира Амстерна, чего бы мне это ни стоило. Жив он или мертв, мы найдем и активируем «сферу». Мы дадим шанс выжить большинству. Не будь я королем.

– Значит, все решил, – сдавшись, уже спокойным голосом подытожил Тайрон, листая в воздухе голографическую базу данных. – Если я погибну, ты лично скажешь об этом моей семье, Ари. И на похоронах своих я тебя видеть не хочу, так и знай.

– Договорились, Тай, – улынувшись, тихим голосом произнес Арио.

– Так и что, где нам искать наших будущих попутчиков? – хлопнув в ладоши, беззаботно спросил Тайрон.

– Ну, «жрицу душ» ты знаешь не понаслышке, это Иветта Флеймер, и она уже в курсе. Но мы сначала пойдем не к ней. Сперва, сходим за солдатом. Единственный, кто подходит под описание, это Дит Клейтус, – Арио пролистал базу данных в воздухе и выделил одно досье. – И он сейчас в «Бездне».

– Ну, можно было догадаться. Где же еще может быть наш будущий коллега, – горько усмехнувшись, отметил Тайрон.

* * *

– Ты знаешь, я не так себе представлял свою смерть. Я мог умереть в бою, в постели с женой, в парке, но только не в вонючей тюрьме с психопатами, Ари.

Арио и Тайрону не составило труда пройти на арену, оставив в замешательстве не очень умных охранников, которые не сразу вспомнили, что «Бездна» вне королевской юрисдикции. Да и Тайрон, который являлся весьма известным и умелым воином, не располагал излишним терпением. И вот, стража была нейтрализована, а друзья прошли прямо на арену. И только Арио окликнул весьма злобного Дита Клейтуса, как их тут же обступила гораздо более умная и умелая стража, представители которой когда-то служили королю Стейрну под началом самого первого военачальника Бейлама Мегира. И вот нынешний король и его верный друг сейчас стояли под прицелами тридцати аннигиляторов и, как минимум, пяти квантовых снайперов.

– Дит, у меня есть к тебе дело! Ведь ты наверняка хочешь выбраться отсюда! Спаси свою мать! – не обращая внимание на целившихся в него воинов Мегира, Арио пытался успеть достучаться до Клейтуса, краем глаза наблюдая за сенсорным лифтом, на котором спускался сам хозяин «Бездны».

– Извини, король. У меня свой путь, я не очень гожусь в исполнители королевских приказов! – отбросив винтовку и сплюнув, крикнул в ответ Клейтус.

Лифт уже опустился на землю, и с него сошел сам Бейлам Мегир, представитель расы Горр, третьего слоя Земли. Взгляд его был полон ненависти и презрения, а на бледно-зеленых губах, меж тем, была растянута самая фальшивая и показная улыбка на свете.

– Арио и.. Тирон?

– Тайрон. – процедил воин короля.

– Тайрон… Впрочем, не имеет значения. Король, если Вы решили прийти на чай, то хоть позвонили бы сначала, предупредили. Незваные гости напрягают, знаете ли.

– Оставим лицемерные ужимки, Бейлам. Поговорим по делу. Я знаю, что «Бездна» не в моей власти, но можем мы побеседовать не под прицелами, а в более… цивилизованном месте? Или ты настолько нас боишься, что можешь разговаривать, лишь нацелив на нас оружие?

Улыбка Бейлама исчезла с лица при этих словах.

– Я кто угодно, только не трус, Арио. И будь мы в другой ситуации, я бы это наглядно продемонстрировал. Но пройдем в мою комнату. Охрану я оставлю, мало ли что. Гейнр, Бролт и Самг, за мной! – махнул рукой Бейлам. – Остальные, вернуться на посты и вернуть заключенных в ямы.

– И пусть Дит Клейтус тоже пойдет с нами, – спокойным голосом сказал Арио. – Если честно, он и есть причина нашего визита. Пожалуйста, в память о былых временах

– Арио, ты испытываешь мое терпение, не тебе просить вспомнить былые времена, убийца. Но хорошо, в память о былом. Бойцы запереть Клейтуса в «колбе» и привести ко мне. Рыпнется – убить. Мои законы непреложны. Надеюсь, вы все это понимают.

Арио одобрительно кивнул и двинулся следом за Мегиром.

Надо сказать, что кабинет хозяина тюрьмы производил должное впечатление. Возникало чувство, будто попал в сказочный мир. В шахматном порядке стояли прозрачные столбы, в каждом из которых тек маленький водопад. Сама комната по устроению напоминала некое слияние огромной каюты космического шаттла с офисом начальника. По периметру стен горели огни, которые меняли цвет через определенный период времени, придавая причудливой комнате мистические оттенки. Посередине стоял голографический стол и несколько дорогих кожаных кресел, словно из старого мира.

– Садиться вас не попрошу, поскольку сама эта ситуация, как и возможность беседы с Вами вызывают у меня тошноту. Но я выслушаю тебя, Арио.

– Бейлам, я знаю, что являюсь последним человеком, которого ты хотел бы видеть, но нужна твоя помощь. Земля в опасности, нужно забыть наши разногласия и…

– Сто пятьдесят лет благородный король Стейрн Стигортон правил этой половиной планеты. Все было хорошо и прекрасно, Земля процветала, не было войн, бедствий и всякого насилия. Но затем земляне первого слоя забылись и начали творить бесчинства. Стейрну пришлось принимать очень жестокие, но правильные решения. Второе королевство погрязло в бездействии, нужно было все подчинить и взять в свои руки. И когда король мог все исправить и изменить, приходишь ты, щенок, и убиваешь его, своего родного отца… – Бейлам поднял в руке квадратный бокал с чем-то кроваво-красным внутри.

– Уймись, старик, ты ничего не пони…

Внезапно Бейлам кивнул головой и стоявшие сзади воины открыли огонь по Арио и Тайрону. Однако, два выстрела ударились о невидимый барьер, а третий, словно, исчез в пустоте. Выстрелившие бойцы сначала побледнели, а затем упали, словно тряпичные куклы. Глаза их наполнились неестественным красноватым свечением, а губы приоткрылись, будто в намерении что-то сказать. Арио стоял со светящимся кольцом, вокруг него и Тайрона синеватой подергивающейся полоской растекалось некое подобие барьера. Воин короля стоял в боевой позиции, держа в руках золотистого цвета рукоять меча без лезвия. В глазах Тайрона отражался синеватый отблеск.

– Великий королевский щит и знаменитый последний меч Дживару. Признаться, Тирон, я думал, что легенды врут.

– Меня зовут Тайрон, – грозно сказал воин, – А ты сейчас подавишься своими словами за то, что…

– Хватит, – поднял руку Арио. – Мы пришли не воевать. Я устал тебя разубеждать, Бейлам. Ты верно служил отцу и был его главным воином все время его правления. Но спорить о том, что отец был болен, а ты не можешь это принять, я больше не буду. Планета в опасности, я хочу дать всем шанс на спасение. И мне нужен для этого Дит Клейтус.

Дит, который все это время стоял позади в неудобной световой колбе, внимательно поднял голову и стал прислушиваться к каждому слову. «Спасти мать. Что он имел в виду?» – проносились мысли у него в голове.

– Арио, я не приказал вас расстрелять на арене, лишь в память о твоем отце, которой ты недостоин. Мне плевать на планету, ее неразумных обитателей. Да пусть хоть вся Вселенная взорвется к чертовой матери. Мне это неинтересно. Так скажи, зачем мне помогать отцеубийце? Какая выгода?

– Я знаю, что ты очень любишь всякие интересные вещи, и даже перед лицом конца света не откажешь себе в удовольствии посмотреть или взять что-то интересное. – спокойно продолжал Арио. – Я предлагаю свой королевский щит, который принадлежал моему отцу. Единственный нерушимый барьер, технология которого была утеряна много лун назад.

В глазах Бейлама заплясали нехорошие корыстные огоньки. Взглядом он окинул Арио и Тайрона, как будто оценивая стоимость товара.

– Может быть, мне это интересно, – его бледно-зеленоватое лицо приняло задумчивое выражение. – Может быть. Но в «Бездне» есть свои законы. Если вам нужен Клейтус, он должен заслужить право выйти отсюда, если даже потом попадет в форменное рабство.

– Так проведи игру. Сделай скоропостижный финал. Я ставлю свой щит на его победу. Но если он выиграет, я заберу и свое оружие, и самого Клейтуса.

– А меня спросить никто не хочет? – развел руками, насколько это было возможно в тесной колбе, Дит. – Может, я не хочу отсюда уходить.

– Если пойдешь с нами и поможешь в задании, я обещаю, что твою мать переведут в королевский изолятор и дадут лекарство. У нее еще не последняя стадия болезни, надежда есть. Мы вылечим ее, слово короля, – полуобернувшись, спокойно сказал заготовленную речь Арио.

Клейтус со всей силы ударил кулаком в стенку колбы, отчего барьер вокруг нее задрожал. Его злобный взгляд был устремлен на Арио.

– Слово короля? Того короля, при котором не разбираются в ситуации и отправляют невиновных сюда? Или того короля, который даже планету защитить не способен?

Арио придержал Тайрона, который хотел двинуться к Клейтусу со злобным видом.

– Я понимаю твою обиду, Дит. И обещаю, что мы разберемся в твоей ситуации. Но сначала нам надо спасти всех, включая твою маму. А потому я дам тебе шанс…

– Не спеши, Арио! – скрестил руки на груди Бейлам. – Я еще не согласился. Но предложение интересное и так тому и быть. Мы проведем досрочный финал между Клейтусом и вторым чемпионом – Муаром Стоудом, безжалостным маньяком, которому просто нравится убивать. Но цена – это не только щит, но и…

Тайрон проследил направление хищного взгляда на остром лице Бейлама и схватился за рукоять меча.

– И не думай, старик! Еще руку себе отрубишь, а мне потом отвечать.

– В противном случае, сделки не будет. Такова цена, ведь, как я понял, если победит Клейтус, отпустить мне придется двух человек. Так и ставки должно быть две – щит – за Клейтуса, и меч, убивающий души – за его мать.

– Арио, нет…

– Тайрон, я верю в Клейтуса, – Арио положил руку на плечо друга. – И мы согласны. Такова цена, но вот мое слово. Если ты обманешь, или нападешь на нас, не ответишь за свои обещания, то клянусь, я уничтожу этот город, тюрьму и тебя самого. Даже если это будет последнее, что я сделаю, Мегир.

– Да начнутся игры! – нехорошо улыбнулся Бейлам. – Только, чур, процессом в этот раз буду управлять я сам.

Интерлюдия 2. Проклятая пара

1888 год, 13 июля. Даже спустя несколько миллионов лет я все еще нахожу новые способы сохранить свои мысли. Меняется время, люди, окружение и даже материал и способы записи. Однако, сейчас это, кажется, называется вести дневник. Тяжело уследить за течением времени – особенно, когда ты ему не подчиняешься. Что ж, это первая моя запись в сем толстом памфлете. Меня зовут Адам Хивэнтой, и мы с моей женой Евой уже очень много веков скитаемся по ненавистной нам планете. «Ваше проклятье – смотреть, как раз за разом умирают ваши дети» – таковы были последние слова нашего создателя. А ведь когда-то мы жили дружно и радостно где-то на задворках галактики, не знали бед и несчастий, пока не решили узнать больше и заглянуть в тайные замыслы Отца. И то, что мы нашли, что познали, очень сильно шокировало нас с Евой. Создатель никогда не рассказывал нам про то, что раньше уже жили люди, а планета умирала уже не раз. Мир создается, населяется, развивается, затем умирает. А затем цикл повторяется снова. А ради чего? Ради того, чтобы какие-то условия были соблюдены. Чтобы события пошли иным путем. Это звучало как маниакальный бред, как замысел больного безумца, который раз за разом создает, а затем стирает человечество. И каждый раз все повторяется, все повторяются, включая нас с Евой. Но только не в этом случае.

Однако, поначалу все наши попытки найти Отца были тщетны. Прошло много веков, прежде чем во времена крестовых походов мне удалось разыскать в хранилище Святых рыцарей древнее писание о некоем артефакте, который может привести к Нему. И вот, спустя какое-то тысячелетие нам удалось найти искомое. Сегодня мы пойдем к коллекционеру древностей, сэру Бенчфорду, богатому и жадному старому скряге, который и понятия не имеет, что попалось в его цепкие лапы во время последней экспедиции на север. Мы с Евой войдем в его особняк, и помилуй его Отец, если он отдаст все добровольно. Нас предупреждали, что Бенчфорд не так прост, как кажется, а значит, ожидать можно чего угодно.

***

1888 год, 14 июля. Едва Ева уснула после того, как нам все же удалось после порыва страстной любви разомкнуть наши объятия, я снова сел за письмо. Что ж, как и ожидалось, не все прошло так гладко, как хотелось бы. Сэр, а вернее, ублюдочный старик Бенчфорд не захотел сотрудничать добровольно, так что пришлось немного размять мышцы. Впрочем, обо всем по порядку. Когда мы с Евой пришли к богатому особняку, стоящему поодаль от других небедных домов, что по Мелтон-стрит, то уже от самого высокого металлического частокольного забора оба почувствовали в воздухе запах жадности и обмана. Поскольку встреча была назначена заранее, нас встретил невысокий широкоплечий дворецкий, от которого просто разило чопорностью и британским пафосом. Он провел нас до высокой дубовой двери, выкрашенной в черный перламутр с ручкой в виде львиной косматой головы. Внутри дома, уже с самого порога нашему взору предстали истинно музейные витрины со всевозможными чучелами животных, оружейными экспонатами разных веков и различными артефактами, об истинном применении которых, я готов поклясться, пафосный Бенфорд даже не догадывается. Наверняка, он черпает знания из новомодных энциклопедий или переписанных уже несколько раз в угоду властителям исторических документов. Я обратил внимание Евы на «Око пустоты» – серый, с чудесным изумрудным отливом драгоценный камень, который мы впервые увидели в начале первого тысячелетия, когда бороздили океаны и переживали приключения на островах, доселе миру неизвестных. Она очаровательно улыбнулась мне, обнажив белоснежные и ровные жемчужные зубы, украдкой облизнув кончиком ехидного язычка пухлые, но не слишком, губы цвета дамасской розы. Моя любовь и единственный смысл всей моей жизни, моя дорогая Ева, поправив прядь темных, словно сама черная пустота космоса, волос, протянула свою изящную нежную руку грязному ублюдку Бенчфорду. Я думал, как она могла, после всего того, что нам о нем поведали… Он прикоснулся своими нечестивыми, лживыми губами к ней, к источнику моей страсти и одержимости во веки веков.

Однако, я забылся в мыслях о моей Еве. Итак, мы приступили сделке. Поначалу, надо признать, высокий, сухой, но широкоплечий, с военной выправкой, старик был любезен. Предложил нам чаю и халвы, на что мы, конечно, любезно согласились, ведь в силу нашего общего бессмертия никакие яды нам не были страшны. Мы сидели у огромного камина, изрыгающего поистине обжигающее адское пламя, в меховых креслах, обтянутых шкурами убитых Бенчфордом животных и рассуждали о погоде, политической обстановке в мире и любимых животных Евы. Но стоило только приступить к обмену, стоило только поганому старику увидеть мешочек с чистейшими ограненными алмазами, которые достались нам с моей прелестью не без труда, как глаза его наполнились жадностью, а рот, искривившись в невероятно мерзкой ухмылке, скомандовал прятавшимся в засаде людям открыть огонь.

Уже в номере, пока мы с моей любовью вытаскивали друг из друга пули и осколки лезвий ножей, обсуждали итоги насыщенного приключениями дня и смеялись над бедными наивными горе-грабителями. Нам было больно, в который раз. Но одна общая мысль нас согревала и давала силы – то, насколько жестоко мы уничтожили людей, посмевших бросить вызов двум бессмертным существам, своим прародителям. А ведь родители должны воспитывать своих детей и наказывать за шалости. Эти мысли возбудили в нас нечеловеческую, почти животную страсть, и большую часть ночи мы провели в непрерывной похоти, не отделяясь друг от друга ни на долю секунды.